- -
- 100%
- +
– Простите? – словно не поняв вопроса, спросил он.
– Вы её знаете? – вновь повторила Рав.
– Ах, это, да, я её знаю. Она – моя сестра, двойняшка. Честно говоря, я и не думал, что сегодня вы со мной заговорите.
– С чего бы это? – с лёгким смешком спросила кронпринцесса.
– Не думал, что буду удостоен такой чести.
Его ответ ввёл Рав в ступор, и в голове промелькнула мысль, что неплохо было бы подучить таким же манерам лорда Питера.
– Спасибо, но раз я сижу рядом с вами, нам нужно будет почаще открывать свои рты.
– Приму это на заметку. А могу я задать вам вопрос, Ваше Высочество?
– Прошу, говорите «Равенна».
– Боюсь, не могу, – отрицательно помотал он головой.
– Можете. Я даю вам разрешение. Вы же не станете мне перечить?
– Как скажете, Равенна.
– Как же мне обращаться к вам?
– Дамьен Прат. Можете называть меня, как хотите.
– Так что у вас за вопрос?
– Почему именно сюда вас отправил король, да ещё в столь юном возрасте? Хотя, конечно, мне всего двадцать один, но в шестнадцать я жил на полную!
Точно и честно Рав ответить на это не могла, а поскольку врать ей тоже не хотелось, она ответила так:
– Я – будущая королева. Годы летят, а мне ещё столько предстоит узнать на личном опыте. Первая ступень в политике для этого подходит в самый раз.
– Мудро.
– Так вам же двадцать три. Некоторые люди в этом возрасте только начинают искать себя, да и в политику стремятся не все.
– Наш дед был пэром Палат. Не думаю, что у нас с Китти был выбор, – сказал он ей, грустно улыбнувшись, и девушка улыбнулась такой же улыбкой, прекрасно зная это чувство. – О, кажется, я наконец разобрался. После заседания все начали расходиться, а Равенна в сопровождении Дамьена направилась к Наместнику и его секретарше, которая попросила прощения за путаницу листов.
– Надеюсь, вы довольны? – просил Наместник, перестав хмуриться.
– Да, но почему герцогини здесь нет?
– Герцогиня считает, что мы и сами прекрасно справляемся, да и деревушка небольшая, её внимания не требует, – сказал он, слабо улыбнувшись.
– Ясно, – выдавила она.
Девушку вновь охватил гнев к этой женщине. Видимо, она был эгоистичной ко всем окружающим.
– Китти, реверанс, – зашипел Дамьен своей сестре.
– Словно я не знаю, – зашипела она в ответ, сделав при этом весьма нежный реверанс.
Рав этот момент позабавил.
– У нас со Сьюзен почти такие же отношения.
– Её Светлости здесь не хватает. А король не желает добавить в наши ряды и принцессу Сьюзен?
– Честно вам скажу, его мысли мне неведомы, но я и сама хотела бы видеть сестру здесь.
– Так поговорите с ним! – заявил мужчина, воодушевившись.
Равенна и раньше думала об этом, но она не хотела, чтобы и сестра мучилась тем, что потеряет подростковые годы.
– Я подумаю, – всё же сказала она, чтобы его не расстраивать.
Попрощавшись и с ними, она, по-прежнему в сопровождении Дамьена, вышла из здания. Люди всё ещё стояли там и при выходе Равенны вновь радостно замахали руками, а она махнула им в ответ.
– Они вас любят, – послышался голос со спины.
– Возможно, но они меня не знают по-настоящему, чтобы любить, – ответила девушка, повернувшись.
– Поверьте, чтобы влюбиться в вас, достаточно одной вашей улыбки.
От этих слов у Рав незаметно покраснели щёки. Он поклонился на прощание, и Равенна, поблагодарив за всё, уехала во дворец куда более радостной, чем приехала сюда.
У дверей её встретили Сью, Бонни и Алекс, которые заметили приподнятое настроение девушки. Они потребовали от неё объяснений, но она заверила их, что расскажет всё только после того, как сменит это платье на удобные ей джинсы с футболкой. Тётя с дядей были не менее удивлены её улыбчивости, как и Ньют. Королева же отсутствовала, находясь на заседании своего ордена, а король потребовал от неё прибыть в его кабинет.
