Рай в шалаше
- -
- 100%
- +
Ребекка умерла четыре года назад. Семья горевала, но выжила. Иного выбора не было. Дэн знал, что во второй раз не сможет так сильно любить ни одну женщину.
Войдя на кухню, он замер.
Дочь Джессики играла с пластиковыми кухонными мисками, будучи окруженной коробками, словно в детском манеже. Джесс раздавала детям сэндвичи с сыром и молочно-шоколадные коктейли.
Но самое главное, пятеро детей Фрейзера сидели за обеденным столом, вполне довольные.
– Я резала яблоки… – Дейзи махнула рукой на блюдо в центре стола. – Джесс сказала, что, если она будет за мной наблюдать, все будет хорошо.
Роб усмехнулся, над его верхней губой красовалась полоска от молочно-шоколадного коктейля.
– Я взбивал молоко.
– А Аннаполи и Мэри вместе расставляли пластиковые тарелки на столе! – Джесс улыбнулась и взъерошила волосы на головках обеих девочек, потом передала Дэну тарелку с сэндвичами с сыром, взяла сэндвич себе и присела за стол. – Мы подумали, что после обеда попробуем прибраться на кухне и в ванных комнатах.
Дэн вздохнул:
– Мне жаль, дети, что из-за меня планы изменились. Мне придется часто ездить в Сидней и работать допоздна.
– Ну, среди нас есть совершеннолетний, чтобы работать нянькой, – едва слышно пробормотал Люк.
Но Дэн услышал его слова и нахмурился, считая, что они обо всем договорились по дороге домой.
Когда Дэн открыл рот, чтобы приструнить сына, заговорила Джесс:
– Ты совершенно прав, Люк. Я надеюсь, мне удастся положиться на тебя и Роба. Вы скажете мне о том, что требуется вашим младшим сестрам.
Люк поднял глаза. Мгновение он колебался, потом выдал:
– Мы сможем это сделать. Вы много чего о них не знаете.
Джесс нежно улыбнулась мальчику:
– И вполне вероятно, если мы усердно поработаем, чтобы найти общий язык, мы поможем вашему отцу сосредоточиться на работе, и ему удастся изредка куда-нибудь с вами выбираться?
– Я именно на это надеюсь. – Дэн как раз об этом размышлял.
Минуту стояла тишина, потом Люк сказал:
– Ты не виноват в том, что должен так поступить, пап. Ты много работаешь, чтобы обеспечивать всех нас. Мы просто должны заниматься делами по дому, пока ты не найдешь время, чтобы побыть с нами.
Мгновение Джесс пристально смотрела в лицо Люка, потом перевела взгляд на Дэна:
– Должно быть, вам всем было непросто, Дэн. Вероятно, каждый чувствует себя немного не в своей тарелке.
Неужели она заметила усталость, какую он старается скрыть от детей в течение… в течение слишком долгого времени.
– Да. – Дэн откашлялся. Ему было трудно упаковывать вещи для переезда сюда, убирать семейные фотографии с глаз долой. Ему не хотелось упаковывать фотографии Ребекки, потому что он желал видеть их перед своими глазами. И все же с тех пор, как они приехали, Дэну не хотелось подходить к коробке с семейными фотографиями и к коробке, где лежала урна с прахом Ребекки.
Джесс глубоко вздохнула, и на миг в глубине ее серых глаз отразилось беспокойство.
– Дело вот в чем. Если вы хотите, чтобы я на вас работала, тогда после обеда мы начнем распаковывать вещи.
– Я вас нанимаю.
Пока дети заканчивали обед, Джессика показала Дэну рукописные рекомендации и назвала ему номера телефонов тех, кто эти рекомендации давал.
– Два поручителя – это те, за чьими детьми я присматриваю по вторникам и субботам. – Сегодня среда, значит, у Джесс пара дней до встречи с другими детьми. – Третий поручитель – женщина, которая обучала меня навыкам няни.
– Спасибо, Джесс. – Дэн повернулся и направился в свой кабинет. – Я уверен, что найду время, чтобы сегодня днем позвонить по указанным номерам.
Дети принялись прибираться в комнатах. Джесс распределила между ними обязанности и каждому помогала, хвалила за успехи. Большего взаимопонимания она добилась с младшими детьми. Люк работал усердно, но отдельно от остальных, он почти ни с кем не общался. Джесс делала все, что могла, чтобы разговорить старшего мальчика.
