Составление векселя

Обязываться векселями (то есть выступать в качестве векселедателя, индоссанта, акцептанта, авалиста28, посредника) могут только лица, обладающие пассивной векселеспособностью.

Векселедержатель, не обладающий пассивной векселеспособностью, не может совершать действия, в результате которых он стал бы обязанным по векселю, то есть не может индоссировать вексель (кроме как в порядке залогового и препоручительного индоссамента), а передать его другому лицу может только по договору цессии, так как в этом случае он «не отвечает за неисполнение этого требования должником» (ст. 390 ГК РФ). Такая передача возможна только в соответствии с общегражданскими нормами о совершении сделок (то есть если у него нет пассивной векселеспособности, но есть общегражданская дееспособность).

Для совершения полного, или бланкового, индоссамента, даже содержащего безоборотную оговорку, требуется наличие у лица пассивной векселеспособности29. Безоборотные передаточные надписи (содержащие оговорку «без оборота на меня», «исключая мою ответственность» или т. п.) освобождают индоссанта от ответственности за неакцепт или неплатеж, но, подписывая ее, он становится должником по векселю, хотя и снимает с себя ответственность по нему. «Любой индоссамент устанавливает регулятивную обязанность индоссанта по оплате векселя. Включение безоборотной оговорки не освобождает индоссанта от регулятивной обязанности, но исключает возникновение у него охранительной обязанности произвести платеж регрессной суммы. Следовательно, публично-правовые образования не имеют права быть индоссантами даже в случае включения в индоссамент безоборотной оговорки»30. Ведь и в указанном случае индоссант отвечает за действительность переданного по векселю требования31.

Закон РФ «О переводном и простом векселе» 1997 года распространяет векселеспособность на граждан РФ и юридических лиц РФ. При этом не конкретизируется, все ли граждане и все ли юридические лица обладают ею. Поэтому в этом случае применяется аналогия закона.

Общая гражданская дееспособность – то есть способность своими действиями приобретать права и осуществлять обязанности – наступает по общему правилу у физических лиц с 18-летнего, а в случаях, указанных в законе (эмансипация и вступление в брак до достижения 18 лет), – с 16-летнего возраста. Следовательно, с этого же момента возникает у физических лиц и пассивная векселеспособность. Граждане, ограниченные в дееспособности и обладающие частичной дееспособностью, по общегражданским правилам могут совершать сделки с согласия своих законных представителей или попечителей. Вексельное законодательство не регламентирует данный вопрос. Поэтому существует два варианта его решения: 1) такое согласие обязательно должно быть выражено в письменной форме и может представлять собой расписку, совершенную на отдельном документе или на самом векселе, о разрешении выдать вексель, индоссировать и т. п.; 2) неполностью дееспособные лица не могут обязываться векселями. Второй вариант представляется предпочтительным, так как вексель является кредитным инструментом, а его оборот связан с особыми процедурами (протест, акцепт) и особо жестким регулированием. Но думается, что ныне действующее законодательство, равно как и большинство цивилистов32, поддерживает именно первую точку зрения, так как при отсутствии специального указания (прямого запрета в данном случае) применяются общие правила. Поэтому представляется целесообразным ввести в закон упомянутую запретительную норму. Тем более что такое разрешение, оформленное на отдельном документе, по смыслу вексельного законодательства для самого векселя никакого значения не должно иметь.

Выдача векселя связана с безусловной, жесткой ответственностью, ограниченностью возражений должника, повышенной защитой именно векселедержателя. Поэтому выгоды и преимущества от вексельных отношений получает в основном кредитор. Можно возразить, что бывают случаи, когда выдача векселей не полностью дееспособными лицами с согласия законных представителей будет необходима в их интересах, но данное возражение представляется спорным. Если названным лицам необходимо предоставить кредит (коммерческий или финансовый), что само по себе уже трудно представить в связи с особенностями рассматриваемой группы, то, во-первых, возникает вопрос: а действительно ли это в их интересах – брать отсрочку и платить за нее; и, во-вторых, если уж это так выгодно – есть множество других гражданско-правовых способов для этого (например, обычный договор займа). Зачем налагать на себя дополнительные обременения, неизбежные при выдаче векселя?

История развития векселя показывает, что законодатель всегда пытался именно через запрет предохранить «неопытных» в коммерческих делах лиц обязываться вексельно. Так, в разные исторические периоды в России запрещалось обязываться векселями духовенству, дворянству, подвластным женщинам. Этих уважаемых и оберегаемых лиц старались защитить от «посажения в долговую яму», от преследования кредиторов33. Да и сейчас Закон 1997 года запрещает публично-правовым образованиям выдавать векселя именно в целях защиты их имущественных интересов, так как из-за увлечения «выгодными» вексельными схемами в 1994 – 1996 годах произошло вымывание денег из многих муниципалитетов в результате расчетов векселями по долгам.

