История тюрков

Рисунок Глафиры Пинхасовой

Introduction

Many people, in fact billions of them around the Earth, speak Turkic languages today, and have done so since the beginnings of history, from snow-swept Yakutia in Northeast Asia to temperate Central Europe, from chilly Siberia to torrid India, and even in a good many villages in Africa.

The Turkic world is vast and diverse. Turks are its largest tribe. They are the title nation of Turkey, a big country in West Asia and a long-familiar name for the rest of the world for its distinct identity, ancient customs and traditions, and high and unique culture, a subject of a myriad of books and features.

At the other end of the Turkic world, the Tofalars, numbering only a few hundred, are not someone you can tell much about. It’s a sure bet they are hardly known to anyone beyond their dense Siberian forests and the couple of villages they call home town. But then, the Tofalars, perhaps, still speak the original, ancient Turkic tongue after many centuries of only occasional contacts with outside cultures that could distill their speech with borrowings.

The Turkic world is great indeed, and thoroughly enigmatic, too. It is like a cut diamond, its every facet a nation – Azerbaijanis, Altaians, Balkarians, Bashkirs, Gagauzes, Kazakhs, Karaims, Karachais, Kyrgyz, Crimean Tatars, Kumyks, Volga Tatars, Tuvans, Turkmen, Uighurs, Uzbeks, Khakass, Chuvash, Shorians, Yakut – too many names to reel off in the same breath.

Dozens of peoples live in the Turkic world – all alike and different at the same time. You can always tell where they belong, from the special sounds and undertones of their speech. Which means a word that is one thing in one place may be a completely different thing in another. This diversity of meaning makes the Turkic languages fathomless, on top of their simplicity and ancient heritage.

They were not always that different, though. There was a time, too long ago, when all members of the Turkic race spoke one tongue that everyone understood in every corner of the Turkic world. Around two thousand years ago, they started for various reasons to move away from one another, geographically and linguistically, from their next of kin and their common tongue, developing their endemic dialects that were a closed book to outsiders. For a while, they were keenly aware of their common ancestry and remembered their shared language that they could still speak at bazaars and fairs drawing merchants from far away.

Their common primeval language provided a framework forbelles-lettres. Poets and story-tellers honed every word of their writings, so they could then caress the ear of the Turkic world at large. Besides, the common language was spoken by government officials mustering the troops or collecting taxes from their subjects. Large empires, from end to end, spoke and wrote Turkic.

Is it only the language that makes one Turkic nation different from another? Is it the linguistic diversity that gives brilliance to the diamond we call the Turkic world?

Everything is much more complex than it looks on the surface at times.

Can you image, some communities on Earth are ignorant of their Turkic origins and will never believe you if you tell them who they are… They were conquered, at one time or another, and forbidden, on pain of death, to speak their native tongue. They just forgot it clean, out of fear of reprisal. And with it their forefathers and all that had come before… They were now people without memory or knowledge of their real past.

This is the kind of thing that happened to people on our planet, though.

Of course, these people have visages that look exactly like the faces of their ancestors (what the genes would then be good for?). Take the Austrians or Bavarians, Bulgarians or Bosnians, Magyars or Lithuanians, Poles or Saxons, Serbs or Ukrainians, Czechs or Croats, Burgundians or Catalans… Nearly all of them blue-eyed and fair-haired (exact replicas of the ancient Turkic men and women), and all blissfully oblivious of their common roots. Doesn’t that strike you?

Many unsuspicious Americans, Britons, Armenians, Georgians, Spaniards, and Italians have Turkic blood flowing in their veins. And especially Iranians, Russians and French. They, too, wear the unspoiled faces of their ancient Turkic forerunners, and they, too, are dead sure they are anything but…

A sad enough story. It has been made that way, though – sad, or more accurately, broken before it could be written to the end.

