- -
- 100%
- +
Булат
Телефон не выпускаю из рук, почти каждые десять минут названивая Ильдару. Он продолжает меня игнорировать. Единственно, чем он меня удостоил — это одно лишь сообщение:
«Хватит названивать. Твоя жена в порядке. Скоро будет дома»
Меня это не успокаивает, наоборот, заставляет сходить с ума. Моя жена уехала с чужим мужиком. Понятия не имею, куда именно. И что они вдвоём делают?
Я успел заехать на завод, уладить трудности в цеху. А время близится к трём. Альбина уже ждёт. Срываюсь с места, попутно набирая номер фруктовой лавки. Заказываю самый шикарный набор фруктов, какой у них есть, и по пути забираю пакет. Но беспокойство за жену не покидает. Даже есть желание вспомнить пагубную привычку — закурить сигарету. Настолько я на пределе.
Подъезжаю к дому Альбины, сердце колотится, как бешеное. Вылетаю из машины и бегу к подъезду. Звоню в дверь, и она тут же открывается, а вместе с ней затаиваю дыхание. Передо мной стоит красавица, смущённо улыбаясь. Тёмные кудри волос спиралями спадают на плечи. Глаза сияют счастьем, а на губах играет застенчивая улыбка. Альбина выглядит восхитительно в своём лёгком летнем платье. Забываю обо всём на свете, глядя на неё. Протягиваю ей пакет с фруктами, и она с восторгом принимает его.
— Боже мой, какие они красивые! Спасибо тебе огромное, — говорит она, заглядывая в пакет и радуясь, как ребёнок. — Проходи, пожалуйста, — приглашает она меня в квартиру.
— И это тебе, — из-за спины вынимаю букет нежно-розовых пионов, которые успел прихватить в ближайшей цветочной лавке.
— Ах, какие они потрясающие! — Альбина откладывает пакет фруктов на комод и берёт из моих рук букет, прикасаясь своими тонкими пальчиками моих. И не отпускает. Замираю, чувствуя лёгкое покалывание в кончиках пальцев. Её прикосновение обжигает, заставляя сердце биться ещё сильнее. Вдыхаю аромат её духов – нежный, цветочный, слегка сладковатый – и окончательно теряю голову. Хочется обнять её, прижать к себе и никогда не отпускать. Но сдерживаюсь, зная, что нельзя. — Проходи, — кивает в сторону гостиной.
В квартире Альбины уютно и светло. В гостиной уже накрыт стол, и по комнате разносится аромат свежей выпечки. Альбина суетится вокруг, наливает чай, раскладывает фрукты в вазочку. Наблюдаю за ней и не могу налюбоваться. Она такая, красивая, такая домашняя, такая настоящая. Мы впервые наедине, и это сильно будоражит.
— Ой, забыла цветы поставить в воду. Я сейчас, — и скрывается на кухне. Пока Альбины нет, я встаю со стула и подхожу к стеклянной горке, где стоят телевизор и различные фотографии в рамках. На одной Альбина в подростковом возрасте, где-то на отдыхе среди гор. На другом она выпускница школы, а вот на другом ей уже около двадцать и на ней изящное вечернее платье. В нём она выглядит эффектно, выделяя аппетитные формы фигуры.
Зависаю на фотографии, рассматривая детали. Она пленит меня целиком, даже несмотря на дерзкий вырез платья, дразнящий воображение и нашептывающий загадку: что скрывается под этим шёлком?
И моя фантазия разгорается не на шутку, когда слышу, как Альбина возвращается. Ставлю рамку на место и поворачиваюсь к ней, но здесь происходит коллапс. Мы сталкиваемся с Альбиной, и ваза с водой проливается на мою рубашку и на неё.
— Ох, какая же я растяпа! — она оставляет вазу на стол и бежит в сторону кухни и уже возвращается с полотенцем. — Булат, садись на стул, я сейчас вытру, — и принимается быстрыми движениями вытирать моей груди, затем ниже.
А я зависаю, боясь пошевелиться. Потому что, если я это сделаю, произойдёт непоправимое...
Я отчётливо вижу сквозь мокрый материал платья, её тёмные ореолы сосков, которые острыми горошинками выступают через ткань. Сглатываю. Желание накрывает с головой, и я не в силах больше сдерживаться. Но Альбина продолжает вытирать мои брюки. И она не подозревает, что моё желание выпирает в паху, задевая своими пальцами. Хватаю её руку, останавливая движения. Мы оба замираем, смотря друг другу в глаза. Её ладонь застывает на моём причинном месте и до неё доходит, что происходит со мной. Сначала её глаза расширяются, затем стекленеют. А её щёки покрываются румянцем, и она опускает взгляд вниз, на место преступления. Я чувствую, как под пальцами девушки пульсирует моя кровь, и это сводит меня с ума.