К тому же совершенно неопределенным на сегодняшний день остается правовое значение разрешения законных представителей на выдачу векселей. Ведь для векселя имеет значение только то, что зафиксировано на нем самом, никакие иные документы в расчет не принимаются.

Возможно, на фоне общей тенденции к снижению брачного возраста, данное предложение и не приобретет большой популярности, но представляется, что лица, не обладающие полной дееспособностью, не должны иметь и пассивной векселеспособности именно в целях защиты их интересов.

Недееспособные лица не обладают векселеспособностью, поскольку действия с векселем, выписанным даже на незначительную сумму, не могут быть признаны бытовой сделкой по вышеназванным причинам.

О наличии у граждан РФ активной векселеспособности Закон умалчивает, и в связи с пробельностью специального законодательства следует руководствоваться нормами Гражданского кодекса РФ, на основе которого можно сделать вывод, что активной векселеспособностью обладают все правоспособные лица, то есть граждане с момента своего рождения: «Способность иметь гражданские права признается в равной мере за всеми гражданами. Правоспособность гражданина возникает в момент его рождения и прекращается смертью» (ст. 17 ГК РФ). А права, вытекающие из векселя, носят гражданско-правовой характер. Поэтому выдать и передать вексель можно любому лицу, в том числе недееспособному несовершеннолетнему, поскольку при получении векселя никаких действий он совершать не должен, в его руки попадает документ, содержание и передача которого уже оформлены в соответствии с требованиями законодательства без его участия. Но предъявить вексель к акцепту, платежу, опротестовать и т. п. он не сможет, так как не обладает способностью своими действиями приобретать и осуществлять права (то есть дееспособностью). За него все эти действия должны будут совершить его законные представители или опекуны.

В случае смерти вексельного должника (или кредитора) его обязанности (или права) переходят к его наследникам.

Еще одним субъектом, обладающим в соответствии с Законом пассивной векселеспособностью, является юридическое лицо. Для юридических лиц право- и дееспособность совпадают, поэтому активная и пассивная векселеспособность юридических лиц также совпадают. Юридические лица, обладающие специальной правоспособностью, могут быть должниками и кредиторами по векселю, если вступление в вексельные правоотношения не противоречит их уставным целям. При данном разрешении вопроса в соответствии со ст. 49 ГК РФ остается непонятным, как следует поступать некоммерческой организации, уставом которой запрещено вступать в гражданские правоотношения (в том числе и в качестве кредитора), если она получила вексель в порядке правопреемства или иным способом. Сможет ли она по наступлении срока потребовать платежа по этому векселю или она не приобретает никаких прав из векселя и передать его другому лицу тоже не может? Логично было бы предположить первое, хотя это идет вразрез с нормами о специальной правоспособности. Поэтому представляется необходимым ввести в вексельное законодательство нормы об активной векселеспособности.

Закон 1997 года не упоминает о векселеспособности иностранных лиц, лиц без гражданства и предприятий с иностранными инвестициями. Это не означает, однако, как полагают некоторые авторы34, что на территории РФ они не могут выдавать, индоссировать, авалировать и т. д. векселя. «Правила, установленные гражданским законодательством, применяются к отношениям с участием иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц, если иное не предусмотрено федеральным законом» (ч. 3 ст. 2 ГК РФ ). Законом 1997 года и Положением иное не предусмотрено. Поэтому руководствоваться следует нормами гражданского законодательства и международного права.

Как уже упоминалось, в соответствии с Конвенцией № 359, пассивная векселеспособность лиц определяется национальным законом. Поэтому, если гражданин иностранного государства, находясь на территории РФ, вступит в вексельное обязательство, его векселеспособность будет определяться по закону страны его гражданства. В то же время, в соответствии с ч. 2 ст. 2 этой же Конвенции, лицо, не обладающее способностью согласно своему национальному закону, «тем не менее, несет ответственность, если подпись была совершена на территории страны, по законодательству которой это лицо было бы способно». То есть если 19-летний гражданин Швейцарии, по законодательству которой дееспособность наступает с 20 лет, находясь на территории РФ, выдал или индоссировал вексель, он становится обязанным по нему, так как по закону страны, где произошла выдача (индоссирование) векселя, он считается полностью дееспособным. Если же вексель на территории РФ подписывается лицом без гражданства, то его дееспособность будет определяться по российскому законодательству.

