Дьявольское воскрешение

Глава 3

Катрина

Три месяца назад

– Что? Что ты собрался делать? Жить со мной?

У меня отвисает челюсть, когда он не спрашивает, а легко заявляет о своем переезде в нашу с Демом квартиру. Ало? Мое мнение вообще не учитывается? Новость о переезде Асмодея ставит меня в тупик. Почему он решает за меня? С чего он взял, что я соглашусь на его дурацкие… Условия? Предложение?

– Черт возьми, Сатклифф! – Взрываюсь я, вылетая из ванны, где приводила себя в чувства после известия. – Ты не будешь жить со мной!

Асмодей стоит напротив окна, а когда поворачивается ко мне, я замечаю, что он с кем-то болтает по видеосвязи. Мне плевать, с кем он говорит! Подхожу ближе и прошу сбросить вызов. Вернее не так, я требую сбросить чертов разговор сейчас же! Нервы на пределе. Терпеть не могу, когда меня ставят перед фактом.

– Катрина, привет, – слышится голос на той стороне провода.

Черт, это Ирида. Неудобно вышло, но я как ни в чем не бывало приветливо машу рукой в камеру и с улыбкой произношу:

– Привет. Как дела? Ты в Мельбурне?

– Да, я в Австралии. Хочешь познакомиться с мамой Асма? Она тут рядом.

Вот гадство! Не день, а сплошной провал. Я вся на нервах от заявления Сатклиффа и единственное, о чем мечтаю – обсудить с ним произошедшее как можно скорее.

– Конечно, – вру я.

Изображение передает, как девушка перемещается по дому. Пока она на время отвлекается, я прожигаю мужчину взглядом и щипаю за бок. Он стискивает губы от боли и хватает меня за талию, грубо прижимая к себе. Сатклифф обнажает белые зубы на камеру для Ириды Маррей – своей девушки.

– Все, что я хочу сделать – это убить тебя, Асмодей! – шепчу я, чтобы Ирида ничего не заподозрила.

Она ни в чем не виновата, поэтому я стараюсь не срываться на милашку. К тому же, Маррей хоть как-то пыталась меня расшевелить после расставания с Демиеном. Иногда мы переписывались, пару раз созванивались и обсуждали всякую жизненную фигню. Из девушки Сатклиффа вышел бы отличный психолог. Я удивлена, что она выбрала дизайн.

– Знакомься, это Клэр. А это Катрина Хеймсон.

В кадре с Иридой появляется женщина очень похожая на нее. Светловолосая Клэр со стрижкой Боб на средние волосы тепло улыбается мне. Теперь понятно, от кого унаследовал эти манящие серые глаза Сатклифф.

– Можно просто Катрина. – Улыбаюсь я девчонкам и на время даже забываю об Асмодее.

– Надеюсь, мы скоро увидим вас в Австралии. Вам точно у нас понравится!

– Буду рада встрече, – смеюсь я, когда вижу, что девушка Сатклиффа приобнимает Клэр и целует в щечку.

Не ожидала, что у Ириды такие теплые отношения с матерью Асма. Я таю от зашкаливающего трепета, возникшего между женщинами. Интересно, если бы у нас с Каррасом что-то вышло, то у меня были бы такие же отношения с его матерью?

– Детка, ты точно не хочешь прилететь к нам? – спрашивает мужчина. – Вообще-то я скучаю.

– Асм, – тянет Ирида имя своего парня, – совсем никак. Мы с командой просто зашиваемся. Через две недели сдача большого проекта, не хочу облажаться, дорогой.

Я оцениваю, как девчонка верно расставляет приоритеты. А, она еще та красотка! Обычно девушки садятся на шею мужикам и целыми днями не отлипают от них, всячески ублажая и исполняя прихоти. Ирида в этом плане хваткая. Ее личная жизнь для нее приоритет. Наверное, поэтому Сатклифф с ней.

– Заканчивай свои проекты и прилетай! – вмешиваюсь я. – Будем вытаскивать меня из депрессии.

Слышу, как Клэр шепчет Ириде:

– А, что произошло?

Я машу рукой и готовлюсь рассказывать историю с намерением, будто произошедшее – сущие пустяки.

– Сначала меня бросил Каррас, потом я узнала, что беременна.

– Демиен? – переспрашивает мама Асмодея, разевая рот.

– Ага. Представляете, так долго не мог определиться, с кем хочет быть. То ли с женой, то ли со мной… – Пожимаю плечами, словно это никак не касается меня.

