Тайны Каменного острова

Глава 9. О пользе уроков истории

Виноградников на каменистой горе Кармель и правда не было. Добираясь до старинного небольшого монастыря, путешественники наслаждались ароматом сосен и кипарисов, птичьим пением и видами настолько красивыми, что даже Арсений на время забыл про обещанный пикник. Прохладный ветерок приятно обдувал на смотровых площадках, позволяя стоять под высоким солнцем и любоваться на оливковые рощи, возделанные поля и горы на горизонте. Арсений обогатил свою коллекцию камней и снял не меньше сотни фотографий и видео. Правда, когда он собрался сделать селфи со статуей Ильи-пророка Глеб его предупредил:

– Не рискуй. Он поразит тебя молнией, как жрецов Ваала. – Листая путеводитель, он обратился он к родителям: – В этом монастыре останавливался Наполеон?

– Нет, в другом, – ответил папа. – Тоже монастырь кармелитов, Стелла Марис, «морская звезда». Вон там, – и он махнул рукой в сторону чуть видневшейся полоски моря. – Ну что, наполеоны, перекусим и вперед, на Акру? Кстати, этот штурм обернулся для армии Наполеона сокрушительным поражением. Говорят, что при снятии осады Бонапарт приказал произвести пушечный выстрел собственной шляпой в сторону города.

– Зачем? – удивились ребята.

– Чтобы по крайней мере хотя бы часть его мундира побывала в Акре, – улыбнулся папа.

***

– «Ах, наконец, достигли мы ворот Мадрита!» – неожиданно продекламировал папа, сворачивая с трассы на улицу Ben Ami.

– Я думал, мы в Акко едем, – изумился Арсений. – Папа, нам очень нужно в местный археологический музей! А Мадрид – это же Испания, кажется?

– Это Пушкин, – ответил папа и на всякий случай пояснил: – Александр Сергеевич, поэт, не город. А строчка из «Каменного гостя». Не волнуйся, мы въезжаем в Акко! – рассеял он сомнения младшего сына. – Один из древнейших городов мира. Пять тысяч лет назад здесь уже было поселение. Две тысячи лет назад тут проходила армия египетского фараона. Геракл где-то неподалеку собирал целебные травы для лечения своих ран. А Александр Македонский завоевал этот город за триста лет до нашей эры. А еще, начиная с XI века, многочисленные крестовые походы и осада крепости Акра Наполеоном в XVIII-ом… Ой! Кажется, я не туда свернул…

– Может быть, мы дождемся экскурсии твоего друга Михаила? – деликатно предложила мама. – А ты будешь внимательнее следить за дорогой?

Они ехали по довольно оживленному району города с трех-четырехэтажными домами и большим количеством зелени вдоль дороги.

– Смотрите-ка, – обратил внимание Глеб. – Улица Наполеона Бонапарте!

– Отлично! Значит, почти приехали. У нас есть еще полчаса перед встречей, так что можем немного прогуляться.

Улочки старого города напоминали каменный лабиринт. Родители непонятно шутили насчет заблудившегося Геши Козодоева и «бриллиантовой руки». Домá все больше прижимались друг к другу и, соединяясь арками и переходами, сужали пространство с боков и сверху, так что приходилось идти друг за другом, а иногда и наклонять головы, чтобы не стукнуться о каменные притолоки или арки. Многие стены домов были украшены самыми невообразимыми вещами, начиная от расписных керамических плиток и деревянных дощечек до ржавых керосиновых фонарей и старых колес от телеги. Арсению все это ужасно нравилось.

– Надо в нашей комнате так же стены обустроить, – планировал он. – Вон, как уютно и красиво!

Но как ни манили ребят древние, окованные железом деревянные двери и старинные лавки, куда вели стершиеся за сотни лет ступеньки, папа стал всех торопить:

– Мы еще здесь погуляем, а сейчас нас ждет Михаил!

– Некрасиво опаздывать, – добавила мама. – Где мы встречаемся?

