- -
- 100%
- +
На вопрос: «Как у тебя получается искренне радоваться жизни в инвалидной коляске?», ни на минуту не задумываясь, отвечаю: «А как можно не радоваться тому, что живешь!»
Редактор Галина Петровна Горшкова
Дизайнер обложки Павел Агеев
© Павел Агеев, 2024
© Павел Агеев, дизайн обложки, 2024
ISBN 978-5-0051-8303-3 (т. 1)
ISBN 978-5-0051-8305-7
Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero
Предисловие
С огромным удовольствием представляю вам свою книгу, в которой хочу поделиться своими мыслями и переживаниями. Но почему это должно быть вам интересно? И кто я такой?
Если вы смотрели фильм «1+1», то знаете, что главный герой – парализованный человек, который с юмором и оптимизмом относится к своим трудностям. И пусть моя депрессия простит меня, но я предпочитаю больше позитива.
За 20 лет, прошедших с момента получения травмы, у меня накопилось множество историй, которые я хотел бы рассказать.
Небольшое предупреждение
Моё детство было наполнено жестокостью и тиранией со стороны отца, который постоянно издевался над моей мамой и нами с братом. Если бы я рассказал об этом в нескольких коротких историях, то не смог бы передать весь ужас того, что нам пришлось пережить. Поэтому я решил поделиться этим в подробностях.
Однако уверяю вас, что впереди вас ждут весёлые и увлекательные рассказы о моей бурной жизни. Вы узнаете, как через призму иронии я преодолел трудности, переосмыслил свои ценности и закалил дух.
Спойлер: в конце мемуаров будет… содержание.
Дорогой читатель, приятного времяпровождения!
С уважением, Павел.
На чаше весов
Случилось так, что один миг отнял у меня почти всё, оставив выбор: сдаться или бороться?
Упасть духом, умереть до прихода смерти с косой? Или найти в себе силы и перелистнуть тяжелую страницу судьбы?
Думать, что это Божье наказание, и задаваться вопросом «за что?», или подойти к ситуации философски и искать ответ на другой – «длячего?».
Пассивно опуститься на дно бутылки, заливая печаль? Или ограниченным возможностям задать курс духовного роста?
Поддаться боли и упасть на обе лопатки? Или стиснуть зубы и превозмочь боль, отчаяние, безнадегу?
Этот выбор неожиданно встал предо мной как раз тогда, когда во мне разбушевались подростковые внутренние бури: бешеный протест, горячий нрав, очумелая безбашенность! Шёл напролом стезёю запретов, довольствовался иллюзиями, получаемыми вместе с алкоголем и лёгкими наркотиками, пока невидимая рука не дернула стоп-кран!
Кто не оступался? Кто не падал? Тот ходил по глади морской!
Роковой прыжок
За шутками и комплиментами с другом в карман не лезли. Они как-то сами по себе зарождались в голове, а по-особому певучий смех девушек насыщал легкостью совсем свежее знакомство. Атмосфера флирта разжигала сердце! Естественная красота, хрупкие фигуры юных дев, едва прикрытые купальниками, украдкой оценивались с юношеским пылом! Поток юмора в такой атмосфере только разжигал веселье и дарил легкость общения всем присутствующим. Ничто не предвещало беды!
На этой высокой ноте оставил приятную компанию, а сам отошел покурить… Насытив легкие никотином, что был подобен материнскому молоку в младенчестве, отпустил щелбан воздуху, задавая траекторию полета окурку, оставляющему пунктирные наброски сизого дыма!
Мистически необъяснимо, но что-то изнутри подтолкнуло или извне позвало, чему противиться не мог! Спонтанно побежал по пляжному берегу, оставляя на прогретом под солнышком песке следы последних сделанных мною шагов! Набрав немного воздуха с ароматной ноткой полевых цветов, что росли вдоль дороги, ведущей к реке, напряг мышцы ног, пружинистым толчком прыгнул вниз головой в объятия бегущих волн! Всплеском хрустальной чистоты брызг нарушил тонкую гармонию двух стихий! Едва почувствовал облегчение, охладив загорелое под июньским зноем тело, а по коже побежала приятная дрожь, как молниеносно все изменилось. Успел понять, что ударился головой о дно и услышал хруст, что был таким громким и четким, как будто прозвучал на полную мощность в наушниках! В тот момент почувствовал, как тысячи игл вонзились в шею одновременно, каждую из которых ощутил отдельно! Вскрикнул всей силою легких под водой, но звук был настолько глух, что даже сам себя не услышал. На меня вдруг обрушилась вакуумная тишина со знакомыми эффектами, что видел в фильмах, где тонет человек!
