Акцент судьбы

Ким поморщился при упоминании о женском поле. Конечно, он был не против познакомиться с некоторыми представительницами прекрасного пола, но на таких мероприятиях, как правило, все было расписано и распланировано, распорядители строго следили за соблюдением регламента приема, поэтому случайное знакомство было маловероятно. Виллан же, увидев реакцию Кима, откровенно развеселился:

– Господин лейтенант, позвольте узнать, вы каких предпочитаете – стройненьких, полненьких, умненьких или глупеньких. Умных не советую – с ними со скуки умрешь, а вот с глупенькими хорошо, они просто очаровательны, с ними чувствуешь себя настоящим разумным существом.

– Ну а что с полненькими?

– А вот здесь совета не будет, это уже определяется степенью симпатий. Иногда столько красивых, ярких девушек вокруг, а тянет к невзрачной, и абсолютно неважно, полная она или стройная.

– Ясно. Главное, чтобы человек был хороший, – усмехнулся Ким.

– А вот вы зря так шутите, господин лейтенант. Не знаю, как в вашем случае, а в моем это самое главное.

– А разве принцу не положено жениться по политическим мотивам?

Принц поднял указательный палец и произнес:

– Наследным принцам – безусловно, а ненаследным – нет. Это, возможно, мое счастье, и я в будущем надеюсь этим воспользоваться. Да, и не надейся, как всегда, потихоньку исчезнуть с приема. После мероприятия мы направляемся на корабли нашего флота, а там снова торжество и снова все сначала. День у нас предстоит очень длинный. С языком у тебя все в порядке, твой акцент уже не режет слух, как вначале, фразы строишь как надо. Правда, юмор у тебя для нашего мира тонковат, если будешь шутить, то, пожалуйста, потолще.

– Не. Я так шутить не умею. Лучше я буду вообще молчать.

– А вот это у тебя вряд ли получится. Так как ты будешь единственным, кто владеет нашим языком, то на тебя и повесят все проблемы общения с твоими соотечественниками.

– Здрасте. У вас что, переводчиков нет?

– Почему нет? Есть пара. Но, согласно протоколу мероприятий, они должны сопровождать меня на официальной части.

– На кой черт я все это время учил ваш язык?

Виллан расхохотался:

– Но-но, господин лейтенант. Прошу без оскорблений. Вы должны гордиться знанием нашего языка, вам оказана большая честь говорить на нем. И вообще, что вы себе позволяете? Принц, приехавший к вам, исключительно из уважения изучает ваш язык, а вы не желаете сделать ответный жест, в ваших действиях просматривается неуважение к нашему миру.

– Не ври. Я уже знаю, что в вашем мире нет националистических замашек. Так что мало кто обратит на это внимание.

– Правильно, этого нет. Но, думаю, моим соотечественникам будет очень приятно, если к ним проявят чуточку уважения. Тем более что Содружество заинтересовано в нашем союзе, а потому именно от вашего отношения к нам зависит, насколько будет положительным решение этого вопроса.

Ким, уже набравший воздуха для решительного возражения, так и застыл с раскрытым ртом и, не найдя изъянов в рассуждении Виллана, с шумом выдохнул и буркнул, что это шантаж, чем привел принца в неописуемый восторг.

Прием проходил в столичном церемониальном дворце. Пройдя довольно длительные процедуры обязательных представлений и обменов приветствиями, принц и виконт прошли наконец в главный зал. Ким последовал за ними вместе с группой приглашенных офицеров с кораблей Аффена. Виллан в самом начале коротко представил Кима своим офицерам и попросил его немного приглядеть за ними, так как они в основном не имели опыта подобных мероприятий и не владели языком.

Поначалу Ким развеселился. Виллан поручил ему задание, в котором он сам разбирался с большим трудом, но, заметив беспомощность его офицеров, решительно пришел им на помощь. Недолго думая, Ким подошел к распорядителю и попросил его приставить к ним толкового человека, знакомого с местной публикой и регламентом. По своему небольшому опыту он знал, что такие люди всегда присутствуют на подобных мероприятиях, и действительно, им быстро подобрали нужного человека, а дальше все пошло как по маслу. Ким сам удивился, как легко ему дается роль опекуна. Он быстро нашел общий язык с офицерами, отыскал для них место в зале, рассказал об основных особенностях подобных приемов, при участии помощника познакомил с местной знатью, а чуть позже, увидев таких же, как и он, инструкторов, направляемых на Аффен, пригласил их для знакомства.

