Комнатный менестрель. Поэтический сборник

Корсар

Ты душою корсар!

Что за глупый обман –

Ошибиться при выборе века?

Не залить ромом боль

И картечный огонь

Не встречать безнаказанно смехом.

Ты представь – тишина,

Лишь шальная вода

Бередит предрассветную мёртвость,

Но маячит фрегат,

И ликующий флаг

Вдруг становится траурно-чёрным.

Раскололся поток –

Звонкий пушечный вздох

Эту райскую сказку нарушит,

И кренится корма,

И ликует волна,

Подбирая пиратские души.

Сходу на абордаж,

Чтоб потешить кураж,

Второпях повторяя молитвы.

Цена золота – смерть,

Ведь в аду всем гореть,

Если будет проиграна битва!

Лютый риск – наша жизнь.

«Эй, на вахте, держись!

Мы обходим опасные рифы.»

Всё сегодня не так

(Ты достанешь табак),

И в порту эпидемия тифа.

Чёрт побрал бы судей

Да железо цепей

И избавил моря от закона.

Что указ короля!

Здесь возможность одна –

Подчиниться игре Посейдона.

Может, завтрашний день

Возвратит сладкий плен

Смуглый девичьих рук Джельсомины.

Нить коралловых бус

С обещаньем «Вернусь»

Ты наденешь на шею любимой.

Тебе ж сабля под стать,

Всё равно умирать

Всей команде придётся до срока.

Ты – душою корсар!

Авантюрный роман

Погребён под замком переплёта.

2002 год

Однако жизнь всегда предлагает нам выбор – до конца оставаться героем или рискнуть и выбрать свободу.

Я была на окраине города,

Когда гордо входили войска.

Ничего нет в старениях нового –

Та же вечная боль и тоска.

А вчера ещё, до поражения,

Миннезингеры звали с собой:

«Что ты ищешь, дитя? Унижения?

Мы тебе предлагаем покой!»

Но ответила я: «Мои милые,

Ваши песни в душе сохраню!

Только дни эти злые, постылые

Я в родной стороне проведу.

Пусть чужие красоты заманчивы…

Пусть не верю, что мы устоим…

Не корите девичью запальчивость,

Но я буду с народом своим!»

Улыбнулись, назвав меня гордою,

Подмигнули: «Дорога узка!»

Я была на окраине города,

Когда гордо входили войска.

Посмотрела на ранее зарево,

На животные взгляды людей,

И как горе соседку состарило,

Отобрав у неё сыновей.

Я подумала, я поразмыслила.

Я по узкой дороге пошла…

И в селенье под утро лучистое

Миннезингеров я догнала.

2002 год

Ну, действительно, – кто ещё так же свободен, как бродячие артисты? Их жизнь полна приключений и радости. Ведь так?

Каждый день имеет свой финал.

Каждый свет имеет свой источник.

Всё равно – успех или провал –

Мы снимаем маски ближе к ночи.

Мы смываем грим с усталых век,

С тихих губ, измученных улыбкой…

Всё равно – провал или успех –

Завтра будет новая попытка.

Будет жгучий страх и стук сердец.

Под картонный скрип схалтурил чудо.

Всё равно – антракт или конец –

В благодарность мы берём эскудо.

И, пересчитав в кармане медь,

Боль и страсть мы нарекаем вздором.

Всё равно – играть или смотреть –

Все мы безнадёжные актёры!

18 апреля 2005 года

Жизнь бродячего артиста непредсказуема в своих поворотах. Она бросает его от быстротечного уюта через тяготы долгого пути к подмосткам, которые подчас представляют собой базарную площадь. Впрочем, настоящий артист всегда готов сыграть свой…

Бенефис

Правитель умер. Скорбные стада

Рыдают иль кривляются в экстазе,

Но сразу оклик: «Ну же, господа,

А вы готовы к новой перифразе

Извечных тем под маской остроты,

Больных проблем под соусом злословья?

А вы готовы к гибели мечты?..

Или наелись и теперь довольно?»

