Френдзона и точка. Два

– Не хочу, – серьезно ответила девушка. – Очень жарко на улице. Я лучше лимонад закажу.

– Как ты с мужем познакомилась? Давно вы вместе? – спросил Юра о том, что не давало ему покоя.

Пока друзья ждали заказ, Рита рассказала историю знакомства с Мишей. Друг внимательно слушал, подавшись вперед и положив локти на стол .

– Что ж тебя так тянет на плохих парней-то?.. – Юра хотел напомнить ей про Моряка, но вовремя замолчал.

Рита проигнорировала замечание друга и усерднее принялась за салат.

Он говорил о прошлом. О компании, в которой она начала тогда тусоваться. Но Юра и сам понял, что сплоховал, и потому сам продолжил:

– Честно говоря, ты меня удивила.

– Чем? – подняла она на него удивленный взгляд .

– Что уже замуж выскочила.

Парень протянул руку и взял подругу за правую ладонь, пододвинул к себе, чтобы лучше разглядеть обручальное кольцо.

– По-твоему, я должна до старости ждать? Или, может, недостойна этого? – уколола Риту пробивающаяся обида.

– Рит…

«Еще не время, чтобы говорить о прошлом». Юра смягчился:

– Конечно, достойна.

Рита внимательно посмотрела на Юру, и он тоже сосредоточил взгляд. Продолжал держать ее за руку и мягко касаться подушечками пальцев, уже через секунду отрицательно покачал головой.

Он помнил, как у него открылись глаза. Помнил, как ему говорили: «Ты – слепой баран, раз не видел, как она на тебя всегда смотрела».

Во время разлуки Юра винил себя за то, что не смог этого разглядеть. А в собственных чувствах побоялся признаться. Или не захотел.

Не зря же говорят: что имеем – не храним, потерявши – плачем.

Но Юра продолжал бережно смахивать пыль с той самой «дорогой книги», которой для него была Рита. Сейчас он был готов открыть ее и написать все, что чувствует, чтобы она наконец узнала. Был готов стать тем самым принцем на белом коне. Но… место уже оказалось занято.

– Теперь у тебя здоровяк в черной кожанке на байке, – пошутил он.

Мужу Рита открыто улыбалась, а с Юрой она сейчас робела и опускала глаза в стол.

Всего несколько лет сделали Юру более уверенным в себе. Почти состоявшимся доктором. Взрослым молодым человеком. И сейчас он считал возможным задавать ей вопросы, которые, может быть, постеснялся бы озвучить три года назад. Но не после того, что между ними было.

– Ты любишь его?

Наверное, это главный вопрос, который волновал его с момента, когда он узнал, что Рита несвободна. Он хотел получить ответ. Хотя и понятия не имел, что с ним делать потом.

– Конечно, люблю, – бойко ответила она. – А ты женат?

– Нет.

Парень наконец принялся за еду.

– Был?

Рита тут же заняла рот едой, чтобы скрыть волнение и интерес.

– Не женат и не был. Имею в собственности автомобиль, неплохо зарабатываю, планирую еще больше, но квартиру пока снимаю, – Юра шутливо выдал о себе краткую характеристику, как в анкете, и засмеялся.

Парень продолжал внимательно наблюдать за подругой, а внутри медленно подняла голову совесть. Потому что он умолчал о главном: что, помимо прочего, сейчас он состоит в отношениях. Но говорить об этом Рите почему-то не захотелось.

– А помнишь, как…

Таких фраз в тот вечер было сказано не счесть сколько. Друзья вспоминали одноклассников, преподавателей, школьные случаи – смешные и не очень. Обед уже давно был съеден, напитки выпиты. Юра оплатил счет и предложил Рите прогуляться. Они вышли на улицу и продолжили «день воспоминаний», гуляя по набережной.

За несколько часов Рита оттаяла и вся заискрилась. А у Юры было ощущение, будто они и не расставались. На открытом пространстве у реки было хорошо и свежо, вечерняя прохлада остужала. В какой-то момент подруга остановилась, приподняла волосы, потревоженные ветром и быстро опустила их обратно. Но Юра успел заметить. С боку слева на лбу, почти у самых корней волос, виднелся шрам.