В общем, Киму удалось снять напряжение, царившее среди офицеров, и когда они стали чувствовать себя более-менее свободно, он поспешил к своим соплеменникам. В группе он сразу заметил двух симпатичных молоденьких девушек в форме медицинских войск, а так как среди инструкторов все остальные были не очень молоды, девушки определенно скучали, и Ким, как истинный джентльмен, кинулся к ним на помощь.

– Здравствуйте. Разрешите представиться: Ким Томов. Случайно забрел на вечеринку. А вы?

– А нас пригласили, господин лейтенант. Мы здесь неслучайно, – ответила одна из девушек, – я Алита Тиани.

– А вы? – перевел Ким взгляд на ее подругу.

– Ульяна Виконт.

– Вот как? Позвольте вас тогда поздравить.

– С чем? – Девушка удивленно подняла бровь.

Ким чуть не поперхнулся: что-то очень знакомое мелькнуло в этом удивлении, он не мог понять что, но именно знакомое. С большим трудом Ким обрел равновесие и заставил себя улыбнуться:

– Видите ли, в том мире, куда вы, наверное, направляетесь, «виконт» – это дворянский титул, как правило, лица, приближенного правящей династии. А к женщинам, имеющим отношение к данному титулу, принято обращаться, так же как и к членам королевской семьи, «ваше высочество».

– О, да ты у нас виконтесса, – рассмеялась Алита.

– Надеюсь, это не станет причиной скандала? – поинтересовалась Ульяна.

– Конечно нет, но создаст определенные трудности. Ведь титул и ваша фамилия имеют одинаковое звучание на языке Аффена, поэтому определенно они будут считать ваше имя как фамилию и соответственно фамилию как дворянский титул.

– А что теперь делать? – растерялась девушка.

– Есть один выход, но, правда, он может показаться вам неприемлемым, – прищурился Ким.

– И? – Девушка снова приподняла бровь.

– Выйти замуж за человека, имеющего этот титул. Вы сохраните фамилию и исключите возможность ошибки.

Девушки дружно рассмеялись.

– А можно сначала мне найти такого жениха? – смеялась Алита. – Обещаю тогда фамилию не сохранять.

– Если вы просите моего содействия в этом вопросе, то попытаюсь сделать все от меня зависящее, но прежде позвольте узнать: это предел ваших желаний?

– Нет, почему, принц тоже подойдет. У вас нет знакомого принца?

Ким делано вздохнул:

– Поверьте мне, быть возлюбленной принца ужасно трудно, и я бы не советовал вам принимать подобные предложения. Впрочем, на все ваша воля. Вам какого принца молодого или в возрасте?

– Что вы, мне еще нет восемнадцати. Нас послали на Аффен учиться, потому что у них лучшая медицина. Вот когда учеба закончится, тогда мне определенно понадобится ваша помощь.

Тут Ким увидел медленно дефилирующего к ним Виллана в сопровождении Аламора. Как Виллан, так и Аламор определенно заинтересовались его новыми знакомыми и, совершая броуновское движение, непостижимым образом приближались к ним.

– Лучше я сегодня познакомлю вас с принцем, а дальше уж все будет зависеть от провидения.

Девушки опять рассмеялись.

– А позвольте узнать, зачем вы отправляетесь на Аффен, на инструктора вы непохожи? – спросила Ульяна.

– Да, и откуда у вас столько знакомых принцев? – поддержала ее Алита.

– Отправлен отбывать наказание за серьезный проступок. Буду сопровождать вас до места назначения, впрочем, если бы отцы-командиры знали, в каком обществе я окажусь, они бы повесились от зависти в открытом космосе. А насчет принцев, они есть везде, только их мало кто замечает.

– Где? – картинно завертела головой Алита.

– Гораздо ближе, чем вы можете себе представить.

– О ком вы говорите, господин лейтенант? – Это до них наконец-то добрался Виллан с Аламором. – Вы не хотели бы представить нас?

– Прошу прощения, ваше высочество. – Ким взял официальный тон. – Его высочество принц Аффена Виллан и сопровождающий его виконт Аламор. Ваше высочество, позвольте обратить ваше внимание на двух очаровательных девушек. Это Алита Тиани и Ульяна Виконт, в настоящее время они на пути к своей мечте – пройти учебу в вашем мире.

