Подарок для лиса

Майк подскочил ко мне и больно схватил за руку. Тарелка с едой выскочила из рук, рассыпая содержимое на стол. Я посмотрела в лицо парню. Лучше бы не смотрела – его глаза нечеловечески светились.

– Отойди от меня, идиот. Нет никакого смысла идти против старейшин, и твоё гнилое слово обойдется тебе боком. Кому ты нужен с такой мордашкой. Никогда ты не получишь меня, ясно?!

Майк, медленно произнося каждое слово, сжимал мне руку до нестерпимой боли.

– Не так скоро, красавица. Так, ты говоришь, нечем метить будет? Значит я, по-твоему, идиот? Пойдем, проверим. Я уже хочу тебя, ты прямо светишься вся. Ну так что, идём?

Парень шумно втянул носом мой запах, погладил меня по лицу и крепко обнял. Я уперла руки в его грудь и уставилась на него. Ребята перестали гоготать и кто-то крикнул:

– Эй, Майк, полегче, она не твоя. Алан узнает, у тебя будут проблемы!

Майк усмехнулся и крикнул в толпу:

– Да она ему на хрен не сдалась. У них даже ночью ничего не было. Так что крошка моя будет. Брайд, ну-ка скажи мне, где у нас Яриса?

Я начала вырываться из его объятий, но парень удерживал и пытался чмокнуть меня в губы. Я знала: если поставит метку – мне не жить. Кто-то из парней подначивал его, и он усилил хватку. Лихо размахнувшись, я ударила Майка по щеке. Он вытаращил глаза и на мгновение отпустил меня. А когда попытался снова поймать, я уже бежала вдоль стола.

– Вот сучка, а ну стоять! Тебе конец! Догоню – убью! – прокричал, пускаясь вдогонку за мной, брат Алана.

Перебегая и юрко петляя, мы носились вокруг огромного стола на потеху всем присутствующим Оборотным лисам. Я выдыхалась и глаза стекленели. Рёв обиженного лиса и его громкие ругательства приближались, а у меня уже не было сил бежать. Когда Майк настиг меня и схватил за руку, чьи-то руки легли на мою талию, поддерживая и защищая. Я удивленно взглянула на спасителя и замерла от его взгляда. Горло вдруг пересохло, и дышать стало тяжело. С небес на землю меня вернул Майк, выкручивавший руку. Я вновь скривилась от боли.

– Оставь меня в покое уже, идиот, – едва слышно просипела я, запыхавшись. – Ты не имеешь… никакого права… меня трогать. Отпусти.

– А ну иди сюда, сука! – злобно проорал парень, казалось, прямо мне в ухо.

Ребята вновь насторожились, а я с интересом уставилась на парня, что обнимал меня за талию. Стройный голубоглазый брюнет высокого роста. Густые брови ложились в дугообразную полоску на почти овальном лице. Узкие ноздри прямого носа трепетали, а тонкие губы улыбались мне широкой улыбкой. Глаза, как и у многих, были раскосыми. Затем мужчина перестал улыбаться и строго обратился к шатену:

– Лапы от неё убрал. Ты глухой, Майк? Не смей касаться её, ты не понял?

Майк скривился и, сплюнув, бросил брюнету:

– Кларк, она не твоя, так что посторонись. Алан узнает, и я отыграюсь на тебе, тень черная. Она твоей не будет, старейшина сказала, она любит принца, только он её – нет.

Сложив руки на груди, он, нагло усмехаясь, из подлобья посмотрел на нас. Брюнет оглядел присутствующих в столовой и серьёзно спросил:

– Что же вы так плохо за невестой смотрите? Кто еще уверен в том, что незнакомка любит принца? Кто это вообще знает, а?

Дарси брезгливо посмотрела на меня и, сузив глаза, ответила:

– А мы ей не няньки, пусть сама выживает. И вообще, я не уверена, что она будет невестой Алана.

Девушка хотела что-то ещё сказать, но не успела – в столовую стремительно вошел сам лисий принц, а за ним шла… почти мое подобие.