– На стене над портом, – ответил папа.

– А это неблизко отсюда, – заметил Глеб, отмечавший их путь на карте.

***

Разумеется, они опоздали. Папа извинялся перед своим другом, объясняя, что ребята вначале застревали у каждого камня, потом штурмовали крепостную стену, после чего обнаружили футбольное поле…

– Я другого и не ожидал, – с улыбкой ответил Михаил. – Я сам регулярно задерживаюсь, потому что как пройти мимо древнего акведука или мечети Аль-Джаззара, возведенной на месте церкви крестоносцев? Кстати, там по преданию хранится прядь волос пророка Мухаммеда. А Цитадель и музей героизма? А Караван-сарай? А рынок? А подземный город крестоносцев? И как не остановиться около музея краеведения и не прочесть надпись на мемориальной доске Хаиму Фархи? Он – гордость еврейского народа, участник обороны Акко от Наполеона… – и он развел руки в стороны, словно пытаясь объять весь старый город вместе с синагогами, церквями и мечетями.

Михаил сразу покорил ребят своим дружелюбием, приятным низким голосом, умным взглядом зеленых глаз. Он носил аккуратную бородку и усы, очки в тонкой оправе и звучную фамилию Фремдерман.

– Я всегда любил изучать историю, но стал врачом, а не историком, – рассказывал Михаил. – Родился и вырос я в Петербурге, а когда переехал жить в Израиль, то долго скучал по родному Питеру. Но город Акко заворожил меня. Такое ощущение, что он был всегда и видел все. Ну что, вы готовы окунуться в океаны событий и руины времени?

Доктор-историк достал из рюкзака кольчужный капюшон с золотой короной, рыцарский меч – правда, не очень длинный – и белый чепец с витиеватым рисунком золотой нитью.

– Эскалибур! Ледяной клинок! – оживился Арсений и тут же протянул к нему руки. Получив холодное оружие, он стал вращать его, как рыцарь в кино.

– Ничего себе! – поразился Михаил. – Хорошо. Тогда капюшон из кольчуги Эдуарда Длинноногого вместе с его короной вручаю тебе…

Глеб с удовольствием примерил на себя королевские доспехи. Асе достался расшитый золотом головной убор.

– …9 мая 1271 года принц Эдуард со своими рыцарями высадились в крепости Акра. На радость ее жителям, поскольку положение христиан на «Святой Земле» на тот момент было ненадежным. Забегая вперед, скажу: дальше стало еще хуже. А пока Акра оставалась центром Иерусалимского королевства. Мусульманские эмиры окончательно перешли в наступление под руководством самого известного из мамлюков, Бейбарса, и неоднократно угрожали Акре. Хотя люди Эдуарда были важным дополнением к гарнизону, у них было мало шансов против превосходящих сил Бейбарса…

Глебу очень нравилась история, поэтому он и слушал внимательно, и задавал вопросы. Ася что-то рисовала в своем блокнотике. Арсений же одной рукой вертел меч, а другой сжимал в кармане половинку таинственного камня, при этом пытаясь хоть немного запомнить из рассказа Михаила. Дело в том, что у Арсения был недостаток: он не мог долго слушать, не отвлекаясь. Например, на уроке он мог запоминать информацию лишь в первые двадцать минут, но зато «на сто пятьдесят процентов», как хвастался сам Арсений. А потом… Потом его мысли улетали, как перелетные птицы, куда-то высоко и далеко…

– … в те времена, – отвечал Михаил на вопрос Глеба, – самый выгодный путь для перевозки товаров был морской. Сколько груза мог перевезти караван, идущий месяцами по пустыне от колодца к колодцу? Пять-десять тонн. А корабль? Гораздо больше. Но море при этом – самый опасный и непредсказуемый путь. Средиземное море очень коварное. Знаете молитву моряка? «Помни, о господи, судно моё так мало, а море твоё – так велико!»…

Арсений перевел взгляд на массивные стены, которым сотни лет, и на волны, бившиеся о камни. Соленый ветер налетал на ребят, солнце ярко вспыхивало на стальном клинке.

