- -
- 100%
- +
Эта книга посвящается моей маме, Майе Андреевне – человеку, посвятившему всю свою жизнь науке и семье.
Жене, прожившей в браке с одним мужчиной и даже, после его смерти, оставшейся верной ему одному.
Матери, проявившей неиссякаемое терпение в воспитании своих детей и бабушке, полной любви и заботы к своим внукам.
Если бы рекорды Гиннесса давали за терпение, то ты была бы первая в списке.
Потому что выдержать меня и моих детей сможет только рекордсмен! Спасибо за жизнь, за любовь, за то, что ты есть.
Ив Абьян
Эта книга является продолжением и второй по счету, в трилогии «Дубаи. Наши в городе». В ней отображены реальные истории, реально живущих людей, которые, возможно, помогут некоторым найти ответ на вопрос «Быть или не быть…мужем или женой.». А кому-то, после ее прочтения, призрачные мечты, в обретении семейного счастья у берегов Персидского залива, покажутся вполне реальными. Вы снова встретитесь с уже знакомыми вам по первой книге героями, а также познакомитесь с новыми. Эта книга стала, своего рода, исследованием такого аспекта, как брак между представителями различных культур, стран, возрастов и вероисповеданий. И в то же время, взглядом со стороны на такую актуальную и популярную тему последних лет, как "выйти замуж за араба и жить с ним долго, богато и счастливо".
Для тех, кто не знаком с первой книгой, поясню, что некоторые иноязычные слова, употребляемые героями, являются гибридами, образовавшимися в результате межнационального общения народов, населяющих ОАЭ. Многие из них могут показаться странными или неуместными. Поскольку в первой книге этой теме отведено особое место и дана, своего рода, расшифровка значений таких слов или названий, я не стала еще раз останавливаться на этом. Кому будут непонятны те или иные слова – воспользуйтесь Слововодителем из первой книги и, все встанет на свои места и, перестанет быть НЕуместным! Диалоги и монологи, приведенные между главами, являются субъективным мнением совершенно разных мужчин и женщин, которые поделились своими мыслями и чувствами об арабах, которых знали и о странах, в которых были. Поэтому спешу предупредить, что я, как автор, не имею к этому никакого отношения. Это результаты тематического социального опроса, который после был использован, как материал для написания данной книги. Разумеется, все имена, явки и пороли были изменены мной, так как конфиденциальность еще никто не отменял и, даже сама Шахерезада Степановна рассказывала свои сказки, прикрывая лицо легким покрывалом.
К слову, об этой чудной женщине, чтобы реальные истории любви не казались пугающими или скучными, я осмелилась приобщиться к древнему восточному бестселлеру – «1000 и одна ночь» и, некоторые из них, передать вам в стиле сказочных историй.
Чем наша жизнь не сказка? Ведь, порой в ней происходят невероятные встречи, мы переживаем волшебные чувства и иногда, даже сами совершаем чудеса!
А поскольку речь идет об арабской любви, волшебных свадьбах и последующей сказочной жизни с арабами, наша дорогая и всеми любимая Шахерезада Константиновна имеет к этому самое непосредственное отношение. Ведь у нее и опыт семейной жизни имеется, да не с кем-нибудь, а самим Шахом (то есть шейхом, которые существуют и здравствуют и по сей день). И, к тому же, она замечательная рассказчица, умеющая сохранить интригу и, как говорится, вовремя остановиться…На самом интересном месте… Ну так вот пусть она вам и расскажет все эти современные истории об извечной арабской любви между мужчинами и женщинами в Объединенных Арабских Эмиратах и, может чуть дальше, по всему миру…
Сказка ложь, да в ней намек, урок и конек тех, кто прочитал сказку до конца, до обручального кольца!
Вступление
А после того поистине, сказания о первых поколениях стали назиданием для последующих, чтобы видел человек, какие события произошли с другими, и поучался, и чтобы, вникая в предания о минувших народах о том, что случилось с ними, воздерживался он от греха. Хвала же тому, кто сделал сказания о древних уроком для народов последующих.