Я открыла рот и захлопала ресницами. Девушка тоже была спортивной блондинкой и отличалась от меня лишь тем, что грудь и бедра были больше. Она тряхнула волосами и взяла под руку Алана, который обернулся и с улыбкой посмотрел на неё. Мое сердце почему-то учащенно забилось. Принц даже не взглянул в мою сторону и усадил блондинку за стол. У многих ребят открылись рты, и они удивленными взглядами смотрели на меня. Майк заржал неистовым смехом и подошел к столу, грубо намекнув мне:

– Ну, держись теперь, крошка Юлиана, из мира нирваны. Моей будешь.

Я сглотнула и закусила губу и подумала: «Боже, мне конец. Ненавижу Алана, так унизить меня! А я-то, дура, помочь ему решила».

Резко выдохнув, я повернулась к своему спасителю. Парень всё так же стоял и цепко держал меня за талию. Мы улыбнулись друг другу, и я тихо произнесла:

– Спасибо, спаситель, я благодарна тебе. Только отпусти меня, … пожалуйста.

Он сделал поклон и прошел к столу, отодвинул для меня стул. Кофе, чай, яичница с беконом, множество фруктов и пропаренных овощей, сушеные кусочки мяса… – вот это пир! И так, видимо, каждое утро. Я положила еду в небольшую тарелочку и медленно, как привыкла, хорошо прожевывая пищу, ела и продумывала план побега из этого ужасного места. Мысленно ругала отца и проклинала жениха. Боль скручивала все внутри, и я решила, если удастся убежать, то забуду все как страшный сон. А если нет – отомщу тем, кто причинил мне боль. Моего брюнета – спасителя звали Кларк, и он оказался полной противоположностью своим братьям. Он сообщил мне много интересного из жизни в академии, так что стало веселее. Затем, когда мы поели, парень предложил пойти погулять вдоль огромной площади академии. Встав со стула и выйдя из-за стола, я почувствовала пристальный взгляд и обернулась.

Наши с Аланом взгляды встретились. Он усмехнулся, мотнул головой в сторону брата и показал большой палец вверх. Я гордо распрямилась и, улыбнувшись краешком губ, посмотрела на Кларка. Просунула руки под его руками и, обнимая за талию, с улыбкой сказала:

– Ещё раз большое спасибо, с тобой весело и интересно, я обязательно пойду гулять.

Ничего не понимающий Кларк улыбнулся и приблизился для легкого поцелуя, но я ловко вывернулась и вновь посмотрела в сторону лисьей компании. Алан стал чернее тучи, а Брайд не сводил с меня и со своего принца удивленных глаз. Хитрый лис уловил подвох и прокричал, когда Кларк взял меня за руку:

– Юлиана! Это, стой! Тебя, это… ну, короче пойдешь со мной к Шарлин. Погоди, Кларк.

В три прыжка он очутился около нас и схватил меня за рукав, потащив к выходу. Кларк пошел следом. Выйдя в коридор, голубоглазый брюнет схватил за грудки блондина, прижал к стене и прошипел:

– Ты чего удумал, Брайд, ты думаешь, я дурак? Он её не хочет и не надо. Оставьте девушку в покое. Рыцари, вашу мать. Брайд, убью, отвяжись от нас. Дай нам спокойно уйти, сколько можно издеваться над ней?

Брайд вскинул руки и тоже сквозь зубы ответил:

– Пошли на ринг, что ты как хвост везде. Не тебе судить, кто и с кем. Она его, понял? Отвяжись и не смей касаться невесты даже пальцем.

И началась потасовка, прямо около двери в столовую. Мне надоела эта комедия двух актеров, и я проорала:

– Да что вы мне навязываете этого примата венценосного? На кой черт он мне сдался?! Чокнутый гордец, идиот и эгоист этот ваш принц. Хватит! Брайд, оставь нас. Кларк, пойдем уже.