— Альбина, — шепчу я, чувствуя, как пересыхает во рту. — Ты сводишь меня с ума.
Она поднимает на меня свои огромные, полные желания глаза. И я тону в них, как в омуте. Не выдержав, наклоняюсь и нежно касаюсь её губ своими. Сначала едва ощутимо, словно боясь спугнуть её. Но она отвечает, и тогда поцелуй становится более страстным, требовательным. Я обнимаю Альбину за талию, притягивая ближе, чувствуя тепло её тела сквозь мокрую ткань платья. Альбина обвивает мои плечи руками, углубляя поцелуй.
На мгновение забываю обо всём на свете: о жене, об Ильдаре, о своих проблемах. Есть только мы вдвоём, и это чувство захватывает меня целиком. Отрываюсь от её губ, тяжело дыша, и смотрю в глаза девушки. В них плещется жажда и страсть.
— Альбина, я… — начинаю говорить, но она прерывает меня, прикладывая палец к моим губам.
— Не говори ничего, — шепчет она и сама набрасывается с поцелуем. О, Аллах, её губы словно мёд: мягкие, податливые. А прикасания — нечто незабываемое, отчего меня начинает трясти мелкой дрожью.
Её ладонь спускается туда, где уже готово взорваться, только от одного касания. Сжимает пальцами, заставляя меня стонать ей в рот.
Мы заведены настолько, что нас уже не остановить. И тут Альбина отстраняется, когда моя ладонь задирает её платье до пояса.
— Булат, нет, — она отходит к противоположной стене и стоит там, прислонившись спиной. Её грудь часто вздымается. И мне даже больно смотреть, как выделяются тёмные возбуждённые соски. — Нам пока нельзя. Только после никаха, — Альбина произносит эти слова сбивчиво, словно ей тяжело даётся это решение. А мне тяжело смотреть на неё... На себя и на то, что мы натворили. Стыд, вина и разочарование смешиваются в один ком, сдавливая горло.
— Прости, — тихо произношу, опуская голову. — Я не должен был…
— Нет, это я виновата, — торопится оправдаться.
— Альбина, иди переоденься, а то не могу контролировать уже себя, — закрыв глаза, отворачиваюсь от неё. И, правда, не могу совладать собой. Её вид сводит с ума. И совсем на грани, чтобы окончательно потерять контроль.
— Да, сейчас. Прости, — с этими словами скрывается в проёме. А я резко встаю, меряя помещение широкими шагами, чтобы остудить свой пыл.
Мой телефон оживает. Я достаю гаджет из кармана.
Звонит Ильдар.
Привожу дыхание в норму, чтобы поговорить с партнёром.
— Слушаю, — стараюсь говорить ровно, но голос предательски дрожит.
— Твоя жена дома. Можешь уже выдохнуть.
— Насчёт твоей выходки, я потом с тобой поговорю, — грубо ему отвечаю.
— Поговорим, не против, — ухмыляется.
— Булат, дорогой, может, поменяешь рубашку? — громко спрашивая, Альбина появляется в гостиной с какой-то футболкой в руках.
Ильдар замолкает, похоже, отчётливо услышав женский голос.
— Поговорим, когда будешь свободен, — с этими словами бросает трубку, оставляя меня в недоумении.
_______
От автора: Дорогие читательницы, спешу поздравить вас с замечательным праздником - 8 марта! Я желаю Вам всего самого наилучшего! Чтобы Ваши желания и планы исполнялись! Пусть ваши мужчины ценят, любят и дарят хорошее настроение!
Спасибо за ваш отклик и интерес к моим историям! Стараюсь вас всех радовать и заинтересовать) в честь этого праздника, некоторые книги сегодня продаются по привлекательным скидкам! Всем хороших выходных и приятного чтения!
Глава 16
Эльвира
Три часа назад
Выйдя из ресторана, я попятам следую за Ильдаром. Украдкой разглядываю его широкую спину и тёмный короткий затылок. Он высокий, по сравнению с Булатом и широк в плечах. Уверена, пропадает в спортзале.