Девушки замерли в растерянности. С одной стороны, они подозревали, что это может оказаться розыгрышем, но с другой стороны, на подобных мероприятиях так не разыгрывают.

– А разговаривали мы как раз о вас. Девушки только что изъявили желание познакомиться с вами, принц, и с вами, виконт, – продолжил Ким.

– Так за чем же дело стало? – расцвел сразу Аламор и со всей ответственностью взял инициативу в свои руки.

По просьбе Виллана Ким пригласил девушек посетить торжественный прием, организованный на флагмане Аффена, отдельно от основной группы специалистов.

– Мы прилетим несколько раньше основной группы, и вы увидите торжественную церемонию встречи высших лиц на кораблях флота. Очень красивое зрелище.

– Скажите, Ким, откуда вы это все знаете? И почему принц ваш друг? – спросила" Ульяна.

– Боюсь, что на этот вопрос я не смогу дать однозначного ответа, – горько усмехнулся Ким, а потом, подмигнув, доверительно произнес: – Это военная тайна.

Зрелище действительно оказалось очень торжественным и красивым. Принц, как всегда в сопровождении виконта, вышел первым, за ним последовал офицерский состав, и только потом на небольшом отдалении Ким с девушками.

Как только принц достаточно отдалился от челнока, раздалась громкая команда, личный состав флагмана встал по стойке «смирно». Принц остановился, и ему навстречу двинулись трое высших офицеров. Короткое приветствие, поздравление с успешным окончанием учебы, приглашение посетить торжественный прием. Потом они встали рядом с принцем и замерли, а к ним под звуки марша двинулся почетный караул. Караул состоял из двух цепочек гвардейцев; сначала они двигались параллельно, но перед принцем неожиданно изменили направление и пересекающимися путями зашли с двух сторон за его спину; все было сделано очень четко, даже не верилось, что это происходит наяву. На несколько секунд все замерло, и грянул гимн Аффена. Когда гимн закончился, вся процессия во главе с принцем под звуки марша двинулась вдоль строя. Подходя к очередному взводу, принц останавливался, гимн смолкал, и принц произносил довольно пространное приветствие, в котором обязательно отмечал важность функций данного подразделения в становлении военного флота своего мира.

Когда таким образом были отмечены все подразделения можно было составить полное представление о структуре и славных традициях флота, которому от роду было лет пять. Потом принц произнес краткую речь, в которой от имени правящей династии выразил благодарность персоналу за его нелегкий труд в становлении флота. По окончании речи почетный караул, непонятно каким образом двигаясь сразу во всех направлениях, выстроился, образуя коридор к выходу из ангара. Все действо длилось около пятидесяти минут, хотя казалось, что прошло не менее двух часов.

Обязанности Виллана не позволяли ему уделять внимание Киму, но тот не унывал: он быстро навел необходимые контакты. Хорошее знание языка и культуры позволили ему завоевать уважение, тем более что он был личным гостем принца. Спустя некоторое время к нему стали обращаться по любому поводу, касающемуся делегации Содружества, и Ким как мог пытался разрешить возникающие вопросы. Когда на торжественный прием прибыла группа инструкторов, Киму пришлось сопровождать их и принимать посильное участие в официальных приветствиях, строго следя, чтобы не возникло недоразумений.

Одним из значимых элементов в боевом искусстве «Биадо» считалась особым образом тренированная память, боец должен был одним взглядом окинуть пространство и запомнить его в мельчайших подробностях, а потом восстановить в памяти полную картинку и суметь более подробно проанализировать ее. Память у Кима была исключительной всегда, но, когда он начал развивать ее с помощью специальных упражнений, результат получился неожиданный. Ким мог просмотреть довольно большое количество документов, не вникая в суть, а потом по мере необходимости восстанавливать их в памяти, как на экране монитора, это позволяло ему сильно экономить время. Вот и теперь ему пригодилось это умение: еще до начала церемонии он просмотрел протокол приема и теперь довольно хорошо ориентировался в обстановке. Во время представления переводчик окончательно запутался в заслугах представляемых им офицеров, возникла неловкая пауза, и, чтобы не усугублять ситуацию, Ким мягко поправил его и продолжил дальше сам, доставляя переводчику возможность переводить его слова на родной язык. С очередным представителем флота у него перед глазами как бы возникала страничка из протокола, и он просто добросовестно ее озвучивал. После представления офицеров Аффена Ким стал представлять своих соотечественников. Когда очередь дошла до капитана, Ким неожиданно понял, что знает его, и в добавление к протоколу сказал:

