Только его малышка

Глава 9

Анна.

Солнечный свет, бросая длинные лучи тепла на моё лицо, освещает просторную комнату.

Я лежу, уставившись в потолок, отрешённая от всего. Ощущаю пустоту, пропала мотивация что-то делать, мне даже лень двигаться. Полнейшая апатия. Привет, бессмысленные выходные!

В своей прошлой жизни я обожала выходные дни! Заранее их планировала, придумывала разные активности. Сейчас я могла бы поехать в гости к отцу, провести с ним день, может быть, помогла решить юридические вопросы, связанные с его бизнесом. Или отправилась за покупками, сделала запасы на неделю, навела порядок на своей кухне, испекла вкусные блинчики, посмотрела фильм, а вечером встретилась с друзьями в кафе или кинотеатре. Тогда мои выходные имели смысл.

Но здесь, в этой мрачной, новой жизни, в доме, где комнаты слишком большие, тихие и душные, я, кажется, утратила вкус к жизни.

Так, хватит придаваться унынию. Я вздыхаю, сбрасываю одеяло и скатываюсь с кровати с грацией ленивца, позволяю себе рухнуть на пол с глухим стуком. Поднимаюсь, потираю ушибленную руку, боль минимальная, но достаточная, чтобы напомнить мне – я жива.

– Зачем я это сделала? Зачем согласилась на этот брак? – бормочу я, хотя, уже знаю ответ. У меня не было иного выбора.

Доплелась до ванной, взяла зубную щётку, выдавила пасту. Когда я чищу зубы, мои движения машинальны, как у робота.

Затем встаю под душ. Вода слишком горячая, она обжигает мою кожу, это больно и вредно, но я терплю. Хочу, чтобы физическая боль заглушила душевную. Не сказать, что такой способ мне помог. После душа вытираю тело махровым полотенцем, надеваю мягкие хлопковые шорты и свободную клетчатую футболку.

Удобно. Легко. И совершенно лишено всякого смысла. Я сижу на краю кровати, провожу пальцами по волосам, уставившись в пустоту.

Я могла бы отправиться в офис. Работа отвлекает меня от переживаний и проблем. Когда погружаешься в рабочие момент, личные переживания уходят на второй план. У меня просто нет на них времени, а в конце рабочего дня нет сил. Но с тех пор, как я вышла замуж, мои начальники стали просто невыносимыми. Они убеждены, что должна использовать своё время для какого-то романтического блаженства медового месяца.

– Почему бы тебе не пойти домой раньше? – заявил мне вчера вечером мой шеф, не потрудившись скрыть свое замешательство по поводу того, почему я всё ещё нахожусь в офисе в девять вечера. – Наслаждайся этим периодом, пока он не закончился. Говорят, страсть утихает в браке после первого года, хотя, я уверен, у тебя будет по- другому!

Если бы он только знал, что никакой страсти в моём браке нет и не было.

Мой живот урчит, прерывая мои мысли. Ещё одно напоминание о том, что уже несколько недель я живу на перекусах. Волоча ноги, спускаюсь вниз, хватаюсь за перила, как будто ступеньки могут сломаться подо мной. В доме жутко тихо.

Лозовой в отъезде, уже почти две недели, как его нет, чему я очень рада. Для меня его отсутствие – это благословение. Чем меньше я его вижу, тем мои нервные клетки целее. Их нужно беречь, они, как известно, не восстанавливаются.

На кухне я достаю хлеб и несколько яиц. Делаю себе тосты и омлет. Я ем в тишине на кухонном острове, а затем убираю за собой. Однообразие тяготит.

Что теперь? Я не могу просто вернуться в комнату и смотреть в потолок. Мне нужно чем-то занять своё время, заполнить пустые часы, которые тянутся бесконечно.

Шоппинг.  Идея приходит мне в голову из ниоткуда.

Я никогда не была любителем шоппинг-терапии, но это убьет несколько часов. Я переодеваюсь в летнее платье, надеваю балетки, хватаю сумку. Перед тем как уйти, оставляю записку для Марии, сообщая ей, куда  направляюсь.

Не то, чтобы это имеет значение.  Не думаю, что её волнует, куда я отправилась. Но пусть будет.

Через час я оказываюсь в самом большом торговом центре столицы.  Единственное место, где можно купить всё, чего душа пожелает.

Но мне почти ничего не нужно. Это способ «убить время»! Я бесцельно брожу по бутикам с одеждой, обувью, косметикой,задерживаюсь в отделе парфюмерии «Ароматный мир».

Духи. Мне нужно что-то, что успокоит мой разум, поможет мне забыть, что я жена мужчины, от которого у меня мурашки по коже.