– То есть тот парень, которого мы видели по телевизору, с тобой флиртовал? – задала вопрос Бонни, когда Рав всё рассказала, и они валялись на кровати после того, как она побывала у короля и ответила на его вопросы.
– Нет же…
– Рав, это называется флирт! – скептически произнесла Сью. – Сказать «чтобы влюбиться в вас, достаточно одной вашей улыбки» и не иметь этого в виду, слишком глупо, а он, очевидно, не из глупцов.
– Рав, они правы, – поддержала Алекс.
– Допустим, это так. Я всё ещё учусь, нам с вами учиться ещё два мучительных года, а он уже работает в Парламенте. Мы будем видеться только на заседаниях.
– Печально это всё, – пробормотала мулатка.
– Может быть. Забот у нас и так хватает, давайте лучше займёмся тем же, что и вчера, и позавчера…
– Согласна! – воскликнула Бонни, вскочила и побежала в библиотеку, а за ней не так быстро направились девушки.
Проштудировав ещё парочку книг и отказавшись от обеда, подруги отправились в конюшню, где впервые сели на коня. Бонни это развлечение очень даже пришлось по душе, а вот Алекс, немного побоявшись, всё-таки села, и потому радости ей это принесло меньше. Но, в общем, прогулка вышла удачной, как и весь последующий вечер, пусть он прошёл без тёти Хеллен, что уехала по делам в город.
Сама же Хеллен в это время находилась на мосту. Солнце уже садилось, и небо окрасилось в огненные, но одновременно нежные цвета. Холод подступал, но её не касался, зато дрожь ненависти проникла в каждую клетку её тела. На дороге появилась чёрная машина её матери, заставив Хеллен сжать кулаки и набраться смелости.
Первыми вышли водитель и Рохус, оба одетые в кожаные куртки с золотыми брошками в виде круга. Потом вышла она. Высокая и стройная женщина с чёрными кудрями, сильно выделявшимися на фоне белоснежного лица, алых губ и золотого ошейника с гравировкой ворона. А в чёрных глазах её едва виднелись красные крапинки. Одета она была, как всегда, в лучший костюм из серых брюк и пиджака поверх белой блузки, на ногах красовались лакированные туфли. Она шла уверенно, как ей и полагалось, с лёгкой ухмылкой.
– Здравствуй, мама, – сказала Хеллен, глубоко вдохнув, когда та подошла к ней.
– Милая доченька, безумно рада видеть тебя спустя шестнадцать лет. Ты ни капли не изменилась. – Чётко выговоренные слова были словно заучены, а высокий тон заставлял мысли улетать в далёкое прошлое.
– Глупая шутка, как и всегда. Ну, так, и?
– Ты стала ещё грубее. Где девочки?
– Во дворце. Ты же не думала, что я и правда приведу их сюда? Ты не настолько глупа.
– Это верно. Но ты помнишь, что я написала? Ты не сомневаешься во мне, знаешь, на что я способна, как я могу создавать и разрушать одним лишь словом. Раньше и ты была такой же. Сильной и безжалостной.
– И радости мне это не принесло. Что тебе нужно от девочек по-настоящему?
– Семью, которой нет уже слишком долго. Руперт и Диана забрали у меня слишком много. Мою дочь, затем внучек, и вот на их стороне уже ты. Меня удивляет, что ты вообще терпишь их присутствие, этих надменных стариков.
– Они их защищают и любят…
– Защищают и любят?! Ты же не серьёзно? Лучше скажи мне, чья же кровь сильнее? – Хеллен и забыла, как резко меняется настроение этой женщины.
– Мы не знаем, – ответила она, стараясь добавить голосу твёрдости, но всё же от матери не удавалось скрыть беспокойство и страх.
Женщина посмеялась, взяла своими гладкими и ледяными пальцами запястье Хеллен и надавила острым ногтем так сильно, что из небольшой раны пошла кровь. От боли Хеллен поморщилась. Она всё ещё не могла дать матери личный отпор.
– Защищать враньём – решение бессмысленное. Любить и врать – тоже. Ты потакаешь их слабостям. Я хотела поступить хорошо и исполнить твоё желание, как полагается матери. Ты не сделала того, что я просила. Жди последствий.