К середине дня, когда дочь Джесс проснулась после дневного сна, а Аннаполи пристроилась напротив телевизора, смотря детскую передачу, остальные дети вышли на улицу, прихватив закуски, чтобы не появляться дома до ужина. Люк был назначен главным.
– Я надеюсь, вы простите меня за исчезновение… – Закончив работу, Дэн заглянул на кухню. Он был готов сообщить Джесс о своем решении.
– Я надеюсь, вам удалось связаться с моими поручителями? – Джесс старалась сохранять спокойствие весь день, но ей было нелегко подавлять волнение.
– С вашими поручителями все в порядке. – Дэн оглядел опрятную кухню. – Сегодня вы творите чудеса.
– Спасибо. Я привыкла усердно трудиться. – Джесс взяла Эллу на руки и звонко поцеловала ее в шею. Девочка захихикала.
Пристальный взгляд Дэна задержался на губах Джесс, потом он быстро отвел его в сторону, а у Джесс замерло сердце.
С какой стати она так на него реагирует?
– Вы прирожденная мать, Джесс. Это совершенно очевидно. – Дэн помедлил, потом откашлялся. – Вы не возражаете, если я спрошу о других ваших обязательствах? Забота о моих детях не помешает вашим личным планам?
– Есть только я и Элла, поэтому мне никто не помешает в работе. – Джесс вздохнула.
Осуждает ли ее Дэн за то, что она воспитывает дочь одна?
– Одним волнением меньше. Мне действительно нужна помощь. – Дэн присел на стул. – Приветствуется все, что вы сможете делать по дому. – Он помедлил. – Возможно, я немного перестраховываюсь, перепроверяя вас.
Заботливость Дэна задела Джесс за живое, ибо отцу Эллы такая заботливость была чужда.
– Мне понадобится номер вашего телефона, по которому я смогу связаться с вами в любое время. – Она постаралась смотреть на Дэна по-деловому, заранее отсекая все его волнения. – А также полные сведения о здоровье детей и их особенных нуждах. Я хочу, чтобы мне платили каждую неделю наличными или банковским чеком.
В течение минуты они сидели и оценивающе разглядывали друг друга. Джесс заметила его взъерошенные темные волосы, щетину на подбородке и темные круги под глазами, говорящие о недосыпании.
– Я хотела бы вам помочь, Дэн, – мягко произнесла она, – если вы считаете, что я прошла испытания.
– Я не хотел, чтобы это так выглядело.
Джесс покачала головой:
– Если бы вы не проверили меня, я забеспокоилась бы по поводу того, хорошо ли вы заботитесь о детях.
– Вы молоды, – тихо сказал он.
– Знаете, вы тоже не особенно старый! – Джесс тряхнула головой, чтобы избавиться от мыслей о том, как он хорош собой.
Дэн мельком взглянул на свою дочь, смотрящую телевизор, на детей, резвящихся во дворе, на Эллу, сидящую на коленях Джесс…
На Джесс.
– Вы останетесь до конца дня? Мне нужно, чтобы вы были здесь завтра рано утром, дабы я смог собраться в поездку в Сидней. – Он распрямил плечи, словно говоря, что решение принято.
Джесс почувствовала облегчение:
– Спасибо за то, что предоставили мне возможность на вас работать. – Она склонила голову к Элле, чтобы Дэн не увидел радость в ее взгляде. – Просто позвольте мне съездить домой и привезти манеж для Эллы, радионяню, ходунки и еще кое-какие вещи.
У Дэна возникло ощущение, что они с Джесс отлично сработаются.
Глава 3
– Почему родители придумывают истории о том, откуда берутся дети? – Вопрос был абсолютно искренним, как все вопросы Дейзи Фрейзер. Она продолжила: – И почему они думают, что все им верят?
Дело было вечером следующего дня. Джессика с детьми сидела на веранде, которая окружала дом с трех сторон. Дэн уехал в командировку в Сидней.
Благодаря совместным усилиям дом стал почти пригодным для жилья, но все равно хотелось побыть на свежем воздухе. Джесс нарезала арбуз и вывела детей на веранду. Мальчики стали соревноваться в том, кто дальше выплюнет арбузные семечки.
Элла и Аннаполи играли в куклы. Мэри – шестилетняя тихоня – сидела в углу веранды, болтала ногами и наблюдала за братьями.
Джесс разговаривала с Дейзи – десятилетней обладательницей пытливого ума.
– Ты видишь Аннаполи и Эллу, Дейзи?