Парни кружились, сжимая кулаки, резко толкая друг друга. Я маячила рядом, пытаясь растащить, но куда там, наши силы неравны. Вот тут-то меня схватили за руку и выдернули из потасовки, грозный голос принца произнес:

– Брайд, заканчивай, Кларк, не лезь, куда не следует. Хочешь разобраться – пошли на ринг. Может, ещё раз донесу до твоего маленького ума, что моё – это моё. Пошли, невеста примата, хм. Не думал, что придется возиться с тобой с самого утра.

Я прижалась к стене и спрятала руки за спину. Парни отряхивали мятую одежду, и принц, протягивая мне руку, снова грубо сказал:

– Я жду, пошли, сказал ведь. Я сейчас покажу тебе, какой я примат. Что ж ты такая дура-то? Думал послушная, а оказалась воплощением плохих манер. Кто учил тебя, глупая? Ты не поняла моё объяснение тогда?

Алан словесно измывался надо мной при ребятах. Его будто распирало от гордости и самолюбования. Я мстительно вздернула подбородок и, отвесив смачную пощечину принцу, устремилась вдоль по коридору. Всё, конец издевательствам, теперь только домой, и хватит с меня этой лисьей любви. Мои спортивные нормативы пришлись как никогда кстати. Слёзы застилали глаза, и быстрые капли разлетались по сторонам. Домой, только домой, загостилась уже. Пора побыть взрослой в этом странном мирке и бежать, бежать, быстрее и быстрее.

Кларк и Брайд открыли рты от неожиданности, а принц помотал головой, приходя в себя. Никто из девушек не бил его раньше, но тут какая-то девчонка посмела дотронуться до него! Зубы заскрипели от злобы и досады. Алан скривился и заорал на парней:

– А всё из-за вас! Возись теперь с ней! Нужно найти её. Брайд, беги в северное крыло. Кларк, ты несись в южное. Ну а я попробую перехватить с запада. Не знаю, что с ней сделаю, когда найду. За территорию академии её одну выпускать нельзя – клан Байрамов рядом. Вот черт!

Парни стояли столбом и смотрели на наследного принца с удивлением. Не выдержав паузы, голубоглазый брюнет рыкнул и прошипел:

– Ты сам виноват, зачем с Ярисой зашел, видел бы ты её взгляд, зачем ты так с ней? Если не любишь её, отдай мне, я женюсь на ней, и все забудется.

Алан на ходу бросил сводному брату:

– Да мне всё равно, чего там у неё, если воином не станет, грош ей цена. А как женщину ты её никогда не получишь. Я сделаю её своей, понял?

И парни разбежались в поиске сбежавшей невесты.

Я убежала уже далеко от замка академии, петляя среди заросших кустов. Эта часть академии выглядела заброшенной – повсюду валялся мусор, и часть пространства заросла. Я остановилась и огляделась по сторонам. А вот и ворота. Высокие, с ржавыми прутьями, окрашенными черной краской, что давно облупилась, а заостренные пики казались мерзкими и неприглядными. Над створками ворот шла железная окантовка округлой арки с изображенными на ней чудовищными фигурками, как из кошмарного сна. Три прута в створках отсутствовали, хоть на воротах и висел огромный замок. Вот и свобода, выход, выход. А теперь домой. Чертова академия! Я пролезла сквозь ржавые отогнутые прутья, придерживаясь за них рукой. Выбежав на просеку, рванула вперед – оглядываться было некогда. Никто не гнался за мной, и я почувствовала себя увереннее. Вскоре всё же остановилась, тяжело дыша, огляделась по сторонам.

Слева овраг, справа – кустовей и обширное невспаханное, усыпанное бугорками поле. Впереди только сужающаяся дорога и неизвестность, а обратного пути нет. Внезапно я услышала грозное глухое рычание почти рядом и огляделась. Рычание усилилось, и машинально я рванула влево, к небольшому оврагу. Бегом спускаясь по бугристому склону, за что-то зацепилась и кубарем покатилась вниз. С громким криком «мама», проехалась всем корпусом по скату и приземлилась на твердую поверхность какого-то камня. Боль прокатилась по левой руке повыше локтя, лодыжку обожгло. Коленки были ободраны в кровь, а одежда лохмотьями свисала с тела. Я закусила губу и судорожно подумала: «Как же идти, мамочки?». Волна дрожи окатила с ног до головы, и выступили соленые слезы. Я проползла, как смогла к ближайшему дереву и привалилась к нему. «Неужели мне придется умереть в незнакомом мире? Алан, лис проклятый, всё из-за тебя, ненавижу, ну почему так со мной случилось?! Отец, за что ты так со своей дочерью?»

