Танго смерти – 2. В Буэнос-Айресе

Тип из Uber, который приехал по вызову – не владел немецким совсем. Но владел английским. Мы с ним разговорились, и он с горечью поведал мне о своей трудной судьбине. Как он заплатил пятнадцать тысяч, которые собирали всей нигерийской деревней за переезд – а в итоге попал в рабство к албанским дилерам. Те – это группировка «Албанские соколы», – тут же отняли у него паспорт, повесили какой-то левый долг за переезд и заставляют ишачить в такси за еду. Он раньше водил в Африке маршрутку, а теперь тут возит клиентов. Обещают через два года отпустить за отработкой долга, но верится с трудом. То есть, албанцы держат нигерийских рабов, которые работают в американском такси Uber. И все это происходит во Франкфурте. В благополучном германском городе. Спрашивается, стоило ли ехать? И вспоминается школьное: Мы не рабы, рабы не мы.

Пошатавшись по центру и пофотографировав достопримечательности, я зашел в немецкую пивную. Спросил сосисок и краута. Повар, кажется, был поляк, а среди посетителей – каждый второй турист. За-ши-бись.

– Здесь свободно?

– Не занимал никто.

Человек в черной кожаной куртке – сел рядом, поставил пиво и жареные сосиски. Взялся за кетчуп с горчицей…

– Ну, здорово, что ли… – негромко сказал он по-русски.

Штирлицы ХХI века. Только вместо кафе «Элефант» – пивная с сосисками. От которых идет одуряющий запах…

– Здорово.

– Как жизнь?

– Только держись.

– А я слышал, ты не у дел после Киева.

– Сейчас все у дел.

– Ну, да, ну, да…

Человека, который сидел рядом, я знал как Дениса Воронина. Он в свое время сильно покуролесил в Штатах.

– Поменьше юмора. Я, в отличие от некоторых, квитанции из московского такси не коллекционирую.

С Ворониным у меня отношения были не очень. Причину я, извините, оставлю при себе…

– Куда нам…

– Ты мне передать что-то должен?

– Должен.

На столе осталась лежать карта памяти, мизерная, почти невидимая.

– На словах что?

– Привет Слону.

– Передам.

– Чтобы ты знал, он за тебя рвал не по-детски. Грозился рапорт положить на стол.

– Зачтется на будущее… еще что?

– По твоим фигурантам. Первый, как ни странно, журналист.

– Журналист чего?

– Раньше работал на печатные издания. Солидные, у него в активе даже «Таймс» есть.

– А сейчас?

– Частник. Но интересный частник. Ты слышал про «Бердвью»?

– Слышал. Второй «Беллингкэт».

– Не совсем так. «Беллингкэт» – сливной бачок. Через него легализуют информацию. А вот «Бердвью» реально информацию добывают, мы проверили. У них штат инвестигейторов на полном окладе. Отставники…

– За чей счет банкет?

– Во главе этой конторы – некий Берт Чикоф. Его попросили из ЦРУ в шестнадцатом.

– Воровал?

– Нет. Есть инфа – неофициальная – что он входил в группу, которая пыталась любой ценой дискредитировать Трампа. Но Трамп победил, и им пришлось уходить. Но ушли они недалеко. Они создают параллельные силовые структуры при Демпартии США.

А-хре-неть. Политическая партия с вооруженным крылом получается. Демократическая партия США.

– Этот Чикоф создает параллельное ЦРУ. Главная цель – мы. По нашим данным, он стоит за всеми последними скандалами. С ВАДА, с убийством того чеха здесь. Схема проще простого – добывается информация, потом через прессу поднимается хай, а Конгресс, который контролируют демократы, встает на дыбы.

– Там сейчас под сотню президентов и у каждого своя внешняя политика.

– То-то и оно. Но ты схему понял, да? ЦРУ работает преимущественно в режиме накопления информации. Чикофф первый понял, что этого мало. Он специализируется на медийных скандалах и их провокации. В его конторе все дерьмо, которое к ним приплыло, не убирается в папочку, а тут же бросается на вентилятор. И чем больше брызг, тем лучше.

А что – неплохо. Даже очень неплохо. Умно. Научились от журналистов – факт хорош, тогда когда он жареный. Ведь в чем слабость разведки? В свое время КГБ было первым в мире по накоплению информации. Ее добывали просто – море. И что? А ничего. Складывали в папочки и на них сидели…

Революции в США не случилась, в Германии – тоже, СССР развалился – при мощнейших спецслужбах. В Народных фронтах каждый второй стучал на каждого первого – но это ничего не изменило. Страну они развалили.

Чикофф, видимо, один из первых понял запрос нового времени – тайн в нашем новом мире, когда у каждого телефон с фотоаппаратом – осталось мало. Вопрос в том, как ты подашь информацию? Поверят ли тебе? И выйдут ли потом на улицу?

– Первый. Ты мне имя не назвал.

– Алек Адамидис. Тоже ЦРУшник бывший, работает на Чикоффа. Представляется как журналист-инвестигейтор. Если ты его приземлишь, окажешь большую услугу и мне, и еще многим. Они реально нам дышать не дают.

– Учту.

– Так… Теперь по третьему. Тип, известный на все Балканы, – Милан Субботич. На него полный набор, с восьмого года в международном розыске.

Примечания