Карта Пири Рейса
- -
- 100%
- +
Юнус с удивлением смотрел на Амину, понимая, что с возрастом она нисколько не поменялась, а осталась всё той же упрямой девчонкой, которая ни в чём не хотела ему уступать. Два года назад даже дядя Али не взял Юнуса в тот поход, посчитав его слишком юным. Юнус и не думал о том, чтобы тайно отправиться с остальными воинами, хотя подготовлен был гораздо лучше большинства из них. Амина вытерла свои слёзы и строгим голосом сказала:
– Если ты немедленно извинишься передо мной, я сейчас же дам тебе свой ответ!
Юнус улыбнулся и сказал:
– Извини меня за то, что я полагал, что ты стала другой. Оказывается, та девчонка, с которой я играл в детстве, ничуть не изменилась.
– Ты помнишь, когда твой отец отправился в плаванье, ты попросил здесь моей руки, что я тебе ответила?
Юнус думал, что этот случай навечно остался лишь в его памяти, а Амина о нём давно забыла. Когда Халид отправился за океан, а Амина надела хиджаб и перестала с ним общаться, Юнус был настолько одинок, что днями напролёт ни с кем не разговаривал. Хоть он и знал дядю Али с самого детства, ему не хотелось, чтобы он заменил его настоящего отца, поэтому принципиально Юнус избегал с ним тесного общения. Осознав, что, кроме Амины, близких людей у него не осталось, он позвал её во дворик со львами и сделал предложение, надеясь, что через четыре года они смогут пожениться. Сделать ей предложение в то время для Юнуса не составляло особых трудностей, поскольку они с самого детства знали друг друга и лишь совсем недавно перестали общаться ввиду того, что оба повзрослели.
Перестав погружаться в детские воспоминания, Юнус ответил:
– Да, конечно же помню. Однако мы с тобой были ещё детьми, и мне казалось, что ты совсем забыла о том случае.
– Все эти годы я ждала, когда же ты подойдёшь ко мне и напомнишь о моём обещании, однако ты не подходил, даже когда я специально шла мимо, чтобы ты меня заметил. Со временем я решила, что мы оба повзрослели и для тебя тот случай ничего не значил. Однако около года назад ты вновь стал меня замечать, здороваться и вести разговоры. Я подумала, что, повзрослев, вновь понравилась тебе, как это было в детстве.
Юнус опустил от смущения голову и через некоторое время ответил:
– С тех пор, как себя помню, я думал лишь о тебе! Последние десять лет я везде и всегда замечал тебя, однако стеснялся заговорить. Лишь год назад я набрался смелости и поприветствовал тебя на цветочном рынке.
Они оба стали смеяться. В тот день от волнения Юнус едва смог вымолвить фразу «Ас-саламу алейкум», а затем с трудом спросил Амину, как у неё дела. Она дружелюбно ответила ему, а затем начала разговор о его дяде и об успехах в изучении картографии, которой он с детства занимался. После этого дня они стали здороваться и обмениваться несколькими фразами, затем эти разговоры становились длиннее, пока это не стало заметно окружающим, и они договорились раз в неделю встречаться во дворике львов.
Твёрдым как камень голосом Амина промолвила:
– Я ждала тебя все эти годы и не собираюсь выходить за кого-то другого! Если тебе нужно отправиться в долгий и тяжёлый путь, в нём я буду твоим верным спутником и помощником! Если в этом пути тебе станет одиноко, я составлю тебе компанию, если будет грустно, я развеселю тебя, а если будет трудно, с помощью Аллаха я смогу облегчить тебе этот путь. Я полагаюсь на Аллаха, который наилучший из покровителей, и готова провести остаток своей жизни с тобой, куда бы ты ни направился!
Юнус не знал, как ответить на её слова. Он вслух восхвалил Аллаха за то, что Он принял его молитвы и избрал наилучший выход из сложившейся ситуации. Единственным препятствием оставалось согласие Сулеймана, однако, по словам Амины, ждать этого согласия осталось не так уж долго. Сулейман в первую очередь был воином, который ценил участие в битвах, а Юнус как раз недавно оттуда вернулся. Кроме того, Сулейман, наверное, понял, что Али не претендует на его место, и, скорее всего, захочет быть родственником такого человека, как Али, способного дать нужный совет в трудных ситуациях.