Десятый день шумит, бурлит Совет,

Как без наследников не впасть в смятенье,

И вот, презрев традиций оберег,

Приходят к небывалому решенью…

……………………………………..

Я – шут, я – лицедей, я – гистрион,

Знаток людей, желаний их стихийных,

Мне неприятен пристальный закон,

И я держусь подальше от всесильных.

Моя вина – беспечный первый шаг

И торопливость, будь она неладна!

Я первым вышел к площади, где флаг

Приспущенный, низвергнутый, бездарный

Болтался, словно ветошь, на древке –

Лишь я и он, и никого на акры.

Присматривал по утренней поре

Я место для вечернего спектакля…

Судьба глумливая, к чему сей поворот?

Бегут со всех сторон… Взялись откуда?

Меня за ручки – оп! – и в оборот,

И лыбятся, как будто видят чудо.

Меня в правители? Побойтесь вы богов!

Я – не герой, не верьте обаянью,

И не дурак, хотя и скоморох.

Зачем же за грудки да на закланье?

Но, как прибой, не ведающий страх,

Кипит толпа, запруживая площадь,

И я в руках, во взорах, на устах –

Распластан этой радостью и мощью.

Все жаждут от избранника судьбы

Спасительных решений и исхода.

Ох, чую – не сносить мне головы,

Но коли так – расстанусь с ней не скоро!

Поникший флаг взовьётся птицей ввысь,

Ведь я теперь отец и искупитель!

То будет небывалый бенефис.

Правитель мёртв. Да здравствует правитель!

28 мая 2019 года

Но лицедейство есть не только на сцене! О. нет! Сколь много его в обычной жизни. А у тем более в светском обществе, например, 19 века.

Светская игра

А я бы мог в тебя влюбиться…

Но ты сильна – сильнее многих!

Кто не мечтает пригодиться,

Тот грезит о твоей подмоге.

Мне бы картинно падать наземь

И целовать твои лодыжки…

Но у тебя интриги, связи

И ни секунды передышки.

Ты, оценив все перспективы,

Гостей тасуешь, как колоду –

Из юных, свежих и красивых

Ты создаёшь себе корону.

Твой взгляд, пронзающий до сути,

Мог стать кометой на излёте

Иль маяком на перепутье…

Но бездуховность нынче в моде!

Твой муж незрим – легенда света,

Он лишь намёк на кров и помощь…

И сколько будущих поэтов

В твой будуар входило в полночь!

Но кто осмелится злословить?

Ведь твой гарант – твоё же имя.

И, чёрт возьми, не смею спорить –

Ты непреложная богиня!

Икона с привкусом блудницы,

Гранд-дама шика и приличий…

Ах, я бы мог в тебя влюбиться,

Но покер всё-таки привычней!

13-14 сентября 2018 года

Ах, этот бурный 19 век!!! Но особенно много открытий и нововведений было во второй его половине. Это и техника, и культура. Если же говорить о последней, всё безумство и оригинальность сконцентрировались в Париже – городе творческих людей, не признающих рамок. Что ж, давайте перенесёмся в столицу Франции, в знаменитый Мулен-Руж.

Сказка на пороге.

В бреду огней и кружевных каскадов,

В пьянящей мгле шелков и стройных ног

Нам кажется, что долгая награда

Однажды переступит сей порог.

В толпу людей сбегаем от обмана,

И разбавляет будничность гарсон,

Тулуз-Лотрек, уродливый и пьяный,

И Ла Гулю, танцующая сон.

Наверно, есть исход в таком смешенье,

И Богу ни к чему твои слова,

Мы смело замарает восхищеньем

Устало-обделенные глаза.

Никто из нас не обретает сути,

Никто из нас не верит в правду душ,

Мы избегаем мрачного распутья

И все стремимся в личный Мулен-Руж.

2 марта 2002 года.

Но то бесшабашный Париж – у нас, в России, рубеж веков хоть и сопровождался взлётом поэтической мысли, в основном казался уютным и неторопливым. Основная часть дворянства жила тихо, иногда по-чеховски впадая в меланхолию, порой по-бунински наслаждаясь каждым днём.