Я хохочу, до конца не осознавая свою реакцию. Сатклифф кладет руку на мое плечо, но это не помогает. Сил не хватает, чтобы совладать с нарастающей истерикой. Я на грани. Асмодей как можно крепче обнимает меня и гладит по голове. Голос дрожит, когда я хочу продолжить рассказ. Сатклифф останавливает меня и произносит:

– Я потом вам перезвоню.

Не хочу быть похожей на сумасшедшую. Я должна объясниться с Иридой и Клэр.

– Нет. Я хочу рассказать, что произошло. Меня же никто не понимает, Асм. – На глаза наворачиваются слезы от трехмесячной боли, убивающей изнутри.

Я забираю телефон у Асмодея и сажусь на барный стул. Сатклифф наливает для меня стакан воды и продолжает гладить по голове, спине.

– Я беременна, Демиен под следствием. Что я должна была делать? – истерично смеюсь и когда понимаю, насколько неадекватно себя веду, зажимаю рот рукой. – Мне мама сказала, что Карраса арестовали. Не знаю, что она добивалась этим звонком. Надеялась, что дочь вернется домой? Только дочь не вернулась домой, а после узнала, что вовсе и не ждет ребенка.

Клэр сочувственно кивает головой, а у Ириды катятся слезы. Асмодей шумно вздыхает, опираясь на локти о спинку моего стула. Мужчина крепко сжимает меня в братских объятиях и прижимается своей щекой к моей мокрой от слез. Он целует меня в макушку. Спиной я ощущаю, как напряжено тело Сатклиффа.

– Никакого ребенка и быть не могло. Мы не спали с Демиеном даже и двух недель. Ни о каких трех-четырех неделях быть не может, как говорил врач. По итогу я не была беременна, гинеколог ошиблась. А, если бы ребенок и был, то не от Карраса. За время наших встреч у меня были свои секреты, но о них ему лучше не знать.

– Ты встречалась с Демиеном и спала с кем-то на стороне? – С особой претензией задает вопрос Асмодей.

Боже, я не собиралась это ни с кем обсуждать. Никогда! Так что я сейчас делаю?

– Он тоже не был святым. – Чуть ли не с упреком бросаю я Сатклиффу, а затем добавляю. – Знаешь, мне плевать расскажешь ли ты об этом своему дружку. Плевать! Слышишь меня?

– Это ваши дела. – Асм склоняется ко мне и замирает в нескольких сантиметрах от моих губ. Его серые глаз прожигают меня насквозь. – Кто и с кем спал, трахался и будет трахаться – не мое дело!

– Сатклифф! – Шипит Маррей через экран мобильного. – Если ты будешь обижать ее, – девушка переводит взгляд с меня на Асма, – я прилечу и оторву тебе яйца.

– Дети. – Вмешивается Клэр. – Я вас так всех люблю. Не ссорьтесь. И я согласна с Иридой: станешь обижать нашу Катрину, и мне придется отрезать тебе кое-что другое, сынок.

Мать Асма подмигивает, а я не сдерживаясь громко смеюсь.

– С каких пор Хеймсон «ваша»? – Мужчина с отвращением произносит последнее слово.

– С этих самых пор. – Произносит его мать. – Милая, мы ждем тебя в гости. У нас в Мельбурне очень хорошо. Ты знаешь, сколько у Асмодея братьев?

Я мотаю головой.

– У нас очень большая семья, и в ней много холостых парней. Поверь мне, приедешь к нам и даже не вспомнишь про этого Карраса.

Киваю и даю обещание приехать.

– Будь с ней помягче, Асм, не взрывайся. Я тебя прошу.

Сатклифф уходит в соседнюю комнату, но я продолжаю слышать голос Ириды. Знала бы она, каким мягким он был пятнадцать минут назад в моей спальне… Прямо-таки шелковый мальчик. Только вот наша игра закончилась, толком не начавшись.

Я встаю со стула и решаю приготовить ужин на скорую руку. Как? Записывайте, нам понадобится телефон, интернет и служба доставки. Беру в руки мобильный и заказываю еду для себя и Асма. Приложение сообщает, что курьер приедет где-то через час. Я прохожу в спальню, достаю чистую одежду и два свежих полотенца – одно для волос, другое для тела. Пока я собираю все необходимое для того, чтобы сходить в душ, Асм периодически поглядывает на меня.

– Да, ангел. Хорошо, пока. И я люблю тебя. – Прощается он с Иридой.