Я злилась на жениха, на отца, но больше всего на себя. Глаза застилали горькие слёзы, но кое-как все же осмотрела себя. От удара на руке наливался фиолетовый синяк, а лодыжка начала распухать. Сильно хотелось пить, слёзы туманили взгляд, пересекая реальность расплывчатыми картинками. Я закрыла их и молча плакала. «Господи, почему же так?»

Алан, пробежав еще немного, перекинулся в зверя. Мохнатый черно – бурый лис принюхался к воздуху в надежде учуять след Юлианы, но ничего не было. Значит, нужно бежать к другим воротам. Он пробежал вдоль кустов и резко остановился – вот её слабый теряющийся аромат. Алан обнюхал всё кругом и оставил метку для парней. Ринулся к ржавым воротам – запах девушки усилился. Разбежавшись в полную силу, черно-бурый лис перелетел через них и, приземлившись на лапы, напряг свое звериное зрение и чутье, покрутив головой по сторонам. Никого не видно, её запах практически улетучился, но надежда всё же есть. Он побежал вперед и проскулил, призывая парней. Бросил клич о том, что снова уловил её запах, и вдруг остановился. Тут след прервался. Послышалось отдаленное рычание, и Алан забеспокоился. «Это что? На нарушение границ или дозор клана Байрамов не похоже. Где же Юлиана? Найду – покусаю дуру бестолковую», – подумал он и ещё раз прислушался.

Парни были на подходе. Но и шум с глухим рычанием тоже приближался. Кларк и Брайд помотав звериными мордами, выжидающе смотрели на вожака и через минуту приняли человеческий облик. Брайд встревожено заговорил первый:

– Алан, я слышал рычание почти рядом, внутри наших границ. Где девушка?

Алан сплюнул и с волнением произнес:

– Её запах остался только здесь. Попробую её найти, а вы смотрите в оба, у нас нет времени. Без неё нам дорога в академию закрыта. Вот дурочка. А всё из-за вас, позже мы ещё пообщаемся на эту тему.

Он не угрожал и не злился – слишком устал для этого, и все мысли были только о Юлиане, но его братья опасливо отступили. Алан вернулся в звериную ипостась и рванул вниз по склону крутого оврага. Он несколько раз останавливался, прислушиваясь к лесным звукам и закрывая глаза, мысленно твердил: «Милая моя, ну где же ты, не прощу себя, если не найду. Девочка моя любимая… ведь это же ты, та девочка… это же ты». Лис метался, крутя мордой, и уходя все дальше вниз, в темную глубь оврага.

Сколько прошло времени, я не знаю. Пить хотелось ужасно, нога опухла, и рука уже не двигалась. Я сидела и смотрела, как сумерки накрывают овраг. «Может, зря убежала? Ничего бы он не сделал. Ну, попугал бы меня и всё, а теперь придется здесь умереть» – мысленно пыталась успокоить себя, но тщетно.

Приступ непонятного страха только усиливался. Я сглотнула и немного приподняла ногу. Вскрикнула от боли и замерла, неожиданно почувствовав чужой пристальный взгляд из кустов. Подняв голову, встретилась с взглядом зелёных глаз. Белый волк с длинной шерстью внимательно рассматривал меня. От реального испуга тут же вжалась в дерево, зверь оскалился, а я закричала, что есть сил:

– Ала-ан, помоги, Ала-ан! Ну пожалуйста…

На секунду зверь застыл, сверкая глазами, и медленно двинулся ко мне. Вспомнив всех родных, я уже мысленно прощалась с мамой, когда перед волком возник огромный черно-бурый лис. Он изогнул спину и издал что-то среднее между глухим воем, шипением и рыком. Волк ощетинился и провыл куда более протяжно, после рыкнул в мою сторону. Складывалось впечатление, что они разговаривают.