– Здравствуйте!  Добро пожаловать! Я могу вам помочь? – Ко мне с улыбкой подходит девушка-консультант. – Какой определённый аромат ищите?

– Мне нужен аромат, который настроит меня на дзен. – Я постукиваю себя по подбородку, притворяясь, что размышляю. – Знаете, такой обволакивающий, как кокон белоснежных простыней, в которые можно укутаться с головой и сделать вид, что тебя нет. Никто, даже самый невыносимый человек в вашей жизни, не сможет вас побеспокоить.

Улыбка девушки слегка дрогнула, её замешательство становится очевидным. Я быстро поняла, что выразилась слишком сложно.

– Я шучу, – добавляю с натянутым смехом. – Мне нужен нежный, цветочный аромат!

Она кивает, рекомендует мне несколько вариантов – от Диор, Ланком, Гуччи.

В итоге я выбираю цветочно-фруктовый аромат от Дольче.

Когда поворачиваюсь, мельком вижу мужчину, наблюдающего за мной. Он одет в тёмный костюм, что кажется совершенно неуместным в субботу. Наши взгляды встречаются,  он быстро отворачивается.

Какого черта? Я хмурюсь, оглядываюсь по сторонам. Кто такой  этот мужчина, что он делает здесь? Он точно не охранник в бутике. Я качаю головой, пытаясь отмахнуться от мыслей.

– Не мое дело, – бормочу я себе под нос, отправляясь в отдел с одеждой. Но этот мужчина застрял у меня в голове. Может, дело в том, как он на меня посмотрел? Не как мужчина смотрит на незнакомку, а так, как будто он меня знает. Или, может, я просто параноик, что неудивительно, учитывая обстоятельства.

В конце концов, я живу в кошмаре, который не выбирала. Я пытаюсь стряхнуть с себя чувство беспокойства, рассматриваю многочисленные платья на вешалках с одеждой. Проходит десять минут, я перебираю вещи, пытаюсь решить, стоит ли вообще покупать что-то новое из одежды. Белая блузка привлекает моё внимание, я почти уверена, что она мне подойдет, поэтому я решаю её взять. Как раз к моей офисной юбке.

Но когда я поднимаю голову, снова вижу того же мужчину, но на этот раз он не один. Рядом с ним стоит еще один парень, который слишком старательно делает вид, что заинтересован в новой коллекции мужских пиджаков.

В моей голове начинает звенеть тревожный звонок. Он едва уловим, но годы наблюдения за охранниками моего отца, людьми, которые следовали за ним, научили меня замечать странности.

А эти двое? Они ходят за мной, как хвостики. Я оставляю блузку на вешалке и решительным шагом иду прямо к ним.

Глава 10

Анна.

– Эй, что это значит? – требую я ответа, не утруждая себя любезностями.

– Что? – Первый мужчина моргает, притворяясь удивлённым. – Вы о чём?

– Вы следили за мной, – утверждаю твёрдым голосом.  – И не стоит отрицать! Камеры видеонаблюдения это докажут. Или вы мне говорите, что вам от меня надо, или я вызываю полицию. Выбирайте!

Второй мужчина прочищает горло, отбрасывая притворство. Его взгляд слишком острый, он выглядит настороженным и собранным. Я была права. Они здесь не для того, чтобы делать покупки. Первый мужчина поправляет галстук, верный признак того, что как-то пытается вернуть себе контроль.

– Ваш муж поручил нам обеспечивать вашу безопасность!

Я моргаю, застигнутая врасплох. Лозовой поручил?

– Он отправил вас двоих? – я указывая на них пальцем, – обеспечить мою безопасность? Получается, вы телохранители?

Они кивают с самым серьёзным видом.  Я качаю головой, отказываясь в это верить. Но они здесь, стоят прямо передо мной, я не могу отрицать очевидные вещи.

– Зачем? – вырывается у меня, но я уже знаю ответ. Лозовой говорил о безопасности, требовал, чтобы я бросила работу. – Как давно? – раздражённо спрашиваю я.

– Две недели!  – отвечает первый мужчина. Что? Целых две недели они следили за мной, а я ничего не заметила? Мои руки сжимаются в кулаки, когда я пытаюсь не дать своему гневу вспыхнуть. Как я могла их не заметить?

– Когда я еду на работу, вы тоже следите за мной? – спрашиваю я. Они кивают.

– И я вас не заметила?

– Нам дана установка не привлекать внимания, – мужчина в костюме говорит  спокойно и размеренно, – поэтому, мы всегда на расстоянии.