И Шарлотта, бросив напоследок презренный взгляд, направилась к машине.
– Так тебе это и нужно было? Причина? – выкрикнула Хеллен ей вслед, и та, обернувшись, ухмыльнулась и кивнула в знак согласия.
Её машина отбыла, а Хеллен перебирала в голове все худшие деяния матери, чтобы понять, что именно она собирается делать. Когда бросила взгляд на запястье, её пробрала дрожь. В голове звенело лишь одно: кровь.
Глава 9 «Школа»
В день отъезда в школу Сью успокаивала миссис Брук, ведь камеристка была настолько расстроена отъездом своей подопечной, что попросила взять её с собой. Равенна же писала ответ на письмо Визирю Дамьену, которое он прислал ещё вчера ночью. Но из-за того, что все девочки набирали книги по изучению их нового пернатого друга, она узнала о письме поздней ночью. Письмо было написано в сдержанной форме, но при этом с преобладанием лёгких шуток, отчего девушка стала меньше нервничать. В письме также было приглашение на ужин в его доме в следующий выходной день. Равенна, конечно, дала положительный ответ и уже с большим воодушевлением вручила письмо дворцовому почтальону.
Мисс Кампер за время отсутствия своей дочери в школе собралась искать новый дом и работу, как и чета Маклагинов, которые решили найти жильё ближе к Парламенту, где недавно поселился мистер Уолесс. Само прощание вышло довольно грустным, это был не лагерь, куда они ездили на две недели и по большей части делали там то, что и хотели. Теперь им предстояла школа с уймой особых правил и с высоким уровнем преподавания предметов. Алекс, единственная из команды, относилась к школе хорошо, и потому кроме хороших оценок ничего домой не приносила, в отличие от остальных, для которых учёба была первым кругом ада.
Сев в машины, девушки проезжали мимо лесов и небольших забегаловок с магазинами, прежде чем машина после двадцатиминутной езды повернула и оказалась у дороги, ведущей к воротам школы. К чёрным вратам, на верхушке которых позолотой сиял символ школы: раскрытая книга. Символ этот выбран вовсе не потому, что ничего лучше не придумали, и не потому, что не смогли выбрать, в чью же честь назвать школу, а потому, что любая книга станет золотом для ученика, который стремится к знаниям и получению высшей степени образованности. Ну, или для тех, кому просто интересно.
У самих врат стояла охрана, которая проверила документы водителей и дворцовой охраны. Почтительно поклонившись девушкам, они открыли врата, и машины въехали во двор, где стояла всего пара машин.
Девушки приехали позже остальных, но, по словам Ньюта, собрание учителей и учеников начнётся лишь в шесть вечера, и приезжать туда в обед или утром не имеет никого смысла, в особенности, если вы новенькие. Часы на запястье Сью показывали четыре часа дня, а значит, они вполне успевают.
В первую очередь девушки обратили внимание на учебное здание, похожее на дворец, окружённый лесами, строгое, но при этом завораживающе своими размерами. Серые кирпичи, деревянные рамы на прямоугольных окнах, две колонны у главного входа, что держали на себе каменный козырёк с гравировкой названия школы. Башен не было, лишь зубчатая крыша замка с флагом страны.
От двора шла ещё одна большая дорога, по которой они как раз проехали. Теперь машина остановилась у самих дверей, где их ждала высокая голубоглазая женщина с короткими рыжими волосами и в очках, что держались на миниатюрном носу. Она была худенькой, но при этом ей было что показать, даже в серой шелковистой рубашке со значком знамени школы и обтягивающей чёрной юбке до колена с небольшим вырезом с правой стороны. Девушкам открыли дверь, и они вышли. Сделав реверанс, женщина улыбнулась и представилась:
– Добрый день. Я Тереза Харт, секретарь директора школы. Директор приносит извинения, что не смог вас приветствовать лично, но он надеется, что вы согласитесь прийти к нему в кабинет после того, как обустроитесь в общежитии.
– Да, конечно, – ответила Рав, и все одобрительно закивали.
– Отлично. Тогда прошу за мной.
Девушки пошли, когда двое охранников схватили багаж и последовали за ними. Повернув налево, они оказались на длинной и широкой дорожке, что вела в такое же здание, как и школа, но имело пять этажей, а не шесть, здания были разделены большими воротами. Двухстворчатые двери с небольшим окошком были настежь распахнуты.