Сборник сказок «1001 ночь»
Что есть союз мужчины и женщины? Что такое законный брак и почему люди добровольно на это соглашаются? А может быть и не добровольно? Тогда каковы причины этого союза? Если вы спросите людей, вступивших в брак по обоюдному согласию, наверняка услышите в ответ: «Мы просто любим друг друга и хотим быть вместе!» Тогда, скажите мне почему через пару лет, они уже ненавидят друг друга, проклиная тот день, когда сказали «да» в присутствии свидетелей. Конечно, у каждого своя причина для создания союза. У женщин, в основном, потому, что она хочет быть «избранной», и, в отличии от мужчины, который хочет быть у нее первым, женщина хочет быть последней и единственной в его жизни. Есть те, кто, вступая в брак, несомненно, улучшает свое финансовое и социальное положение, и только потом, понимают, что в принципе, не ошиблись в выборе спутника. А есть и мужчины, которые женятся ради возможности иметь легальный секс, свой дом, где можно почувствовать себя хозяином, даже если переехал жить в квартиру жены. Ну и, конечно, обустроенный быт, еда, простой, минимальный комфорт. Мы говорим: «Все мужчины одинаковые!», «Все женщины одинаковые!» или «Все бабы – дуры!», «Все мужики – козлы!» …
Но все мы, в то же время, похожи друг на друга и даже абсолютно одинаковы в желании быть любимыми и счастливыми, быть кому-то нужными. Потому, что и сами, нуждаемся в понимании и принятии нас такими, какие мы есть.
Небольшой процент арабских мужчин женятся «по любви» исключительно на женщинах, сексуальное мастерство которых убеждает их в неотразимости, и мощи собственной мужской потенции. А остальные – женятся на молодых девушках, которые были выбраны родителями. Желательно, конечно, чтобы она была красавицей, но не обязательно. Потому что основная задача такого брака – это слияние капиталов, а основным занятием невесты после свадьбы будет рождение детей и, забота о семье и доме. Каждый, по сути, будет жить своей жизнью, она жаловаться на него своим подружкам, а он будет дарить ей подарки, благодарить за рождение детей, а настоящую любовь и дружбу будет, все равно, искать на стороне.
Сказ о чрезмерном потреблении и последующих обещаниях
Поистине, обрели мужество те, кто впустил любовь в свое сердце и познал счастье быть мужем жены своей и отцом детей своих. Ибо не убоялись они невзгод и тягот семейного быта и криков младенцев по ночам.
– Вот сейчас, будет прямо уместно сказать, что я УВАЖАЮ твоего мужа, Паля! Особенно, когда он нам в полночь привозит вот такой вот огромный пакет, набитый вредной и гадкой, но такой вкусной еды быстрого питания…или быстрого приготовления?
– Какая разница, Ахчик, – сказала Паля, выдавливая себе кетчуп на тарелку, – главное вкусно.
– Ммм… – протянула Мила, откусывая кусок тройного чизбургера.
– Первый раз вижу балерину, заглатывающую чизбургер! Когда она его проглотит, он будет торчать у нее по бокам на талии. Паля, посмотри на нее!
На полу маленькой квадратной кухни, вот уже четвертый час разворачивался банкет поверх творческого хаоса. Элементы костюмов, над которыми мы трудились весь день, теперь уже, никого из нас не интересовали. Тесьма, сверкающие камни и паетки были отложены в сторону, а точнее, наверх – на рабочую поверхность кухни и стиральную машинку. А на полу лежали четыре подушечки, маленький коврик, пустая бутылка водки и полупьяные балерины, жадно поедающие поздний ужин.
– Как называлась сия волшебная жидкость? – спросила я, поворачивая бутылку к себе. – «Мо-ло-дежная» … Боже, барышни, мы уже не в том возрасте, чтобы пить напитки с таким названием. Кстати, а где второй пузырек?
– Кстати, Мила, ваш арабский кот, повернулся ко мне, к Богине, своим хвостом! – возмутилась Паля.
– Не хвостом, а бубенчиками… – заметила Мила, – да, Ахмадка?
Мила обвила вокруг своей шеи розовый боа, свисающий со стиральной машины, на которую она облокачивалась.
– Ахчик! А расскажи-ка нам сказку! – вдруг сказала она, с трудом пережевывая булку.
– Мать, ты что? Я, вроде бы, спец по анекдотам…
– А мы хотим сказку! – заявила она громко и наклонившись в сторону, достала откуда-то вторую бутылку «Молодежной».
– Это серьезное заявление… на Оскара! – оценила я приблизительный объем алкоголя, который нам предстояло допить.
