Краткая история афганской войны: 1979–1989 годы

14 марта 1968 года вышел первый номер газеты «Парчам», представлявшей парчамистское крыло НДПА.

Обе фракции НДПА независимо друг от друга вели активную работу в массах. При этом «халькисты» старались привлекать в свои ряды беднейшие слои населения, а «парчамисты» больше внимания уделяли интеллигенции и патриотически настроенным офицерам, пытались также привлечь в свои ряды журналистов, чиновников и военнослужащих.

Понимая значение армии в государстве, «халькисты» сосредоточили свои усилия на работе с младшим и средним офицерским составом.

Одновременно в афганском обществе начали возникать праворадикальные исламские организации. В конце 60-х гг. в Афганистане была создана первая исламская суннитская фундаменталистская организация «Братья-мусульмане». Члены организации боролись с королевским режимом, который, по их мнению, потворствовал проникновению в страну коммунистического влияния, избивали и убивали студентов, отличавшихся прогрессивными взглядами, обливали кислотой школьниц и студенток, снявших чадру; организовывали манифестации и уличные бои с членами демократических и левых организаций.

Организация «Мусульманская молодежь», являвшаяся филиалом реакционной религиозной организации «Братья-мусульмане», образовалась в 1969 году. Среди тех, кто принес известность этой организации, были: Гульбеддин Хекматияр, в то время студент инженерного факультета Кабульского университета, Мухаммад Омар, Раббани Пагмани, Хабиб ур-Рахман, Бурхан уд-Дин Раббани и др.

В 1971 году возникла исламистская организация «Джамиате улемае Мухаммади» («Общество улемов Мухаммада»), получившая поддержку влиятельных религиозных авторитетов.

В начале 1970-х годов в Афганистане как в низах, так и в верхах общества продолжала обостряться политическая борьба, активное участие в которой, кроме упомянутых выше сил, в верхних эшелонах власти Афганистана принимал двоюродный брат Захир-шаха и одновременно муж его сестры Мухаммад Дауд, который в течение долгих лет постоянно стремился занимать лидирующие позиции в государстве и в течение длительного времени был премьер-министром страны.

В июле 1973 года, воспользовавшись отсутствием в стране Захир-шаха, который в это время находился в Европе, Мухаммад Дауд совершил государственный переворот. Афганистан был провозглашен республикой, а Мухаммад Дауд стал президентом страны.

Большую роль в осуществлении военного переворота сыграла фракция «Парчам», которая сумела в условиях строгой конспирации создать в армейской среде, и прежде всего в столичном гарнизоне хорошо разветвленную подпольную организацию. Эта организация оказала существенную поддержку М. Дауду во время государственного переворота, что послужило стимулом для того, чтобы он включил в состав нового правительства некоторых членов НДПА, которые вошли в состав Центрального комитета Республики Афганистан. Благодаря их усилиям в 1973 году республиканское руководство предприняло ряд крупных шагов по улучшению условий жизни трудового населения страны. В частности, был установлен 7,5-часовой рабочий день на государственных фабриках и заводах, вдвое увеличен нижний уровень зарплаты рабочих, предоставлено право на оплачиваемый отпуск, увеличен фонд пенсионного обеспечения, установлены фиксированные цены на продовольственные товары, объявлена борьба с неграмотностью, в ведение государства перешли все частные школы[7].

Вскоре его отношение к членам НДПА изменилось из-за их марксистских взглядов на будущее страны, где ему, М. Дауду, места не было. Члены НДПА начиная с февраля – марта 1974 года были сняты со всех государственных постов. Группы «парчамистов», направленные М. Даудом для работы в провинции, были искусно изолированы и дискредитированы в глазах народа феодалами, кулачеством и религиозной верхушкой[8]. Халькистская ветвь НДПА в это время находилась на нелегальном положении и вела пропаганду против режима М. Дауда[9]. Членам фракций «Парчам» и «Хальк» было запрещено называть себя партиями и заниматься политической деятельностью. Начались гонения на НДПА.

М. Дауд вел двойственную политику, одновременно сотрудничая и с Западом, и с Востоком. На годы правления М. Дауда приходится расцвет советско-афганских отношений. Товарооборот между двумя странами в это время увеличился примерно в 3 раза. Был установлен режим наибольшего благоприятствования в торговле. Был продлен срок действия советско-афганского договора о нейтралитете и взаимном ненападении, заключенного между СССР и Афганистаном в 1931 году. В 1970-е годы с помощью СССР, США и ФРГ в Афганистане были построены многие промышленные предприятия, развернулось строительство гидроэлектростанций, ирригационных систем и аэродромов. Если к началу 1970 года в Афганистане с помощью СССР за время экономического сотрудничества в 50–60-е годы ХХ века было введено в эксплуатацию 45 промышленных предприятий, то в конце 1977 года в Республике Афганистан при техническом содействии Советского Союза «было построено, строилось и было намечено к строительству 115 различных объектов»[10]. Велик был вклад СССР в обучение и подготовку для Афганистана специалистов в различных областях, техников, высококвалифицированных рабочих. Так, с помощью нашей страны с 1957 по 1974 год на различных афганских предприятиях, построенных или строившихся советскими специалистами, получили профессиональную подготовку 60 тысяч рабочих и 5200 техников[11]. Большой вклад в развитие двусторонних отношений внесли советские высшие учебные заведения. Только с 1971 по 1974 год их окончили четверть всех граждан Афганистана, выезжавших на обучение в другие страны[12]. Для Советского Союза сотрудничество с республиканским правительством Афганистана было выгодным во всех отношениях. Наша страна не собиралась устраивать там какие-либо перевороты и изменять государственный строй этой страны, прекрасно осознавая ее экономическую отсталость, слабость рабочего класса и неготовность афганского общества в целом к переходу на иной путь развития. Ведущие западные страны этого времени во главе с США также не строили никаких иллюзий в отношении Афганистана, и он не представлял для них никакой ценности.