Не успеваю отвести свой взгляд в тот момент, когда Ильдар оборачивается. Наши глаза встречаются. Мои щёки моментально вспыхивают. Молниеносно опускаю взгляд, позорно застигнутой за разглядыванием.
Меня накажет Аллах, за то, что я согласилась поехать и рассматривала чужого мужчину!
— Садись... тесь, — поправляет себя Ильдар, открыв переднюю пассажирскую дверь чёрной иномарки.
Я стою в ступоре, не зная, как правильно поступить.
— Можно я сяду назад?
Ильдар выгибает одну бровь. Поняв, чего я от него хочу, с ухмылкой открывает заднюю дверь. Поблагодарив мужчину, сажусь в машину. Сердце колотится просто на вылет, словно я совершаю преступление. Такой бездумный поступок я ещё ни разу не совершала в своей жизни.
Ильдар также садится и поворачивается ко мне.
— Куда едем?
— Мне надо на кладбище, который в районе восточного выезда из города.
Ильдар удивляется, но ничего не сказав, заводит машину и трогается с места.
Спустя пять минут нашего молчания, новый знакомый вдруг задаёт вопрос:
— Там кто-то похоронен?
Оторвав свой взгляд от окна, перевожу на Ильдара. Сосредоточенные глаза мужчины отражаются в заднем зеркале.
— Да, мои родители, — тихо отвечаю.
Он никак не комментирует, продолжая следить за дорогой.
Едем в тишине, лишь изредка нарушаемая шумом проезжающих мимо машин. Только и замечаю, что его телефон постоянно вибрирует. Ильдар игнорирует звонки. Подозреваю, что это может быть Булат. Я уже
Меня мучит совесть, что я заставила его везти меня на кладбище. Но мне так важно сейчас побыть там, поговорить с мамой, попросить у неё совета.
Наконец, приезжаем к пункту назначения. Ильдар паркует недалеко от главных ворот. Не дожидаясь хозяина автомобиля, сама открываю дверцу и выхожу.
— Спасибо, что довезли, — благодарю Ильдара, прежде чем закрыть за собой дверцу.
— Я с вами, — с этими словами он выходит из машины, ставя на сигнализацию.
Оторопев от заявления мужчины, спешу отговорить:
— Что вы! Не нужно меня ждать. Обратно на такси доеду.
— У меня здесь мать лежит.
Ловлю ступор, чувствуя неловкость. В замешательстве киваю, не зная, что ответить. Вместе направляемся к воротам кладбища. Могила родителей находится в глубине, поэтому иду медленно, внимательно рассматривая надгробные плиты.
— Тебе куда? — остановившись, спрашивает Ильдар.
— Мне прямо, — указываю рукой в направлении.
— Хорошо. Тогда встретимся у машины, — кивает мне на ворота, и вынимает из кармана жужжащий телефон.
Я соглашаюсь и ступаю дальше, только и слыша приглушённый голос Ильдара, отвечающего на звонок.
Наконец, дохожу до нужного места. Могила родителей ухожена, вокруг посажены цветы. Сажусь на скамейку возле ограды и долго смотрю на их фотографии, выгравированные на памятнике. Вспоминаю детство, их любовь и заботу. Слёзы сами собой текут по щекам. Мне так не хватает их сейчас, их мудрого совета и поддержки. Разговариваю с ними, вспоминая дни, когда мы были вместе. Смотрю на их лица и мечтаю, чтобы они оказались наяву. Обнять, поцеловать, почувствовать запах. Вспоминаю день их смерти, и меня начинает прорывать, тихо рыдая.
Свекровь меня постоянно ругала, если я плакала по ним. Говорила, что так я им не даю покоя, постоянно оплакивая. После её слов стала себя одёргивать, стараясь вспоминать только радостное с их участием.
Но сегодня просто не могу. Моя жизнь наполнилась тёмными днями, от которых я ощущаю себя одинокой и преданной. Меня все бросили. Создаётся ощущение, что я лишняя, ненужная. Это такой тяжкий груз, который тянет вниз, и я боюсь, что просто не выберусь.
— Мама, папа, мне так плохо, — шепчу, обращаясь к ним. — Я очень скучаю по вам. Вы единственные любили меня, чистой и искренней любовью. Как мне быть дальше? Что мне делать? Я боюсь себя потерять. Укажите мне путь, пожалуйста. Никогда бы не подумала, что близкий для меня человек, просто возьмёт и предаст. Это так больно, мама. Мне тяжело пережить эту боль, она меня съедает, оставляя уродливые и кровавые раны. Я хочу к вам! — с последними словами начинаю громко реветь.
