Хранительница. Волшебная история в двух частях

Рождение принцессы

Как-то давным-давно в одной прекрасной стране под названием Лазурия, в самой глухой и темной чаще распустился цветок. При одном взгляде на него можно было понять, что он необычный. Яркие огоньки, точно звезды, сверкали на его сочных алых лепестках. Как только солнечный лучик, проникший через густую листву деревьев, попал на бутон, тот стал медленно раскрываться, выпуская наружу свет. Из него показались прозрачные нежные хрустальные крылья. Они переливались всеми цветами радуги, искрились на солнце, словно тысячи звезд.

Да, это была фея. Она недавно проснулась и одарила лес ароматом волшебного цветка, который служил для нее колыбелью.

Фея выбралась из своего ложа и спустилась на землю. Опавшие листья захрустели под маленькими ножками. Она посмотрела по сторонам, потянулась, вдохнула побольше воздуха в свои маленькие легкие, и с хрустальным хохотом поднялась в воздух, и исчезла вдалеке, оставив за собой золотистый след из пыльцы. Она спешила. Сегодня должно было что-то произойти, чего нельзя было пропустить. Но об этом немного позже. Нужно окунуться в волшебный мир поглубже, почувствовать магию этого леса.

Солнце только начало вставать. Рассвет озарил туман, разгоняя дымку. Волшебной красоты цветы распускались один за другим, почувствовав теплые лучи солнца. Необычные разноцветные бабочки кружили над лугом, размах крыльев которых достигал невиданных размеров, блестящие прозрачные крылья фей показались из-за деревьев. Проснулись олени. Они важно ступали по лугу, показывая свои большие изящные рога. Никто не нарушал покой леса, все было гармонично в нем.

Капля росы спустилась по сочным листьям папоротника. Она сверкнула на солнце в последний раз и упала на землю, тем самым омыв ее своей прохладой.

В лесу заметно посветлело. Почувствовав яркие лучи солнца, сова открыла глаза и, снова закрыв их, спряталась поглубже в дупло столетнего дуба.

Невероятной вышины горы с заснеженными вершинами было видно со всех концов Лазурии. Над горным озером все еще расстилался туман, и маленькие птички кружили над его гладью в поисках рыбы.

По склонам гор росла сочная зеленая трава, кое-где встречались целые луга с лавандой. От нее исходил невероятный сладковатый аромат. У подножия гор протекали прохладные серебряные ручьи.

Вдали можно было различить едва заметные очертания серого разрушенного замка, стены которого поросли густыми зарослями повители и бурьяна. Замок стоял на берегу озера. Развалины замка хранили в себе множество тайн. Здесь когда-то было пристанище эльфов. Много лет назад в замке устраивали пиры, пели и танцевали, не зная бед. Эльфы купались в золоте: носили дорогие прекрасные одежды и украшения с редкими камнями, столы их ломились от яств, вино лилось рекой. В замке всегда играла музыка и слышался искренний смех. Но теперь от него остались только серые стены. Внутри тоже все заросло зеленью. Жители волшебной страны помнили о том, что здесь произошло. Когда-то на этом самом месте пролилась кровь. Вырвавшиеся из плена на свободу темные призраки уничтожили всех, кто когда-то жил в этом замке, лишь немногим эльфам удалось спастись от ужасной участи. Немало времени потребовалось для того, чтобы изловить зло, просочившееся в волшебный мир и нарушившее его покой. Для этого всем жителям Лазурии пришлось объединиться. Множество фей, волшебников и эльфов погибло в те времена. Даже многие морские жители волшебной страны пострадали в битве. Теперь развалины замка служили живым напоминанием о том, что всегда необходимо быть начеку, чтобы трагедия не повторилась вновь.

В заколдованном мире может произойти разное, поэтому его жителям необходимо всегда быть начеку. Опасность может поджидать за каждым деревом и зданием, таиться в глубине океана или высоко в небе. Противник может быть невидим и неслышен. Для того, чтобы защитить этот мир, необходим был мудрый правитель, который сможет защитить своих подданных от любого зла.

В это прекрасное судьбоносное утро все певчие птицы проснулись и залились чудесной трелью. Феи кружили над лугом, пританцовывая в воздухе. Волшебные цветы напевали приятные мелодичные песни. Все были в предвкушении рождения новой феи, феи совсем необычной, той, которая станет принцессой прекрасной страны Лазурии.