– Уберите кота! – сказала Паля, – Этот гад, унижает меня своими… пушистыми шариками. Она легонько ткнула спящего кота пластмассовой вилкой, но тот, даже не подумал пошевелиться. Паля разочарованно вздохнула, нашла возле себя на полу серебристую стразу и прилепила ее себе на лоб.
– Во! Смотри! – указала на нее пальцем, Мила. – Чем тебе не Шахерезада? Давай, сказку, арабскую… про любофф!
– Да у нас тут у самих не жизнь, а полная… сказка! – пыталась я найти отговорки. – Кому рассказать, не поверят! Про нас всех, хоть книжку пиши!
– Вот и напиши! – сказала Мила, наполняя рюмку.
– Да! – отозвалась Паля, – И про Ахмадку напиши, про этого рыжего наглого гада! – Паля вынула из салата кусочек капусты и бросила ею в спящее животное. Капуста прилипла на рыжую шерсть, но толстяк продолжал спать. – Он что там, умер?
– Не… Надышался «Молодежной»! Ну, так, о чем будет твоя книга?
– А что сразу я? «Чуть что, сразу Косой»?
– Ну давай, – не унималась Мила, – вот что ты напишешь обо мне?
– Правду!
– Ахчик, будешь писать, я тебя прошу, чтобы обо мне в этой книге не было ни единого слова! Обещаешь? – Паля наклонилась ближе, видимо, чтобы поцеловать меня, но поняв, что сейчас этот процесс довольно утомителен, просто подняла с пола стразу голубого цвета и, вполне удовлетворилась тем, что прилепила ее мне между бровей. – На! Носи! Ни слова обо мне!
– Да не собираюсь я ничего писать! – возмутилась я.
– Ладно, тогда, хотя бы сказку расскажи! – сказала Мила и, сняв с себя розовый боа, повесила его мне на шею. – Во! Теперь ты Шахерезада Кон-Стан-Цие-вна! Начинай!
***
«Мусульмане любят обманывать неверных, т.е. не мусульманок! Если вы не мусульманка, можете не рассчитывать на серьезность с их стороны, вранье и наслаждение вашим телом на время – вот что они могут вам предложить. А обманывать неверных у них в почете, как сказано по Корану, чем больше обманут неверных – быстрее в рай попадают. Поэтому, если вы христианка забудьте, что мусульманин реально на вас женится, а арабы подавно никогда на не арабках не женятся, исключения составляют только низкий и бедный класс, которым в своих пенатах намного хуже живется, чем у нас, так они подбирают наших с целью прописки и получения гражданства, когда получат желаемое, через время разводятся и снова женятся, но уже на своих мусульманках. Я бы не советовала с ними связываться, кроме беды эти связи ничего не принесут хорошего, потом к психотерапевту многие обращаются, лечат нервы. А богатые арабики своих богатеньких предпочитают, как и везде, на простушку не посмотрят, разве только поразвлечься и по ушам проехаться, чтобы деньгами не разбрасываться…»
Камилла
Сказ о принце Саиде и возлюбленной его Айше…
Любимая! Я тебя поведу к самому краю вселенной, я подарю тебе эту звезду!
Светом нетленным будет она озарять нам путь в бесконечность…
«Дарю тебе звезду», Союзмультфильм 1974 г.