Когда мужчина сбрасывает звонок, я поворачиваюсь к нему, разлегшемуся на кровати. Кажется, он чувствует себя вполне комфортно в нашем с Каррасом доме.

– Я заказала еду, курьер приедет через час. Не думаю, что надолго задержусь в душе. Но, если доставка приедет раньше, встретишь?

– Встречу.

Долго обдумываю стоит ли ему сказать то, что вертится на языке. Я прохожу к двери, но застываю… Побеждает искренность. Разворачиваюсь у выхода из комнаты и произношу:

– Береги своего ангела. Она делает тебя лучше, Сатклифф.

Воздух заполняется молчанием. Асмодей не сводит с меня глаз, и я уже начинаю жалеть о сказанном.

– Ты не против, если я буду с тобой? – От его вопроса по коже пробегают мурашки. – Жить.

Я сдаюсь. Сажусь на кровать возле мужчины и спрашиваю:

– В чем смысл?

Мне до сих пор не ясен его порыв спасти меня. Я не маленькая девочка, чтобы он шел на крайние меры и переезжал на время в Нью-Йорк с другого конца света.

– Ты сходишь с ума в одиночестве. Так нельзя, Хеймсон. Ты почти ни с кем не общаешься, редко выходишь из дома. Какого черта ты запретила себе жить? Ты молодая, красивая девчонка. Я могу перечислять твои качества вечно. Но не могу понять одного: какого черта ты поставила крест на своей жизни? Какого черта зациклилась на Деме? Извини, но моя мать права. Если у тебя не получилось с ним, то всегда можно попробовать с кем-то еще.

– Потому что он был для меня всем, Сатклифф.

Асм шумно вздыхает, берет меня за руку и заводит в ванную комнату. Мы становимся напротив зеркала, мне становится не по себе от собственного вида.

Мои волосы в ужасном состоянии: неухоженные, растрепанные, не видевшие уже несколько дней расческу так точно. Бледное лицо, мешки под глазами, потрескавшиеся губы, безжизненные глаза. Одежда свободно на мне висит. Я очень похудела. Кто-то может и обрадуется такой худобе, но не я. Мне двадцать один, а я похожа на человека, который одной ногой в гробу.

Чувство, что весь мир вокруг меня растворяется. Есть человек, дышащий мне в спину, я и наше отражение.

– Сделай ее счастливой. – Тычет в зеркало Асмодей. – Она как никто сейчас заслуживает любви.

Господи, что я наделала с собой? В кого превратилась? Почему я забыла о собственном счастье и утопилась в горе? Зачем я так с собой?

Я поджимаю губы, чтобы не расплакаться от бессилия. С чего начать, когда жизнь со всех сторон трещит по швам? Сатклифф кладет руки на мою талию и разворачивает к себе. Он не спешит вытирать мне слезы и успокаивать.

– Да, вы расстались. Да, у тебя не самый радужный период жизни. Но, может пора взять себя в руки и заняться собой? Не оспоримо: Каррас – придурок, он любит тебя и у него были свои причины так поступить. Но ты не достойна дерьма, сестренка.

– Асмодей, – по лицу текут слезы и на этот раз я не боюсь показать их ему. Слезы – это мои чувства, которые в последнее время я глушила всем, чем только можно, – не уходи от меня, пока мне не станет лучше. Я не хочу проживать это в одиночестве. Я больше не хочу страдать. Я устала от такой жизни.

– Конфетка, с чего ты взяла, что я уйду?

– Ирида, твоя мама… Они ждут тебя в Мельбурне. А я…

Асм тепло улыбается и прижимает к себе. На его белой футболке остаются отпечатки моих слез, а на мне его пьянящий дымный аромат. Я жмусь к нему так, словно он единственный, кто может спасти меня, потому что даже Демиен сейчас не может быть рядом.

В объятиях Сатклиффа я чувствую себя маленькой девочкой. Он как большой старший брат, которого у меня никогда не было. Я всхлипываю от трогательности этого момента и не хочу прерывать нежности. Мне так не хватает любви, я так давно ни с кем не обнималась. Однозначно, мой основной язык любви – это прикосновения.

– Ирида приедет к нам чуть позже. Они все понимают, никто не обижается на то, что я с тобой. Да, и Каррас неудачно вляпался… Я должен быть в городе на случай чего.

Я не хочу знать подробности того, что произошло между ним и его отцом. Не сегодня так точно. Мне хватило тех новостей и догадок журналистов, которые пестрили на протяжении трех месяцев в социальных сетях.