Я тряслась от страха так, что горло онемело, и я не могла издать ни звука, лишь смотрела широко раскрытыми глазами на зверей. Волк грозно рыкнул и снова мотнул мордой в мою сторону, а лис встал недалеко от меня. Волк еще раз оскалился, смачно облизнулся и… рванул с места прямо на лиса. Хищники сцепились. А я от вида огромных зверей в живой реальности потеряла сознание…

Клочья шерсти летели в разные стороны, волк и лис беспощадно рвали друг друга. Вскоре волк взвыл и упал на бок. Через минуты поднялся и медленно пошел вглубь заросших кустов. Черно-бурый лис повернулся к девушке и сердито уставился на неё. Зверь подошел ближе и провел по её щекам и губам языком, слизывая застывшие слёзы. Затем отошел и, прыгнув в воздух, принял человеческий облик.

– Юлиана, солнышко моё, что с тобой? Ну, открывай глазки, вот дурочка-то.

Алан поцеловал невесту сначала в губы, потом в бледные щеки, потряс за плечи и снова накрыл её губы в долгом поцелуе, неотрывно глядя на неё.

Я пришла в себя от влаги на своих губах и нехватки воздуха. Медленно открыв глаза с застывшими на них слезинками, уставилась на серьезного взъерошенного Алана. Одежда на парне болталась клочками, кое-где виднелись раны и порезы. Я испуганно смотрела на него, а он гневно качал головой.

– Алан, Алан, спаси меня, – прохрипела я и сама протянула к нему руки. Меня затрясло, а парень обнял меня и прижал к себе.

– Ну, всё, всё хорошо. Что же ты делаешь, непослушная моя. Что мне с тобой делать теперь? Эх ты, невеста! Что же деду скажу, что потерял тебя? – успокаивал меня жених.

Я плакала и, обнимая его шею, прижималась к нему всем телом. Парень вытер мои слёзы, взял лицо в ладони и посмотрел в глаза.

– Ты подумала, как плохо было бы мне, если я тебя не нашел? Ну почему ты такая, Юлиана? Вот и жена мне достанется, платков накупить придется, слёзы вытирать буду. Да, любимая моя? Куда тебя понесло, здесь опасно всюду, – ласково выговаривал мне принц.

Я хлюпала носом, хмурилась и глядела на парня, не понимая, о чем он говорит. Алан посмотрел на меня ещё раз и накрыл мои губы влажным поцелуем, чуть прикусив их в углу. Я закрыла глаза и сдалась на его милость. Он терзал мои губы со всей нежностью и упивался мной. Было так хорошо и приятно. Страх уходил, тело моё расслаблялось, и отрываться от поцелуя вовсе не хотелось. Но парень всё же остановился, с улыбкой посмотрел на меня и тихо произнес:

– Это наш с тобой секрет, поняла? Ну, надо же, жена примата. Милая, ты хоть карту с собой прихвати, когда снова убежать задумаешь.

Он щелкнул указательным пальцем мне по носу. Я отвернулась, обиженно надувшись, а Алан чмокнул меня ещё раз в щеки и губы. Я сглотнула и тихо ответила:

– Спасибо, что защитил, только всё равно я тебе никто, и тем более не невеста и не жена. Помоги мне, я дойти не смогу.

Парень пригнулся ближе ко мне, вздохнул и с легкой улыбкой произнёс:

– Нет, солнышко, ты невеста и моя будущая жена, простым «спасибо» ты не отвертишься, и я ещё накажу тебя, и за побег, и за пощечину. Моей невесте… да, Юлиана, невесте, нечего разгуливать там, где опасно.