***

Галера медленно входила во внутреннюю гавань. Паруса были спущены. Флаг с тремя золотыми леопардами на красном кровавом фоне трепетал на ветру, отчего казалось, что хищники несутся вперед. На причале выстроились бородатые рыцари в белоснежных мантиях с красными крестами. Их было не меньше сотни. Командор уверенной походкой шел вдоль строя навстречу кораблю. Его меч с рукояткой из цельного куска горного хрусталя был настолько длинным, что почти касался земли. Над Башней мух реял черно-белый флаг…

***

– … даже Черный камень Каабы однажды был похищен!

Арсений встрепенулся, и рыцари-тамплиеры исчезли, а их место заняли туристы.

– А что за камень такой? – тут же поинтересовался он и взмахнул мечом.

– Святыня исламского мира, – ответил Михаил, мгновенно отпрянув в сторону.

– Арсений! – одновременно воскликнули родители и Глеб. – Осторожнее!

– Ничего, – успокоил их доктор, – у меня двое сыновей, поэтому реакция быстрая. Так вот, это Черный камень в Мекке, к нему хоть раз в жизни должен совершить паломничество каждый мусульманин. По легенде камень упал с неба на землю еще во времена Адама. В то время этот камень был белым и так сиял, что освещал ночью это святое место.

– Если он белый камень, то почему вы его называете черным? – удивился Арсений.

– Считается, что со временем он стал черным от слез пилигримов и грехов мира, – серьезно ответил Михаил.

– А какого он размера? – уточнил Арсений.

– Я сам его не видел, но по описаниям примерно такого… – Михаил расставил ладони друг от друга сантиметров на двадцать.

– Нет, слишком большой, – пробормотал Арсений. – А камень нашли?

– Да, вернули. Но, вернемся к Бейбарсу…

***

Арсений рассеяно слушал про то, как христиане пытались организовать контрнаступление:

– …особенно тут отличились венгры и англичане, – увлеченно рассказывал Михаил. – Даже, пожалуй, англичане потенциально были ближе к успеху. Вот, слушайте: когда у них окончились очередные баронские войны, проходившие все царствование Генриха III, в мае 1270 года парламент… Да-да! У них уже был парламент! Так вот, был установлен единый налог в размере одной двадцатой части всего движимого имущества – как вы понимаете, это было важно и революционно. Взамен король согласился подтвердить Великую хартию вольностей и ввести ограничения на ссуду денег евреям. Потому что евреи платили гораздо меньший налог в казну со своих оборотов. 20 августа того же года принц Эдуард, сын и наследник Генриха, который войдет в историю как Длинноногий и как антагонист главного героя в фильме «Храброе сердце» Смотрели? Помните? «Скооотлааанд!! Фрииидооом!» Словом, он отплыл из Дувра во Францию…

«Может быть, мой камень тоже упал с неба, – размышлял про себя Арсений, – тогда получается, что это метеорит. А кто-то его нашел и сделал из него головоломку. Или это искусственно созданный камень, как философский. Тогда он должен обладать магическими свойствами… Жаль, Глеб не верит в мистику. Но самое интересное – где его вторая часть? Лежит в музее? Значит, надо поскорее зайти в музей. А еще говорят, что здесь есть настоящий восточный базар, где можно купить все! Интересно, если бросить этим камнем в призрака на каменном острове, что будет? Надеюсь, что те бандиты так его испугались, что больше не делали попыток проникнуть в дверь в стене… Ой!» Арсений покачнулся, потому что Глеб пихнул его в бок.