Парня неожиданно охватило запоздавшее волнение.

Шрам был старый, уже белый. Но все равно заставил Юру переживать из-за того, что когда-то случилось с подругой. Он остановился и протянул руку к лицу девушки. Рита удивилась и сперва отпрянула, но под испытующим взглядом Юры поддалась. Парень слегка отвел темные волосы в сторону, невольно пропустив прядь между пальцев. Склонился и легким касанием дотронулся до старой раны.

– Это откуда у тебя? – заглянул он Рите в глаза.

– Не поверишь – просто споткнулась и неудачно упала.

Рита отстранилась и попыталась снова прикрыть волосами место удара.

– Просто упала? – с сомнением спросил Юра, убирая руку.

– Ага, о ступеньку ударилась. Кровищи было! Мне даже прохожие скорую вызвали.

– Ну ты даешь! Давно это было?

– М-м-м… год назад. Миша тогда сорвался с работы, примчался ко мне в травму. – На губах девушки расплылась теплая улыбка, она явно вспоминала тот эпизод.

Успокоившись, хотя и сам не мог толком назвать причину, заставившую переживать за Риту, Юра тоже приподнял уголок губ.

« Меня не было тогда, а рядом с ней снова был кто-то другой».

Невольно парень опустил взгляд на запястье девушки. В сумерках уже плохо было видно, но он разглядел. Там ничего не было, следа не осталось. А в последний раз, когда они виделись три года назад, там еще был большой пластырь, закрывающий рану, которую девушка умудрилась получить от наручников.

– А на мотоцикле ты катаешься? Аварии были?

– Тьфу-тьфу-тьфу, типун тебе на язык! – Подруга символически поплевала через левое плечо и шутя постучала кулачком другу по лбу три раза. Вместо дерева. И они рассмеялись.

– Ладно-ладно, прости. Так что насчет езды?

– Сама, конечно, нет. Только с Мишей.

– А танцами ты сейчас занимаешься?

– Уже давно нет! Мне хореограф предлагала вести детскую группу. Но столько навалилось в университете, плюс я на втором курсе взяла подработку у Толяна. – Заметив, как брови друга сошлись к переносице, пока он пытался понять, кто это, она пояснила: – Ты его вряд ли видел. Так что мне уже давно не до танцев. Максимум пару раз в год можем с одногруппницами выбраться в клуб, потанцевать. А так – Миша не любитель.

– Из класса ты с кем-нибудь общаешься?

– Только с Алинкой. Когда она переехала на север, написала мне. Я ей ответила. Переписываемся изредка, обмениваемся фотками. Говорит, Дарина тоже замуж вышла. Кажется, Алинка живет дальше всех, а знает больше всех, – засмеялась Рита.

Они уже дошли до скейт-парка в конце набережной. Впереди тарахтел трактор с оранжевой бочкой, из которой подтекала вода, а два высоких худых старичка поливали клумбу. В воздухе витал аромат летних цветов, а со стороны парка доносились стук колес и звуки ударов самокатов и скейтов.

Они пошли в обратную сторону.

– А ты как жил?

– Да так же, как и ты: учеба отнимала и продолжает отнимать уйму времени. Спортом занялся, подработку год назад взял. Привык…

Юра не лгал. Он действительно смирился с тем, что упустил, и привык жить без Риты. Со временем перестал чувствовать себя лишенным дружбы, обзавелся новыми друзьями. Хотя и не такими близкими. Никому не удавалось подойти к нему настолько, как это однажды удалось Рите. Внутренний блок не пропускал больше никого.

Помолчав, Рита спросила:

– Ты меня считал плохой – из-за того, что я сделала?

Юра уставился на нее удивленным взглядом, и Рита пояснила:

– Обстригла Дашины волосы.

– Да боже упаси!

– Ты сказал, что нормальная девчонка так не поступила бы.

– А ты ненормальная. Сейчас вот только идешь тут рядом вся такая спокойная, что аж тошно.

Юра остановился и повернулся к Рите, посмотрел в ее улыбающееся личико.

«Кажется, атмосфера достаточно мирная, можно переходить к тяжелой артиллерии».