Я посмотрела на него и сказала, растирая ногу:

– Алан, ты опять за своё, я тебе не невеста. Ты меня спросил, как я себя чувствую в этой роли? У тебя много девушек в окружении, и они сделают всё для тебя.

Парень сощурил глаза и снова приблизился к моим губам.

– А может, я хочу, чтобы только ты делала всё для меня, и была только моей. Я хочу лишь… – парень вдруг замолчал, сжав зубы, глядя на меня.

Но спросить я ни о чем не успела – неподалеку послышалось шуршание пожухлой листвы и хруст сухих прутиков. Я схватила Алана за руку, он улыбнулся и подмигнул мне:

– Ничего не бойся. Будешь слушаться – и всё для тебя закончится хорошо. Ты отвечала на мой поцелуй, а это значит, что я уже нравлюсь тебе. Но давай оставим всё в секрете.

Я хотела опять возразить, но парень приложил указательный палец ко рту, намекая, чтобы я молчала. Парни появились, как раз вовремя. Алан выпрямился во весь рост и произнес:

– Насчет перелома ноги не уверен, но она сильно поранилась. Придется нести на руках, трансформации не будет. Я понесу её, сколько смогу, далее Брайд, потом ты, Кларк. Голубоглазый брюнет сложил руки на груди и серьёзно спросил:

– Алан, кажется, ты был сегодня с другой дамой, не так ли? Короче, брат, я понесу её первым, а потом вы.

Алан рыкнул на Кларка – ему уже не нравилось такое внимание к девушке. Брайд легко похлопал его по плечу и, наклонившись к невесте, игриво произнес:

– Твои флюиды расползлись по всему клану. Скоро придется делать выбор, дорогуша, иначе парни глотки друг другу перегрызут.

Алан, стоявший ближе к Юлиане, одернул друга:

– А ну хватит, девушка, как была моей невестой, так ей и остается. Насчет других женщин, Кларк, это только мое дело, и решать я буду этот вопрос с Юлианой. И, Брайд, перестань меня подкалывать. Однажды я не смогу себя сдержать. Все, пора возвращаться.

Он аккуратно взял меня на руки, и я простонала от ноющей боли, цепляясь за шею своего жениха. Брайд пошел вперед, Кларк замыкал колонну. Я не дергалась, и пока никто не видел, поцеловала Алана в шею в знак благодарности. Он сглотнул, грозно шикнул и покачал головой, давая понять, чтобы так не делала больше. Я улыбнулась. Он нежно держа меня, нес пригибаясь под грубыми кривыми ветками, а я прижалась к нему, наслаждаясь теплом и слушая сильное биение его сердца.

«Странное поведение у этого парня, когда мы наедине, он почти признается мне в любви, целует так нежно и приятно. Но стоит нам оказаться среди толпы, он становится чужим и холодным. Всё-таки я нравлюсь ему. Он мне тоже, даже если груб со мной. Он мой спаситель, и нужно привыкнуть к тому, что Алан мой жених… красивый жених, и только мой» – уже с благодарностью раздумывала я. Странное ощущение. Опять захотелось пить, и я простонала, вытирая сухие губы. Принц вопросительно посмотрел на меня. Я прошептала, снова целуя его в шею:

– Просто пить хочется… и спать. И тело все болит. Алан…

– Прекрати, зачем ты это делаешь? Терпи, сама виновата, – так же тихо ответил парень и улыбнулся мне.

Я ещё раз простонала от досады. Брайд обернулся на нас и хмыкнул. Мы вышли на ровную дорогу, и Кларк, дернув Алана за рукав, грубо потребовал:

– Все, хватит, моя очередь, давай девушку, я её теперь понесу.

Парни громко хмыкнули, и Кларк предпринял еще одну попытку перехватить меня. Алан повернулся к нему и, сглатывая слюну, серьезно ответил:

– Я ещё не устал, идёшь – иди, или какие-то проблемы? Она прекрасно чувствует себя на моих руках?