Напоследок Юнус показал Амине перстень хаджиба аль-Мансура, отчего она была просто в восторге, а затем пообещал, что постарается сделать всё возможное для получения согласия её отца на их брак. Они попрощались, и Амина первая отправилась домой, а Юнус ещё некоторое время оставался во дворике, а затем направился в мечеть на коллективную молитву.
Вечером после ужина Али рассказывал Юнусу о том, что смог предпринять за это время для организации их экспедиции. Али представил Хасана с Хусейном халифу Насру, и те показали свой новый летательный аппарат. Ввиду сильного ветра демонстрацию полёта перенесли на следующую неделю, однако и без этого халиф остался очень доволен общением с молодыми изобретателями. Глава села, где хранится пороховое оружие, в скором времени прибудет в Гранаду и продемонстрирует халифу пушечные выстрелы. После демонстрации полёта и порохового оружия, когда халиф Наср будет в хорошем настроении, Али планирует поговорить с ним о перспективах большой земли и об организации туда военной экспедиции. Али уже подготовил финансовый отчёт инженеров и архитекторов на строительство 200 судов. Если халиф Наср удовлетворит их просьбу и ответит на призыв Халида завоевать большую землю, то это строительство может осуществиться в Альмуньекаре, а продлится около полугода. Затем Али отберёт команду из воинов, моряков, ремесленников и богословов, и с помощью Аллаха они тронутся в путь. Если же что-то пойдёт не так и в финансировании флота халиф откажет, то нельзя будет терять времени и придётся сразу же отправиться в Марокко, чтобы попросить помощи у Маринидов. Юнус надеялся на то, что халиф Наср согласится финансировать их экспедицию, так как для женитьбы на Амине и получения согласия её отца необходимо время. Он сильно переживал, когда думал о том, что им придётся отправиться в Марокко, а Сулейман всё ещё будет упорствовать и не давать согласия. Прочитав два раката намаза и специальную молитву под названием «Истихара», Юнус поделился своими переживаниями с дядей Али и попросил его помочь поскорее добиться расположения эмира Сулеймана. Али пообещал, что постарается сделать всё от него зависящее, однако Юнус должен будет выстаивать ночные молитвы и просить Всевышнего об облегчении данной задачи.
* * *
У склона горы в часе езды от Гранады собралось несколько человек, наблюдающих за историей человеческой цивилизации. Халиф Наср в окружении воинов-телохранителей смотрел на вершину горы и отдал команду для начала демонстрации полёта. Юнус, Али и эмир Сулейман стояли позади халифа и смотрели, как летательный аппарат начинает катиться с горы. Деревянные колёса, которые прикрепили братья на своё новое изобретение, позволили ему за считанные секунды так разогнаться до такой скорости, что через мгновение они уже оказались в небе и парили словно птицы. Когда они пролетали над зрителями, лишь с трудом можно было разглядеть силуэты двух человек, поскольку расстояние от земли было немыслимо большим. Юнус заметил, с каким восторгом халиф Наср наблюдал за происходящим, а затем тихим голосом произнёс:
– Субханаллах! Люди летают в небе, словно птицы!
Братья парили кругами, периодически опускаясь ближе к земле, а затем вновь устремлялись вверх. Когда им отдали сигнал приземлиться, они плавно стали планировать всё ниже и ниже, а затем полетели к поляне, где приземлились на колёса и проехали затем большое расстояние. Отстегнув себя от крыльев, они вдвоём стали тянуть за собой летательный аппарат и уже через некоторое время подкатили его к халифу. Халиф посмотрел на Али с Сулейманом и спросил их:
– Как вы думаете, чем наградить мне этих изобретателей и на какую должность их назначить?
Сулейман посмотрел на Али, а тот кивнул в знак согласия и ответил:
– Мы с эмиром Сулейманом узнали, что семья этих братьев живёт далеко от Гранады, а их родители не из богатых. Однако, несмотря на это, они отпустили двух своих кормильцев поступить в медресе Альгамбры, желая тем самым внести свой вклад в развитие нашего государства. Было бы справедливо отблагодарить их родных за самоотверженность и обеспечить им безбедную старость. Что же касается должности, то, думаю, они могли бы работать придворными инженерами-изобретателями и получать государственное жалование, а также финансирование своих изобретений.
Сказав это, Али посмотрел на Сулеймана и спросил его:
– Я же правильно всё высказал или о чём-то забыл?
Сулейман растерянно кивнул головой и сказал:
– Всё верно.