Поднявшись по ступеням, девушки вошли и первым делом увидели стойку, как в отеле, за которой стояла женщина в возрасте. Седые волосы были собраны заколкой, лицо в морщинах и покрыто пудрой, губы накрашены в красный цвет, а вот тени – в ярко голубой. Увидев девушек, женщина встала, и девушки смогли разглядеть её белую блузку с таким же значком.
– Добрый день. Боюсь, я слишком иссохла для реверансов, – сказала женщина слегка хрипловатым голосом.
– Добрый день. Не думаю, что для нас это проблема, – ответила Рав.
– Ну и хорошо, – обрадовалась женщина и открыла тяжёлую книгу регистраций в синей обложке.
– Как ваши каникулы, миссис Долорес? – спросила секретарша.
– Я вновь мисс Де Лука.
– Вы развелись?!
– Нет, слава богу, он просто умер, – ответила женщина с большим энтузиазмом.
– Мисс Де Лука, я вам сочувствую, – сказала Тереза искренне.
– Если ты про потраченные деньги на его похороны, то да, спасибо за сочувствие.
Она повернула книгу с ручкой и попросила девушек поставить подпись под номером класса и номером их общей комнаты, что выделили для их компании. Им выдали четыре пары ключей с брелком с информацией о владельце. Миновав старушку, девушки наконец смогли полностью осмотреть своё новое жилище.
Красное дерево было везде. Пол, ступени, рамы окон и даже стены в некоторых местах были обшиты пластами дерева. Широкая лестница вела в коридор с люстрами, которые пусть и не горели, но всё же можно было увидеть детали развешанных картин. Несколько девушек спускались по лестницам, что были в концах коридора, а некоторые выходили из своих комнат, бросая взгляд на новеньких.
– Девушки, пойдёмте за мной, нам с вами на третий этаж, – отвлекла их женщина, встав у той самой лестницы, где у перил стояли большие медные вазы с букетами, составленными из разных цветов. Девушки молча начали подниматься.
– Простите, но вам нельзя дальше, – обратилась женщина к охране.
– Мы должны…– начал было один из мужчин, но Сьюзен его прервала:
– Нет. Вы можете идти. Спасибо.
Замешкавшись, они всё же послушались и, поклонившись, ушли.
– Мисс Харт! – все дружно обернулись, услышав голоса группы спускавшихся девушек.
– Добрый день, мисс Харт. Как прошли ваши каникулы? – спросила девушка в бежевой водолазке с чёрной юбкой до колена. У неё были короткие чёрные волосы, из-за чего её лицо воспринималось более худым, а голубые глаза ещё сильнее выделялись.
– Добрый день, Франческа. Прекрасно, а как твои?
– Почти всё лето провела в Ватикане, у бабушки, – ответила она, и её взгляд метнулся к новым девушкам.
– Ты же Равенна! – воскликнула пухленькая девушка со светлыми волосами и карими глазами.
– Да, точно! – присоединилась третья девушка с такими же светлыми волосами, но худее и выше всех остальных. – А ты изрядно всех удивила.
Ньют говорил, что внимания им уделять не будут, но жизнь показала другое. Рав стало не по себе и, видимо, секретарша это заметила, так как строго сказала:
– Так, девушки, прекратите! Видимо, за лето вы забыли, как нужно себя вести?
– Простите. Но давайте мы вам поможем? – сказала пухленькая девушка.
– От этого, я думаю, мы бы не отказались, Сара. Как вы считаете? – обратилась она к новеньким, и девушки, взглянув на свои чемоданы, одобрительно улыбнулась и закивали.
Когда наконец поднялись, им пришлось столкнуться с ещё большим количеством любопытных глаз. Девушки, что им помогли, отправились в школу, а сами подруги шли по коридору, полному самых разных комнатных растений и картин. Повсюду были слышны приветствия учеников секретарше и перешёптывание за их спинами. Остановившись у комнаты под номером семь, Бонни открыла дверь, и девушки вошли.