Он отвернулся, будто набираясь решимости.

– Мы после этого помирились. Но потом… Рит, почему ты переехала тогда?

Смотрел, не мигая, и ждал ответа. Своим вопросом парень явно поставил девушку в тупик. Рита оказалась не готовой отвечать.

– Ну как… – Подруга немного запнулась, но быстро продолжила: – Чтоб самостоятельной стать, чтобы было больше времени на учебу и работу… И ничто не отвлекало.

Ни жестом, ни мимикой Юра не выдал своих эмоций, что такая отговорка его не устраивает. Но это был еще не последний вопрос, который он намеревался сегодня озвучить. И следующий был не менее важный, чем остальные. Юра не был готов отступить и продолжать вести дружеские беседы обо всем на свете.

– А почему ты перестала звонить мне?

Он желал разобраться в сути того, что тогда произошло, чтобы понимать, как действовать дальше. Желал найти для себя ответы на все вопросы, что так или иначе возникали все эти годы.

– Да некогда мне было, – пожала плечами подруга.

Они помолчали. Рита отвела взгляд в сторону. Она думала, вдруг ему хватит и он поверит, но, похоже, такой ответ его не удовлетворил, и пришлось продолжить: Юра ждал.

– Мы же тогда с тобой поссорились. Из-за той драки, помнишь? Я обижалась на тебя. А у тебя… было кому за тобой ухаживать.

Парень молчал. Спрашивать у Юры, почему он сам не звонил, было бессмысленно.

«Потому что я сама добавила его в черный список…»

Рита чуть опустила глаза и уставилась в темно-синюю футболку, облегающую грудь друга. От дальнейших расспросов ее спас так вовремя позвонивший Миша. Рита отошла в сторону и ответила на звонок.

– Солнце, ты уже дома? – раздался в трубке голос мужа.

– Ой, нет еще. Скоро пойду. А вы что, уже разошлись?

– Стареем, – пошутил парень. – Тебя забрать, может?

– На байке?!

– Что я, совсем, что ли? На такси.

– Сама вызову, жди.

Рита повернулась и открыла в телефоне приложение для вызова машины.

– Мне уже пора, – сказала Рита, подходя к Юре.

– Давай я тебя подвезу.

«Не получится у тебя уйти от ответа…» Такие ничего не значащие отговорки его не устраивали, и он собирался продолжить.

Они вернулись к ресторану, где обедали. Там на парковке осталась машина Юры.

Он открыл пассажирскую дверь и галантно пригласил Риту занять место в его новой «Инфинити». Правда, это для Юры она была новой, а брал он ее с рук уже с девятилетним пробегом. Рита села в удобное кресло и пристегнулась, положила на колени букет цветов и назвала адрес. Между друзьями сквозило напряжение из-за поднятой темы. И первое время они ехали в тишине. Даже музыку Юра не стал включать.

– Так все же, за что ты обижалась на меня? – нарушил молчание он.

– Да за многое! – не сдержавшись, воскликнула Рита и всплеснула руками. Будто не успокаивалась все это время, а наоборот, закипала. – Зачем ты полез драться за меня? Зачем, если у тебя была любовь к Даше?.. Юр, это прошлое. Зачем сейчас об этом говорить?

Рита сама удивилась своей хорошей памяти. Эти слова, похоже, она слишком часто повторяла, что они сразу выстрелили. Видимо, подсознательно Рита хотела их вернуть ему.

Спустя недолгую паузу он ответил:

– Я за тебя тоже переживал. Поэтому и полез. А на звонки почему не отвечала?

Рита прикрыла глаза.

«Все-таки звонил…»

На мгновение он повернул голову, чтобы взглянуть на подругу. На ее лице Юра увидел усталость. Ей определенно хотелось свернуть весь этот разговор.

– Потому что не хотела тебя слышать, неужели не понятно? – тихо проговорила подруга.

– А сейчас? – снова бросил он короткий взгляд на Риту. – Хочешь?

– Можно, – с улыбкой сказала она в ответ.

Через несколько минут тишины Рита нашла предлог, чтобы сменить тему.

– Давно ты водишь?

– Почти три года. А ты выучилась на права?