Мне б уйти и в просторе укрыться…

Тихо плачет морозная даль.

Без меня ты забудешь поститься

И накидывать тёплую шаль.

Что тебе до моих устремлений?

Ты в наивности столь хороша!

Но я вижу, как в сладостной лени

И моя утопает душа.

Мне б уйти – ты не сразу заметишь,

А поймёшь – не сбежишь до ворот.

Лишь служанку рублём не отметишь

И не сверишь зеленщика счёт.

Задремав над романом прескверным,

Ты полночи проспишь на тахте,

А на утро – мигрень или нервы,

Или просто ты будешь в тоске.

И в гостях позабыв пелерину,

Ты простынешь на Всенощной вмиг

И в буфете не сыщешь малину

Среди чистых поваренных книг.

Из Европы приехавший братец

Снова выклянчит тысячу в долг –

Отмахнувшись от братских объятий,

Ты ссудишь ему две, видит Бог!

И присев у камина на даче,

Неухоженной с зимней поры,

Ты решишь погадать на удачу –

Только выпадут все короли.

Ты вздохнёшь, но, чураясь сомнений,

Созовёшь всех соседей к себе.

А по осени сваришь варенье

Загустевшее, словно желе.

По утрам, только реже и строже,

Ты украсишь причёску цветком…

…………………………………

Впрочем, нет!!! Никогда не встревожу

Твой блаженный уют пустяком!

5-7 февраля 2019 года

Но если вы думаете, что смельчаки перевелись на русской земле к началу 20 века, то я поспорю с вами! Вовсе нет – дух авантюризма не покидал русских людей. Например, авиаторы – отчаянные личности, ведь в ту пору не было никакой страховки, и если самолёт падал, то вместе с ним падал и лётчик. Да и сами самолёты были весьма сомнительной техникой, но это не останавливало влюблённых в небо!

А на земле их безропотно ждали семьи, всё понимая и лишь немного претендуя на их внимание.

Авиатор

Тишину рождественского неба

Опоясал лентой самолёт.

Ты придёшь к семейному обеду.

Завершив обыденный полёт.

На столе варенье и цукаты,

Фрукты и мочёная ирга.

Ты пойми, мой славный авиатор:

Небо – бесконечная игра.

В декабре и на земле красиво –

Тихий праздник скроет суету.

Между рейсов в кратком перерыве

Загляни в родимую семью.

Я не соревнуюсь с небесами

И не собираюсь упрекать.

Вечер, пересыпанный огнями.

Будешь вместе с нами коротать.

Заискрится сказкою сочельник,

Улыбнётся маленькая дочь…

Мой летучий труженик-бездельник.

Если хочешь жёнушке помочь,

Привези из заоконной дали

Сладких марципановых чудес.

И своими синими глазами

Убеди – нет жизни без небес!

16 октября 2002 года

А потом настала в истории Европы и России очень сложная пора, когда уютное прошлое столкнулось с огненным настоящим…

И многим осталось лишь вспоминать об утраченной покое.

Её руки пахли мёдом и мелиссой,

И она давно забыла предрассудки,

Но невинны были долгие прогулки

От цветов ирги до ягод барбариса.

Я смеялся избалованным ребёнком

И лукавил умудрённым дон Жуаном,

А она всегда была чуть-чуть неловкой,

Но такой родной и милой – без обмана.

А потом, когда уже созрели сливы

И вареньем пахли зори и закаты,

Я ушёл туда, где глупые солдаты

Думают, смерть может быть красивой…

Я вернулся невпопад и слишком сложно

И порою сам себе казался лишним…

Её руки пахли ладаном и воском,

И она давно не собирала вишни.

12 июня 2003 года

В расколовшемся мире революций и войн больше всех страдали спутницы честных людей, ведь они понимали, как сложно будет их возлюбленным изменить присяге, как мучительно станут искать они правду, как истово будут жаждать справедливости, а значит, никакие молитвы не уберегут их от гибели или от нравственных страданий.