The Cossacks are what you can label an exception: a nation – yes and no, a tribe – depends on the way you look at it. If you will understand it, of course. Their true story lurks somewhere behind a veil of cock-and-bull stories. What we have then, in the end, is that the Cossacks have contrived somehow to get lost on the crossroads of Time – they style themselves Slavs, and still remember much of their native Turkic tongue. Indeed, Turkic is palavered informally in some Cossack villages. True, they call it, with tongue in cheek, their kitchen-speak, not native language.

I have pondered for many long years why the Turkic world is so little known to so many people on Earth. Was it by fluke or design? You will hardly find another language with as many nuances and dialects as the Turkic – really, people of common blood, common ancestors, common history speaking different languages and thinking differently of themselves. Why, indeed?

I have stumbled on the answer in history, lost in the mist of times, and I am going to tell it in this book, “The Kipchaks: An Ancient History of the Turkic People.” It will only be an initiation, to be followed up by two more books – “The Oguz: A Medieval History of the Turkic People” and “A New History of the Turkic People.”

Вступление

На тюркском языке говорило и говорит очень много людей – миллиарды. От снежной Якутии до Западной Европы, от Сибири до жаркой Индии. Даже в Африке есть поселения, где звучит тюркская речь. Велик и необычаен тюркский мир. Самые многочисленные в нем – турки, их более семидесяти миллионов человек. Они живут в Турции, большой стране, известной во всех уголках мира. Известной своим народом, старинными обычаями, высокой и неповторимой культурой. О ней написаны тысячи книг и статей.

А о тофаларах, которых всего-то несколько сот человек, наоборот, многого не расскажешь. Они малоизвестны. Обитают в глухой сибирской тайге, в двух-трех небольших деревеньках. Зато самый древний и самый чистый диалект тюркского языка, возможно, сохранили именно тофалары. Их жизнь веками протекала почти без общения с другими народами. Ничто не засоряло их речь, скрытно жили они в своей тайге, пришельцы здесь всегда были в редкость.

Действительно, велик тюркский мир… И очень загадочен… Он, как бриллиант, каждая грань которого – народ. Азербайджанцы, алтайцы, балкарцы, башкиры, гагаузы, казахи, караимы, карачаевцы, киргизы, крымские татары, кумыки, ногайцы, татары, тувинцы, туркмены, уйгуры, узбеки, хакасы, чуваши, шорцы, якуты – всех сразу и не вспомнить.

Десятки народов объединяет тюркский мир, народов, родственных друг другу и все же особенных. Их называют тюркоязычными, их речь неповторима, она с оттенком звуков и смыслов. Порой одно и то же слово у разных тюркоязычных народов имеет совершенно другой смысл. И это нормально! Потому что в этом проявляется безграничность тюркского языка, его удивляющая простота и древность.

Но так было не всегда. Когда-то в давние времена тюрки жили на Древнем Алтае и говорили на одном языке, понятном всем. Примерно две с половиной тысячи лет назад началось Великое переселение народа, тесно стало ему в долинах Алтая. Племена отселялись на новые земли, уходили в другие страны. Порою очень далеко. Связь с родиной терялась. Тогда и началось деление речи на наречия (диалекты), понятные лишь своим. Однако общий язык не забывался. На нем по-прежнему общались на базарах и ярмарках, куда съезжались купцы из дальнего далека.

Дракон на Ратуше.Мюнхен. Германия.

Когда и почему в истории Европы появился образ дракона? Что символизировал он?

Этот общий язык дал начало тюркскому литературному языку. Поэты и сказители в своих произведениях оттачивали каждое слово, чтобы потом услаждать им весь тюркский мир. На общем языке говорили государственные чиновники, собирая войска или принимая подати. Целые государства говорили и писали по-тюркски!

А еще это был язык религии, которая объединила всех тюрков в единый народ, на нем читали молитвы в честь Бога Небесного – Тенгри. Очень вероятно, что с религии тюрков начинались все другие религии мира.

Что, именно язык отличает один тюркский народ от другого? Не в многообразии ли языков секрет того бриллианта, который зоветсятюркский мир? Увы! Все куда сложнее.