Вдруг чувствую прикосновение к плечу. Вздрагиваю от неожиданности и оборачиваюсь. Передо мной стоит Ильдар с обеспокоенным взглядом.
— Всё хорошо? — обеспокоенно спрашивает, присаживаясь рядом со мной.
И я не могу ему ответить, слёзы душат, создавая огромный ком в горле. Пытаюсь что-то сказать, но выходит лишь невнятное мычание. Ильдар молча обнимает меня за плечи, прижимая к себе. Ощущая чужую поддержку, начинаю ещё больше плакать. Мне уже плевать, как я выгляжу в его глазах, просто необходимо выплеснуть всю боль и горечь, что копились все эти про́клятые дни.
Я не знаю, сколько времени мы так просидели. Мне просто хорошо и спокойно рядом с этим человеком. Он не задаёт лишних вопросов, не осуждает и не даёт советов. Просто сидит рядом. Постепенно успокоившись, я отстраняюсь от него, вытирая мокрые от слёз глаза.
— Спасибо, — тихо произношу я, чувствуя, как мои щёки снова заливаются краской. — Мне стало легче.
Ильдар кивает, убирая руки с моего плеча. Посмотрев на могилу родителей, я встаю со скамейки. Нужно уже уходить. Здесь я получила то, что хотела. Немного облегчения и надежду на будущее. На душе стало немного светлее. И словно камень с сердца упал.
Попрощавшись с родителями, направляюсь к выходу, чувствуя рядом шаги Ильдара. В молчании доходим до машины. Перед тем как сесть в салон, я поворачиваюсь к нему. — Спасибо ещё раз. Вы мне очень помогли.
Ильдар улыбается.
— Всегда рад помочь. Поехали, отвезу тебя домой.
Он незаметно перешёл на неформальное обращение. Меня это никак не расстраивает. Если честно, всё равно. В моей душе сейчас штиль и апатия. Я хочу прилечь в кровать и уснуть беспробудным сном.
Всю дорогу до дома мы молчим. Благодарна Ильдару, что не стал ни о чём расспрашивать. Не уверена, что смогла бы сейчас поддерживать разговор.
Останавливаемся возле дома родителей Булата. Я не тороплюсь выходить, молча наблюдая за зданием, некогда ставшего родным домом. Но сейчас он стал чужим. И я отчаянно не хочу туда возвращаться. Внутренний голос кричит и противится.
— Эльвира, — отвлекает от раздумий мужской голос.
— Ой, извините, совсем задумалась. Ещё раз спасибо, что свозили меня к моим родным, пусть и уже давно умершим. — спохватившись, тараторю благодарность за помощь.
— Не стоит благодарности, — отвечает Ильдар, с интересом наблюдая за моим смятением.
Открываю дверцу и только хочу выйти, он окликает:
— Эльвира, — замираю на месте, смотря на него вопросительно. — Если тебе нужна будет помощь, обращайся. Я с удовольствием помогу, — он говорит так многозначительно, что я даже теряюсь.
Предложение малознакомого мужчины застаёт меня врасплох. Ничего не ответив, выхожу из машины, направляюсь к дому, где на крыльце уже стоит свекровь, наблюдая за развёрнутой сценой.
А ещё, как я и предполагала, меня вечером ожидает допрос Булата...
______
Листаем дальше, там визуал)
Визуализация
Вот теперь представляю вам визуализацию Альбины и Ильдара))
Валиуллина Альбина Юлаевна (22 года).
Давлетов Ильдар Рамазанович (32 года).
Глава 17
Булат
— Ты ничего не хочешь рассказать?
Как только приехал домой, прямиком поднялся в нашу с Эльвирой спальню. Она опять лежит на кровати, отвернувшись ко мне спиной. Я всем нутром чувствую: она не спит.
— Эльвира, — с нажимом окликаю её.
— Что тебе от меня надо? — отвечает охрипшим голосом.
Я обхожу кровать, чтобы она смотрела мне в лицо.
— Какого чёрта ты сегодня вытворила? Где была? — проговариваю сквозь зубы. Но она смотрит мимо меня, даже сквозь меня, совершенно не реагирую. И меня это начинает бесить. Хочу встряхнуть её, чтобы прекратила так себя вести.
— Это не твоё дело, — бесцветно проговаривает.