Пузырьки поднимались вверх, а в них был заточен не только крик о помощи, но и последний глоток воздуха! Того самого бесценного воздуха, что минутой ранее охотно заменял сигаретным дымом.
Только бы всплыть на поверхность! Грести, грести! Но только тупо смотрел на руки, что плетьми повисли, и я не мог ими пошевелить. Ноги тоже не чувствовал. Парализовало абсолютно все тело! Разум отказывался принимать реальность! Все происходило, как в самом ужасном сне: не знал, видит ли меня кто?.. Спасут ли?..
Сердце вырывалось из грудной клетки, ломая ребра! Мамин голос зазвучал в голове – звала как в детстве:
– Павлик, Павлик, Павлик!..
А я мысленно орал, разрывая голосовые связки:
– «Мама, спаси»!
Вытягивал из легких остатки воздуха с таким усилием, что судорожно вибрирующие щеки впились в крепко стиснутые зубы! Рывками дыхательных путей повторял попытки, что сопровождались глухими звуками изнутри: «уп – уп – уп»!
Шею будто прокручивало через мясорубку, нещадно дробя кости! В глазах темнело, а в ушах шипело – терял сознание!
– «Мама, спаси»! «Мама, мамочка»! Ма…
Ясно понимал, если допущу обморок, то утону! Вспомнилась зародившаяся на днях фраза, что изложил в тетрадке над рисунком с элементами готики: «Смерть сломает косу о желание жить»!
С большим трудом разжал стиснутые зубы и принялся кусать губы, придавая воде кровавый оттенок!
Смотрел на песчаное дно, что менялось ландшафтом, и понимал – это глубина! Парализованное тело подхватило течением. Я умирал, еще не успев насладиться жизнью. Терял последнюю надежду на спасение.
Мгновением пролетали перед глазами те моменты жизни, что даже не помнил…
Глава I Исток
Объятия родины
С легкой руки предлагаю перейти на «ты», ведь ты не только читатель, а уважаемый гость, вошедший в широко раскрытые двери моей души!
Проведу краткий экскурс по малой родине!
Когда спрашивают: «Где ты живешь?», отвечаю с юмором: «На границе двух полушарий в самой глубинке»!
А если без шуток, то не только у человека есть судьба с предписанным местом рождения и определенной миссией, но и у всего одушевленного и неодушевленного тоже! Собака-поводырь помогает незрячим, а пудель чарует собой многоликий люд на выставке! Красивый газон украшает парк, а луговую травку щиплют коровы, питая людей молоком! Одна песчинка может прикрыть собой мизерную часть земли, вписываясь в песчаный пляж, а может попасть в раствор и укрепить краеугольный камень глобальной стройки!..
Как и несколько поколений моих земляков, я родился и живу в маленьком хуторочке Синяпкинский, что протянулся вдоль речки Чир. А на другом берегу расположилась станица Обливская и другая область. В окружении трех маленьких лесочков и невысоких холмов хутор лежит в низине, будто матушка природа бережно держит его в своей ладони, где линии жизни и судьбы меняются ландшафтом. Несмотря на скудное количество домов, и то, что молодежь разъезжается по городам, а старики покидают этот мир, односельчане бережно «держат палец на пульсе жизни медленно умирающей родины», подпитывая ее своим теплым дыханием да крестьянскими трудами-заботами. Трактористы засевают поля злаками, предприниматели завозят в частный магазинчик продукты весьма скудного ассортимента и количества, остальные хуторяне живут хозяйством и огородом!..