Аннаполи объясняла Элле в своей ребяческой манере, как куклы собираются отправиться в дорогу, чтобы добраться до нового дома, где они будут счастливо жить-поживать вместе с лягушкой, несущей золотые яйца. Элла с благоговением слушала Аннаполи, хотя и не понимала ее.
– Да… – Дейзи подняла брови и поправила очки на веснушчатом носу. Она обладала темно-каштановыми волосами, как и ее отец. Такие волосы были у всех детей Дэна, но Дейзи унаследовала и его серьезность. – А что с ними?
– Они счастливы оттого, что находятся в выдуманном ими мире. Они наслаждаются образами и придумывают такие истории, какие хотят.
Секунду Дейзи размышляла.
– Если малыши хотят верить, что их находят в капусте или их приносит аист, я думаю, это нормально! – Она фыркнула. – Но было бы разумнее говорить, что их приносит пеликан. Они могут рассказывать сами себе о том, что ребенок лежит в мешке клюва пеликана, в тепле и безопасности, пока он их не отдаст кому-нибудь.
– Могут. – Джесс сдержала улыбку, слушая прагматичную Дейзи и мысленно отмечая, что следует предупредить Дэна о том, что вскоре ему предстоит разговор с дочерью на эту тему. Если только он уже не состоялся.
Дэн…
Несмотря на его отсутствие, Джесс часто о нем думала. Она задавалась вопросом, как идут его дела в Сиднее; она вспоминала, как он хорошо выглядел в первый день их встречи и сегодня утром перед отъездом.
Дэн уже дважды звонил им. Джессика уверила его, что дела идут хорошо, и позволила детям кратко переговорить с отцом. По крайней мере, она пыталась вести себя как профессиональная няня.
После второго телефонного разговора с Дэном Люк почти агрессивно принялся доставать Джесс вопросами, почему она одинока. Он также задал еще несколько вопросов, ответы на которые могли создать только проблемы. Поэтому Джесс заявила, что для нее великая радость быть матерью Эллы, а потом решительно сменила тему разговора:
– Думаю, пора возвращаться в дом.
Элла почти засыпала. Аннаполи и Мэри терли глаза. Даже мальчики прилегли на веранде после того, как доели арбуз.
– Сегодня был трудный день. Спасибо всем за усердную работу.
Послышались ожидаемые возражения от младших детей по поводу того, что они не хотят ложиться спать, но через час все дети были в своих комнатах. Поворчав еще какое-то время, они заснули. Было довольно поздно, однако Джесс не была уверена, уснул ли Люк. Дверь его комнаты была закрыта, а Джесс не считала себя вправе к нему входить.
Она свернулась калачиком на диване в гостиной, собираясь отдохнуть в ожидании возвращения Дэна.
Завтра ей предстоит одновременно заниматься шестью детьми. Послезавтра наступит суббота, и Джесс будет присматривать за другими детьми.
Джесс отличная няня, ей удастся найти подход к каждому из детей Дэна Фрейзера. А когда она получит первый чек на оплату, отправится в городской совет и погасит первую часть долга. Незачем паниковать.
Все будет в порядке. И Дэн скоро вернется. Джесс ждала его с нетерпением. Ну, совсем с небольшим нетерпением, и в этом не было ничего предосудительного. Если только «нетерпение» связано исключительно с ее профессиональной деятельностью…
– Дэн? – произнесла Джесс и присела на диване.
Она дремала, когда открылась парадная дверь.
– Привет. Извините, что я так поздно, – тихо сказал Дэн. Он не мог объяснить, почему говорит мягко и проникновенно. Но вот уже много лет он не возвращался домой и не заставал спящей женщину, которая его ждала. Может, именно это воспоминание заставило его остановиться и оглядеть Джесс с головы до ног: ее спутанную копну волос, обнаженные ступни, пурпурного цвета ногти на пальцах ног. Должно быть, он просто предался воспоминаниям, хотя Джесс совсем не похожа на Ребекку.
Он не может по-настоящему увлечься Джессикой Бейкер.
– Утомительная командировка? – неуверенно спросила Джесс. Ее щеки слегка порозовели, когда она встретила пристальный взгляд Дэна.
«Неужели она ко мне неравнодушна? Ну и самомнение у тебя, Дэн! Такая красотка на тебя даже внимания не обратит».
Он шагнул к ней, затем резко остановился, так как счел неподобающим так пялиться на нее.
Чего он хочет: запустить пальцы в ее красивые шелковистые волосы?
Попросить посидеть с ним и рассказать о том, как прошел его день?
– Процесс финансовой проверки – очень кропотливая работа. Я совсем не против того, чтобы забыть о цифрах до завтра.
