Пустой Сосуд

– …И отгрохал самое неказистое поместье в Ашмазире, – добавил Кайхи, когда Эши высказал всё, что знал об Аганнаре. – Зачем столько колонн?

– Говорят, оно больше дворца императора, – сказал Гуйрах, почёсывая жёсткую щетину.

– Бред, – вставил Руй. – Ты хоть видел тот дворец?

– А сам-то видел? – шепнул Эши, но не слишком тихо.

– Видел… – неуверенно ответил старший брат. – Ну, в войске был с теми, кто видел.

Фаттак поспешила встать и хлопнула по столу открытой ладонью, пока волна хохота вновь не захлестнула мужчин.

– Вы все правы! – воскликнула она. – Кроме тебя, Гуйрах… Вилла Аганнара – самая большая, самая роскошная, самая богатая в нашем царстве. Восхитительные виноградники, и сады, которые так приятно пахнут… А ещё говорят, что внутри имеется отличная коллекция редкостей со всех Земель.

Эши дышал быстро, отрывисто. Надо было догадаться сразу… Сразу же, как Фаттак заговорила об Аганнаре и его вилле, едва ли уступавшей обители императорского наместника. И охранялась она, наверняка, столь же ревностно.

– Мы же не будем грабить Аганнара? – сдавленно спросила дама, что всё так же сопела в своём углу. Её округлое лицо даже покрылось потом. – Ты говорила про виллу, но я думала, это будет законник или, там, торговец мелкий!

– Нет, Ханай, мы не будем грабить Аганнара, – снисходительно промолвила Фаттак. – Мы оберём его гостей.

Вся комната наполнилась вздохами, что с каждым разом становились всё громче, пока не стали выкриками. Правда, звучали они по разным поводам. Пока приунывшая Ханай в страхе прикрывала голову руками, бледнолицый и Руй ликовали. Эши пришлось нагнуться, чтобы воодушевлённый брат не пробил его висок мечущимся локтем.

– Фаттак, – говорил Гуйрах спокойно, но громко. – Ты хоть знаешь, какие у него там гости бывают?

– Как правило, да, – дама размашисто кивнула. – Увы, не в этот раз. В том-то и дело.

Пелиас стиснул подбородок короткими пальцами, а его склизкий взгляд скользил по остальным. Он презрительно фыркнул при виде испуга на лице Ханай и одобрительно дёрнул головой, когда Руй воодушевлённо вскинул руки. Эши последовал за братом и сделал такое же надменное лицо, как отец, когда тому предлагали дурную сделку.

– Фаттак, – громыхнул Гуйрах задумчиво. – Это как так вышло, что мы сами не знаем, за чьим добром пойдём? Откуда нам знать, что там вообще что-то ценное будет?

– Брось, громила, – Руй повёл ладонью. – У гостей Аганнара всегда что-то найдётся.

– «Что-то» – недостаточно, чтобы рисковать всем, что есть у нас, – застывший в дальнем углу мужчина подал хриплый голос. – И всем, что есть у Скорпиона.

– Господа, вы наверняка слышали, о последних событиях в храме Шепзириара, – продолжала Фаттак всё громче, и остальные голоса затихли. – Альдеваррцы свергли Великого Змея, а на его место поставят своего божка, Сандариала.

– Заступника рода людского, – с гордым придыханием добавил бледнолицый. – Бога войны, чести и крови. И всех мужчин, кстати говоря.

– Мило, но всё ещё страшное богохульство, – равнодушно подметила Фаттак. – Зато по такому случаю планируются празднества, а с севера уже везут золочённую статую этого самого Заступника. Для императора это – дело важное, потому-то на освящение храма Сандариала едут высшие жрецы из величайшего храма Левианора…

– Храм Всебожия! – воскликнул Руй, хлопнув себя по коленям. – Такой огромный!

«Ты всё равно там не был».

Эши промолчал, но лёгкий стон не сдержал. Насколько он помнил, солдатский отряд брата ни на лигу не приблизился к Левианору, зато Руй всегда поминал далёкую столицу так, будто сам император потчевал его раяхой в золотых залах дворца. Кислым вином, на худой конец.

– Ещё до того, как жрецы отправились в путь, они послали гонца до Ашмазира, – молвила Фаттак, глядя сквозь увитую лозами арку на балкон. – Они пришли в прошлую луну, чтобы просить Аганнара о размещении на его вилле…

– Аганнара? – с отвращением переспросил Кайхи. – Они не во дворец собрались?

– Клянусь клыками Змея: следующий, кто меня перебьёт, утро встретит вкопанным в песок по пояс. Головой вниз! – сквозь зубы возмутилась Фаттак. – Но ты верно услышал, Кайхи. Жрецы в Левианоре особые, а под носом у наместника Даррода пьянство и разврат устроить не выйдет. Потому-то жрецы и обратились к Аганнару, а он… Что же, господа и дама, Аганнар им отказал.