Нет, наш хутор не настолько глухой и отсталый, что населяющие его люди по сей день припадают ухом к земле, дабы распознать в ее тревожном гуле, не грядет ли очередной набег печенегов. Врагов высматривают с деревьев, а взбираясь на них с помощью пришедшей индустрии в виде лестниц.
Хутор Синяпкинский (вид с холма)
А если серьезно, то плюсов у нас хватает: живописная местность с умиротворяющей тишиной, где душа прибывает в спокойствии, а чистота воздуха и ночного неба, где мерцающие звезды кажутся «на вытянутой руке» и завораживают взгляд! Щебечущие птицы и стрекочущие кузнечики говорят на языке первозданной природы! А аромат степных цветов и свежий запах сеновала – парфюм родины моей!
Поводырь слепой любви
Перейду к знакомству, а начну с мамы. Ее зовут Инна. Это миловидной внешности женщина, с отличным чувством юмора, маленького роста, но с большим сердцем, искренне любящим жизнь!
Как и несколько поколений наших дедушек и бабушек, мама родилась и училась в начальной школе до третьего класса в хуторе, а потом в станице, что от нас в трех километрах. Жила в родительском доме с папой Владимиром, мамой Надеждой и младшим, с разницей в 5 лет, братом Сергеем.
Обычная семья, со своим укладом жизни, в котором было место и семейным радостям, и разладам. Владимир – тракторист, Надежда – техничка в станичной школе. В свободное время – заядлые читатели книг. Их читали и за едой, и перед сном под тусклыми лучами торшера.
Мама очень рано повзрослела: готовила, убирала, стирала и присматривала за младшим братишкой. В 15 лет она стала встречаться с хуторским взрослым парнем по имени Юрий (мой отец). Он был старше ее на шесть лет. Родители знали ухажера дочери как человека, на которого ни в чем нельзя было положиться. Конечно же, они не скрывали своих опасений и предостерегали дочь, как могли, от отношений с хуторским ловеласом. Но она будто бы и вовсе не слышала доводы родителей и украдкой продолжала видеться с Юрием.
– Инна, я люблю тебя! – не уставая, твердил он юной девушке. – Хочу сделать тебя самой счастливой!
Ее сердце таяло от этих ласковых слов, которым безоглядно верила.
И когда майским вечером, окутанным ароматом сирени, отец произнес заветные слова: «Выходи за меня замуж! Будешь моей женой?», она без раздумий ответила: «Да!» Эта ночь была такой восхитительной, что Инна забыла обо всем на свете и отдалась на волю своего суженого и своих чувств.
С большим трудом они распрощались, до следующего вечера! Девушка потерялась во времени. Она шла домой, памятью оставаясь в объятиях Юрия, а новость о замужестве была наполнена предвкушением счастья, которого хватит на всю ее жизнь.
Едва вбежав в дом, не дала возможности папе дать волю возмущению по поводу ее позднего возвращения.
– Инка, посмотри на ча…
Строгий папа, встречавший в дверях дочь, указывал пальцем на часы!
Но она оборвала его назидательно – поучительную речь фразой:
– Я замуж выхожу!
Те три слова будто оглушили родителей, перепутав их мысли и планы.
– Да ты что, дочь, ведь Юрка – хулиган, бабник и… Какой из него муж?!
– Не-е-ет! – выкрикнула она, стараясь защититься.
Инна не понимала такой агрессии и такого непонимания отца, ведь она счастлива и хочет только одного, чтобы с нею разделили эту радость.
Хотела сказать так много, но стена непонимания ее чувств встала комом в горле. Инна судорожно сглотнула, ее глаза защипало от слез обиды, дыхание сбилось, подступили рыдания и сквозь них она дрожащим голосом выдавила из себя:
– Я вв-вв-вввсе равно выйду за него замуж!
– А я сказал «нет!» – рявкнул отец так, что на секунду показалось, как вылетевшее острое слово разорвало в клочья воздух!
Тут же раздался звон падающих осколков, но не воздуха, а кружки! Пока глава семьи ждал возвращения дочери, нервничал, успокаивая себя крепким кофе. А теперь он стекал по обоям стены, в которую запустил кружку!