Посреди луга в глубине леса рос самый большой и красивый цветок. Когда все жители леса собрались вокруг него, он медленно распустился, выпуская на свободу принцессу. Она тихо сидела в самой сердцевине цветка. Ее серебряные крылья переливались в лучах утреннего солнца. В больших прекрасных глазах отражался лес. От нее исходило невероятное свечение.

Так родилась на свет следующая принцесса Лазурии – Азалия Гриндиолла Милофия Лилия Лесная.

Обычный день

Так как Анилия уснула только под утро, вставать ей было крайне тяжело: голова раскалывалась, а глаза не хотели открываться. Она кое-как оделась, собрала учебники в сумку и спустилась в кухню завтракать.

На столе ее уже ждала тарелка с фруктовым салатом из яблок, бананов и клубники, и, конечно же, чашка горячего шоколада, без которой не начинался ее день.

Софья стряпала у плиты и даже не заметила, как дочь зашла в кухню.

– Доброе утро, мам, – поздоровалась Анилия, тем самым напугав Софью, которая вздрогнула, и чашка, которую она держала в руках, упала на кафельный пол и превратилась в кучу осколков.

– Лия! Я тебя не заметила, – немного раздраженно ответила Софья, собирая то, что осталось от чашки. – Не делай так больше. Теперь везде осколки.

– Извини, – тихо ответила Анилия, виновато улыбнувшись.

Эта улыбка тут же заставила Софью остыть. И в самом деле, зачем ссориться из-за какой-то посуды. Бессонная ночь давала о себе знать и отразилась на настроении.

Софья несколько часов кряду вместо того, чтобы спать, читала в Интернете различные статьи по психологии, пытаясь понять, почему ее дочь разговаривает сама с собой. А может, в этом и нет ничего страшного, думала она. Софья сама не понимала, почему это ее так забеспокоило, ведь многие люди разговаривают сами с собой, особенно дети. Но материнское сердце почему-то было не на месте.

– Это ты меня прости, дорогая, – ответила Софья. – Что-то я сама не своя.

Анилия помогла матери собрать осколки, а потом вернулась к своему завтраку. Правда, горячий шоколад остыл, но Анилия не обратила на это внимания. Она снова задумалась над сегодняшней ночью, вспоминала слова Азалии и представляла, что же ждет ее впереди.

Когда с завтраком было покончено, Анилия попрощалась с матерью и вышла на улицу, накинув темно-синий плащ и прихватив сумку.

На улице ее ждал отец. Он стоял рядом со своей машиной. Анилия обняла его, и они сели в автомобиль и отправились в школу. За окнами мелькали двухэтажные домики с ухоженными газонами. Ночью шел дождь, о чем говорила влажная зелень, на которой поблескивали от солнечного света капли воды. Кое-где на асфальте остались мокрые следы шин. С крыш домов стекали последние капли, которые еще не успели высохнуть.

Отец довез дочь до ворот школы и, высадив ее, умчался на работу. На раскопки его пока не отправляли, но сейчас он занимался переводами древних текстов. Занятие очень увлекательное и сложное, требует много времени и сил. Этим он поделился с Анилией в машине, по дороге в школу.

Открыв тяжелые входные двери школы, девочка очутилась в главном холле. Быстро взглянув на свое расписание уроков, висевшее на стене, она помчалась на второй этаж. Там она отыскала кабинет французского языка. Она вошла внутрь и увидела, что все ее одноклассники уже собрались. За учительским столом сидел месье Сенье. Анилия поздоровалась с учителем и прошла к своему месту, которое находилось в середине класса.

Тут к девочке подошли ребята, с которыми та была в хороших отношениях.

– Привет, Лия! – первой поздоровалась Сабрина Одри, крепко обняв девочку и смачно чмокнув ее в щеку.

– Привет, – ответила Анилия, вытирая лицо рукавом.

– Как дела? Что нового расскажешь? – завела беседу Сабрина, садясь рядом с Анилией.

– Да все отлично! В общем, ничего нового, – слукавила Анилия.

Да и что ей остается? Не рассказывать же о том, что с ней произошло. Ее просто сочтут сумасшедшей или просто посмеются.

– Как каникулы? Давненько мы не виделись, – к разговору девчонок присоединился парень по имени Рос.