— Эльвира! Ты моя жена! Как это не моё дело?! — взбесившись, наклоняюсь к ней, схватив её за запястье. — Как ты объяснишь, что ты уехала с Ильдаром? Что у вас с ним? — рычу на неё, вспомнив, как фантазировал Ильдара в объятиях моей жены.
— Он мой второй муж, — отдёргивая свою руку, Эльвира с вызовом выплёвывает мне в лицо.
— Не зли меня! — я не на шутку злюсь. Во мне всё кипит. Я с силой сжимаю её руку, чувствуя, как дрожит тело жены. Внутри меня бушует ураган эмоций. Ревность, злость, непонимание — всё смешалось в один огромный клубок.
— А что, не нравится? Примешь моего второго мужа? Ты же мудрый и понятливый, должен войти в моё положение, что я хочу другого мужчину, — её рот кривится в злобной ухмылке.
— Заткнись! — моя ладонь машинально взмахивает, рассекая воздух, но вовремя останавливаюсь у самого лица жены. Меня трясёт до такой степени, что я готов ударить жену.
Никогда со мной такого не было. Это впервые. Мы в принципе не ругались так, как сейчас. И я понимаю, что могу перегнуть палку.
Сжимаю ладонь в кулак, чтобы утихомирить своё желание.
Эльвира сначала пугается, но потом смотрит со всей ненавистью и отвращением.
— Ударишь? Так ударь, — глаза жены горят, бросая вызов.
— Не выводи меня, Эльвира. Иначе я себя не контролирую, — цежу сквозь зубы.
— И ты считаешь, что я не чувствовала того же самого, когда объявлял о женитьбе на своей любовнице?
Я молчу, не зная, что ответить.
— Это другое, матурым. Поверь, всё будет как прежде. Между нами ничего не изменится. Как ты это не поймёшь...
— Замолчи, Булат. Просто замолчи, — в её глазах собирается влага. — Я тебя больше видеть не хочу. Придёт день, я уйду. А там уже заводи хоть две, хоть три жены. Мне будет плевать подальше от тебя. Мы скоро разведёмся и станем друг другу никто. НИКТО, понимаешь?
— Я тебя никуда не отпущу, даже не надейся.
В меня вселяется шайтан, я налетаю на неё, сгребая в свои объятия. Жизни не представляю без неё. Как она может говорить, что уйдёт от меня?
Хаотично целую её лицо, особенно хочу поймать чувственные губы, по которым уже успел соскучиться. Эльвира изворачивается,
— Отпусти меня, Булат! Мне противно! — кричит она, пытаясь вырваться из моих объятий. Но я не слушаю, продолжая осыпать поцелуями.
Её слова ранят меня, как кинжал в сердце. Противно? Как она может так говорить? Я же люблю её! Разве она не чувствует моей любви?
Не в силах больше сдерживаться, я сжимаю Эльвиру в объятиях, ещё сильнее, прижимая к себе. Она бьётся в моих руках, как птица в клетке, но я не отпускаю. Я должен доказать свою любовь супруге, показать, как дорога мне.
Как же по ней соскучился за эти дни. Моё тело моментально реагирует на её близость. Я хочу пробраться под её халат, но Эльвира ловит мои пальцы, сжимая их и не позволяя пробраться.
— Я буду кричать. Твои родители не останутся в стороне, прибегут сюда.
— Кричи, — шепчу ей в губы, не обращая внимания на её угрозы. — Мне всё равно. Я хочу тебя, — продолжаю свои действия.
— Уйди-и-и. От тебя воняет другой женщиной. Уйди, прошу, умоляю, — она начинает плакать и с каждым разом сильнее и сильнее.
Меня будто окатывает ледяной водой. Отстраняюсь, заглядывая Эльвире в лицо.
— Матурым, прости, — хочу обнять, но она резко отстраняется, пятясь к изголовью кровати. Смотрит как на чужого. Глаза расширенные и красные, полные слёз.
Аллах, что я натворил с ней?
Встаю с кровати, запуская ладонь в волосы, тяжело дыша.
— Прости, — всё, что могу сказать в своё оправдание.
— Выйди из спальни, — хрипит она не своим голосом.
— Хорошо, я уйду. Но я завтра с тобой поговорю, Эльвира. Нам надо это обсудить, — ухожу из спальни, закрыв за собой дверь.
Спускаюсь на первый этаж, где меня наверняка уже ждут родители. Так и есть. Мама сидит в кресле, нервно теребя платок, а отец стоит у окна, скрестив руки на груди.