Серьезно выросли ирано-афганские отношения, постепенно превращаясь в один из стержней внешнеполитической концепции М. Дауда «равноудаленности от Востока и Запада».

Тем не менее в Афганистане были силы, настроенные на изменение существовавшей в стране системы власти и активно работавшие в этом направлении. В первую очередь это была НДПА, и во вторую – исламские фундаменталистские организации, активизировавшие свою деятельность в Афганистане начиная с 1975 года.

Исламскими фундаменталистами в июле 1975 года была предпринята попытка организовать повстанческие действия в ряде провинций страны, которые были быстро подавлены правительством. Многие фундаменталисты бежали на пакистанскую территорию, где пакистанское правительство во главе с Зульфикаром Али-ханом Бхутто не без содействия ЦРУ начало организовывать сеть баз и центров для подготовки афганской вооруженной оппозиции. Гонения на НДПА усилились после того, как в апреле 1977 года М. Дауд посетил Москву и подписал 12-летнее соглашение о развитии двусторонних советско-афганских экономических и торговых отношений. Здесь во время встречи на высшем уровне Л.И. Брежнев предпринял попытку оказать на М. Дауда давление, чтобы он изгнал всех западных советников из Афганистана. Естественно, это очень не понравилось М. Дауду, и по возвращении в Афганистан он начал устанавливать более тесные связи с США, проводить более независимую от СССР экономическую политику и усиливать гонения на НДПА.

Чувствуя свою уязвимость и желая усилить свои позиции в свете обрушивавшихся на них гонений, «Хальк» и «Парчам» решили восстановить единство НДПА. В июне 1977 года состоялась объединительная конференция и было подписано «Заявление о единстве НДПА». Генеральным секретарем партии вновь стал Н.М. Тараки. Вторым человеком в партии, как и в середине 1960-х годов, был Б. Кармаль.

Заслуживает внимания та роль, которую играл в деятельности НДПА в 70-е годы ХХ века вплоть до Апрельской революции 1978 года такой активный деятель партии и политический авантюрист, как Хафизулла Амин. Несмотря на то что в 1977 году он прошел в состав ЦК НДПА от халькистского крыла партии, избраться в члены Политбюро ему тогда не удалось. С помощью ряда членов НДПА были выявлены его связи с ЦРУ во время его учебы в колледже при Колумбийском университете в США в 1957–1960 годах, где он был главой афганского землячества; приведены факты и зачитаны документы, свидетельствовавшие о получении им денежных средств от этой организации. Однако Х. Амину удалось оправдаться. Он заявил, что вел с ЦРУ двойную игру, а деньги ему были нужны, чтобы закончить учебный курс в США (стенограмма этого заседания хранилась в ЦК КПСС у заместителя заведующего международным отделом Р.А. Ульяновского). Есть и другие точки зрения относительно того, был ли Х. Амин агентом ЦРУ. В частности, Абдул Карим Мисак, бывший при Х. Амине министром финансов, во время интервью советскому журналисту В. Снегиреву в 1989 году утверждал, что Х. Амин никогда не был агентом ЦРУ. Он был коммунистом. Но он был таким коммунистом, как Сталин[13].

После избрания в члены ЦК ему было поручено вместе с М.А. Хайбаром, видным идеологом фракции «Парчам», осуществлять руководство работой НДПА в армии. Имеется версия, что именно Х. Амин был организатором убийства М.А. Хайбара 17 апреля 1978 года для того, чтобы получить единоличный доступ к осуществлению этой работы.

Поскольку гонения на НДПА усилились, то левыми силами во главе с НДПА после объединения двух фракций в составе одной партии (хотя такое объединение было лишь формальным. Члены фракций «Хальк» и «Парчам» по-прежнему не доверяли друг другу) была начата работа по организации государственного переворота в стране. Очень важную роль в осуществлении переворота сыграла независимая от НДПА тайная организация «Объединенный фронт коммунистов Афганистана» (ОФКА), созданная в 1974 году в армии полковником Абдулом Кадыром.

В этой связи надо сказать, что Мухаммад Дауд, несмотря на его тяготение в конце 1977 года больше к контактам и развитию отношений с США, продолжал осуществлять тесное сотрудничество с СССР в экономической и торговой областях. В это время в Афганистане находилось более 2 тысяч советских советников. Сумма кредитов, выданных Советским Союзом Афганистану, составила 1265 млн долларов, в то время как сумма американских кредитов и субсидий едва достигла 470 млн долларов[14]. Советское руководство ничего не знало о подготовке переворота. Объединенные левые силы в Афганистане проводили эту работу совершенно самостоятельно.

Позднее первый заместитель министра иностранных дел СССР Г.М. Корниенко писал в своей книге, что через некоторое время после апрельских событий 1978 года Н.М. Тараки в приватной беседе с ним сказал, что, «хотя у них имелась возможность уведомить советских представителей в Кабуле о готовившемся перевороте, они сознательно не стали делать этого, так как опасались, что Москва попытается отговорить руководство НДПА от вооруженного выступления, ссылаясь на отсутствие в Афганистане в ту пору революционной ситуации»[15].

Сноски