Он развернулся и пошел дальше. Но Кларк дернул парня за руку ещё сильнее, и я вскрикнула, боясь упасть и обнимая жениха крепче. Принц прищурил похолодевшие глаза и злобно ответил:

– Я же сказал, что не устал. Еще раз дернешь – она упадет, а если она упадет, я загрызу тебя прямо тут. Ты меня понял?

Я зажмурила глаза и уткнулась в шею жениха. Брайд встал между парнями и со смешком спросил:

– Кларк, тебя раздражают её стоны? Так я тоже это слышу, но терплю же. А, я понял, ты её тоже хочешь. Ну так её выбор пал не на тебя, а на принца. Что, плохо тебе?

Мы дошли до академии, и навстречу нам выбежали; Майк, Дарси, Тера, Филл, белокурая девушка и незнакомый парень. Я так устала, что уже почти засыпала на руках Алана, и Тера взвизгнула:

– Что случилась с Юлианой, она жива? Как так случилось господин?

– Прости, брат, ну, как бы,…эм… пошутил я сегодня утром, извини, – дружелюбно пробормотал старший брат моего жениха.

– Похоже, с этой девушкой у нас будут одни проблемы, – ехидно заметила Дарси.

На ступеньках академии показалась старейшина Шарлин и строго спросила:

– Алан, у вас было задание, где вы бегаете? Что с девушкой, где она была?

– Пыталась убежать, упала, получила травму, – отчеканил парень. – Отнесу ее в комнату и приду на пост информации.

Сквозь дрёму я простонала, целуя его в шею и что-то бормоча под нос, обняла парня, крепче прижимаясь к нему. Остальные с удивлением смотрели на нас, а Майк расплылся в широкой улыбке. Дарси тут же ревниво фыркнула.

– Да, Аланчик, как протяжно и томно она стонет, не знал, что она и правда испытывает к тебе чувства, это так заметно, – засмеялся старший брат.

– Да какие там чувства, они вышвыривали друг друга сегодня утром, – издевательски прошипела Дарсиэта.

– Какое тебе дело, дозорница? Пошла прочь с дороги, – прорычал Алан.

Принц фыркнул на нее и, войдя в открытую дверь академии, понес невесту дальше, до комнаты. Уже там положив на кровать, Алан поцеловал её, спящую, в алые губы. «Ты вспомнишь меня, и надеюсь, всё будет отлично. Я очень долго ждал этой встречи». Он улыбнулся и уже через мгновение стал полностью серьезен. Достав гаджет связи, Алан быстро произнес:

– Мы прибыли, комната триста двадцатая. Девушка Юлиана двадцати двух лет, вывих лодыжки, сильный ушиб правой руки. Поднимается температура от переохлаждения тела. Слабое нервное потрясение, сопровождаемое страхом, переутомление, расход внешней и внутренней энергии. Короче, быстрее, девушка без сознания. Всё, передача данных закончена. Данные дал Алан Риверра.

Он посмотрел снова на девушку, приблизив свое лицо, и прошептал:

– Всё будет хорошо, милая моя, ты вспомнишь всё, я знаю…

Поцеловав ее в лоб, парень вышел из комнаты.

Прошло какое-то мгновение, и я открыла глаза, в тот момент, меня кто-то раздевал. Дошло дело до колготок и юбки, я невольно вздрогнула и закричала от боли. Открыв глаза, я заметила, что это всего лишь две юные девушки. Одна с блестящими темно-каштановыми волосами до плеч, с тонкими чертами светлого лица. Другая – коротко стриженая брюнетка.

У обеих с шеи свисало колье в виде когтей с аббревиатурой академии. Я спокойно выдохнула и махнула им рукой в знак приветствия.

– Ничего не бойся, твои данные получены, и мы поможем тебе. Хорошо, что Алан Риверра, подробно всё передал, вовремя успели. Молодец, наш красавчик. Ах, Аланчик! – томно произнесла тёмная шатенка.

Она сложила ладони вместе и млела, закатив глаза. Вторая девушка, с желтыми глазками, тоже моргнула и произнесла:

– Бесполезно, нашему принцу другие девушки не нужны, если надо, он и так в женском внимании искупается.