– Слушай, а ты правда хочешь съездить в Мельбурн, конфетка? Может рванем на Рождество?

Глава 4

Катрина

Два месяца назад

– Вставай, – кричу я из соседней комнаты Сатклиффу, прибавляя на всю громкость бодрящий трек от Taylor Swift «Shake It Off».

Я поднимаю руки вверх и качаю бедрами влево, затем вправо и снова влево, при этом подпеваю: «Я забуду обо всем в танце, забуду обо всем в танце». Моя жизнь с появлением нового соседа значительно улучшилась. Мы живем вместе уже месяц, хотя иногда кажется, что целую вечность.

– Ты спятила?

Не обращая внимание на ворчание Асма, добавляю к шуму еще и звук блендера. Перед Колумбийским я хочу позавтракать и выпить смузи из свежих фруктов, которые вчера привез мужчина.

– Сатклифф, вставай. Я не хочу опоздать на учебу из-за твоей нерасторопности.

Да, не поверите, но я постепенно возвращаюсь к своей насыщенной жизни! На прошлой неделе появилась на учебе, записалась в спортзал – как повезло, что он все это время находился на первом этаже дома, где мы жили.

– После Колумбийского ты едешь на свои развратные танцы, Хеймсон? – подкалывает меня Сатклифф, имея ввиду под развратными танцами направление, которое обычные люди зовут High Heels.

– Неа, – кричу в ответ ему я. – Сегодня работаю в баре у Лайлы. Заберешь меня в полночь?

Мне столько вам надо рассказать, просто жуть!

После появления в моей жизни Асмодея жизнь закипела, как никогда прежде. И, черт возьми, я так счастлива! Кажется, Сатклифф на меня хорошо влияет. Как ему это удалось? Лучше спросить у Асма, у него уникальный подход по тому, как вытаскивать людей из депрессии и вселять в них надежду на лучшее будущее.

Шучу, на самом деле он 24/7 проводил со мной, устраивал веселые вечера и предлагал разного рода хобби. Я неохотно воспринимала все его затеи, но соглашалась на них. Знаете, когда от тебя остается крошечная часть чего-то живого, то терять уже нечего.

В ходе этого месяца я вывела для себя новую формулу, которой отныне следую: «Жить – гореть и не угасать! Жить, а не существовать».

На затеи Асма я весь этот месяц говорила одну фразу:

– Капец, конечно! Но погнали!

Оглядываясь назад, я понимаю, что натворила. Мне так жаль тех потраченных впустую трех месяцев. Я бессознательно выбрала страдания, хотя могла так ярко прожить недели. Психологи говорят, что на все нужно время. В том числе и чтобы прожить боль. Я не отследила, когда пару недель, выделенных мною на проживание расставания, переросли в несколько месяцев.

Словами не описать, как я благодарна Асму за то, что он взялся за мое состояние. В одиночку бы точно не вывезла все это дерьмо. Несмотря на мои отказы от помощи и ежедневные истерики, Сатклифф оставался рядом. Мало, какой мужчина выдержит свободную в своих проявлениях женщину.

Еще я записалась на танцы, которые забросила пару тройку лет назад. Официально устроилась на работу в бар к своей подруге. Несколько раз ходила на свидание. Не спрашивайте, это дурацкое действие я проиграла Селене в перерывах между парами. Ничего серьезного, просто хорошо провела время. Даже Сатклифф оценил, что я решила попробовать отвлечься от Демиена. Хотя я думала, что он взорвется от злости. Как видите: нет, он был рад.

– Вчера перевели остаток на счет за машину. Не знаю, как тебя благодарить, Асм. – Переодеваясь в гостиной, сообщаю я, так как прошлым вечером информация вылетела из головы.

Лучший друг Демиена помог мне с продажей Мазерати, которую отец подарил в честь моего поступления в Колумбийский. На данный момент это лучшее решение для меня, ведь теперь у меня нет безлимитной карточки, решающей любую проблему. Приходится что-то придумывать.

Я не отчаиваюсь, прорвемся! Не менее интересный факт: Каррас пытался через Асма всучить мне свои карты с остатками денег, чтобы я ни в чем не нуждалась и не отказывалась от той жизни на широкую ногу, к какой привыкла. Но Дему пора понять, что истинные королевы не боятся трудностей и в любом случае находят решения без своих бывших падших принцев.

– Давай где-нибудь поужинаем или просто повеселимся?