Рассказывают, что далеко, далеко, так далеко, что, если бы сам ифрит задумал долететь до этих земель, ему пришлось бы мчаться быстрее ветра. Так вот сказывают, что в тех далеких землях жил один достойный человек и его красавица дочь, которую звали… Наташа. И повезло ей в том, что, дожив до столь юного возраста, уберег ее Всевышний от туристической поездки в далекую Турцию, ибо всем известно популярность имени этого, среди торговцев и купцов, среди мужей или юнцов. С благословения Аллаха дочь его дожила до восемнадцати весен и к годам тем, удивляла людей красотою лица своего и добротой сердца. Отец любил свою дочь и оберегал ее. И вот однажды, устав от праздности жизни маленького города, красавица дочь обратилась к отцу с такими речами: «Да простит Аллах меня, но не уличит он меня в лукавстве и в неуважении к отцу моему!». Так молвила прекрасная юная дева. «О чем хочешь просить меня, дочь моя?» – спросил отец. «Знаю, что опечалишься ты, если уйду на работу в отель, знаю, что скажешь ты, что не достойна работа такая красы моей и дивного стана, но, если запретишь мне, знай же, клянусь Аллахом, что умру тут с тоски, от праздности и безделья!». Правдивы слова ее были, и отец так сильно любил свою дочь, что согласился и отпустил ее на работу в отель столицы. Долго ли работала там дочь его, об этом люди не сказывают, но говорили, что в ту пору в этом самом городе, глава меджлиса объявил турнир среди сильнейших мужей и самых метких охотников. Со всего мира съехались храбрецы и принцы, спортсмены и знатные воины. И соревновались они три дня и три ночи, а жили они, кому как Всевышний позволил. Сказывают, что был среди них принц Дубайский, владеющий многими землями и дворцами невиданной красы, имеющим караваны верблюдов, уходящих за горизонт. Видом он был не стар, но и не молодых лет. Отказавшись от тягот правителя царства своего, выбрал он иную стезю – охотника и стрелка удалого. Богатству его могли бы позавидовать все дэвы пустынь и самые знатные торговцы золотом. С позволения Аллаха, остался он на ночь в отеле столичном, где и работала прекрасная Наташа. Жизнь он вел праведную, порицал курение и вина не пил, но измученный жаждой и недавней стрельбой удальской, воззвал он к прислужникам и вассалам своим и повелел принести ему свежевыжатый апельсиновый сок. В тот день и час выпало Наташе отнести в покои принца сей свежий фруктовый нектар. Поистине, все ведает Аллах и ничто не утаится от взора его! Ибо и встречи людей предопределены по воле его!
И вошла Наташа в покои принца, и узрел принц юную деву, что пленила взор и спутала мысли. И забыл он о праведности своей, и позабыл про жену свою первую и законную, и долг перед родиной своей позабыл, и долг Ахмада каменщика, что взял у него деньги под строительство зданий невиданных, и себя позабыл… Испугавших столь пристальных взоров и бороды курчавой, Прекрасная Наташа опустила в смущенье глаза, ведь помнила она наказ отца своего, что пылкие речи и страсти мужские также коротки, как и волоски в их брутальных бородках.
– О прекрасная пэри! Сплю ли я? Или Аллах лишил меня рассудка? А может быть это врата рая, что венчает твоя красота, о, дева?
Простите… Не хотелось бы прерывать Шахерезаду Ипполитовну, ей и так до утра недолго осталось, но все-таки, правды ради, хотелось бы пояснить момент, относительно удивлений и восторгов наследного принца Саида, увидевшего официантку Наташу. Наташа, действительно, была молода и свежа, как и полагается всем девушкам в восемнадцатилетнем возрасте. К тому же она высокая, под стать шейху и при этом весьма, весьма стройная, относительно большинства арабок, мало двигающихся и расплывающихся вширь, под гнетом восточных традиций. К тому же, азербайджанские гены со стороны отца, положительно сказались на внешнем виде девушки – выразительные глаза, густые волосы, и при этом светлая кожа. Идеальное сочетание для сексуальной фантазии арабского мужчины, понимающего толк в женской красоте, а не стремящегося получить прописку или просто жить за счет своей «русской» жены.
Я так понимаю, что все уже поняли (кроме султана Шахрияра, разумеется), что речь идет о юной гражданке Белоруссии, ставшей второй, но законной женой Дубайского наследного принца Саида Аль Мактума. Самый настоящий шейх, самый настоящий эмиратовец, который не женится на простушках, на «не мусульманках», на «русских» … Вот такая вот сказка получилась в жизни! Но, простите, Шахерезада Семеновна, что прервали вас, продолжайте!
Не одарил Всевышний Наташу даром говорить и понимать языки чужестранцев. Не владела языками она, ни в лингвистическом смысле не в эротическом.
– Вот сок апельсиновый, что ты просил, о гость дорогой. – сказала она ему и не стала слушать речей его непонятных и пылких.
Но любовь, как болезнь, поразила в самое сердце наследного принца.
Утоли мне печаль, Натали
И любовью своей напои
От любви мне теперь не уйти!
Ты мне речи безумца прости…
О прекрасная дева моя
Увезу я тебя в Дубая!