Как видно, понятие векселеспособности тесно связано с общегражданским законодательством. Однако полной идентичности гражданской дееспособности и векселеспособности никогда не наблюдалось. Поскольку обязывание векселями связано с дополнительными обременениями и ужесточенной ответственностью, закон всегда стремился защитить «неразумных» лиц от попадания в тяжелое положение, а их контрагентов – от недоразумений. Поэтому пассивная векселеспособность, как правило, уже гражданской дееспособности. В дореволюционный период векселеспособностью обладали лица, достигшие 21 года. Но из них не могли обязываться векселями: 1) лица духовного звания всех вероисповеданий; 2) крестьяне, которые не имели или недвижимой собственности, или торгового свидетельства. Кроме этого, предусматривалась ограниченная пассивная векселеспособность для подвластных женщин, которые могли обязываться простыми векселями только с согласия мужа или родителей. Это ограничение не распространялось на выдачу переводного векселя, а также на женщин, самостоятельно ведущих торговлю.

Вопрос о том, следует ли ограничивать пассивную векселеспособность, обсуждается в литературе на протяжении десятилетий с середины ХIХ в. Сторонники утвердительного ответа на данный вопрос выдвигают следующие аргументы:

«1) вексельное обязательство весьма опасно для неразвитых и неопытных людей, так как вексельное право с его сложными постановлениями является весьма удобным орудием в руках ростовщиков;

2) личное задержание за вексельные долги может иметь вредное значение для общественных и государственных интересов, когда, например, аресту должны подлежать женщины, духовные лица или военнослужащие»35;

3) «для прочного кредита и порядка в денежном обращении не представляют опасности лишь векселя, в основе которых лежит торговая сделка или которые выданы с торгово-промышленными целями. Любые непроизводственные векселя вредно влияют на устойчивость кредита и денежного обращения»36.

Противники ограничений указывали, что вексель предназначен для обращения среди широкого круга лиц и что сомнения по поводу того, все ли подписавшиеся на векселе лица векселеспособны, будут тормозить его оборот, а, кроме того, введение ограничений может нарушить уже существующее вексельное обращение.

Споры по этому поводу не утихают в литературе и по сей день. В разное время предлагалось ограничить круг участников рынка векселей исключительно коммерческими организациями, использовать бланки векселей установленной формы, разработать особые правила для участия в вексельных отношениях банков и т. п. Но основными в предложениях об ограничении круга векселеспособных лиц можно назвать две тенденции.

Первая характеризуется стремлением приблизить российский вексельный рынок к зарубежному, придать ему более традиционный, классический вид. Данный подход предусматривает ограничение выпуска финансовых и увеличение выпуска коммерческих векселей. «Ныне за рубежом признано, что так называемые финансовые векселя (возникающие не из реальной потребности торгово-промышленного оборота, а выпускаемые для мобилизации, как правило, краткосрочных денежных средств), усложняют проведение банковской системой эффективной денежно-кредитной политики и могут использоваться для сомнительных дел, в связи с чем национальные ЦБ не принимают их к переучету и коммерческие банки, в свою очередь, избегают их»37. Если за рубежом вексель в основном является переводным и товарным, то для России характерен простой финансовый (как правило, банковский) вексель. Такие векселя банки выпускают чаще всего для оформления депозитов или использования в качестве расчетного средства, то есть для привлечения денежных ресурсов и кредитования клиентов. Выпуск коммерческими банками так называемых «банковских», или «финансовых» векселей в столь массовом и стихийном порядке является особенностью российского вексельного рынка. По сути, эти ценные бумаги, несмотря на свое название, представляют собой скорее облигации или депозитные сертификаты.

Второе предложение связано с опасностью векселей, не имеющих никакого основания. «Предприятие с уставным капиталом в один млн руб. эмитирует векселя на сотни млрд – вот в чем традиция и парадокс нашего времени. Правомерен ли такой выпуск? Правомерен, поскольку никаких ограничений нет. Но сам выпуск векселей на заведомо неоплатную сумму превращает безусловное вексельное обязательство в фикцию. Следовательно, совершенно закономерен поиск нормативных ограничителей безразмерных по сумме вексельных эмиссий»38. В качестве таких ограничителей предлагались: выпуск векселей на сумму не более оплаченного уставного капитала или резервного фонда предприятия, либо их выпуск в процентном отношении к этим величинам, либо к стоимости чистых активов предприятия (но в этом случае на векселе появится новый, не известный Единообразному вексельному закону реквизит – отметка о государственной регистрации проспекта эмиссии векселей, что противоречит международным нормам; во-вторых, без ответа остается вопрос: как определять предельный размер вексельной суммы для физических лиц; и, наконец, этой процедурой нормативно закрепилось бы смешение векселей с эмиссионными ценными бумагами), а также введение обязательного предварительного депонирования эмитентом векселей определенных средств для их последующего погашения – специальные вексельные резервы (но ведь вексель специально предназначен для того, чтобы предоставлять отсрочку платежа лицу, у которого в данный момент средств нет, но их поступление ожидается через определенный период). В любом случае представляется, что введение подобных ограничений противоречит принципам вексельного права и традициям вексельного обращения. Ведь привлекательность и удобство векселя как раз и заключается в отсутствии каких бы то ни было формальных процедур или иных сложностей при его выдаче. Данные проблемы необходимо решать, но с помощью иных мер. Прежде всего, экономического характера, поскольку сами эти проблемы прежде всего экономические: практика эмитирования векселей могла возникнуть только в стране с неразвитым рынком, порождающим собственные правила функционирования, часто не соответствующие нормативному регулированию и традициям мирового оборота. Например, уже давно предлагается изыскать возможности для создания информационной системы, обеспечивающей прозрачность вексельного сегмента рынка.