Оказывается, на планете есть народы, которые не знают, что их предки тюрки. И не догадываются об этом… Враги когда-то поработили их и под страхом смерти запретили говорить на родном языке. Вот люди и забыли его. А с ним – забыли предков и все, что было прежде… Они стали беспамятными народами, живут, не ведая об истинном прошлом. Придумывают себе прошлое сами.

К сожалению, в истории планеты бывало и такое.

Они, эти люди, лицами, фигурами по-прежнему похожи на забытых ими предков (по-другому и быть не могло). Именно таковыми, беспамятными, стали многие европейские народы: австрийцы и баварцы, болгары и боснийцы, венгры и литовцы, датчане и норвежцы, шведы и немцы, поляки и саксонцы, сербы и украинцы, чехи и хорваты, бургунды и каталонцы… Едва ли не все они голубоглазые, светловолосые (как древние тюрки!) и – ничего о себе не помнящие. Просто поразительно. Хотя еще до XIII века тюркская речь только и звучала в городах Европы, то был язык Церкви.

Немало тюрков, забывших свое родство, есть среди темноволосых американцев, армян, грузин, испанцев, итальянцев. И особенно – среди иранцев, индийцев, русских и французов. Они сохранили внешность своих предков и тоже все напрочь забыли…

Грустная история. К сожалению, сами тюрки ее сделали такой – грустной, вернее, недосказанной, забытой, жалкой.

Отдельно в ней стоят казаки – народ не народ, племя не племя. Не поймешь. Свою истинную историю скрывают, придумывая ей взамен небылицы. Вот и вышло, что казаки словно затерялись где-то на перекрестке времен: считают себя славянами, но не забыли родной язык. В иных казачьих станицах по-прежнему говорят (гуторят или балакают) именно на тюркском. Лукаво называя его не «родным», а «домашним» своим языком!

Я долго пытался понять, почему так малоизвестен тюркский мир. Случайно ли это?.. Ни один язык не имеет столько оттенков и наречий (диалектов), как тюркский: предки у людей одни, история одна, а языки разные и сами народы получились разными – чужими друг другу. Действительно, почему?

Ответ нашелся в Истории, в туманной глубине веков. Об этом и хочу рассказать. Рассказать так, чтобы все было понятно даже ребенку. Просто. Как в школьном учебнике, который еще не написан. Поделюсь с читателем своим видением мира, такое оно у меня.

Книга «Кипчаки. Древняя история тюрков» – начало рассказа. Ее продолжит другая книга – «Огузы. Средневековая история тюрков». Прочитав их, может быть, люди иначе посмотрят на себя, на других людей и на мир в целом. Возможно, кто-то увлечется и захочет почитать другие мои книги о тюрках, станет тюркологом или просто неравнодушным к жизни человеком.

Что есть народ?

На нашей планете живет много разных народов. Сколько точно? Неизвестно. По одним сведениям, четыре тысячи, по другим – вдвое больше. Трудно сосчитать. Почти невозможно. Потому что до сих пор не установлено точно, что такое «народ». Кого можно так называть? Есть разные точки зрения.

Люди лишь на первый взгляд кажутся похожими, на самом деле это далеко не так. Отличий среди них больше, даже чисто внешних. В государствах Африки, например, преобладает чернокожее население, а в Китае – желтокожее, в странах Европы – белокожее.

И все они – обитатели планеты, наши современники.

Разумеется, люди различаются не только внешностью, но и характером, и поведением, и своим отношением к жизни, к окружающим. Да, в чем-то народы, бесспорно, похожи друг на друга, а в чем-то не похожи вовсе.

Часто народом называют жителей той или иной страны. Скажем, в Азербайджане живет азербайджанский народ. А в Грузии – грузинский.

Значит, сколько стран, столько и народов?

Отчасти – да. У людей здесь общая разговорная речь, всем нравятся одни и те же песни, танцы, праздники, наряды, еда. У них общая религия и история. А главное, что объединяет их, это чувство Родины. По нему судят и о человеке, и о народе. Родина у всех бывает только одна.