– Все согласны с маршрутом? Тогда в путь! Нас ждут эпичная Крепость госпитальеров, впечатляющий зал рыцарей и таинственный тоннель тамплиеров! – И Михаил на ходу продолжил свой рассказ: – Напомню, что после захвата Иерусалима Саладином в 1187 году члены Ордена тамплиеров были вынуждены покинуть Храмовую гору и выбрали Акко для строительства своего нового пристанища. Акко во времена крестоносцев был самым большим городом Иерусалимского Королевства, даже больше самого Иерусалима. И крестоносцы делят Акко, как торт, причем каждый хочет отхватить кусок повкуснее. Генуэзцы, венецианцы, госпитальеры, тамплиеры, пизанцы… У каждого свой квартал, со своими законами и своим уставом. При этом генуэзцы сильно не любят венецианцев, и наоборот. Пизанцы ненавидят и тех, и других. Тамплиеры и иоанниты готовы перегрызть друг другу глотки. Словом, мамлюки их беспокоят гораздо меньше, чем соседи из ближайшего квартала. А зря, потому что мамлюки довольно скоро придут и сравняют город с землей… И двухсотлетнее пребывание крестоносцев на так называемой Святой Земле завершилось их полным поражением.

– Мы смотрели «Царство небесное» и «Айвенго», – похвастался Арсений.

– Да, – кивнул Михаил, – обычно про крестовые походы и узнают из книг и фильмов. Единственный минус этой информации, что почти все там выдумка. Приключения отважных романтиков, рыцари без страха и упрека, подвиг европейской цивилизации, бла-бла-бла. Я не спорю, были крестоносцы и с благими намерениями, и с благородными устремлениями. Но в целом, это очередная темная страница нашей истории. Царство Божие не завоевывается мечом. Ничего романтичного в войнах и убийствах нет. А уж войны и кровопролития во имя святых целей… Это называется преступлением.

Глава 10. Посещение музея

От полученных за пару часов впечатлений у всех разыгрался аппетит.

– Тут неподалеку есть рыбный ресторанчик, там такие блюда, нигде вкуснее не найдете! – пригласил всех Михаил.

Арсений поел самый первый и просматривал фотографии, снятые за сегодняшний день.

– Как думаете, – обратился он к Михаилу, – я тут сфоткал всякие рисунки на стене, они современные или их нарисовали тогда, в XIII веке?

– Конечно, тогда! – подтвердил доктор-историк. – Видишь, тут рыцарские гербы, кресты, даже фигурки крестоносцев есть… Вон, даже печать Соломона.

– А что это за символы? – указал Арсений на геометрические фигуры и точки.

– Честно говоря, я не знаю, что они означают, – признался Михаил. – Если хочешь, у меня есть знакомая в новом археологическом музее, ее зовут Эмили Леви.

– Да! – подпрыгнул Арсений. – Нам как раз туда! Глеб, давай доедай скорее!

Михаил показал Глебу на его карте как пройти к музею и дал с собой смартфон, на котором была отмечена точка.

– Это то место, где мы сейчас, – пояснил он. – И вы будете видеть, где мы, даже если мы пойдем погуляем. А мы будем знать, где вы. Нить Ариадны XXI века.

Ребята поблагодарили Михаила и пошли в музей археологии. Точнее, практически побежали, следуя за нетерпеливым Арсением.

***

– Ты уверен, что это не здесь? – Арсений на ходу указал на музей «Сокровищница в стене».

– Нет, это в Новом городе, – и Глеб ткнул пальцем в карту.

Здание, где обосновался музей археологии, выглядело вполне современным, особенно по сравнению с домами Старого города. Построенное из гладкого светлого камня, оно было стилизовано под крепость: куполообразная крыша, под ней маленькие окошки, наглухо закрытые ставнями.

– Боятся осады, – усмехнулся Арсений. – Ну что, на стены?

И он подтянулся на пальцах на невысокой каменной ограде, окружавшей здание музея.

Настроение у ребят было преотличное, и они не обратили внимания ни на машину, которая все это время ехала за ними и припарковалась напротив музея, ни на мужчину в белой рубашке и черных очках, который вылез из машины и стал наблюдать за ними. А потом даже незаметно сфотографировал их.