Он был родом из Англии. Рос всегда отличался добродушием, хорошо учился и всегда был готов помочь остальным. Но этими качествами всегда пользовались такие люди, как наша знаменитая троица во главе с Абелией. Как-то они довели бедного парня до слез, бросив его рюкзак в унитаз в женском туалете. В рюкзаке был новенький телефон, подаренный Росу на день рождения. Ему повезло, что уже тогда у него была такая замечательная подруга Сабрина, отличающаяся боевым характером. А ее лучше не злить. При обычных обстоятельствах она была спокойной и милой, но когда кто-то обижал ее друзей или пытался обидеть ее саму, тут-то в ней просыпалась самая настоящая тигрица, способная растерзать обидчика за секунды. Тогда Сабрина задала девицам жару. Так одна из них осталась без своей длинной косы, вторая окунулась в тарелку с лапшой, а третья была заперта в темной кладовой на всю ночь. И после этих происшествий троица поняла, что с Сабриной шутить не следует ни в коем случае, и оставила мальчишку в покое. Только изредка за его спиной раздавались ругательства. Они были невероятно злы на него, ведь если бы не он, с ними все было бы в порядке. И естественно, такие, как они, не считали себя виноватыми. Но жаловаться кому-либо они все-таки не рисковали, а то вдруг «эта сумасшедшая» (так они называли Сабрину) снова нападет на них. Тогда-то им точно несдобровать.

Друзья побеседовали немного о том о сем, поделились своими впечатлениями о прошедшем лете, немного погрустили о том, что оно так быстро прошло. Затем прозвенел звонок, и месье Сенье поднялся из-за своего стола, жестом заставляя учеников последовать его примеру.

– Здравствуйте, дети. Я очень рад видеть вас сегодня на моем уроке. Как ни странно, сегодня никто не опоздал. Все на своих местах. Этот учебный год будет не менее сложным, чем предыдущий, но я верю, что все вы будете усердно трудиться и вовремя напишете все тесты и сочинения. Вы же не хотите проблем? – Сенье окинул суровым взглядом класс.

Все молчали, ожидая, когда уже учитель закончит свою речь и можно будет сесть.

– Вот и отлично! Молчание – признак согласия. Теперь можно начать урок.

Учитель жестом разрешил ученикам сесть. Началась проверка остаточных знаний. Сенье раздал всем листы с тестами. Увидев их, многие загудели, возмущаясь тому, что уже в первый день их так загружают. Но учитель заставил недовольных замолчать, повысив голос. Когда он злился, на него было страшно взглянуть: выпученные глаза, нахмуренные густые брови, вены, выступающие на лбу. В общем, дальше злить его никто не решился.

Учителю было сорок лет. Он совсем недавно перевелся в эту школу. Сенье был высоким брюнетом спортивного телосложения, всегда носил темные джинсы и толстовки. На его лице красовался большой шрам, возможно, от какого-то острого предмета. Поговаривали, что раньше он был надзирателем в тюрьме, бывшим бандитом, чокнутым. Но на самом деле никто не знал правду, а также никто не мог понять, почему именно его взяли работать учителем в элитную школу. Про себя ученикам он ничего не рассказывал. Чем меньше рассказываешь людям, тем больше небылиц о себе ты слышишь.

Многим казалось, что в его жизни произошло что-то нехорошее, от чего он стал таким черствым. Только директор и некоторые учителя знали, что действительно произошло. Дело в том, что пять лет назад он преподавал в Лондонской школе английский язык в старших классах. В одном из классов учились трудные ребята, которые не слушали никого, издевались над всеми, кто попадется им под руку. Как-то раз у них с учителем произошел конфликт. Тогда месье Сенье обладал хрупким телосложением, был мягким и добродушным человеком, предпочитал все конфликты решать словесно без применения какой-либо физической силы.

Их было четверо. Выпускной класс. Они не знали жалости. Как-то после занятий они схватили учителя в подворотне и избили. Сильно избили. После этого случая парней посадили за решетку. В этой школе он больше работать не мог. Кто-то насмехался над ним, кто-то жалел. Ни тех, ни других у месье Сенье уже не было сил переносить.

Ему предложили работу в Лионской школе, и тот, не раздумывая, переехал. Он стал усиленно заниматься спортом, замкнулся в себе, и со временем его характер стал жестким. Он научился постоять за себя. Сенье твердо решил, что будет пресекать любое поведение, которое не соответствует уставу школы, и не будет позволять ученикам расслабляться на уроках, и тем более смеяться над ним.

Думается, что если бы ученики знали, что он не всегда был таким, какой он есть сейчас, они бы более уважительно относились к нему, а не распускали обидные шуточки за его спиной.