– Неплохая идея, но у меня есть предложение получше. – Говорю я, входя в комнату, где отдыхает Асм. – Покатаемся по ночному Нью-Йорку после моей работы? Я подготовлю плейлист.

Когда поднимаю глаза, вижу мальчишеский озорной взгляд Асмодея. Ему определенно по душе мое предложение. Я подтанцовываю под «Sugar» Maroon 5, закидываю в сумочку блеск для губ и выхожу на кухню завтракать.

Как же быстро все-таки забывается боль. Месяц назад я была сломлена и уничтожена, а шестнадцать недель назад так вообще на грани смерти. Сейчас все кажется столь далеким, сложно представить, что это происходило со мной. Жизнь уже никогда не будет, как раньше, и от того она прекрасна.

Через тридцать минут мы уже рассекаем по Манхэттену – району, где расположен мой университет. Перед тем, как подбросить меня до Колумбийского, Асм говорит, что ему жизненно-необходимо заехать на парковку, забрать что-то от своего старого приятеля. Не понимаю его логику, учитывая, что мы проносимся рядом с университетом. Однако соглашаюсь, не желая спорить.

Именно таков наш безумный план.

Именно так должна рассуждать изменница.

– Я еду на встречу с Каррасом, Катрина. Мне что-то передать от тебя? – Спрашивает Сатклифф, когда мы паркуемся на 111-ой Уэст улице.

Демиен. Фух. Я не могу вычеркнуть его из своей жизни и при этом делать вид, что рада ему, люблю его – тоже не могу. На фоне приглушенно играет какой-то веселенький трек. Асмодей убавляет громкость до 0, а я кривлю лицо в ответ на действие мужчины. Теперь мне придется обсуждать с ним эту тему. Каррас дорог мне, несмотря на то, какое дерьмо сотворил со мной перед своим уходом, но говорить о нем – не хочу!

– Думаю, передать что-то этому человеку должна его законная жена, Асм. – Без капли эмоций отвечаю я, сохраняя свое приподнятое настроение. Не позволю, чтобы какой-то разговор испортил мне весь день. – Мы расстались. Разве ты забыл?

– Не строй из себя дуру. Может, других тебе и удается провести, но явно не демона блуда и азарта. – Ухмыляется он и подмигивает.

– Боже, мы проходили мифологию в школе. Что-то ты не похож на демона блуда и азарта…

Сатклифф запускает руку в мои волосы и приближается к лицу. Серые глаза мужчины опускаются на мои пухлые губы и замирают. Я боюсь пошевелиться, внутри все переворачивается от происходящего между нами. Асм – тот, от кого никогда не знаешь, чего ожидать.

– Благодаря этому ты становишься живой, Хеймсон. – Шепчет он в тихой идиллии. – Ты не знаешь, чего ждать. Я могу сделать с тобой что-то, но ты никогда не уверена в этом до конца. Чувствуешь бабочек внутри?

Я проглатываю ком, вставший в горле, и шепчу:

– Я же знаю, что ты любишь ее. Я знаю, что ты не допустишь даже поцелуя, сколько бы тебя не провоцировали.

– А, если я обсуждал это с Маррей? Что, если она не против?

Я опускаю взгляд на ладонь Асмодея, скользящую под мою короткую юбку молочного цвета. Не спешу останавливать его, потому что мне до ужаса нравится тот ураган, который зарождается внизу живота. К тому же, я уверена, что это его очередные провокации. И этому вот-вот придет конец.

– А, Демиен? Он не против, если ты трахнешь его девочку?

Сатклифф останавливает движение руки и смотрит в глаза. Блять! Я выдала себя с потрохами. Конечно, как я раньше не догадалась! Дурацкие игры Асма продолжаются на протяжении всего месяца, таким образом, он пытался добиться от меня правды. Получил?!

Так же я должна рассуждать?

– А ты его девочка, Хеймсон? Я думал, что все, как ты и говорила, он в прошлом.

– Мне пора. – Улыбаюсь я, ерзая на сидении. – Сатклифф, убери руку. Я доберусь сама.

Он не слушает меня: пока его правая рука поглаживает мое бедро, левая тянется к регулятору громкости. Я впервые слышу эту песню, на экране появляется название: «Different» Chris Grey.

– Если бы внимательно изучала мифологию в школе, а не бегала за смазливыми мальчиками, то была бы осведомлена историей моего имени. – Горячее дыхание Асмодея обжигает мою шею.