Романс

По хрупкой наледи вчерашнего раздолья,

По светлой вере в наступающую тишь

Я нагадаю тебе счастье и тревоги,

Я угадаю всё, о чём ты промолчишь.

Судьба раскинет пред тобою две дороги.

Но ни одна из них в дом отчий не ведёт.

И на коленях мне не вымолить у бога

Не обрекать тебя на этот поворот.

Как примириться мне с твоим великодушьем?

Но не пристало офицеру убегать!

И в этом выборе меж прошлым и грядущим

Тебе придётся лишь на сердце уповать.

4-6 марта 2008 года

Путь же отчаявшихся и покинувших Родину был не легче – их ждали тревоги, тяготы и постоянная сжимающая сердце ностальгия по стране, которой больше нет, по миру, который исчез безвозвратно. Но они гордо вскидывали головы и шли вперёд, сохраняя чувство собственного достоинства как единственное уцелевшее наследие.

Разве можно такой стильной даме грустить,

Прятать слёзы под чёрною тушью?

Ваш удел – не жалеть, не прощать, не любить…

Лишь признания страстные слушать.

Не пристало, мадам, вашим хрупким плечам

Выволакивать тяготы жизни!

Вам пристало шутить, и шампанское пить,

И на смерть посылать за Отчизну!

И небрежно скакать на каурых конях,

И высмеивать лирику юных…

Кто посмел допустить вашей роскоши крах?

Кто Вам роль чужестранки подсунул?

Из-под шляпы скользнёт поседевшая прядь,

Дождь парижский испортит горжетку…

Ах, Мадам, я б желал повернуть время вспять

И писать Вам стихи на салфетках!!!

31 августа – 6 сентября 2006 года

Казалось, самое страшное уже позади – никогда человечество, наученное горьким опытом Великой войны, не поднимет орудия на своих братьев и сестёр. И можно беспечно жить и верить в сиюминутную радость.

Антуану де Сент-Экзюпери посвящается

От твоего последнего полёта

До моего восторженного взгляда

Письмо с разбившегося самолёта

Уже полгода ищет адресата.

Увы! – годами тайну не измерить,

Не заглянуть за мокрые печати…

Сегодня я умею только верить,

Марать бумагу и шутить некстати.

Быть может, время превратило в сказку

Твой образ, притягательный и странный,

Тогда позволь, и я надену маску,

И я предамся твоему обману.

Но если между нами не полвека,

А полсекунды… Старенькая карта

Разложена рукою человека,

Что, как и я, не признавал стандартов.

От твоего потухнувшего лета

До моего июня так неблизко.

Но я пишу серьёзные ответы

На все твои неприсланные письма.

Июнь 2000 года

Всё, что разделяет нас порой с удивительными людьми, – время.

О, как было бы прекрасно, будь среди многообразия галактик такое место, где время замирает и позволяет насладиться каждым мгновением. А вдруг это место существует и необходимо лишь его найти? Возможно, путь туда зашифрован в детских сказках, что нам некогда читали на ночь.

Сказка на ночь

На стыке галактик: спиральной, роскошной

И ломанной, маленькой, как черенок –

Направо от Циркуля… Слушай же, крошка! –

Такого сам Хаббл представить не мог.

Есть место одно… Не сказать, что уютом

Оно привлекает скитальцев шальных,

Но сядешь за столик – и льются минуты,

И плещется время в ладонях твоих.

Мгновения в креме. Под соусом вечность.

Дневная нарезка. Рулет из судьбы.

Ты слушай, малышка! – там грусть и беспечность

В один «гоголь-моголь» навек сплетены.

Там музыка сферы со льдом и крем-содой

Потушит агонию зова пути…

Запомни внимательно каждое слово,

А как подрастёшь – постарайся найти!

Потом, не сейчас! Для тебя это сказка,

Где космос и время безбрежны пока.