– Угу, старанья Моряка не прошли даром.

Снова тишина.

– Почему ты смущаешься? Зажимаешься? Где та моя Рита, которая не стеснялась носить по пять браслетов на каждой руке и звенеть ими, громко разговаривать и везде совать свой нос? – Он протянул руку и задел пальцем кончик ее носа.

Рита расхохоталась.

– Юр, я просто повзрослела!

Друг снова оторвал взгляд от дороги, взглянул на девушку и заинтересованным взглядом быстро пробежался сверху вниз и обратно. Как будто проверял «на взрослость» и подмечал изменения.

«Определенно повзрослела».

– Муж тебя не обижает? – взволнованно спросил он.

– Да ты что, он мировой парень.

«Инфинити» наконец заехала во двор дома, где жили Рита с Мишей, и остановилась рядом с подъездом. Девушка опустила глаза и погладила оранжевые и красные лепестки гербер в букете, таких же ярких и красочных, какой она была когда-то. Что касалось красок, ее вкусы почти не изменились, она по-прежнему любила многоцветие, а вот характер стал более мягким.

«Это все влияние Миши». Муж, сам не подозревая, избавил Риту от комплекса, вбитого Дашей ей в голову. Очень долго она не могла поверить в себя, в то, что может действительно нравиться парню. Но Миша доказал обратное.

– Ну что, снова друзья? Ты же добавишь меня в сети в друзья теперь, если я к тебе постучусь?

– Добавлю.

– Не будешь игнорировать мои звонки?

– Сегодня же я тебе ответила. – Девушка подняла голову и посмотрела другу в глаза.

«Интересно, на этом все? Дань вежливости и прошлому отдана? Утолили любопытство и больше не увидимся?»

С удивлением Рита поняла, что ей бы хотелось больше. Больше живого общения и, возможно, даже более частых встреч, но… теперь она боялась с ним дружить. Потому что в прошлый раз это закончилось больно. И вообще любая дружба – это иногда слишком больно.

Несколько секунд они пытались что-то прочитать в глазах друг друга. Казалось, целая вечность прошла. А потом в стекло «Инфинити» постучали. Юра обернулся и увидел склонившуюся фигуру. В окно с водительской стороны заглядывал Миша. Прокашлявшись, Юра открыл дверь и вышел.

– Здорово, – Ритин муж протянул ему руку.

Девушка тоже поспешила выйти из машины, подбежала к мужу и обняла его одной рукой. Увидев в руках жены букет цветов, Миша лишь приподнял брови.

– Ну что, наговорились? – поинтересовался он у Риты.

– Почти, – кивнула она, поправляя разметавшиеся волосы. – Наверстывали упущенное, слишком долгим был перерыв.

– Пойдем тогда к нам, посидим еще за рюмкой чая? – предложил Миша и притянул девушку себе под бок, приобняв ее за плечи.

Юра перевел взгляд на Риту. Ему требовалось подтверждение, что Миша не шутит и что она сама не будет против его присутствия.

По выражению лица подруги было видно, что она не меньше его удивлена предложением мужа, но она согласно кивнула. Юра поддался на уговоры нового приятеля угоститься невероятно вкусным армянским коньяком, который Мише кто-то подарил. «Инфинити» было решено оставить у них во дворе, хотя прежде пришлось сделать несколько кругов вокруг дома, чтобы найти место.

Стоило переступить порог и оглядеться, как Юра сразу догадался, кто занимался ремонтом и воплощал свои художественные задумки. Яркие темно-красные стены в прихожей, какое-то винтажное крупное зеркало. Если приглядеться, на раме еще и узор какой-то. Наверняка Рита приложила к ней руку.

Он прошел в гостиную и только сейчас понял, куда делась Ритина индивидуальность. Теперь она была тут – в их с Мишей квартире.

Почему-то у Юры сразу возник вопрос: а позволил бы он сделать так в их квартире? Если бы они жили вместе? Да, определенно да.

– Как интересно у вас!

Кухня в итальянском стиле с фасадом под состаренное темное дерево. Напротив – плазма на светло-голубой стене. А разделяли пространство диван песочного цвета и мягкий ковер ему в тон.