Я провожу рукой по волосам, чувствуя смесь разочарования и смущения. Я должна была их заметить. Я должна  была знать. Больше всего в этой ситуации меня злит Лозовой. Он даже не соизволит предупредить, что приставил ко мне охрану.

– Я Анна Авзвлина! – гордо расправляю плечи. – Мой отец – Герман Авзалин, а это значит, что я способна позаботиться о себе сама. Я не нуждаюсь в ваших услугах!

– Простите, Анна, но у нас строгий приказ! – первый мужчина невозмутимо  качает  головой. – Нам поручено не упускать вас из вида. Тем более, это место уязвимо для потенциальной угрозы.

– Угрозы?  – яростно шиплю я. – Это торговый центр.  Какой сумасшедший решит причинить мне вред? Здесь уйма людей.

Я вижу, как они обмениваются взглядами, моя гневная тирада не произвела на них никакого впечатления.

– Держитесь от меня подальше, – презрительно бросаю я, но когда разворачиваюсь и ухожу, знаю, что они меня не послушают. У них приказ, я для них объект, за которым поручено вести наблюдение и не спускать глаз.

Раздражение нарастает внутри меня, бурлит, я больше не могу наслаждаться походом по бутикам. Через некоторое время прерываю свой шоппинг,  направляюсь к выходу с раздражённым вздохом. Оглянувшись через плечо, вижу, что они следуют за мной, сохраняют дистанцию, но не упускают меня из вида. Я останавливаюсь, жду, когда они приблизятся ко мне.

– Вы можете исчезнуть?  – шиплю я сквозь стиснутые зубы. Охранники невозмутимо смотрят на меня. Они такие же, как их босс – невосприимчивые к голосу разума, упрямые как черти. Я передаю пакеты с покупками одному из них. Если они собираются ходить за мной по пятам, то пусть хоть чем-то будут полезны.

– Шоппинг закончился, мальчики, – ехидничаю я. Один из них открывает мне дверцу машины, как будто я какая-то королевская особа. – Я хочу  пообедать,   – говорю я, наклоняясь вперед. – Есть одно место, которое я знаю, оно примерно в двадцати минутах отсюда. Я называю адрес, откидываюсь назад и закрываю глаза. На самом деле я не хочу туда ехать, но и в особняк возвращаться не никакого желания.

Помотавшись целый день по городу, я, наконец, решаю, что пора отправляться домой. Уставшая, сажусь в машину, бездумно просматриваю новости в телефоне.

Вот тут я вспоминаю отца. Мы не встречались и не созванивались со дня свадьбы. Я была так поглощена своим горем, что даже не заметила, что пролетел почти месяц. Он тоже не звонил, но для него это обычное дело. Вздыхая, я набираю его номер, вспоминаю наш последний разговор, его голос был полон эмоций, чего я редко от него слышала.

Гудки идут, но папа не отвечает. Наверное, занят. Я жду ещё несколько минут, набираю номер ещё раз. Ответа нет. Проходит пять минут. Затем десять. Пятнадцать.

За все годы, что я живу отдельно от него, такого никогда не случалось. Он не всегда отвечает сразу, но после третьего или четвертого звонка  берет трубку. Или перезванивает. Всегда. Что-то не так.

Я вновь набираю номер, когда слышу «абонент недоступен», мысли начинают лихорадочно работать, сердце колотится.

Что могло случиться? Что изменилось сейчас?

Тревожное чувство в груди усиливается, и затем в голову закрадывается леденящая мысль – Лозовой. Он ведь запретил мне видеться с отцом.

Я качаю головой. Сомневаюсь, что Лозовой заставил моего отца игнорировать мои звонки. Мой отец, несмотря на всё печальные обстоятельства, которые привели меня в эту ситуацию, никогда не позволил бы никому, даже Лозовому, лишить общения с дочерью. Но эта мысль застревает в мозгу, терзает меня. А что, если он это сделал?

«Нет», – бормочу я вслух, пытаюсь убедить себя. «Произошло нечто серьёзное». Я прокручиваю свои контакты, нахожу номер Дины, секретаря моего отца. Сегодня выходной, но я знаю, что она поможет.

Как только она берет трубку, я не трачу времени зря.

– Дина, извини, что беспокою тебя, но не могла бы ты дозвониться до моего отца? Я звоню ему, он не отвечал. Потом стал недоступен. Я начинаю волноваться! – говорю напряжённым голосом. Ты можешь ему позвонить? Пожалуйста.

– Конечно. Я сделаю это прямо сейчас!

Ожидание кажется вечностью, секунды превращаются в минуты. Я ловлю себя на том, что кусаю ногти.   Вернулась старая привычка, от которой, казалось, я избавилась. Как только я слышу звонок, поспешно отвечаю.