Халиф посмотрел на братьев, которые от неожиданности не проявляли эмоций и, видимо, не верили в услышанное, а затем произнёс:
– Мои надёжные помощники уже позаботились о ваших потребностях. От себя же к сказанному добавлю. Кроме того, что ваши родители до конца своей жизни не будут больше нуждаться в средствах, а вы получите должности и жалования инженеров Альгамбры, в вашем медресе построят новое помещение, где будут работать молодые изобретатели. Вашей обязанностью будет трудиться во благо нашей религии, изобретать самим и помогать своим молодым товарищам.
Хасан с Хусейном продолжали молчать и, скорее всего, от восторга и волнения не могли промолвить ни единого слова. Уловив их взгляд, Юнус показал им, что нужно ответить, и они в один голос сказали:
– Большое спасибо, о повелитель правоверных! Да будет доволен Вами Аллах!
Халиф Наср улыбнулся и обратился к Али с вопросом:
– Когда будет другая демонстрация?
Али слегка наклонил голову и произнёс:
– Завтра после полудня, повелитель правоверных.
Халиф кивнул в знак одобрения и затем приказал всем седлать лошадей и отправляться в Гранаду. По пути назад Сулейман был в приподнятом настроении и время от времени общался с Али и Юнусом, давая им понять, что больше не злится ни на того, ни на другого.
На следующее утро Али с Юнусом вышли за ворота правосудия и ждали прибытие Лукмана, который являлся главным в селе, где хранилось пороховое оружие. Уютно разместившись в тени большого дерева, они смотрели на дорогу, ведущую к городу, и пытались найти нужных им людей среди путников. Прохладный ветерок и пение птиц создали такую умиротворённую атмосферу, что Юнус погрузился в сладкий сон, в котором Амина стала его законной женой. Не желая возвращаться из этого сна, он с трудом открыл глаза, когда дядя Али растолкал его и сказал идти к дороге. Широкоплечий мужчина лет пятидесяти, с длинной и наполовину седой бородой ехал на телеге вместе со своим сыном, которого Юнус сразу узнал. Лукнан и Нух были отец с сыном, которые лучше остальных могли бы продемонстрировать пушечные выстрелы. Они прибыли на упряжке с телегой, где под стогом сена была спрятана пушка, снаряды и мешок пороха. Нух был ровесником Юнуса и примерно одинакового с ним роста. Юнус с улыбкой его встретил, а Нух ответил тем же. Во время сражения в Альмуньекаре они сильно сблизились, когда из последних сил толкали пушку к побережью. Лукмана Юнус увидел впервые и был слегка растерян, когда тот обнял его словно родного сына и сказал, что с нетерпением ждёт Юнуса в гости. Они вместе добрались до Альгамбры, и Али с Юнусом разместили гостей у себя дома, а сами пошли в мечеть, чтобы те выспались после долгой и утомительной дороги.
Демонстрация оружия
После третьей молитвы халиф и эмир Сулейман внимательно смотрели на то, как Юнус и Али укрепляют заброшенное строение, которое в ближайшее время должен разрушить пушечный выстрел. Они укрепили брёвна, связав их между собой, и вкопали в землю деревянную опору, которая держала каменную стену. Данное укрепление по прочности ничуть не уступало крепостной стене, которая окружала Гранаду. Как раз к этому времени Лукман и Нух уже сделали земляной холм, на который после выстрела отбросит пушку. Али с Юнусом подошли к халифу Насру и эмиру Сулейману, чтобы вместе с ними наблюдать за выстрелом и рассказать о тонкостях подготовки орудия в боевую позицию. Али показал халифу порох, достав его из походной сумки, а затем рассыпал его по земле и поджёг. По словам халифа, ему уже приходилось видеть подобное зрелище, которое ранее демонстрировали китайские торговцы, однако эмир Сулейман смотрел на горящий порох с большим удивлением. Лукман и Нух уже зарядили пушку и крикнули, что у них всё готово. Али предложил халифу Насру самому дать сигнал для выстрела, и тот с удовольствием вышел вперёд, плавно поднял правую руку, а затем резко опустил её вниз. Буквально в тот же момент Лукман поднёс факел к задней части пушки, и через мгновение грохот от выстрела раздался по всей лесной опушки и, скорее всего, был услышан и в Гранаде. Старое каменное укрепление осталось на своём месте, но в его середине образовалась огромная пробоина. Пушку отбросило назад, затем она скатилась с холма и вернулась почти на то же самое место. Из её дула, словно от недавно погасшего костра, в небо плавно поднимался белый дым. Халиф был ошеломлён увиденным и позвал всех подойти к укреплению, дабы внимательно рассмотреть его разрушенную часть и полноценно оценить силу удара пушечного снаряда. Увидев, как переломались толстые брёвна и рассыпались на кусочки огромные камни, халиф Наср в полной мере осознал потенциал порохового оружия и подтвердил мнение Али, что оно в скором времени заменит катапульты и повлияет на тактику ведения войны как при обороне, так и при наступлении. Он строгим голосом отчитал Али за то, что тот до сих пор скрывал от него это оружие. Али молча выслушал претензии халифа, а затем стал объяснять обстоятельства, вынудившие его это делать. Опустив свой взгляд, Али громким голосом сказал:
– Бывший халиф Мухаммад, ввиду непринятия компромиссов, довёл нашу страну практически до войны с Маринидами. В то время, когда война была уже не за горами, я лично уговорил Сулеймана и других командиров поддержать Вас и помочь Вам свергнуть Мухаммада, дабы на радость нашим врагам мусульмане не стали проливать кровь друг друга. Если бы свергнуть его не удалось, война с Маринидами непременно состоялась бы. Представьте, сколько мусульманских семей лишились бы своих отцов, мужей и сыновей, если бы в военном арсенале гранадской армии было пороховое оружие?