На шум прибежала мама:
– Что случилось? – испуганно, но не удивленно спросила, зная, за что ругал дочь отец.
– Полюбуйся, наша Инночка созрела, замуж выходит! – с ехидной интонацией сказал он, адресуя слова своей жене, но тем самым стараясь задеть чувства дочери!
– Как замуж? – широко открыв глаза от удивления и прислонив ладонь к приоткрытому рту, переспросила женщина.
– Я выйду замуж! – шмурыгая носом и вытирая слезы, сказала девушка, подняв заплаканные глаза на маму, дабы быть ею услышанной!
Но та, взглянув на разозлившегося мужа и памятуя о том, что последнее слово оставалось всегда за ним, виновато опустила взгляд в пол! Нет, не перед мужем она чувствовала вину, а перед дочкой, что не могла утешить ее!
Она тоже была наслышана о Юре, о его гнусных поступках, но сказать хотя бы одно слово в поддержку не смогла!
Папа был суровых взглядов и владел крепким словом!
Именно тогда он произнес фразу:
– Если выйдешь за него замуж, то что бы ни случилось, назад не приму!
Девушка смотрела на родителей невидящими глазами, силясь понять, как можно так с любовью…
Выбежал младший братик, вцепился ей в ногу:
– Инна, не уходи!
– Сережа, не бойся, я не уйду, – гладила братика по голове любимая сестра.
Все легли спать, но уснуть в эту ночь никому не удалось.
Сережа почти до утра не смыкал глаз, папа точечным взглядом сверлил потолок, периодически стирая скупую слезу, а моя мама пыталась успокоить свое сердце, еще не зная, что в ней зарождается новая жизнь. Это обстоятельство и стало решающим в вопросе, быть или не быть свадьбе.
Между тем две семьи были настроены по отношению друг к другу подобно Монтекки и Капулетти из драмы «Ромео и Джульетта».
Свадьба состоялась, но кто знал, что та фраза: «если выйдешь за него замуж, то что бы ни случилось, назад не приму» станет ключевой и так отразится на маминой и нашей с братом жизни. И хоть была она сказана от страха за дочь, но все же сыграла свою роковую роль. А философия жизни вывела свою формулу: «Если у слепой любви есть собака – поводырь, то инстинкты могут завести в тупик.
Изнанка счастливого брака
Супружеская жизнь, что была в сказочных представлениях юной жены, уже к шестнадцати годам обернулась полным разочарованием!
Сладкие обещания принца в один миг превратились в ничто, показав его истинное лицо. Беременная братом мама жила с отцом у его родителей. И когда муж приезжал с работы после развозки хлеба по магазинам, то тем только и занимался, что с помощью грубой силы прививал покорность молодой жене:
– Хоть кому-нибудь пожалуешься – убью! – грозил он каждый раз.
Страх проникал в каждую клеточку, а уязвимая психика поддавалась этому страшному влиянию.
Крик о помощи внешне был нем, а изнутри готов был разорваться подобно водородной бомбе! Его родители делали вид, что были слепы и глухи, когда сын распускал руки, а жаловаться своему папе не решалась. В голове звучала та фраза: «Если выйдешь за него замуж, то что бы ни случилось, назад не приму»! Ситуация была такова, что загнанная в угол, она покорилась на волю судьбы. Маленькая хрупкая женщина-подросток не могла тем же ответить высокому и сильному мужчине. А фраза ее папы становилась навязчивой мыслью, что назад дороги нет. Теперь уж точно ей никто не поверит, что сама жизнь стала ей невмоготу.
…Мама родила сына Вову. Спустя несколько месяцев молодая семья стала жить отдельно от родителей, но чистый лист судьбы начался с корявого почерка на странице смятой газеты! А муж и отец запятнал грязью своей репутации эти два социальных статуса!
Мама и братик Вова
Уезжал на работу, а по возвращении домой бил маму, приписывая ей вымышленных любовников и прикрывая свои измены.
– Пока меня не было, ты тут мужиков принимала! А ну-ка иди сюда! – хватал за волосы и тащил по полу!
– Нет! Не надо, пожалуйста, ревела и прикрывалась от ударов мама.