– Ты была права, его телефон был выключен, – говорит Дина осторожным голосом. – Я позвонила на второй номер,  он взял трубку. Он просил передать тебе, что с ним все в порядке.

Я замираю, обдумывая её слова. Второй номер? Я даже не знала, что у отца есть другой номер.

– Он что-нибудь ещё  сказал? – Я спрашиваю, и у меня в животе затягивается узел.

– Нет. Только то, что  у него всё в порядке!

– Он не сказал, что перезвонит мне? – Мой лоб морщится от замешательства, гнев начинает кипеть под кожей.

– Нет!

Мне хочется сказать нечто резкое, но я сдерживаюсь.Я расстроена, но это не её вина.

– Спасибо, Дина, – тихо говорю я.  – Я ценю твою помощь.

– Пожалуйста. Кстати, поздравляю со свадьбой. Я не смогла присутствовать, но я всё знаю.

Горький смех клокочет у меня в горле. От кого она знает? От отца, который отказывается со мной общаться? До меня доходит истина: Лозовой заставил его это сделать.

Должно быть, он оказал на отца давление, пригрозил ему. Это единственное объяснение. И чем больше я об этом думаю, тем больше злюсь.

Он выполнил свои угрозы. Мой муж действительно это сделал. Мои пальцы сжались в кулаки, ногти впились в ладони.

Я это так не оставлю. Я не могу просто сидеть и покорно терпеть.

Лозовой должен понять, что я не позволю себя запугивать.

К тому времени, как автомобиль подъезжает к дому, во мне всё бурлит и вибрирует от гнева. Я вбегаю в дом и почти сразу сталкиваюсь с Лозовым. Отлично.

– О, ты вовремя вернулся, – говорю я, встаю перед ним, преграждаю путь. Он одет так, будто собирается уходить, но я ни за что не позволю ему уйти, пока не выскажу всё.

– Что случилось? – Он хмурится.

– Что ты сделал? – Я шиплю, мой голос тихий, но полный гнева.  —Ты угрожал моему отцу, не так ли? Ты сказал ему держаться от меня подальше? И почему твои прихвостни следуют за мной?

– Мы поговорим об этом, когда я вернусь! – Алексей невозмутимо  поправляет галстук.

– Вернёшься? – Я развожу руки. – Ты снова исчезнешь на пару недель! Нет,Алексей, ты отзовешь своих ребят и перестанешь лезть в мою семью. Я уже у тебя, – добавляю я с горечью.  – Чего ещё ты хочешь?

– Идём, поговорим! – Он бросает взгляд мимо меня на охранников, стоящих недалеко, включая тех двоих, которые следили за мной весь день.

Я смотрю на него, не желая сдвинуться с места.

– Я скажу то, что мне нужно, независимо от того, сколько времени это займет, а затем ты можешь отправиться в любую дыру, в которой ты прятался! – Я врываюсь в его кабинет, останавливаюсь на середине, скрестив руки на груди. – Отзови своих людей, – требую я.  – Сейчас же.

– Я не отзову. Они для того, чтобы защитить тебя,  – выражение его лица невозможно прочесть, – я уже говорил, есть люди, которые могут причинить тебе вред, чтобы добраться до меня

– Отзови их, или я уйду и никогда не вернусь! – Я усмехаюсь, не верю его оправданиям ни на секунду.

– Я не позволю тебе,  – Его глаза сужаются, что-то холодное мелькает на его лице.

У меня вырывается невеселая усмешка. Он все еще думает, что я подчинюсь ему? Он думает, что его угрозы удержат меня в узде? Он ошибается.

Я делаю шаг вперед.

– Попробуй удержать  меня. Ты уже сделал более чем достаточно. Пора тебе понять, что я не та, которую можно прогнуть!

Его глаза темнеют, когда он смотрит на меня сверху вниз, но я не вздрагиваю.

– Если ты уйдёшь и у тебя получится сбежать от охранников, твой отец заплатит за это,  – тихо говорит он, его голос сочится холодным высокомерием.

Слова бьют по мне, как удар под дых, но они меня не пугают. Они меня не ломают. Мой отец уже потерян для меня с того дня, как я вышла замуж.

Если Лозовой хочет отнять у меня то, что осталось, ему придется постараться.

Я без борьбы не сдамся.

– Я ненавижу тебя, – говорю я ровным голосом, лишённым эмоций. – Я жалею о том дне, когда вышла за тебя замуж.

Прежде чем он успевает ответить, я разворачиваюсь и вылетаю из кабинета, пробегаю через гостиную и выхожу из дома.