Произнеся последнюю фразу, Али поднял свой взгляд и посмотрел в лицо халифу. Тот не знал, что ему ответить, и теперь сам опустил свой взгляд. Наступила тишина, все присутствующие молчали и смотрели в землю, затем Али прервал её и продолжил:
– Сослав брата в Альмуньекар и отстранив его от политики, Вы поступили очень мудро, поскольку я заметил, что это изменило его в лучшую сторону. Несмотря на то, что во время сражения он находился в рядах обычных солдат, он доблестно сражался и словно лев рвался вперёд.
Халиф улыбнулся и поблагодарил Али фразой:
– Да будет доволен тобой Аллах! Я совсем забыл о недавних событиях и рад, что среди моих командиров есть разумные люди!
Али улыбнулся и через некоторое время промолвил:
– Мне кажется, Вы стараетесь всегда поступать во благо государства и нашей религии, поэтому я не боюсь отдать пороховое оружие в поддержку вашего правления, в отличие от раннего правления вашего брата!
Халиф одобрительно кивнул, а Али, вероятно, вспомнил о положении Юнуса и добавил:
– Мы с эмиром Сулейманом подготовили полный отчёт об имеющемся у нашей армии пороховом оружии, а также финансовый отчёт военных инженеров для производства нового.
Лицо Сулеймана засияло от радости, а халиф Наср посмотрел на них двоих и сказал:
– С такими ответственными командирами, как вы, правление любого халифа будет благословенным! Помогите нашим воинам погрузить пушку в телегу и собирайтесь в путь. Когда вернёмся в город, обсудим все детали до мельчайших подробностей!
Али, Сулейман и Юнус подошли к Лукману с Нухом и помогли им погрузить тяжёлую пушку на телегу. Те накрыли её тряпками, забросали сеном, а затем все вместе тронулись в путь.
* * *
Вечером Али и эмир Сулейман должны были встретиться с халифом, для того чтобы представить ему отчёты военных инженеров о сроках и стоимости изготовления пушек. Али заранее подготовил документы военных инженеров и вместе с Юнусом ждал визита Сулеймана к ним домой, чтобы тот взглянул на отчёт перед тем, как отдать его халифу. Юнус сильно волновался, так как до этого дня эмир Сулейман к ним ни разу не заходил. Если эмир примет угощение из его рук, это будет означать для него, что он не против их брака с Аминой. Лукман с Нухом удалились в мечеть, дабы не мешать Али и Сулейману вести государственные дела. Юнус недавно вернулся с центрального рынка, где купил много разных лакомств для достойного угощения. Он пожалел, что ни разу не спросил Амину о том, какую еду любит её отец, поэтому надеялся, что их вкусы совпадут. На маленький столик он расставил много тарелок с разными сортами фиников, орехов и мёда. От аромата свежих лепёшек, которые недавно ему занёс сын пекаря, и мятного чая, который Юнус только что заварил, благоухала вся их комната. Такой идеальной чистоты в их доме не было с того момента, как дядя Али вернулся из Альмуньекара. Услышав голос эмира Сулеймана и стук в дверь, Юнус, словно обожжённый кипятком, побежал к двери и по пути чуть не перевернул стол с угощениями.