Солнечные лучи проливались через обширный балкон с вуальными шторами, открывая вид на уютную комнату с четырьмя кроватями из дуба, размещёнными на одной стороне в ряд, где было сложено постельное бельё белого цвета. На полу был расстелен мягкий ковёр молочного цвета. В комнате стояли стол со стульями и лампами, чтобы девушки занимались и вне школы. А с другой стороны комнаты для каждой из девушек был приготовлен платяной шкаф с зеркалами на дверях. По другую сторону от шкафов была дверь, ведущая в ванную комнату, но туда девушки не заходили. Больше всего новеньких сейчас привлёк кухонный уголок со шкафчиками, маленьким холодильником, раковиной, чайником и кофемашиной.
– Здесь очень простые правила: не курить, не пить и не шуметь, – процитировала мисс Харт.
– Могли бы просто сказать «никаких вечеринок», – съязвила Бонни, усевшись на угол второй кровати от входа. – Чур, эта – моя!
– А эта – моя! – заявила Алекс, заняв кровать у балкона.
Близняшки переглянулись и вместе рванули к кровати между девочками, но Сью, даже не успев добежать, прыгнула, оказавшись первой.
– Чёрт, Сью! Так нечестно!
– Мы с тобой не обговаривали правила. Ну, Рав, прошу. Тебе и так во дворце досталась комната намного лучше моей.
– Они одинаковы.
– Но вид…
– Ладно, только не плачь. – Девушка закатила глаза, когда сестра отправила ей воздушный поцелуй.
– Хорошо. Пройти в школу вы можете через тот вход, что находится за общежитием, или через тот, что был вначале. Через главный вход вы тоже можете пройти, но именно через задний проходят все ученики, так как там у нас двор, где обычно развлекаются все ребята.
– Мисс Харт, а как нам пройти в кабинет директора? – спросила Алекс.
– Он на первом этаже, около витрины с наградами. Вы его увидите.
– Спасибо, – сказали девушки, и секретарша, улыбнувшись, вышла, оставив их одних.
Бросив вещи, девушки вышли из комнаты, и им вновь пришлось столкнуться с многочисленными взглядами. Стараясь обращать на это меньше внимания, они пошли по той дороге, что вела к заднему входу. Дорожка привела их к большому двору с идеально выстриженным газоном, украшенным кустами маленьких роз в окружении фонарей. Скамейки были заняты учениками средних и старших классов, которые бурно обсуждали летние каникулы.
Девушки понимали, что нужно вписываться в школьную жизнь, как бы сложно это ни было. Алекс не особо привыкла к такому вниманию. Во дворце она была гостьей, а здесь больше известна, как лучшая подруга наследниц, и им с Бонни уже напророчили статус Фрейлин. Её мама предупредила, что лучше быть самой собой, а не прятаться где-нибудь за углом школы. Но при этом оставаться сдержанной и на вопросы отвечать с умом.
Сейчас Алекс именно так и хотелось поступить. Дело было не в том, что ей претит внимание в общих чертах , она попросту боялась поступить так, чтобы это не отразилось на подругах. Их новая жизнь полностью перевернула и её собственную. Шаткое положение, зависимое от окружения. Алекс стала частью этого круга, и рушить всё своими, порой необдуманными, поступками она решительно не хотела. И это её ещё больше сковывало.
Бонни же всегда была иконой полного контроля над собой, как внешне, так и внутренне. Чужое внимание всегда было её стихией. Она знала, как заполучить любого парня в школе, и в этом ей не было равных. Здесь она также не собиралась отставать, хотя её это положение не совсем устраивало. Её родители стали строже и серьёзней. Раньше она спокойно говорила о своём желании поступить в университет дизайна в Польше, и семья на это отвечала положительно. Сейчас же они уже решили за неё, выбрали ей будущее, которое ей не по вкусу. И само собой она решила получить от школы все её прелести.
– Я одна не знаю, как себя сейчас вести? – шёпотом спросила Сью.
– Нет, милая, не одна, – тихо ответила Бонни.
Миновав дорожку, они поднялись по лестнице к широкой распахнутой двери с козырьком, где стояли два охранника. Они почтительно поклонились, когда же директор во время сегодняшнего собрания объявит о начале учебного года, им уже можно не выполнять правила протокола. Девушки этого момента ждут с нетерпением, так что напрягаться от каждого подобного жеста в стенах школы им больше не придётся. Можно назвать это свободой в границах школы.