Таким образом, существенных причин для ограничения векселеспособности не имеется. И все же векселеспособность и общегражданская дееспособность по российскому законодательству не совпадают.

Специальным вексельным законодательством запрещено обязываться векселями публично-правовым образованиям. Исключение из этого правила есть только одно – прямое указание закона: «РФ, субъекты РФ, городские, сельские поселения и другие муниципальные образования имеют право обязываться по переводному и простому векселю только в случаях, специально предусмотренных федеральным законом» (ч. 2 ст. 2 Закона 1997 г.). Таким образом, Закон ограничивает только пассивную векселеспособность, активная векселеспособность публично-правовых образований определяется в соответствии с общегражданским законодательством (по ч. 2 ст. 2 и ст. 124 ГК РФ).

Появление нормы об ограничении векселеспособности публично-правовых образований представляется целесообразным. В 1993 – 1996 годах большое распространение получили в России так называемые «региональные» векселя – тогда регионы пытались своими силами решать проблемы финансирования, разрабатывая собственные вексельные программы. Но результат работы местных вексельных схем не всегда был положительным, и в любом случае в них обнаруживались существенные недостатки. «Векселя, эмитируемые местными администрациями, – нормальное явление для ненормальной рыночной экономики и ненормальное для нормальной с развитым финансовым рынком. Массовое использование векселей местных администраций в бюджетном обороте можно рассматривать как временное вынужденное явление. Выступая к качестве денежных суррогатов, эти векселя подтачивают систему денежного обращения страны, усиливают тенденцию к автономизации территорий, но не в нужном направлении… До тех пор пока в России не нормализуется бюджетное финансирование, денежные суррогаты будут выполнять функцию оборотных средств и являться необходимым средством снижения социальной напряженности и поддержания деловой активности в регионах»39. Законодатель решил сам прервать эту практику, приводящую к вымыванию наличных денежных средств из местных бюджетов. Поскольку на данный момент на территории РФ еще обращаются такие «бюджетные» векселя, выданные до вступления в силу Закона 1997 года, в ч. 3 его ст. 2 предусматривается, что возникшие на их основе обязательства сохраняются до срока их погашения.

Таким образом, по российскому законодательству активной векселеспособностью (вексельной правоспособностью) обладают следующие лица:

– правоспособные граждане РФ, а также лица без гражданства и иностранные граждане;

– коммерческие юридические лица (кроме унитарных предприятий, устав которых запрещает им вступать в вексельные сделки), некоммерческие юридические лица, если приобретение прав по векселям не противоречит их Уставу, а также иностранные юридические лица;

– Российская Федерация, ее субъекты и муниципальные образования.

Пассивной векселеспособностью (вексельной дееспособностью) по российскому законодательству обладают:

– дееспособные граждане РФ, лица без гражданства и иностранные граждане, а также частично и ограниченно дееспособные с разрешения своих законных представителей (последнее представляется недопустимым, в связи с чем необходимо ввести в законодательство прямой запрет обязываться векселями этим лицам);

– коммерческие организации (кроме унитарных предприятий, устав которых запрещает им вступать в вексельные сделки), а также некоммерческие организации, если это не противоречит их Уставу;

– в случаях, указанных в законе – публично-правовые образования (в качестве исключения, но пока законом не предусмотрено ни одного такого случая).

Итак, хотя законодатель высказался по вопросу о векселеспособности в Законе 1997 года, всех пробелов он не преодолел. Представляется необходимым ввести в законодательство о векселях прямой запрет обязываться векселями неполностью дееспособным гражданам (так как по общегражданскому законодательству эти лица могут заключать все сделки, хотя и с согласия законных представителей), а также уточнить круг прав и обязанностей юридических лиц, которые не могут заключать сделки с векселями, но имеют в своих активах векселя.