Дэну нужно было спросить Джесс о ее работе, о том, как сегодня вели себя дети. Он звонил домой, но ему хотелось обо всем услышать подробнее.
– Вы связались бы со мной, если бы возникла проблема?
– Немедленно.
– Я пойду и взгляну на них, если не возражаете. А потом вы расскажете мне о том, как прошел день. Я не хочу вас задерживать. – Дэн решил выбрать деловой тон.
– Посмотрите на детей, потом я представлю вам подробный отчет, – кивнула Джесс. – Элла крепко спит в кроватке. Я могу подождать.
Дэн отправился наверх, чтобы взглянуть на детей.
К тому времени, когда он вернулся в гостиную, Джесс успела привести себя в порядок и причесаться. Ей не хотелось выглядеть так, словно пятеро детей измучили ее за день. Она вскипятила воду в чайнике и непринужденно спросила, взмахнув рукой:
– Хотите чаю?
Дэн улыбнулся:
– Прямо сейчас ради чашки хорошего чая я готов душу продать.
Джесс рассмеялась. Низкий, изумительный звук ее голоса наполнил кухню и убрал беззаботное выражение, которое было на лице Дэна, пока он произносил свою фразу. На кухне повисло напряжение, какое возникает всякий раз, когда мужчина и женщина оказываются наедине ночью, рядом друг с другом, а вокруг них тишина. И улыбка мужчины смягчает сердце женщины, и она вдруг забывается и позволяет себе наслаждаться моментом.
Но подобное следует немедленно прекратить, верно?
– Значит, я приготовлю чай. – Джесс отвернулась, чтобы взять чашки из буфета.
– Я принесу молоко из холодильника. – Он указал на него рукой, словно оба забыли, что холодильник стоит в углу рядом с посудомоечной машиной.
Налив себе чаю, они отправились в гостиную. Дэн уселся в глубокое кресло, Джесс расположилась на диване. Она могла видеть профиль Дэна.
Как ему удается выглядеть так роскошно под любым углом зрения?
«Джессика, ведь он старше тебя на целое поколение и поэтому совсем не годится для того, чтобы ты им заинтересовалась. А еще не следует забывать, что ты на него работаешь».
И к тому же надо помнить о Люке. Джесс могла только догадываться, о чем думает старший сын Дэна по поводу отношений своего отца и новой няни.
Возможно, мальчик по-прежнему тоскует по матери и не может смириться с мыслью, что его отец найдет себе другую женщину.
При мысли об этом сердце Джесс смягчилось. Разве может она осуждать Люка?
– Мэри – тихоня. Я стараюсь больше вовлекать ее в игры. Роб любит поговорить, но я сказала ему, что у меня большие уши, поэтому я выдержу его болтовню.
– Нет, – произнес Дэн и посмотрел в чашку, – уши у вас не большие.
– Ну… – Джесс откашлялась. Она не упомянула Люка. Джесс предпочла потянуть время и узнать, как начнут развиваться события. – Дейзи спросила, откуда берутся дети.
Рука Дэна, в которой он держал чашку, слегка дрогнула, потом он осторожно поставил чашку на стол.
– Понятно. Вероятно, вам лучше рассказать, как было дело.
– Ну, она любознательная и умная девочка. Если вы не разговаривали с ней на эту тему, я думаю, вам скоро придется это сделать. Я знаю, ей всего десять лет, но сегодняшние школьники более развиты, чем дети прежних поколений, и Дейзи очень любопытна. Сегодня она спросила, почему дети верят в то, что их принес аист или их обнаружили в капусте. На следующей неделе она может задать вопрос об исследованиях стволовых клеток или о чем-то подобном. Я думаю, что она уже имеет представление о том, как это делается… – Джесс взмахнула рукой. – И она считает, что ее отцу удобнее рассказывать ей, как десятилетнему ребенку, придуманные истории.
Дэн посмотрел на Джесс затравленным взглядом:
– Не могли бы вы…
«Дать вашей дочери ответ, который она должна услышать из уст своего любящего отца?»
Джесс не могла даже думать на тему, затронутую Дейзи, пока находилась в одной комнате с Дэном.
Но ради Дейзи…
– Могу. – Она прикусила губу и торопливо прибавила: – Я имею в виду, поговорить с ней.
Дэн съежился от одной мысли о том, что предстоит говорить с дочерью о птичках и пчелках, пестиках и тычинках.