За вереницей вздохов последовало молчание, разбавляемое разве что тяжёлым сопением Гуйраха. Фаттак развела руками и изумлённо огляделась.

– Что? – дивилась торговка знанием. – Языки попроглатывали?

– Ты запретила перебивать, – обиделся Руй и сложил руки на груди.

– Ты и не перебьёшь, если я сама задаю вопрос, – Фаттак выпрямилась. – Итак, о чём нам говорит этот отказ?

– Одному Змею известно, – пробормотал Гуйрах. – Возможно, Аганнару жить надоело, раз отказывается принять высших жрецов императора.

Эши выжидал, пока остальные выдадут ошибочные заключения, но те лишь молчали, отчего ноздри Фаттак раздувались всё шире.

– Он отказал жрецам, потому что его вилла уже занята, верно? – предположил он, памятуя о жадности Аганнара. – Кем-то важнее и богаче.

– Почти угадал, молодец, – торговка прикрыла глаза и кивнула. – Вилла Аганнара в это время будет занята некой группой странников, ради которой хозяин закроет двери перед высшими жрецами из Левианора. Кто они – не знает даже мой источник. Известно лишь, что они уже были в Ашмазире две луны тому назад и тогда же гостили на вилле. Они договорились, что остановятся у Аганнара, и когда будут возвращаться с юга. Вместе с редчайшим, ценнейшим грузом.

– С юга… – протянул молчаливый вояка в капюшоне. – Что такое ценное могло найтись у субихаров?

– Узнаем, когда заберём их груз, – Фаттак глянула на него через плечо и вновь обратила взор на остальных. – Но я вас уверяю, что ценность этого сокровища я не преувеличиваю. Те, кто говорил от имени странников, потребовали, чтобы их груз был в полной безопасности. Аганнар уже распорядился, чтобы на вилле осталось так мало прислуги, как только возможно, чтобы и шальной взгляд не упал на диковинки с юга.

– Странный ковёр ты плетёшь, Фаттак, – протянул Пелиас, расхаживая по комнате. – С тех пор как узнал, спрашиваю себя, как мастер вообще на такое дело согласился. Ты хочешь ворваться в настоящую крепость, чтобы украсть то, о чём сама ничего не знаешь.

– Пелиас, тебе говорили, что с тобой очень весело проводить время? – с вызовом спросил Руй. – Вот и мне кажется, что вряд ли.

Фаттак усмехнулась и выставленной ладонью призвала мужчин к молчанию:

– Дело серьёзное, потому и я серьёзна как никогда. Скорпион это понимает, так что придётся понять и тебе.

– Но в одном он точно прав, – заметил молчун. – Вилла Аганнара не только самая большая и самая богатая. Она ещё и самая защищённая. Не законниками. Наёмниками.

Последнее слово прозвучало с таким придыханием, будто наёмники были посланы самими альдеваррскими богами.

– И в этом его слабость, – протянул Гуйрах, скребя ногтями по щетинистой щеке. – Легко расслабиться, если все считают, что тебя не одолеть.

Молчун сошёл с места, но остановился после первого же шага. Огонёк лампы попал на его лицо и отразился в чернеющих под капюшоном глазах. Он будто хотел вновь возразить: вскинул указательный палец, открыл рот и опять его закрыл.

– Я с тобой согласна, Гуйрах, но никакого штурма не будет, – произнесла Фаттак. – Мы не спроста здесь собрались. И не спроста Скорпион доверился именно мне.

Пелиас нахмурил лоб, но промолчал.

– Мы с вами будем действовать мудро, осторожно, но уверенно, – продолжила торговка. – Будет три отряда, каждый – со своей особой задачей. Первый отряд возглавит Руй. С тобой пойдёт Ханай…

Крупная девушка смиренно кивнула.

– Гуйрах…

Громила деловито поправил безрукавку.

– Ганорал…

Настал черёд бледнолицего. Он упёр руки в бёдра и гордо вскинул голову.

– И, конечно же, твой дорогой брат… – Фаттак притворно замялась, а на лице проявилась ухмылка.

– Эши, – закончил за неё обладатель этого имени. – Меня зовут Эши.

«И ты прекрасно это помнишь».

– Точно, Эши, – Фаттак качнула головой. – Первый отряд будет действовать изнутри виллы. Его задача – найти, где гости Аганнара спрячут свой груз и найти способ его оттуда забрать.

Молчаливый мужчина едва слышно присвистнул и оттянул нижнюю челюсть, а Ханай в испуге принялась хлопать себя по округлой щеке.

– Всё получится, – Руй вскочил с дивана. – Я уже придумал, как нам…

– Так-так-так, – тараторила Фаттак, выставив ладонь. – Прелесть нашего замысла в том, что вы не будете знать тонкостей того, чем займутся другие отряды. Лишь то, куда этот замысел их приведёт.

– Почему так? – буркнул Пелиас.

«Чтобы никто не украл замысел и не опередил Фаттак», – не рискнул произнести Эши.