– Капитан Видов принимал участие в неудачной попытке флота Содружества вернуть систему Легион. Звено, в котором он служил, до самой последней секунды отбивало атаку противника, а потом им удалось проскочить на авианосец в момент начальной стадии прыжка. Этот маневр в среде пилотов стал известен впоследствии как «нырок глухаря». Позднее капитан принимал участие в обороне станции «Канбен», где его звену удалось прорваться через заградительные порядки противника, уничтожить дьявольское устройство и тем самым спасти станцию от разрушения. Во время проведения этой операции капитан Видов получил сильные повреждения, его жизнь была спасена благодаря новейшему медицинскому оборудованию Аффена.

Капитан удивленно посмотрел на Кима и, когда процедура представлений закончилась, подошел к Киму и спросил:

– Откуда у тебя такие познания, лейтенант?

– Господин капитан, вы были на переподготовке на станции «Хитон»?

– Да.

– Вы меня не помните?

Капитан пристально посмотрел на него:

– Нет.

– А помните спор с капитаном технической службы?

– Еще бы! Мое жалованье за полгода. Как такое забудешь. Э-э… постой-ка, так ты и есть тот самый знаменитый на весь сектор техник? Точно, ну я дубина! Маневр Томова. Извини, в форме лейтенанта я тебя не признал. А отправили на Аффен тебя, конечно, инструктором?

– Нет. У меня неопределенный статус. Скорее, как сопровождающий принца.

– Странно. Но как говорится, отцам-командирам видней.

– Скорее всего, здесь замешана какая-то политика.

Ближе к концу приема Кима пригласили к принцу.

– Ты становишься чрезвычайно популярным среди наших военных, – сказал принц. – Они в восторге от тебя, говорят, что еще не видели человека, который знает обо всех и обо всем. Откуда?

Ким удивленно посмотрел на принца:

– Из протокола, конечно.

– Ага! За полчаса выучил список всех приглашенных, а их там около двухсот человек. Потом проштудировал все их регалии и заслуги, вычислил, кто есть кто, потом представил их друг другу – и не разу не ошибся. Слушай, господин лейтенант, а ты вообще-то человек?

– А сам на параде полчаса говорил, правда, не знаю, ошибся или нет.

– Это другое дело, перед этим я целую неделю речь учил. И потом, у меня большой штат подсказчиков, которые постоянно бубнят мне в ухо.

– Ты же ходил со мной на занятия по «Биадо».

– Ну?

– Упражнение с картинками помнишь? Тренировка зрительной памяти. Заучивать ничего не надо, все и так перед глазами, как в компьютере.

– Не может быть. Потом покажешь.

– Зачем тебе, у тебя же подсказчики есть?

– Эх ты. Так ничего не понял. У нас обходиться без суфлеров считается высшим пилотажем, такого человека все уважают.

– Ладно, но на это надо много времени затратить, а, насколько я понял, у тебя его нет.

– На это найдется. А где наши дамы, они не скучают?

– Наши дамы уже потихоньку покинули нас, да, наверное, и мне надо уже откланяться. Память памятью, а голова трещит – не привыкла к такой нагрузке, – поморщился Ким.

– Завтра в десять отбываем. На завтрак придешь?

– Нет. Вы уж как-нибудь с виконтом.

– С Виконт? А что, это мысль.

– Эй! Ваше высочество, прекратите соблазнять моих соотечественниц. В конце концов, все равно из этого ничего путного не выйдет.

– Ну почему? Алита мне очень понравилась.

– Привет! Она же яркая, и глупенькой ее тоже не назовешь, а мне помнится, кто-то совсем недавно выказывал другие пристрастия.

– Это были не мои пристрастия, а совет тебе.

– И все-таки я не думаю, что это хорошая идея. Им, наверное, тоже надо отдохнуть.

– Так ты придешь?

– Шантажист. Ты уже второй раз меня шантажируешь.

– Ха! Ас кем ты имеешь дело? Нам с пеленок прививают склонность к шантажу. Если я не буду интриговать и шантажировать, меня распнут на раз-два.

– Раньше я этого за тобой не замечал.

– Надо же когда-то начинать, – рассмеялся Виллан.