Будешь жить лишь со мною одним
И плевал я, что скажет родня…
Так, томимый страстью, писал под ночной луной Белоруссии свои Рубаи, прекрасный принц. И с тех пор, приказал он всем своим вассалам и слугам отеля столичного, что не будет ни есть не пить, если яства не будут принесены в его номер похитительницей покоя души его. Но вот уже рассвет коснулся неба, мой повелитель и запрещает мне продолжить мой рассказ…
Простите, дорогая наша, Шахерезада Фахритдиновна! Один маленький вопросик: «У Вас совесть есть? Что за султанская манера посылать людей в библиотеку на самом интересном месте?» Нет, всю ночь жужжала под ухом, спать не давала, а теперь «рассвет коснулся неба»? Нас то не коснулся! И нас это не касается! Можно коснуться сути бракосочетания гражданина ОАЭ с нашей девочкой? Вы конечно женщина и все такое, но почему бы вам не заткнуться, когда вас об этом просит ваш муж! А когда несчастный султан страдает бессонницей, а люди информационным голодом, вам бы лучше закончить свой рассказ до того, как Великий Султан закончит вашу жизнь!
Пользуясь наличием песочных часов во дворце и добрым сердцем моего повелителя, я позволю себе закончить рассказ о прекрасном наследном принце, который…
А можно ближе к сути, и все такое?
Ближе к сути, но все дальше от Белоруссии увозил Наташу Саид…
Он был человек богобоязненный и справедливый и поэтому, пришел в дом юной девы и просил благословения ее отца на законный брак. «Я наследный принц Дубаи Саид Аль Мактум» – молвил он, – «Я встречался с вашей дочерью шесть раз и хочу на ней жениться!». Пышное празднество устраивать не стали, чтобы слух о столь скоропостижной женитьбе не опередил самого принца и не достиг берегов земли его, еще до его возвращения. Наташа стала Аишой, что тоже неплохо рифмовалось в Рубаи прекрасного принца. Теперь живет она во дворце и носит абаю, скрывает волосы шейлой и просит мужа завести пантеру. И пока мой великий султан спит, похрапывая на подушках, я пойду выпью утренний кофе, а вам, если еще интересно, подробности этой правдивой истории можете спросить у шейхи Гуггли. Она все обо всем ведает, и об этом тоже расскажет и, даже картинки покажет.
Шахерезада Изольдовна.
Багдад 2018.
***
«Девушки, не надейтесь, что эмиратовцы на вас женятся! Эмираты богатая, преуспевающая страна, местные жители тоже обеспеченные, им хватает денег заплатить хороший махр за арабку, сыграть дорогущую свадьбу… У них давно закон такой вышел, запрещающий жениться на иностранках!!!Каждая девушка, прилетающая в Эмираты, мечтает познакомиться с богатым местным арабом и выскочить за него замуж. Ваша мечта так и останется, мечтой. Эмиратцы рано женятся, а прочитаете где за счастливые браки с эмиратовцами, это большой пустозвон, где нет даже доли истины. Сами подумайте, разве наши элитные, преуспевающие бизнесмены женятся на простолюдинках? За границей тоже самое, учтите. А в Эмиратах, ещё учитывайте арабский менталитет! Родители всегда против смешанных браков там, тем более, если обеспеченная и благополучная семья. Не летайте в розовых облаках.»
Марина.
Эля
И слились они не только в страстном поцелуе, но и в намерении навсегда стать телом единым, и душой, и мыслью.
Но поцелуи кончаются, тела живут порознь, душа кричит о боли, а мысли разбегаются, как тараканы от травли и лишь одна остается в голове и вторит безответно:
«Что я наделал-то?»
Я в очередной раз свернула не в тот переулок и снова набрала Элин номер:
– Вот этот магазинчик, потом от него налево и три хибары проезжаю и… тупик? Налево после него, там, где мусорный бак? Боже, поверить не могу, что я в центре Дубаи! Хорошо, тогда стой где-нибудь не за кустами, чтоб я тебя видела, а то это будет уже третий, почетный круг по вашему району городского типа!
Развернув машину, я в третий раз проехала мимо маленького магазинчика, доехала до мусорного бака, повернула налево и стала отсчитывать дома. Первый, второй, третий… Вот они кусты, а вот и Эля машет мне рукой и показывает куда поставить машину.