– Ас-саламу алейкум, эмир Сулейман! Добро пожаловать! Присаживайтесь, пожалуйста!
От волнения и спешки Юнус промолвил всё это на одном дыхании. Сулейман поприветствовал обоих, а затем сразу же принялся изучать документы, не прикоснувшись к еде, поскольку хотел знать то, о чём в скором времени придётся говорить с халифом. Али объяснил ему непонятные цифры и чертежи инженеров, так что Сулейман за короткое время смог во всём разобраться и подготовиться к предполагаемым вопросам халифа. В ходе их разговора Сулейман демонстрировал свою признательность Али за то, что тот не стал приписывать всю проявленную инициативу только себе, а постоянно подчёркивал, что они с Сулейманом работают совместными усилиями. По его собственным словам, в глазах халифа Сулейман стал гораздо лучше выглядеть, чем это было до возвращения Али из Альмуньекара. Закончив изучать документы, Али с Сулейманом присели за стол, а Юнус стал за ними ухаживать. Он поднёс им медный таз с водой, чтобы они помыли руки, а затем налил зелёный чай с мятой и сахаром, как это принято у берберов. Сулейман стал вести разговор на тему прибывшего из-за океана корабля, однако Али по просьбе Юнуса не стал посвящать его во все подробности. Юнус сильно опасался того, что если Сулейман узнает об их намерении отправиться за океан, то, скорее всего, не захочет отдавать за него свою дочь и отпускать её в опасное плавание. После финансового отчёта о стоимости изготовления пушек Али придётся найти подходящий момент и попросить халифа поговорить с ним наедине, дабы Сулейман до последнего момента не знал о запланированной экспедиции. Юнус надеялся, что когда скрывать от него это будет невозможно, к тому времени Амина станет уже его законной женой. Сулейману придётся смириться с тем, что его дочь покинет их и отправится вслед за своим мужем.
Узнав, что Халида не было в команде «Хайбара», Сулейман пожелал Юнусу проявить терпение и не терять надежды в том, что они с отцом однажды ещё увидятся. После совместной ночной молитвы, когда уже пришло время Али и Сулейману идти во дворец халифа, Сулейман вдруг посмотрел на Юнуса, а затем сказал, обращаясь к Али:
– Я долго думал по поводу нашей молодёжи и пришёл к выводу, что такие ребята, как твой племянник, приносят нашей религии и государству больше пользы, чем дети министров, которые ни разу не брали в руки оружия и не участвовали в военных походах.
Юнус подумал, что ослышался. Такие слова из уст эмира Сулеймана могли означать только одно. От радости и восторга он хотел было громко закричать, но тут же взял себя в руки, опустил свой взгляд и спокойным голосом промолвил:
– Да будет доволен Вами Аллах!
Али поблагодарил Сулеймана той же фразой, а когда выходил вслед за ним из дома, напоследок улыбнулся и сказал Юнусу делать дуа, дожидаться его прихода и ни в коем случае не ложиться спать.
* * *
Юнус сбился со счёта совершённых им ракатов дополнительной молитвы, когда услышал стук в дверь. Дядя Али вернулся почти что под утро и приказал ему поставить чай, а также разбудить Лукмана с Нухом, которые спали в соседней комнате. При тусклом освещении свечи, стоящей в углу большой комнаты, Али взял стакан чёрного чая и стал рассказывать им о его беседе с халифом. После того, как они с ним встретились и Сулейман доложил халифу о финансовых затратах и сроках изготовления пушек, они вышли из его резиденции, Сулейман отправился домой, а Али попросил вновь принять его. Он стал рассказывать халифу о кровопролитных войнах с крестоносцами и монголами, а также о многих потерях для мусульманского мира за этот период. Али начал с описания истории и привёл несколько выдающихся личностей, которые поспособствовали расцвету ислама после упадка и укрепили мусульман в тяжёлое для них время. Затем он сказал халифу Насру, что такой же шанс выпал на его плечи и если он правильно оценит сложившуюся ситуацию, то сможет укрепить ислам, как это в своё время сделали Салахуддин и Бейбарс. Когда халиф был полон внимания, Али стал рассказывать о перспективах завоевания большой земли во всех мельчайших подробностях. Он показал халифу атлас с границами большой земли и описанием её многочисленных народов. Затем Али достал из кармана кусочки добытого там золота и отдал их халифу, показав на атласе многочисленные отметки его местонахождения. Халифа это очень заинтересовало, и