Я не знаю, куда иду, но где угодно лучше, чем здесь, в доме Алексея Лозового.

Глава 11

Алексей Лозовой.

– Алексей Батькович,  приветствую, –  в мой кабинет,  ухмыляясь, входит Стас Серов. Я точно знаю, почему он в таком приподнятом настроении. Он заключил сделку, используя моё имя, думая, что я об этом не узнаю. Но я, естественно, узнал. Пока я ему подыгрываю, позволяю поверить, что он  хитёр и умен. Хотя мне гораздо интереснее наблюдать, как он роет себе могилу.

– Идём, остальные нас уже  ждут, – я закрываю файлы на своём ноутбуке, встаю из-за стола.

– Ты не выглядишь счастливым человеком, Лозовой. Проблемы в личной жизни?

– Ты нарываешься на  неприятности, Стас! – Я бросаю на него косой взгляд, мой голос холоден.

– Извини, я не хотел совать нос! –  Он нервно усмехается, его бравада сбивается. – Просто беспокоюсь!

– Тебе не о чем беспокоиться. Не забывай, ты здесь по делу! – Мой тон не оставляет места для спора. –  Спиридон и Малицкий  уже на месте, ты заставляешь их ждать! А твой бизнес, между прочим, по сравнению с их капиталами – это мелочь. Давай не будем тратить время на то, что тебя не касается. Время – деньги, Стас.

– Мелочь? – Он смеется, но это смех человека, который думает, что у него козырная карта.  – Я только что заключил сделку с… – Он едва спохватывается, его губы дергаются. –  Я нашёл инвестора, который желает  профинансировать открытие моих салонов досуга.

Я позволяю приманке повиснуть, притворяясь безразличным. Салон досуга? Это вообще о чём? На моём лице нет даже проблеска интереса. Моя тактика даёт немедленный результат, ведь Стаса распирает от желания поведать о своём успехе.

– Знаешь, я никогда не любил азартные игры, – продолжает он. –  Но  в этой сфере вертятся огромные бабки! Глупо отказываться от тех возможностей, которые у меня появились. Я открою в элитных районах пять досуговых салонов, они будут служить прикрытием для казино. Мы, конечно, будем продвигать через них разные услуги, , но настоящая прибыль – это азартные игры. Это не просто большие деньги, а огромные.

Я услышал достаточно. Стас  не понимает, что я уже знаю о его тайной сделке. Он не знает, что я уже контактирую с предыдущими владельцами. Я  уведу у него бизнес из-под носа, прежде чем он почует подвох. Стас слишком болтлив и беспечен, вот почему он никогда не достигнет больших высот, как был пешкой, так и останется. Он тоже в моём списке тех, кто пыталась украсть у меня власть и влияние. Я заставлю каждого из них заплатить.

Мы входим в конференц-зал. Я оглядываю лица сидящих за столом – Стас, Вова,  Малицикий, Афонин,  Коворов. Пять человек, каждый из которых тщательно втиснут в мой  план мести. Они еще не знают об этом, но их время приближается.

– Спасибо всем, что нашли время приехать, – говорю я спокойно, садясь в кресло. – Я знаю, что у всех вас насыщенный график.

– Конечно! – Вова,  как всегда,  неуважительно прерывает меня. –  Разве нельзя было назначить стрелку в другом месте? В это время, в самый час пик, добираться до твоего офиса по пробкам подобно квесту. Мог бы подумать об этом!

Под столом моя рука сжимается в кулак, но я не показываю этого. Вова всегда был для меня занозой, но его время придет. Пока что я отвечаю спокойной, почти насмешливой улыбкой.

– Это наша третья встреча, Вован!  Если бы ты не хотел быть здесь, ты мог бы отказаться. Но я уверен, что ты бы предпочел, чтобы мы в следующий раз встретились у тебя, верно? Кстати, что у тебя там с липецкими?

Лицо Вовы бледнеет, в комнате становится тихо.

– Верно, – продолжаю я, наслаждаясь моментом. – Говорят, они серьёзно взялись за тебя и твой бизнес, в наглую  оттесняют твоих людей. Ты изо всех сил пытаешься удержать свою территорию. Так что я понимаю, наш союз тебе выгоден, это делаете тебя сильнее, не так ли?

Все глаза переключаются на Вову. Я наблюдаю, как его лицо краснеет от едва сдерживаемого гнева.

– Это не так , – резко отвечает он, повышая голос. – Я никогда не просил тебя о помощи. Я просто не понимаю, почему мы всегда встречаемся здесь. Ты ведешь себя так, будто ты круче нас. А мы твои вассалы.