– Так надо, – только и ответила торговка знанием. – Первый отряд раздобудет груз и вынесет его из виллы, где передаст всё отряду Ахота.

Она смотрела на молчуна. Тот кивнул, прошагал на середину комнаты и уставился на Руя.

– Ты дашь нам знать, подашь сигнал, – прохрипел Ахот. – Мои люди придут, когда нужно.

– Замётано, – размашистым движением Руй протянул ему ладонь.

– Прелестно, – Фаттак безразлично наблюдала за рукопожатием. – Ахот и его люди заберут груз возле виллы Аганнара и доставят его в особое место, где будет ждать третья группа. Группа Кайхи.

– Я тоже там буду, – встрял Пелиас. – Я приму груз от имени Скорпиона и прослежу, чтобы всё получилось.

– Как пожелаешь, – Кайхи пожал плечами.

Эши бросил взгляд на темнокожего знакомого, а после перевёл его на Фаттак. Нити её замысла никак не складывались в одно полотно в его разуме, отчего напоминали ворох беспокойных многоножек под сырым камнем.

– И в чём роль этого третьего ряда? – не сдержавшись, выдал Эши. – Мы полезем в глотку гиены, а людям Ахота придётся уходить от погони вместе с дорогущим грузом… А третий отряд – что? Будет сидеть в тайном месте и ждать, пока мы разгребём всё дерьмо?

Гнев полыхнул в глазах Пелиаса, а Гуйрах резко выдохнул через сложенные губы. Даже Руй шикнул на брата, но сама Фаттак лишь растянула рот в подобии улыбки.

– Милый мой, у всех будет своя задача в нашем деле, – промолвила она мягко. – И многие бы сказали, что у Кайхи она – самая сложная. Что бы мы ни забрали из дома Аганнара, это ничего не будет стоить, пока мы это не продадим.

– Чем крупнее улов, тем сложнее его сбыть, – деловито подметил сам Кайхи, сдобрив слова косым взглядом на Эши.

– Наш милый Кайхи крайне талантлив, – Фаттак улыбнулась по-настоящему. – В первую очередь тем, что может продать что угодно. Для этого требуются связи, а ещё – смекалка, опыт и здоровая доля наглости.

– Хватит, Фаттак, – Кайхи рассмеялся. – Не раскрывай уж все мои секреты, коль скоро я уважаю твои.

– Разумно, – торговка прочистила горло и обвела взглядом всю комнату. – Итак, друзья. Гости Аганнара должны прибыть не позднее, чем через восемь дней. Где-то через десять – явятся высшие жрецы, и тогда в городе солдат станет больше, чем в Левианоре. При таком раскладе у нас будет два дня, чтобы разобраться с делом. И мы должны быть готовы так, будто планировали целый год! Предлагаю этим и заняться, как только вы отдохнёте и прочистите свой разум. Спасибо, вы свободны.

Под гомон почти десятка голосов комната начала пустеть. Первым удалился, не попрощавшись, Ахот, но и Пелиас старался не отставать. Растворился, будто и не приходил вовсе, Кайхи. Протопал к выходу и Гуйрах, за которым семенила Ханай.

Эши вертел головой в недоумении. Он рассчитывал, что весь их отряд безумцев, готовых пробраться в самое охраняемой поместье Ашмазира, поспешит с созданием такого плана, благодаря которому их сердца ещё будут биться, когда придёт время делить улов. Но увы – у каждого нашлось нечто поважнее выживания.

Кроме Руя, конечно.

– Что скажешь? – шепнул он, помогая брату встать с дивана. – Я аж разгорячился весь. Ух, как представлю!

– Что ты представишь? – проговорил Эши, застыв у выхода под тяжёлый взгляд Фаттак. – Как стража Аганнара накормит нас собственными яйцами?

– Всё будет отлично, просто поверь, – Руй приобнял его и потащил к выходу. – Пойдём, попросим тебе лежанку. Поспишь как следует, а там и обсудим, что я придумал. А потом… Когда дело закончится, я закажу статую самого себя из чёрного мрамора и выкуплю дом сраного Аганнара.

– Брат, – Эши осёкся. Давно он его так не называл. – Слушай, ты слишком-то рот не разевай, хорошо? Я так понимаю, на это дело пойдёт половина Зан-ар-Дума. Наш отряд, какие-то ребята этого Ахота… И боюсь представить, какую долю получит Скорпион.

– Расслабься, лады? Фаттак ещё ни разу не ошибалась.

«Не ошибалась или просто не имела возможность ошибиться?»

Эши давно усвоил разницу. Не раз ему встречались люди, чья непогрешимость держалась лишь на том, что они не доводили дела до возможности устроить ей проверку. Они планировали, они думали, они советовались. Они находили любой повод, чтобы отсрочить важнейший, последний шаг. То тому мешала погода, то боги не благоволили спешке.

Что же, совсем скоро они выяснят, чего стоила непогрешимость Фаттак. Не то через восемь, не то через десять дней.