Мы не виделись с ней почти три года. За это время многое в наших жизнях поменялось. Из певиц и танцовщиц с визит визами мы стали законными резидентами ОАЭ, получили водительские права, «вступили» в клуб исламских жен и обе воспитывали сыновей. Но Эля отличалась от всех нас тем, что замуж она вышла, как и мечталось многим, за гражданина Эмиратов, бравого офицера, проживающего в Дубаи. Соответственно их сын, при рождении получил право быть гражданином ОАЭ, а Эля получила сына-спонсора, который мог обеспечить ее резидент визой на ближайшие восемнадцать лет, в случае развода родителей. Жила она теперь вместе с мужем и его отцом на вилле, принадлежавшей их семье. Иногда по пятницам, к ним в гости заезжала старшая из сестер со своими детьми, чтобы повидаться с отцом и провести время, так сказать, в кругу семьи. На эту самую виллу я и приехала сегодня, чтобы навестить ее в свой выходной. Я вышла из машины и направилась к железным воротам. Эля встречала меня в цветной домашней распашонке с длинными рукавами, в которых местные девушки ходят дома и, с платком на голове.
– Привет! Ты что? Бигуди к моему приезду накрутила? – поинтересовалась я.
– А это? – спросила она, указывая на платок. – Нет, я же за ворота вышла. Дома то можно без платка!
– Папа дома?
– Наш папа на работе, а его папа – да. Но он в своей комнате будет, может и не выйдет к нам. Да, все нормально.
Эля открыла железную дверь, и я поняла, что она имела в виду, когда сказала, что «папа может и не выйдет». Мы стояли на прямоугольной асфальтированной площадке. По ее периметру, расположились три одноэтажных строения с маленькими окнами и, торчащими из стен советскими кондиционерами. И у каждого "домика", была своя входная дверь. Если к этим строениям визуально приделать колеса, то это стало бы похоже на строительные вагончики, в которых обычно живут рабочие. Строения казались настолько маленькими и низкими, что хотелось пригнуться, прежде чем подойти к дверям. Справа от входа, из-под земли торчал высокий кран, из которого капала вода в тазообразный резервуар, закрепленный прямо в асфальт. «Как у дяди Коли, на даче!» – вспомнила я. Я прошла вперед, повернулась к воротам лицом и, задрав голову, приподнялась на цыпочки так, чтобы стало видно здания, стоящие буквально на соседней улице. Увидеть их оказалось не сложно потому, что район, где теперь жила Эля с мужем расположился сразу за знаменитым Шейх Зайед Роуд, в самом сердце Дубай. Я тут же увидела и Emirates Towers, и почти все пятизвёздочные отели, расположенные, напротив. Их крыши с бассейнами и садами аккуратно торчали над железными воротами Элиной «виллы», с потертой белой краской.
– Что? Не верится, что ты все еще в Дубаи? – улыбнулась Эля.
Я знала, что этот район очень старый и в основном, здесь располагались частные дома или виллы, как здесь принято называть. Поэтому процесс обустройства города в муниципальных масштабах сюда явно не добрался.
В то время, когда мы начали работать в ОАЭ, нам казалось, что мы счастливчики, живущие в самой прекрасной и богатой стране мира и знали только, что граждане этой страны имеют неограниченные права, бесконечные привилегии со стороны государства, наглые глаза и несметные сокровища на своих банковских счетах. Поэтому в нашем понимании "выйти замуж за локала", означало вытащить счастливый билет, одеть абаю и обеспечить себя и своих детей счастливым безбедным будущим. А то, что предстало моему взору сейчас, во многом прояснило правду о настоящем положении вещей. В тот день я впервые столкнулась с тем, что за всем эмиратовским великолепием может скрываться и нищета, и невежество, а порой, и ограниченность людей здесь живущих. А еще я поняла, что когда сбываются наши мечты, это совсем не значит, что мы получаем то, что действительно хотели.
– Наша комната слева, – сказала Эля и указала рукой на открытую дверь в левый «вагончик». В дверном проеме комнаты, подталкиваемая изнутри холодным воздухом, колышется цветная занавеска. Эля откинула ее в сторону и пригласила меня зайти. Комната оказалась еще меньше моего представления о ней. Почти все пространство занимала двуспальная кровать и шкаф, слева от входа. Около кровати, почти у самой двери, стояла детская кроватка. Прямо у наших ног – малыш в голубых ходунках, отчаянно пытался дотянуться до поверхности стола, стоящего у правой стены.