они стали совместно рассматривать различные возможности финансирования экспедиции и набора подходящей для этого команды. Большие расходы в отчётах инженеров и архитекторов относительно строительства двухсот кораблей слегка напугали халифа, но, задумавшись о перспективе успеха этой военной экспедиции, он решил, что вынесет данный вопрос на обсуждение в совете министров. Халиф Наср заявил, что речь идёт об очень больших инвестициях и сам он не вправе расходовать государственные средства, не посоветовавшись перед этим с министрами и не обратив внимания на потребности народа в остальных сферах. Однако халиф Наср заявил, что соберёт совет из трёх министров, а также самого Али и эмира Сулеймана. Юнус стал переживать насчёт присутствия Сулеймана. Несколько часов назад тот намекнул, что благословляет их союз с Аминой, однако если узнает о намерении Юнуса отправиться вместе с ней за океан, то, скорее всего, ответит отказом. Али предложил ему следующее. До того, как халиф Наср созовёт совет, Юнус должен будет прилюдно попросить у него руки Амины. Если такой важный государственный деятель, как эмир Сулейман, публично даст своё согласие, то изменить решение и не сдержать данное им слово будет для него очень большим позором, на который он не пойдёт даже при угрозе смерти. Действовать Юнусу необходимо очень быстро, поскольку, если до вечера он не встретит эмира и не попросит руки Амины, на вечернем совете Сулейман узнает об экспедиции. Прозвучал призыв на утреннюю молитву, и Юнус вышел из комнаты, чтобы принести дяде и гостям кувшины для омовения, а потом вместе с ними отправиться в мечеть и после намаза прилюдно поговорить с Сулейманом.
После того, как имам завершил молитву словами: «Ас-саламу алейкум ва рахматуллахи», Юнус, Али и Лукман встали и заторопились к выходу, чтобы застать эмира при выходе из мечети. Они договорились, что Юнус сперва с ним поздоровается, извинится за нескромную просьбу, а потом попросит руки Амины. Али и Лукман будут стоять в непосредственной близости в качестве свидетелей их разговора. Кроме них, должно быть ещё много других свидетелей, поскольку после каждой молитвы на выходе из мечети толпится множество людей в поисках своей обуви. Простояв очень долго и приветствовав всех выходящих, эмира Сулеймана они так и не встретили. Зайдя вовнутрь, Юнус увидел, что среди тех, кто остался читать Коран, его не было. Утреннюю молитву Сулейман либо проспал, либо совершил её дома, что бывает очень редко. Юнус едва стоял на ногах, поскольку всю ночь не спал, и Али уговорил его зайти домой и немного вздремнуть, дабы со свежими силами возобновить поиски Сулеймана. Перед этим они попрощались с Лукманом и Нухом, которые отправились в своё село, и пообещали навестить их в ближайшее время.
Юнус стоял у ворот правосудия и наблюдал за въезжающими всадниками. Сулеймана не было в мечети ни на второй, ни на третьей молитве, однако, на счастье, ему встретилась Лейла, которая сказала, что её отец и Амина должны вернуться до захода солнца. Лейла также обрадовала Юнуса вестью о том, что Сулейман приказал всем родным вновь общаться с Аминой, а также дал своё согласие на их брак. Он решил напоследок провести с ней побольше времени и, как в былые годы, отправился с ней на охоту. Юнус рассказал дяде о случившемся, и тот всё же посоветовал ему попросить руки Амины, дабы быть уверенным в том, что Сулейман не поменяет своего решения. Тут Юнус увидел двух всадников, мужчину и женщину, и, когда они немного приблизились, узнал в них Сулеймана и Амину. Сулейман ехал на своём чёрном коне немного впереди и отвечал на приветствия проходящих мимо солдат. Амина ехала позади него на белой лошади и держала в руках мешок, из которого виднелись перья фазанов. Али стоял с караульными возле ворот правосудия и рассказывал им о необходимости тренироваться с завязанными глазами, чтобы во время сражения быть готовым к любой ситуации. Когда Сулейман с Аминой проезжали мимо ворот, караульные и Али его поприветствовали, а Юнус подошёл на мгновение позже и попросил Сулеймана уделить ему минутку времени. Сулейман улыбнулся, словно знал его намерения, а Амина опустила взгляд и поскакала во дворец, не дожидаясь отца. Спешившись, Сулейман поздоровался с Али и крепко обнял его, словно близкого родственника, а затем протянул руку Юнусу и, улыбаясь, спросил: