Путь Создателя. Часть I. Время жить

– «Вот и не привлекли внимание», – подумал Элиот.

Один из мужчин приподнял руки, в знак того, что он с хорошими намерениями. Элиот посмотрел ему в глаза и не увидел в них угрозы.

– Мы приберем – сказал мужчина, Элиот кивнул в ответ, развернулся и поспешил в сторону улицы, на которую свернули Элис и мальчик.

Элис держала малыша за руку, он вел ее вдоль домов. В конце квартала они уже хотели свернуть в переулок, когда оттуда вышли три гвардейца. Элис со всего маху налетела на одного из них. Другой тут же схватил мальчишку и оттащил в сторону.

– Вот ты где, паршивец!

Тот, на которого налетела Элис, отпихнул ее со всей силы от себя и вытащил меч. Элис не удержалась на ногах и упала на спину, выронив клинок. Приподнявшись на руках, она отползла чуток назад и, не отрывая взгляда от нападавших, стала судорожно нащупывать клинок. Гвардеец без лишних разговоров и предупреждений замахнулся на нее. В этот момент она наткнулась левой рукой на клинок. Ухватив его за рукоятку, так что лезвие прижалось вдоль запястья по направлению к локтю, она в последнюю секунду успела выставить блок, защищая себя от опускающегося, со всего размаха, меча, тот наткнулся на препятствие и заскрежетал. Рука заныла от напряжения и дрогнула, она держалась и тут словно из неоткуда появился Элиот. Он выбежал на улицу и увидел, как Элис толкнул гвардеец, кинулся со всех ног и преодолел расстояние за считанные секунды. Когда гвардеец нанес удар, Элиот вскрикнул и налетел на него, сбив с ног, ярость захлестнула, и он одним рывком проткнул нападавшего. Двое других обнажили мечи, отшвырнув мальчишку в сторону. Он налетел на стену дома, сполз по ней и сжался в комок. Элис пришла в себя, рука еще дрожала и болела, клинок немного поранил кожу, и выступила кровь. Но она ещё не решалась встать. Элиот в мгновение ока разделался с двумя другими и тяжело дыша, кинулся к ней.

– Ты цела? – он опустился на одно колено перед ней.

– Да! – она почти восстановилась.

Неожиданность столкновения и жестокость гвардейцев ошеломили ее.

– У тебя кровь! – встревожился Элиот

– Пустяки… – отмахнулась она, поднялась и поспешила к малышу – Ему нужна помощь!

– Что случилось?

Элис опустилась на колени перед малышом и аккуратно до него дотронулась. Он вздрогнул и поднял глаза, но увидев ее, он кинулся на шею, обнял своими крохотными ручками и уткнулся лицом в волосы. Его трясло, сердечко билось быстро.

– Ш-ш-ш! Все хорошо – успокаивала малыша Элис, поглаживая по спинке – Его мама в беде, им нужно помочь… – объяснила она Элиоту.

– Тогда надо спешить, здесь были всего три гвардейца, значит, есть ещё…

Малыш отпрянул и испуганно взглянул на Элиота.

– Не бойся, я Элис, а это Элиот. – представилась она. Мальчик переводил испуганные глазки то на нее, то на него. – Как тебя зовут?

– Эдвард…

– Эдвард покажи нам дорогу. – мягко попросила Элис.

Малыш согласно покачал головой и указал направление. Элиот шел впереди, осторожно осматривая примыкающие переулки. На случай, если на пути опять покажутся гвардейцы, он держал меч наготове. На улочках никого не было, что было кстати. Они удалялись от центра города, петляя по узким переулкам и, постепенно, приближаясь к окраине города. Наконец, они достигли последнего переулка. Элиот осторожно выглянул из-за дома и прижался к стене, за ним к стене прижались Элис и мальчик. За углом дома была дорога между городской стеной и домами, которая проходила по всему периметру города. На этой дороге стоял закрытый деревянный фургон с небольшими окошками на верху, перед ним на бочках сидели четверо гвардейцев и ещё двое стояли рядом.

– Там шестеро гвардейцев. – сообщил Элиот и сжал меч, собираясь идти напролом, но Элис остановила его.

Она отвела мальчика дальше от поворота. У соседнего дома стояла большая плетёная корзина в половину человеческого роста. Она завела малыша за нее.

– Сиди здесь, я вернусь за тобой… – Малыш кивнул и, прижав колени к груди, обхватил их руками.

Она вернулась к Элиоту. Спустила с плеч платье, чтобы получилось декольте, и подтянула юбку, завернув ее несколько раз на поясе, чтобы она достигла колен.

– Что ты делаешь? – он поморщился, в глазах отразилось непонимание.

– Их там много, буду выманивать… Приготовься… – он не успел и возразить, как Элис уже вышла из укрытия и продефилировала до середины переулка.

– Эй! – послышался оклик.

Элис повернулась к гвардейцам, улыбнулась, подмигнула, и поманила пальчиком, затем также спокойно покачивая бедрами, направилась к углу дома, где прятался Элиот. Двое гвардейцев уже спешили к ней. Кто-то из них присвистнул.

– Стой!!!

Но она лишь повела плечом и, легонько приподняв руку, подала знак Элиоту, что идут двое, и затем шагнула за угол. Элиот кивнул, напрягся и приготовился к атаке. Элис поспешила отойти подальше, спряталась там же, где и малыш, обняла его, а он прижался, как котенок.

Как только первый гвардеец завернул за угол, Элиот со всего маха заехал ему в челюсть, тот отлетел в сторону. Второй не успел, как следует, сориентироваться, машинально блокировал удар ногой в пах, но пропустил удар по ребрам и затылку рукояткой меча. Когда он согнулся от боли и упал, очухался первый, Элиот отразил удар и с одного выпада проткнул, нападавшего. В этот момент подбежали еще двое. Лязг стали, сдавленные стоны и кровь гвардейцев омыла мостовую. Элиот направился к последним двум охранявшим фургон. Они с рычанием напали с разных сторон, пытаясь сбить его с толку, но Элиот, чувствовал в себе прилив сил, его реакция была молниеносна, а удары настолько сильны, что гвардейцы, вынуждено, сдали свои позиции. Повстанец выбил меч из рук нападавшего справа и с разворота полоснул нападавшего слева, развернулся обратно и нанес смертельный удар безоружному гвардейцу, щадить он явно никого не собирался.

Звуки борьбы затихли, и Элис вышла из укрытия, взяв за руку мальчика. Элиот стоял над трупами, переводя дыхание, и обернулся на приближающиеся шаги. Элис уже привела свое платье в порядок и выглядела прекрасно.

– Ты мой ангел Хранитель – прошептала она, подойдя к Элиоту, и улыбнулась.

Мальчик отпустил руку и подбежал к закрытой двери фургона и стал дёргать.

– Мама, мама!

– Эдвард! – послышался очень тихий слабый голос и ещё несколько взволнованных голосов.

Элис взяла мальчика за плечо и жестом попросила отойти, дав дорогу Элиоту. На двери висел амбарный замок, он поддел его мечом и со всей силы дернул. Замок сорвался вместе с петлями, дверь открылась. В фургоне были женщины, на вид не старше сорока, все измученные и изможденные. Мальчик влетел в фургон и пробрался в самый конец, к женщине, сидевшей у противоположной стены, она выглядела очень бледной и слабой. Он прижался к ее груди, она слабо улыбнулась, обняла его и поцеловала в макушку.

Элиот помог выбраться женщинам из фургона. Всего их было десять, включая маму Эдварда, а он был единственным ребенком. Мама Эдварда была очень слаба и не могла выйти из фургона. Элис вошла внутрь и присела на корточки возле нее.

– Вы можете двигаться? – спросила она женщину.

Та печально покачала головой и проговорила еле слышно.

– У меня совсем не осталось сил… – губы ее отдавали синевой и потрескались от недостатка жидкости.

– Элиот! – позвала Элис, тот просунул голову в дверной проем – Найди воды… – он кивнул и исчез, Элис поднесла руку ко лбу женщины, он был прохладный и влажный, та потратила силы на то чтобы обнять сына, и у нее выступил пот.

– Позаботьтесь об Эдварде… – женщина с мольбой смотрела на Элис.

Элис ощутила боль матери, комок подступил к горлу, глаза защипало. Усилием воли она остановила эти эмоции.

– Нет! Ты будешь жить! Никто лучше тебя не позаботится о сыне! – сказала она с твердой уверенностью, взяв женщину за руку и смотря прямо в глаза.

От прикосновения по телу женщины прокатилась волна тепла. Через минуту Элиот вошел в фургон с флягой воды, которую он нашёл у гвардейцев. Элис взяла флягу и поднесла к губам женщины, немного наклонила. Она всем сердцем желала ее восстановления, малыш не должен остаться без матери, но как ей помочь не знала. Женщина сделала несколько глотков и прикрыла глаза. Элис взяла ее за плечо.

– Как твоё имя? – спросила она.

– Ана. – женщина с трудом приоткрыла глаза.

– «Ана! Если я могу восстановить себя, Элиота, то и ее смогу» – Элис сосредоточилась на имени, смотря женщине в глаза, и на своих ощущениях, стараясь почувствовать хоть что-то.

Она не знала, что ей необходимо ощутить, чтобы помочь, но тут ее осенило, что самое лучшее, что она может ощутить это любовь. Любовь ко всему сущему, любовь матери к сыну, любовь ребенка к матери, и это самое сильное и всеобъемлющее чувство, которое может все. Элис зацепилась за это, и посреди всего эмоционального хаоса, она ощутила то чувство, те вибрации, что исходили от женщины, подхватила это ощущение и усилила его в разы, связав со своими эмоциями. Сработало, она почувствовала, как исцеляющая энергия растет и увеличивается, Элис сделала глубокий вдох и увидела легкое свечение, почувствовала, как нечто выходит за пределы ее тела и окутывает женщину с малышом на руках. Эдвард оторвался от матери и посмотрел на Элис, он пытался понять, откуда появилась сила, втекающая в него сейчас, как живая вода в опустошенный сосуд. Его голубые глазки смотрели на Элис пронизывающим взглядом, и она ощутила его эмоциональное состояние. В этот момент он испытал счастье, которое теплой волной прокатилось по его маленькому телу, он словно засветился изнутри. У Аны по щекам текли слёзы, но она не всхлипывала, она не могла оторвать глаз от сына. В какой-то момент Элис ощутила легкий энергетический толчок, и ее отшатнуло в сторону. Элиот, который все это время присутствовал рядом и был свидетелем происходящего, подхватил Элис и помог ей подняться. Она смотрела на него невидящим взглядом, пока он не вывел ее из фургона, усадив на бочку стоявшую рядом. Убедившись, что она может самостоятельно сидеть, вернулся в фургон помочь Ане. Женщины обступили Элис, кто-то подал воды, кто-то что-то говорил или спрашивал, но Элис не разбирала слова, она сделала несколько глотков и начала приходить в себя. Элиот вывел Ану из фургона, она выглядела лучше и держалась на ногах уверенно. Эдвард подскочил к Элис, она присела на корточки, и он обнял ее за шею.

Примечания