Но в ответ – удар за ударом, сопровождаемые злобным: «Вот тебе, получай!»
– Ребенок! Только бы не ребенок! – в ужасе думала мама.
Прикусывая нижнюю губу и закатывая глаза, вновь и вновь бил, удовлетворяя садистские наклонности. Справившись с беззащитной жертвой, буднично осматривал побои и ложился спать. Замазав синяки «бодягой», мама, стиснув зубы, шла в кровать, стараясь превратиться в невидимку. Никому не жаловалась. Боялась!
А как же былая влюбленность? Она ушла вместе с ее сказочными представлениями о совместной жизни с избранником! Было тогда молодой жене невдомек, что страницы даже самых красивых романов в быту иногда сворачивают в тугой квадратик и подкладывают под ножку стола, а он все равно шатается!
Глава II Детство
Читая эту книгу – помни, что в твоих руках «моя жизнь».
Родился в рубашке
Когда в семью «прилетает аист», оповещая этот момент первыми симптомами, то свет радости отражается в особо красивой улыбке будущей матери, а слова «Я жду ребенка» льются сладкозвучной мелодией из уст счастливой женщины! Кому-то хочется кричать об этом всему миру, а кому-то – повторять это шепотом или про себя, поглаживая животик, налаживая контакт с ребенком, приглашая его в этот мир.
Чудо ждут всю жизнь, а, узнав, что оно так реально близко, ожидают 9 месяцев! Едва заметный рост окружности приятно кружит голову. Перед зеркалом ее счастливая обладательница аккуратно разглаживает на себе одежду, выделяя такую значимую в этот момент часть тела. Вдруг представляется, как на скучно серый диван забавно вскарабкивается малыш. Монотонный ход часов становится неслышным за топотом маленьких ножек и заразительным детским смехом, поглаживание мягкой игрушки ощущается теплом нежнейшей кожи, что так сладко пахнет…
Когда мама была беременна, то испытала именно те чувства, что описаны выше! И вот настал тот долгожданный день родов:
– Тужься! Тужься! Головка уже показалась!
– А – а – а! Уф – уф! – старалась мама следовать командам фельдшера через отчаянные крики и тяжелое дыхание.
– Давай – давай! – продолжали уговаривать ее и удивляться увиденному:
«Ой, а малыш-то «в рубашке»!
Вдруг интонация принимающих роды поменялась.
– Боже, да он не дышит, синюшный, бедненький! Неужто мертв?
– Нет! Сердечко бьется! – в этих словах – новый прилив радости, почти восторга.
В родовой палате слышался только разговор акушерок, но неслышно было глашатого появления новой жизни – плача ребенка.
Пульсация схваток возобновилась.
– Тужься! Тужься! – снова звучало над роженицей, в то время как кто-то уже шлепал по попке родившегося ребенка.
Наконец, раздался плачь и облегченное «Слава Богу, живой!». Даже сквозь боль и удушье мать пронзило, будто молнией, осознание, что сын жив, что свершилось Божье чудо.
– Тужься, тужься! – меж тем снова требовали люди в белых халатах.
Судорожная боль вернулась в тело! Ритмичное удушье вынуждало жадно глотать воздух, крепко стискивать зубы. Весь поток сил был вновь направлен на вспомогательное выталкивание с трудом выходящего плода! На секунду вспыхнула мысль: «Близнецы».
– Тужься! Тужься!
– А! а – а – а! Уф – уф!
– Умничка, еще немного! Вот – вот, выходит!
Как только удушье прекратилось и дыхание выровнялось, а внизу живота почувствовалось облегчение, женщина вопрошающе взглянула на суетящийся вокруг нее медперсонал. А в ответ услышала новость, которая обрушилась на нее будто смертоносная молния из разорванного грозой неба,
– Мальчик мертв!..
В то время не было УЗИ, мама не знала, что ждет однояйцовых близнецов! На 5 месяце один из них умер в утробе.
Маму разрывало надвое от свалившихся разом и горя, и радости. Когда питала грудью младенца, везде и всюду виделся ей второй, что был так похож на живого братика!..