Иногда Анилия замечала его в коридоре, говорящим по телефону со своей женой или беседовавшим с другими учителями в учительской. Тогда он превращался в совершенно другого человека: вежливого, веселого, светящегося изнутри. В такие моменты девочка была озадачена, не понимая, почему тот ведет себя так с учениками. Все-таки сложно было понять, что у человека творится на душе на самом деле.

Учебный день подходил к концу. Оставался последний урок – литература. Кабинет находился на первом этаже, в конце длинного коридора. По дороге туда девочка встретила Джеймса Адамса – парня, который учился на год старше Анилии вместе с Уильямом. У Джеймса были густые растрепанные темно-каштановые волосы, большие серо-зеленые глаза.

– Привет. Что у тебя сейчас? – поинтересовался тот.

– Привет. Литература, – ответила Анилия.

– Хорошо вам. У нас математика, – расстроено ответил Джеймс. – Да что такое! – тетради, которые он нес в руках, попадали на пол. Все они разлетелись по коридору. – Уже второй раз…

– Давай помогу, – Анилия кинулась собирать тетради и вдруг увидела отдельные листы, на которых было что-то нарисовано. – Что это?

– Не стоит помогать, я сам, – немного неохотно стал отпираться Джеймс.

– Да ладно тебе, – Анилия подняла один из листов, который улетел в самый дальний угол.

Ну, ничего себе. На нем были изображены какие-то немыслимые узоры причудливой формы, нарисованные черной гелевой ручкой. Рисунок был таким аккуратным и необычным. Витиеватые линии плавно переходили из одной в другую, изгибаясь и превращаясь в нечто удивительное. – Не знала, что ты рисуешь. Очень здорово. У тебя богатая фантазия.

– Балуюсь иногда, – смущенно ответил Джеймс, отбирая лист у Анилии.

Они редко общались, и Анилия очень мало знала о нем. То, что парень рисует, да еще и так неплохо, было для нее открытием.

– Мне нравится, – улыбнулась Анилия.

– Правда?

– Конечно, – подтвердила девочка. – Я не шучу. У тебя очень хорошо получается.

– Спасибо, – коротко поблагодарил парень.

Он не любил кому-либо рассказывать о своем увлечении. Джеймс состоял в баскетбольной команде и считал, что его друзья-спортсмены вряд ли оценили бы его хобби.

Скоро все листы были собраны. Анилия еще раз похвалила очередной рисунок Джеймса, а тот вновь поблагодарил ее, сдержанно улыбнувшись.

Анилия тоже когда-то мечтала научиться рисовать, но ей никогда не хватало терпения. Поэтому девочка восхищалась людьми, у которых такие золотые руки, как у Джеймса.

Вскоре кончился последний урок. Обычно в конце учебного дня ученики отправлялись на дополнительные занятия по каким-либо предметам, занимались спортом или творчеством. Кто-то ходил в школьный бассейн или на гимнастику.

Как только Анилия узнала, что в этом году в бассейн записалась ее хорошая подруга Джена Браун, она решила последовать ее примеру. Одна Анилия вряд ли решилась бы ходить на плавание, так как ненавистная ей Абелия ходила туда уже третий год.

Анилия встретила Джену в коридоре, и они вместе направились в женскую раздевалку.

– Лия, ты не представляешь, какой классный купальник я купила. Он такой открытый, что мне даже стыдно в нем показываться, – сияла от счастья Джена. – Не в курсе, в этот бассейн ходят симпатичные парни?

– Я слышала, что у парней свой бассейн, – ответила Анилия, тем самым огорчив Джену.

Девушка была очень красива: развитая не по годам фигура, милое личико с веснушками, которое обрамляли светло-каштановые кудри до плеч, большие синие глаза с густыми темными ресницами. Она всегда была в центре внимания. Многие парни мечтали встречаться с такой красавицей. Анилия ей даже немного завидовала. В глубине души она тоже мечтала быть популярной, хотя понимала, что этого не случится, если она не избавится от своей замкнутости.

– Ты хорошо плаваешь? – поинтересовалась Джена у Анилии, когда те были уже в купальниках и надевали купальные шапочки.

– Не очень, – неуверенно ответила девочка. – Хотя мы с родителями каждый год бываем на море, я больше люблю загорать на пляже.

– Ну, ничего, здесь тебя научат, – пообещала Джена и улыбнулась. – Пошли, посмотришь, как я ныряю, может, и сама попробуешь, – в глазах девушки заиграли искорки.