Ты спи, не страшись – я оставлю подсказки,

Я всё объясню – только слушай меня.

От Циркуля вправо…

19 сентября 2019 года

Ах, эти мудрые сказки…. О, это чудесное детство!

Когда всё возможно – ведь это самая беспечная пора, мир волшебства и очевидных, непреложных чудес, время честных драк и смелых мечтаний.

Ламантины

А помнишь – было просто и так мило…

Мы доверялись предрассветным снам.

И в небе проплывали ламантины,

Сверяя курс по звёздам и ветрам.

А помнишь, как мы верили в приметы –

Наивные, беспечные сердца –

И нынешнее узенькое лето

Распахивалось в вечность от крыльца.

А помнишь – утопая в мире книжном,

Стремясь познать простор и горизонт,

Мы чувствовали: каждое затишье

Благие штормы следом принесёт.

Мы не дрались – а защищали слабых,

Не маялись – а жили в облаках,

Не плакали – а просто уставали

От паутины ссадин на ногах.

Мы знали жизнь так чётко, так извечно –

От камешка до призрачной звезды,

И в этот мир таинственный и млечный

Киты и ламантины нас несли…

................................................................

Но взрослость рушит детские плотины.

Взметнётся сына дерзкая рука –

Он скажет: «Посмотри, там ламантины!»

А я отвечу: «Это облака».

11 сентября 2019 года

Детство, конечно, изумительное время, но не менее хороша и юность – какими неугомонными, свободолюбивыми, жадными до новых знаний и ощущений мы были!!! Современной молодёжи трудно понять, какое сложное нам выпало время – мы видели ломку традиций и заново отстраивали собственное мировосприятие. Но это была такая славная пора! Пора веры в себя и обретения друзей!

И мы такими иль почти такими,

Конечно, были много лет назад:

Ругались и поверхностно любили,

И хвастались удачей невпопад…

Но мы не знали сладкий вкус кофеен,

Табачно-холостую маяту…

Мы знали век, что нами был осмеян,

И жар холодной водки на ветру,

Нетрезвый спор, призывный плач гитары,

Чужих столов приветливую длань…

Из всех щелей, как мамина опара,

Рвались в свою придуманную даль!

И, обретая скепсис не из книжки,

Во имя правды отвергая лесть,

Мы столько понабили горьких шишек!

Но точно знали, что такое честь.

Не отрекаясь от культурной пыли,

Мы бережём истории руно.

Как хорошо – мы были не такими!

И измениться нам не суждено!!!

28 апреля 2005 года

Дружба очень важна, но всё-таки мы ищем кого-то более близкого, кто всегда будет рядом, того, кто выслушает, поддержит или утешит.

Где ты ходишь, когда ты нужен?

Когда кровь по венам кипит?

По каким чужеземным лужам

Твоя поступь эхо дробит?

Каких мельниц лопасти рубишь,

Одинок и стоек в бою?

Да, я знаю – ты любишь… любишь…

Чем докажешь любовь свою?

Мне не надо голов драконьих,

Мавританских чудных шелков!

Мне б уткнуться в твои ладони

И укрыться от грозных слов!

Ты – не Бог, не отводишь беды.

Не прошу тебя ни о чём!

Но с тобой становлюсь я смелой…

Или плачу в твоё плечо.

Где ты ходишь? Какие стужи

Преграждают твой путь домой?

Ты сегодня, как воздух, нужен!!

Мне сегодня нельзя одной!!!

2005 год

Поддержка родных людей необходима, ведь у каждого из нас бывают моменты сомнений – когда кажется, что творчество – пустая блажь и стоит бросить глупые мечтания, перестать летать в облаках и твёрдо встать на обыденную землю.

А может быть, пора рожать детей?

Писать сонеты в толстые тетрадки?

Печь тарталетки в праздник для гостей

И прятать новогодние подарки?

А может, хватит – бегать за мечтой,

Оберегать потрёпанные крылья

И проклинать ухоженный покой,

На прозу налагая епитимью?