– Я могу с ней поговорить, но убеждена, что она должна услышать об этом от своего папы. – Она пристально посмотрела в глаза Дэна, потом снова отвела взгляд. – Я думаю, со мной ей будет неловко об этом разговаривать. – Джесс вздохнула. – Может, вы дадите ей несколько книг на похожую тему. Например, книги, связанные с увеличением и снижением рождаемости в различных странах, могут ее заинтересовать. Кроме того, в них имеется информация о политике, экономике, религии.
– Спасибо. – Дэн наконец поймал ее взгляд. – Если не считать озадачившую вас Дейзи, в остальном все в порядке?
– Я думаю, у всех нас был насыщенный день, правда. – Джесс обсудила с Дэном еще пару вопросов, спросила, не возражает ли он против того, что она завтра поведет детей в город.
– Не слишком ли интенсивное здесь движение транспорта для того, чтобы гулять пешком? – спросил Дэн.
Джессика прежде была горожанкой.
– Мы будем пользоваться исключительно пешеходными дорожками. В любом случае транспорта в городе немного.
Он кивнул:
– Завтра утром я снова уезжаю в Сидней, но уик-энд проведу дома. Спасибо вам, Джесс, что помогаете мне.
Она вздохнула, удивляясь тому, как заботлив Дэн и каким невнимательным по сравнению с ним оказался Питер Роше по отношению к ней и дочери.
Дэн безгранично обожал своих детей, Джесс это очень нравилось.
– Вы сможете управлять большим фургоном, Джесс? Сегодня я установлю в нем детское автомобильное кресло для Эллы. У нас осталось кресло Аннаполи… – Дэн оглядел Джесс, словно желая удостовериться, справится ли она с фургоном.
– Я не ездила на фургоне вроде вашего, но управляла внедорожником. – У Питера был внедорожник, и время от времени он доверял Джесс руль.
– В сарае стоит второй автомобиль, который я перегнал сюда с прежнего места жительства. – Дэн тряхнул головой. – Мне следовало об этом подумать до поездки в Сидней. Вам понадобится фургон на случай, если придется куда-нибудь перевозить детей. Вы не должны ходить пешком, если этого не хотите.
– Спасибо. Это разумно. – Джесс поднялась. – Мне лучше забрать Эллу и поехать домой.
– Люк проснулся, когда я к нему заглянул, и сказал, что вы позволили ему и Робу соревноваться в том, кто дальше выплюнет арбузное семечко.
Джесс остановилась в нескольких шагах от дивана:
– С мальчиками не нужно слишком нежничать, иначе они не станут настоящими мужчинами… – Она округлила глаза, когда до нее дошел смысл сказанного. – Я не имела в виду, что мужчины должны быть грубыми и невоспитанными. Я только хотела сказать…
– Они должны вырабатывать силу характера и стремление завоевать себе место под солнцем? – Уголков его рта коснулась улыбка.
Джесс обнаружила, что это придает Дэну шарм.
«Домой! Прямо сейчас! Пока еще одна подобная мысль не проникла в твой мозг! Пока еще ты способна контролировать ситуацию!»
Джесс кивнула и заставила себя войти в комнату, где в кроватке спала Элла. Взяв девочку, она легким движением передала ее Дэну. Их руки слегка соприкоснулись.
Сонная Элла уткнулась носом в шею Дэна, и его лицо смягчилось.
Джесс с трудом сглотнула. Она прошла впереди Дэна к автомобилю, открыла его и положила Эллу в автомобильное кресло.
– Спасибо за то, что вынесли ее. Увидимся рано утром.
– Доброй ночи, Джесс. – Дэн провел рукой по подбородку, будто чувствуя себя неуверенным.
Хотелось ли ему прикоснуться к ней?
Джесс завела двигатель своей маленькой машины.
– Вы благополучно доберетесь в такой час? – Дэн нахмурился. – Я хочу, чтобы вы отправили мне сообщение, когда будете дома. Таким образом, у меня останется номер вашего телефона, и я удостоверюсь, что все в порядке.
– Спасибо. – Глупо, но на миг Джесс пришлось отвернуться. Она притворилась, что проверяет зеркало заднего вида.
Завтра ей придется приложить больше усилий, чтобы сохранить дистанцию в отношениях с Дэном. Заниматься его детьми – это одно, совсем иное – проникаться к нему чувствами.
– Я не могу себе этого позволить, – произнесла Джесс, сворачивая на основную дорогу. – Есть только я и Элла. Так и должно быть.