***

Ребята стояли в огромном темном зале и озирались по сторонам.

– Что-то не похоже на музей. И это хорошо, – негромко заметил Арсений, не сильно любивший традиционные музеи. – Ни экспонатов, ни картин, ни бабушек-охранниц, которые чуть что, сразу кричат. Наверное, это современный музей, где ничего нет, но можно фантазировать и представлять себе все, что угодно.

– Почему тогда билеты такие дорогие? – также тихонько спросила Ася.

– Может, просто короткое замыкание было, и отключили электричество? – предположил практичный Глеб. – А экспозиции, вероятно, в следующем зале.

Вдруг сзади послышался громкий цокот копыт. Ребята мгновенно развернулись. Прямо из стены на них надвигались несколько конных рыцарей. У одного в руках было копье, другой размахивал мечом, а третий высоко поднял черный флаг с белым крестом. Развевались белые мантии всадников, сбоку у них висели клиновидные щиты, а лица закрывали металлические шлемы с плоским верхом. Боевые кони были в светлых попонах, украшенных красными крестами.

– Мамлюки! – закричал вдруг Глеб, резко развернувшись.

Арабские воины неслышно подкрались с другой стороны и с громкими криками стали атаковать тамплиеров. Ребята оказались в центре битвы… К счастью, виртуальной.

***

– Вот это я понимаю! Вот бы все музеи были такими! – радовался Арсений, когда представление закончилось, и они перешли в следующий зал. Тут, кстати, все было похоже на обычный музей: множество экспонатов в ярко освещенных витринах вдоль стен, посредине стоял подробнейший макет крепости Акра, а на большом экране демонстрировался фильм о раскопках города крестоносцев.

К ребятам подошла пожилая сотрудница и спросила, откуда они приехали и что их интересует. Глеб попытался было намекнуть Арсению, чтобы тот не слишком откровенничал, но увы, его младший брат не понимал намеков…

– Нас интересует… причем, очень сильно! Камень, который где-то у вас в музее! Мы бы хотели его посмотреть. И подержать в руках. Я говорю вот про этот камень, – и Арсений продемонстрировал на телефоне предварительно скачанную фотографию и вдобавок художественно описал исторический артефакт.

Улыбка неожиданно исчезла с лица сотрудницы. Она вежливо попросила подождать пару минут и спешно удалилась из зала, словно в него действительно ворвались мамлюки.

Глеб выразительно постучал пальцем по лбу.

– Что? – недовольно воскликнул Арсений. – Она, наверное, за камнем пошла!

– Да, как-то она напряглась, когда ты ей стал рассказывать про камень, – согласилась с Глебом Ася. – Может быть, нам лучше уйти?

Но уйти уже было невозможно. Со стороны выхода из зала и из двери, за которой скрылась сотрудница, появились по охраннику. А за ними и сама дама, выглядевшая теперь весьма воинственно.

– Здравствуйте, – довольно вежливо поприветствовал ребят один из охранников. – Можно узнать, почему вы интересуетесь именно этим камнем?

Арсений спрятался за Глеба.

– Мы, собственно, ищем Эмили Леви, – спасла положение Ася. – Нам ее рекомендовал доктор Фремдерман.

Кажется, все облегченно вздохнули.

Археолог и доктор исторических наук Эмили оказалась довольно молодой и обаятельной девушкой, одетой в обыкновенные джинсы и футболку, правда, с необычным рисунком: перекрещенная лопата и кирка. Ребята обосновались в тесном кабинетике Эмили, заваленном уймой самых разнообразных предметов: куски мрамора, керамические амфоры, бронзовые украшения, стеклянные разноцветные бусы, мозаика, пара человеческих черепов и три ржавых меча – все это располагалось на стеллажах, полу, подоконнике и стульях.

– Кофе? Бурекас? Это вкусные пирожки. Или, может быть, мороженое? – и Эмили водрузила на стол сумку-холодильник.