А может, глупо – верить в чудеса,

Но проходить, как все, свой путь извечный –

От Творчества до просто ремесла

И мнить судьбу слепой и бессердечной…

А может, стоит подсчитать бюджет,

Не грезить об Уффици и Сан-Марко…

И сочинить веселенький сюжет

Для чинного домашнего театра.

И долгий путь пройдя без суеты,

Без бурь, что оседают в мемуарах,

Понять, что подменённые мечты

Не стали ни блаженством, ни кошмаром.

14 ноября 2007 года

Ежедневные заботы – то, из чего состоит наша жизнь. Но кого из нас не накрывала усталость от этой рутины? Кто не хотел однажды хлопнуть дверью и уйти за манящий горизонт без сожаления и продуманного плана?

У каждого своё обетованное место… У меня Скалистые горы – возможно, как наследие моей юношеской увлечённостью культурой североамериканских индейцев.

Мне б укрыться в Скалистых горах от нежданных потерь,

От бюджетных коллапсов, от сиюминутной печали…

Мне никто не сказал, что к свободе закрытая дверь –

Самый верный союзник безумно-счастливых венчаний.

Пусть восточные ветры срывают сухую листву,

Пусть беснуются ястребы средь грозовых перекатов…

Будет искренний день – я в Скалистые горы уйду,

За себя лишь в ответе, минуя чужую расплату.

И уткнувшись в глухие обиды обыденных дней,

Я смогу обмануться на миг ощущеньем свободы,

Но внезапно пойму, что не сбросить с понурых плечей

Всю ответственность, что накопилась за взрослые годы.

Вот пройдёт много лет – я, наверное, стану иной

И смогу безучастно принять все пустые укоры.

Только в выборе между твоей и моею судьбой

Я всегда выбираю Скалистые горы!

26 – 27 августа 2015 года

Но сорваться в неведомые дали – непозволительная роскошь, поэтому мы находим другие отдушины – например, придуманные миры книг. И как же порой обидно выныривать из этого мира, когда интересная книга или целый цикл книг заканчиваются.

На окончание прочтения Поттерианы.

Вот и всё. Окончена история…

Возвратилась книга в пыльный шкаф.

Лёгкий шаг с запретной территории –

И ты снова в будничных краях.

Только сны – запутанно-манящие –

Увлекают, дразнят волшебством…

Кто сказал, она – ненастоящая,

Сказка, сотворенная пером?

Ну зачем, доверившись банальности,

Забываем чуда аромат?

Пряча, как пороки, наши странности,

Подгоняем души под стандарт.

И душа, лишившись детской грации,

Вздрогнет, как обиженный малыш,

Когда книги той экранизация

Позовёт с раскрашенных афиш.

07 января 2008 года

Впрочем, иногда книги нужны нам не только для того, чтоб убежать от реальности, но и чтобы понять себя. Чтобы вдруг осознать, что твой мир ничем не уступает шальному книжному, потому что в твоём есть нечто более важное, чем беспечные приключения и минутные развлечения.

На роман Т.Капоте «Завтрак у Тиффани»

Я наливаю чай

И открываю книгу –

В истёртости страниц

Правдивая печаль…

Быть неприкаянной

Лет в двадцать – это мило,

Искать свою судьбу

В роскошных мелочах.

Но время – злой пророк

И лекарь от мечтаний.

Он разведёт по дням

Унылые дела.

И не сорвать джек-пот –

Иные испытания,

И не порхнуть за дверь –

Надёжны удила!

А хочется вздохнуть

И, возродясь из пепла,

Наивность и соблазн

Перемешать в крови!

А вдруг нежданный путь

Под вой дождя и ветра –

Тот самый, только твой

Для крыльев и любви?!

Но выйдя из дверей

В шальное зазеркалье

Чем станешь ты платить

За призрачную блажь?

Улыбкой сыновей?

Сердечным пониманьем?

В залог каких чудес

Спокойствие отдашь?

Лишь в мире книжных лиц

Порядок ненавистен:

Там взбалмошность во всём,