Глава 4
– День рождения у меня одиннадцатого июня, – тараторил идущий рядом с Джесс Роберт Фрейзер, когда она и дети вышли из здания городского совета следующим утром.
Они гуляли и достаточно удалились от дома Дэна в центр города. Утро было прохладным, дети оказались полны энергии. Люк захотел остаться дома один, но Джесс ему не разрешила.
Время от времени ей казалось, будто Люк ее испытывает. Ей оставалось только разумно отвечать на его выпады.
Джесс попросила Люка присмотреть за детьми, пока она ходила в городской совет, чтобы внести оплату. Она решила, что мальчик смягчится, когда поймет, что она не относится к нему как к ребенку.
В городском совете ее трижды отправляли в разные кабинеты, дабы она получила сведения о судьбе своего коттеджа. Поэтому ей какое-то время пришлось ждать результатов, слоняясь по коридорам с Эллой на руках.
– Когда вернемся домой, Роб, мы составим график всех дней рождения.
Роб уже сказал, что приближается день рождения Дейзи. Джесс решила поговорить об этом с Дэном, когда он вернется домой.
– Пойдемте, дети. Нам лучше вернуться до того, как начнет припекать солнце.
После обеда позвонил Дэн и сказал, что приедет домой раньше, в середине дня.
Закончив телефонный разговор, Джесс обнаружила всех детей в гостиной.
– Белье стирается, по дому сегодня много работы не предвидится. Кто-нибудь хочет помочь мне с готовкой?
Она решила, что Дэну захочется домашней выпечки. Младшие дети не отказались ей помогать, а Люк и Роб поехали кататься на велосипедах на улице.
Вскоре готовая выпечка остывала на противнях, и Джесс вручила по порции каждому из детей. Люк уже не смотрел на нее так свирепо.
– Аннаполи слишком долго сидит в туалете. – Джесс нахмурилась. Маленькая девочка отправилась в туалет несколько минут назад. – Люк, пожалуйста, выведи детей на веранду. Я приду через минуту. Мне только нужно проверить твою сестру.
Люк нахмурился, но без возражений вывел всех на улицу, а Джесс отправилась на поиски младшей дочери Дэна.
Как только Джесс подошла к туалету, из него вышла четырехлетняя Аннаполи.
– Вот ты где. А я-то думала… – Джесс осеклась.
Личико девочки было красным, по ее щекам текли слезы.
– О, Аннаполи, в чем дело? – Джесс поспешила вперед.
И только в этот момент она заметила что-то белое в носу Аннаполи. Девочка глотнула ртом воздух и громко закричала, ибо ее нос был забит бумагой.
– Ты засунула в нос туалетную бумагу?
Девочка может задохнуться. Как далеко в нос она засунула бумагу? В ответ Аннаполи с несчастным видом кивнула. Джесс осторожно взяла ее за плечо, достала из кармана бумажный носовой платок и решительно произнесла:
– Выдыхай носом, Аннаполи. Выдыхай носом изо всех сил, пока в носу ничего не останется.
Аннаполи выдохнула. По ее щекам текли слезы, но в носу оставалось еще много бумаги. Когда Аннаполи закричала, Джесс взяла девочку на руки. Очистился ли ее нос? Не повредила ли она носовые перегородки? Ведь может начаться кровотечение.
Джесс поспешила к парадной двери дома:
– Все усаживаются в фургон. Люк, возьми Аннаполи, а я схожу за Эллой. Мы едем в больницу.
– Что вы позволили ей сделать? – в ярости спросил Люк.
– Она затолкала в нос туалетную бумагу и, должно быть, повредила носовые перегородки. – Джесс торопливо отправилась за дочерью. Мальчику не следовало ни в чем винить Джесс, ибо она и без того ругала себя.
Дети задавали вопросы, пока Джесс вела фургон к больнице. Она отвечала и чувствовала себя еще ужаснее, когда они замолчали.
– Я хочу позвонить папе, – резко произнес Люк. – Он имеет право знать.
– Я собиралась попросить тебя об этом. Он уже звонил и сказал, что едет домой. Будет хорошо, если он встретит нас в больнице. – Джесс вытащила из кармана свой мобильный телефон и передала его мальчику.
Люк набрал номер, но дозвониться до отца ему не удалось.
– Люк, пожалуйста, отправь ему сообщение и попроси приехать в больницу. Должно быть, он находится в зоне плохого приема связи, но сейчас он наверняка недалеко от дома… – Джесс не могла дожидаться мнения Дэна или одобрения Люка. Ей следовало отвезти Аннаполи к доктору. – Мы почти приехали.