– Я готов тут остаться жить, – озираясь по сторонам, с восхищением сказал Арсений. – А можно и пирожки, и мороженое? И еще включить музыку?

Глеб тяжело вздохнул. Хозяйка кабинета засмеялась и включила радио.

– Бесэдер? Все в порядке? – с улыбкой спросила Эмили. – Смотрите! Почему все так переполошились. Дело в том, что у нас случилось происшествие! Это впервые за несколько лет моей работы здесь. Мы обнаружили, причем совершенно случайно, что исчез один из экспонатов музея. Это произошло несколько дней назад. Мы тут же вызвали полицию. И подозрение пало на сотрудника музея, одного из уборщиков. На записях с камер видно, что он последним заходил в помещение, где хранился этот экспонат. А на следующий день он не вышел на работу и перестал отвечать на телефонные звонки. И сейчас он в розыске…

Ася покраснела. Она вдруг почувствовала себя причастной к краже, поскольку прекрасно знала, где сейчас находится похищенный экспонат, и при этом ничего не сказала Эмили. Ей стало стыдно. Девушка вопросительно посмотрела на Глеба, но тот едва заметно покачал головой.

Арсений побледнел и выронил кусочек мороженого на пол:

– Извините…

– Ничего, – махнула рукой Эмили. – Я, когда узнала о краже, пролила кофе на клавиатуру. Но что меня поразило больше, чем факт ограбления, чем то, что наш сотрудник оказался вором… Так вот, я была удивлена тем, какую именно вещь он украл – не особенно ценный исторический артефакт, хранящийся в запасниках. Во всяком случае, так мы его воспринимали до этой кражи и до вашего прихода.

– А сейчас как воспринимаете? – спросил Глеб, раздумывавший про себя, как убедить младшего брата расстаться с камнем и как объяснить Эмили, что они не имеют к краже никакого отношения.

– А сейчас появляетесь вы и спрашиваете не о драгоценностях, которые выставлены в соседнем зале, не о последних редчайших находках, а о камне, который украли! Представляете теперь состояние сотрудников? И мое? Мне-таки очень любопытно узнать, откуда вдруг такой интерес у самых разных людей к не самому ценному экспонату? – И Эмили выжидающе улыбнулась.

Ребята переглянулись.

– Ты сам расскажешь или я? – спросил Глеб притихшего брата.

– Лучше ты. Нет, лучше я, – набрался смелости Арсений. – Считайте меня рыцарем. Итак, началось все с того, что у меня разрядился телефон…

***

– Да, это тот самый камень, – осторожно принимая от Арсения исторический артефакт, сказала Эмили. – Или, что менее вероятно, его вторая половина. Сейчас посмотрим фото… Я не помню его музейный номер, но это не проблема, – и она села за компьютер.

Через несколько минут на мониторе возникло объемное изображение «darkstone», как называли этот странный камень в интернете.

– Это он! – радостно завопил Арсений. – Мой камушек!

– Точно, он, – подтвердил Глеб.

– Значит, эти типы из ресторана украли камень из вашего музея? – спросила Ася.

– Скорее, они наняли уборщика, который и спер его отсюда, – вставил Арсений.

– А я думаю, тут не обошлось без Пантеры, – задумчиво сказал Глеб.

– В каком смысле? – хором удивились собеседники.

– Помните, на сайте «AntiP» некто под ником Пантера упоминал про камень, что он хранится в музее Акко? – стал объяснять Глеб. – Я думаю, что тот тип в сандалиях вышел на этого Пантеру и предложил ему похитить камень из музея. Тот, вероятно, согласился, украл камень и передал его «сандальному».

– Точняк! – воскликнул Арсений и обратился к Эмили: – А фотка уборщика у вас есть?

– Что тебе даст фотография подозреваемого? – возразил Глеб.

– А вдруг мы его видели где-нибудь? – Арсений был готов спорить хотя бы ради спора.

– Фотка где-то была, – Эмили поискала на своем компьютере. – Вот, мы тут праздновали, и он тоже сфотографировался…