– Сатклифф, – напряженно произношу, изгибаясь в пояснице, когда его пальцы касаются моих мокрых трусиков. – Я никогда ни за кем не бегала.

– Асмодей – король множества демонических легионов был приближен к Люциферу. По преданию, он толкает супругов на измены и разрушает все вокруг, конфетка. – Несмотря на мои оправдания, он продолжает рассказ об истории своего имени.

Асм отодвигает край розового кружева в сторону и проникает внутрь меня. Я вскрикиваю от неожиданности. Вот же черт, что мы творим! Все настолько неправильно. Сложно возразить, когда тебя касается тот, кого ты представляешь в своих мыслях с приходом сумерек. Прости, Сатклифф. Я закрываю глаза и думаю только об одном мужчине. Каррас.

– Я хочу, чтобы ты говорила со мной, Катрина. – Хриплый голос Асмодея говорит о том, что он возбужден не меньше меня.

В ответ он слышит мой тихий стон, который я так отчаянно пыталась сдержать. Почему-то мне не хочется, чтобы мужчина знал, какое удовольствие доставляет после моего четырехмесячного воздержания от секса.

– У тебя есть девушка, а у меня есть Каррас. И мы… Мы – это ошибочный союз…

Асмодей обрушивает свои губы на мои и рычит в них. Он шире раздвигает мои ноги и теребит клитор, пока стоны утопают в его губах. Надеюсь, нас никто не увидит.

– А теперь скажи мне: нужен ли тебе Каррас?

– Я люблю его, Асм. Я люблю Дема. А еще… Я хочу тебя. – Мои слова – отчасти ложь. Я свожу ноги и целую Сатклиффа, не желая слушать все, что он скажет дальше. Нравоучения ни к чему.

Мой живот ноет от тревоги, разрастающейся внутри. То, куда мы зашли, уже обречено на провал.

– Ты не хочешь меня. Ты хочешь его.

Асм знает правду. Никто не разожжет во мне того пламени, на которое способен только единственный человек. Я хочу только Демиена, но быть с ним… Очередной провал.

– Не останавливайся. Я прошу.

Если это будет ошибкой, то самой прекрасной и ужасной одновременно.

– Тебе не о чем волноваться. Ирида не будет против, также, как и Каррас. Никто не узнает, конфетка. Никто не будет против, если это дам тебе я.

Я притягиваю Сатклиффа за плечи к себе и плюю на все правила. Я так устала грузить себя лишними мыслями, тревожиться за что-то. Если то, что сказал Асмодей – правда, то нам всем не о чем беспокоиться.

– Ты точно не лжешь?

– Да. – Сатклифф приподнимает меня за талию и усаживает верхом на себя. Где-то я уже это видела…

Автомобиль мужчины стоит на парковке вдали от моего частного университета, входящего в Лигу плюща. Как я сразу не догадалась о том, что здесь что-то нечисто. Поверила, что ему нужно заехать к своему знакомому и что-то важное забрать.

Я всего лишь играю.

– Ты самая прекрасная, Хеймсон. – Сбивчивое дыхание Сатклиффа говорит о том, что он вовсе не контролирует себя. Неужели собранный и вечно все перепроверяющий мужчина сдает позиции?

– Кого ты представляешь на моем месте?

Асмодей на мгновение отводит взгляд в сторону, а затем возвращает серые глаза к моим. Я – это не я. А он – это не он. Каждый из нас представляет своего человека, но уж точно не друг друга.

– Тебя. Я хочу тебя.

На этом моменте мы останавливаем запись.

– Не обманывай себя. Ты сходишь с ума по своей блондиночке. – Я два раза похлопываю его по груди и не могу перестать улыбаться. – Я люблю только Демиена. Ты не прошел проверку, Сатклифф.

Он смеется в ответ и поправляет мои волосы.

– Достаточно убедительно вышло? – Задаю вопрос, глядя на камеру, стоящую на передней панели машины. Я громко хохочу и падаю ему на грудь.

Эту сценку мы разыграли для суда. Асм помогает Дему выбраться из тюрьмы как можно скорее. Каков план? А план очень занимательный: мы должны доказать, что Демиен находился в состоянии аффекта, когда избил своего отца.

Все должны подумать, что моя связь с Сатклиффом разрушила жизнь Каррасу.

Глава 5

Демиен

С тех пор, как я успел отмотать срок, моя вера во что-то Высшее усилилась. Если Бог и существует, то сегодня он милостив ко мне, поскольку позволил выйти на свободу.