Большой холл был первым, что они увидели. Впереди виднелась дверь главного входа, на сером мраморном полу сияла эмблема школы. Два длинных и широких коридора справа и слева вели к двухсторонним лестницам с железными перилами, ведущими наверх, откуда можно полюбоваться мозаичным окном, изображающим чью-то битву. Сам же коридор вёл и в разные помещения, которые сейчас были закрыты. Потолок с люстрой и красивой лепниной по краям особо не выделялся, но богатство школы продемонстрировать мог. Конечно, девушки сразу увидели две витрины с наградами школы, разделенные дверью.
Подруги вошли в кабинет и попали в небольшую комнатку с диванами и кофемашиной, пройдя ещё дальше, они оказались уже в кабинете секретарши, которая встала и хотела было сделать реверанс, когда Рав её остановила и попросила так не делать, чтобы та не отвлекалась от своей работы. Постучавшись, Рав вошла первой.
За дубовым столом сидел мужчина средних лет, одетый в синий брючный костюм-тройку и белую рубашку с серым галстуком. Русые волосы его были взъерошены, чёрные глаза метались по экрану компьютера. Увидев гостей, он сразу же встал и поприветствовал их поклоном и добродушной улыбкой.
– Добрый день, Ваше Высочество, Ваша Светлость, мисс Маклагин и мисс Кампер-Уолисс.
– Добрый день, директор, – ответила Рав.
– Присаживайтесь, – сказал он, указывая на четыре стула с другой стороны стола. – Надеюсь, вам здесь нравится?
– Боюсь, мы ещё не всё посмотрели, но здесь действительно красиво, – ответила Сью.
– Прошу прощения, что не встретил вас лично. На моём веку вы уже четвёртые члены королевской семьи, и для меня это честь. Впрочем, королевских наследников у нас ещё не было, – подобострастно сказал он.
– Спасибо, – сказала Рав, улыбнувшись, но потом задала вопрос, чтобы быть уверенной в словах дяди. – Наш дядя, принц Ньют, заверил, что здесь на время учёбы всё станет проще. Это ведь правда?
– Ох, да, конечно. Классовые различия между учениками должны быть стёрты. У нас здесь учатся просто те, кто хочет, независимо от того, чей кошелёк больше. Ученики, чьи родители хотят выбрать хорошую школу для ребёнка, но при этом не имеют надлежащих средств, получают помощь прямиком из фонда Парламента. В этом, можно сказать, самый большой плюс. – Директор был явно горд за школу и пытался показать её в самом лучшем свете, и у него это действительно хорошо получалось.
Равенна успокоилась и теперь уповала на то, что всё именно так и будет. Всем девушкам директор понравился, особенно по контрасту с директором из их старой школы, Миссис Шенг, которая была им не по душе.
Ещё немного пообщавшись, мужчина заметил, что пришло время направляться на собрание. Равенна шла вместе с директором, Сью – на два шага позади, а подруги – на два шага от неё. Коридоры школы были пусты, что давало понять, что все уже в зале.
Остановились они у больших раскрытых дверей с маленькими окошками. Это был концертный зал. Множество красных кресел, где в первых рядах сидели ученики старших и средних классов. Само помещение напоминало оперный зал в театрах. Красивая позолоченная лепнина, бархатный занавес сцены и шторы на верхних местах для важных гостей, где сейчас было пусто.
Все встали, и тогда Равенна зашагала первой, а за ней Сьюзен. Проходя мимо, они смотрели вперёд, а ученики с двух сторон склонялись в поклонах и реверансах, но даже при этом Рав заметила молодого лорда. Питер ухмыльнулся, глядя сначала прямо ей в глаза, и лишь потом опустил голову. Девушка вновь почувствовала его хватку на запястье и ту же ухмылку, только теперь она имела совершенно иной характер.
Стараясь не обращать внимания, она шла, пока не оказалась у первого ряда, где стояли учителя. Директор сразу начал представлять преподавателей разных направлений, а по окончанию они сели на предоставленные места. Глава школы поднялся на сцену перед трибуной. Речь его была обычной и, по сути, ничем не отличалась от тех, что звучали в их старой школе.