Ничего вычурного, но в деталях чувствовалась рука подруги. В юности она показывала много своих работ, и теперь, как оказалось, Юра мог узнать стиль. Он сам себе удивился.

«А такие шторы с морским пейзажем могла повесить только она».

– Как-то знакомо выглядит. Где я мог подобное видеть? – скосил он взгляд на подругу.

Девушка пожала плечами.

– Садитесь. Сейчас закуски сделаю.

Она отвернулась к холодильнику и покраснела. «Неужели он помнит?»

Рита часто делала зарисовки, а однажды рассказывала ему, что сделала бы в своей квартире. Тут она ощутила теплые ладони на своей талии, а на плече – легкий поцелуй. Опустила взгляд и уловила блеск обручального кольца.

«И эти мечты воплотил муж».

Миша отступил, подошел к столу и включил негромкую музыку. Порой Рите было страшно подумать, что она делала бы без мужа. Он – ее главная поддержка.

Помыв овощи, она услышала, как Миша хвастается:

– Это все она придумала. Но мы, конечно, по-простому, делали сами и быстро.

На Юру ей смотреть совсем не хотелось. Щеки были красные. Но простой салат уже был готов, и она повернулась к столу и все же бросила быстрый взгляд на друга.

Он с интересом смотрел, как она смутилась. И не только. Он изучал ее заново.

Застолье продолжалось до глубокой ночи. Рита не дождалась окончания незапланированного сабантуя и ушла в душ, оставив парней на кухне. Она предусмотрительно захватила с собой сменную одежду, чтобы не щеголять перед ними в короткой сорочке.

После душа Рита по традиции пошла в кухню, чтобы выпить перед сном ромашкового чая. Она стояла, опершись спиной о кухонный гарнитур, и никак не могла понять, как такое случилось, что вот так внезапно раз – и ее школьный друг сидит у них на кухне и болтает с ее мужем. Ей было удивительно наблюдать за тем, как они легко и быстро нашли общий язык. Никакого напряжения между ними не было.

– Иди ко мне, – позвал ее Миша и, когда она приблизилась, усадил к себе на колени .

– Миш, неудобно, – снова покраснела она. Привычно поцеловала его в губы и поднялась. Махнула на прощание Юре и удалилась в спальню.

Девушка не видела, каким взглядом ее провожал друг. И Миша тоже не заметил, сосредоточившись на сообщении в телефоне.

Ночью Рита проснулась, когда рядом с ней прогнулся матрас и ее обняли любимые руки. Тихий голос позвал:

– Иди ко мне.

Повернувшись на другой бок, она нырнула мужу под руку.

– Надеюсь, ты не выдал наш секрет на нетрезвую голову?

– Почему ты не хочешь, чтобы он знал? – Миша удивленно смотрел на жену, его глаза поблескивали в тусклом свете уличного фонаря за шторой.

Рита сильнее прижалась к нему, обхватив руку, и тихонько пояснила:

– Потому что это только между нами.

Миша зевнул, прикрывая рот ладонью, и положил голову на подушку. Закинул руку за голову и закрыл глаза.

– Через несколько месяцев живот все равно будет видно.

– Вот пусть тогда и узнает.

От Риты с Мишей Юра возвращался домой на такси. Ему было легко и радостно, что подруга снова рядом и они провели вместе почти весь день. Но одновременно и тяжело. Потому что ему удалось прощупать почву, и выводы напрашивались неутешительные.

«У нее с мужем идиллия, ей с ним хорошо. Смотрела на Миху, и ее взгляд искрился нежностью. Все время ластилась к нему. А Миха не скупился на объятия и то к себе ее прижимал, то на колени сажал… Невозможно было на это смотреть. Даже вздохнул с облегчением, когда она спать ушла».

Юра встряхнул головой, прогоняя ранящие его мысли.

«Я хочу… для начала все-таки хотя бы снова стать ей другом. А там будет видно – может, и не все так гладко в их королевстве».

Без Риты ему было пусто. Из сердца кусок пропал. Теперь он есть, но… Вставить на то же место уже нельзя.

«Так пусть хотя бы просто будет рядом».