А я находился целых 5 месяца в едином пространстве с братом, в моменты его жизни, не имея возможности ни познакомиться, ни попрощаться!..
«Папа может»
Нынешнее понятие «стирка» не сопоставимо с данным процессом тех времен. Это были восьмидесятые. Воду нужно было носить ведрами от соседей, своей колонки не было, качать тугую колонку руками, стирать тоже вручную, как и полоскать, а это опять же носить воду от соседей, затем, развешивать белье во дворе…
Стирать приходилось часто. Этого требовал уход за двумя маленькими детьми. В то время не было подгузников и одноразовых пеленок…
В один из таких дней мама стирала, Вова спал, а я почему-то не мог заснуть.
Приехал домой отец и вместо того, чтобы помочь маме носить воду, лег спать, а мама пошла за водой.
Вернувшись, ужаснулась: шестимесячный ребенок (я) диким криком орал, а его тельце было покрыто вспухшими полосками от волдырей. Это отец шнуром кипятильника хлыстал по мне!
– Идиот!!! – взревела мама и кинулась на него, но получила удар и упала.
– Он орал (указал на меня пальцем) и спать не давал! Я с работы, устал! И ты заткнись! – грозно кричал он…
Чужой взор своими глазами не виден
Кто-то осудит маму, что мучилась сама и невольно позволяла, чтобы через пытки проходили и дети. Но осудить и назидательно изречь: «Я бы на ее месте…» куда легче, чем понять, почему это происходило.
Начнем с того, что это были восьмидесятые, где не было телепередачи «Пусть говорят» и интернета с подобающими форумами, на которых люди легко обнажают проблемы, их слышат многие и на них реагируют. А попробуйте погрузиться в ту атмосферу, где о «свободе слова» даже не помышляют и где сор не выносят из избы.
Представим на минуту, что мама пожаловалась подруге:
– Меня избивает муж!
Она бы, наверняка получила в ответ предсказуемую реакцию:
– Вот удивила, да мой дурак меня тоже бьет…
Она бы даже не дослушала ее и, перебив разговор на болезненную тему, перевела его на другую, не дослушав и не успев уловить ту ужасную разницу!
Людям свойственно рассуждать субъективно: у подруги такая же проблема, но хуже, чем у нее, не может быть! Не побывав в ее «шкуре», никогда бы не поняла той страшной трагедии, которая развернулась в семье.
Ловлю себя на аналогичном восприятии другой ситуации: по телевизору показывают истощенного до ужаса ребенка из Африки и, понятное дело, что он голоден! Мне жаль его. Но понять этого несчастного по-настоящему можно только имея свой горький опыт, вспомнив голод, с учетом глобальной разницы.
Отец продолжал безжалостно избивать маму, запугивая излюбленной фразой «Если кому-нибудь пожалуешься – убью!»
Участковый находился в районном центре, что 30 километрах от хутора.
Написать заявление?! Отец и об этом заранее предупредил маму:
– Тебе никто не поверит!
Мама своим родителям тоже жаловаться боялась и поэтому прятала и замазывала синяки.
То, что буду описывать дальше, отчетливо помню до сих пор! Это вовсе не значит, что в моем детстве не было счастливых моментов, куда хочется вернуться.
Дворик вечного лета
Наша семья переехала жить в другой дом в том же хуторе.
Дом был на два хозяина, и во второй половине жила прабабушка Лена (маминого папы мама).
Дом был разделен стеной, а двор – забором, но калитка была всегда открыта! Следы наших с братом босых ног скоро протоптали к прабабушке широкую и спасительную тропинку.
Прабабушку Лену я вспоминаю с теплом и трепетом сердца. Небольшой клочок земли – дворик вечного лета.
Цветы «Анютины глазки» блестели от счастья, купаясь в нежности солнышка, что росли чуть поодаль от порога, а рядом с ними, слегка сгорбившись от своего же веса, радовали глаз пионы, подвязанные веревкой к вбитым в землю колышкам. От дома до летней кухни об забор росла петунья. Она так гармонировала с нежными лилиями! Легкий взмах крыла ветерка касался бутонов, и все вокруг благоухало цветочной парфюмерией.