— Что у вас случилось? — спрашивает отец, как только я захожу в гостиную.
— Ничего особенного, просто повздорили немного, — пытаюсь отмахнуться, но понимаю, что им не расскажешь.
— "Немного"? Мы слышали, как Эльвира кричала, — возмущается мама. — Неужели нельзя поговорить спокойно? Что вообще произошло?
— Мам, пап, всё хорошо, правда. Разберёмся, — говорю, стараясь убедить их.
— Булат, ты уверен? Эльвира такая и спокойная, её нелегко вывести из себя, — продолжает давить мама.
— Уверен, мам. Идите спать. Завтра будет новый день. Всё наладится, — уверяю их, надеясь, что мои слова сбудутся.
— в понедельник суд? — строго спрашивает отец, прищурившись, смотрит с подозрением.
— Да.
— Эх, Булат, Булат... — качает головой, осуждая мой ответ. — Пути назад не будет. Подумай хорошенько.
— Я подумал уже. Зачем тысячу раз об этом говорить? — раздражительно выговариваю.
Перед глазами вспыхивает образ Альбины, напоминая о себе и, что скоро будем вместе.
— А если Эльвира не согласится на развод, что будешь делать?
— Согласится, — бурчу. — Она уже сама готова от меня избавиться.
Так, я думал, пока в понедельник не дал ей документы на подпись...
Глава 18
Эльвира
Воскресное утро я провожу в своей спальне, не пытаясь даже выйти наружу. Булат оставил попытки вывести меня из зоны комнаты, почти каждый вечер, стучась и не получая результата.
Я прекрасно осознаю, что вечно здесь не просижу и надо чем-то себя занять. Как только вижу, что муж уезжает из дома, тогда только предпринимаю попытки выйти из своей блокады.
Так и воскресным утром, наблюдаю в окно, как Булат и свёкор садятся в автомобиль, покидая территорию дома. Я выхожу из комнаты и прямиком направляюсь на кухню.
Свекровь, как всегда, колдует над плитой. Увидев меня, она искренне радуется моему появлению и начинает кормить меня, чем только можно.
Я уважаю своих свёкров, они никогда и ничего плохого мне не сделали. Но меня всё равно гложет обида, что они не дали категорический отказ на поступок их сына. Если свёкор ещё делал попытки, то свекровь молчит, не отговаривая сына от безбашенных действий.
— Ешь, доченька. Тебе надо хорошо питаться. Если вдруг ты беременна, то ребёночку нужно для правильного развития.
— Я не чувствую себя беременной, мама. Я читала в интернете, что должно сопровождаться головокружением, чувствительная грудь. Ничего этого у меня нет.
— А менструация, токсикоз?
— Так, менструация у меня всегда нерегулярная. А токсикоз... Пару раз тошнило, когда я сильно перенервничала с... — замолкаю. Думаю, свекрови и так понятно из-за кого перенервничала.
— Всё равно, может, просто рано ещё для симптомов. Когда вам ехать к врачу на проверку? — свекровь замирает с чашкой чая, ожидая моего ответа.
— На следующей неделе.
— Надеюсь, до суда, — негромко бубнит мама.
— До какого суда? — непонимающе переспрашиваю.
— Ай, неважно, — отмахивается.
— Вы про развод?
Она не отвечает, а стыдливо отводит взгляд.
— А я всё равно не буду жить с вашим сыном, уж простите меня. После всего, даже наличие ребёнка нас не спасёт. Во-первых, Булат настроен решительно жениться на этой... Альбине, — коверкаю имя девушки, которую ещё даже ни разу не увидев в глаза, я уже ненавижу. - Во-вторых, я ему никогда не прощу этого.
Свекровь ахает и торопится оправдаться:
— Килен, прошу, не говори так. Я всегда буду за тебя. И не хочу даже слышать о вашем разводе. Ты для меня как родная дочь, и я счастлива, что у моего сына такая жена.
— Так, почему вы не отговариваете сына?
Она пожимает плечами, вздыхая тяжело. Ей нечего ответить, потому что не может идти против мужского решения. Так, воспитывали её родители.
Нас отвлекает звонок в домофон, где охранник сообщает о прибытии гостей. Свекровь выходит из кухни, чтобы встретить нежданных гостей, а я остаюсь допивать свой чай, задумываясь над нашим разговором.
Я понимаю её. Булат всё-таки родной сын для свекрови, но всё-таки должна хотя бы преподать наставление. Но нет, она предпочитает засунуть голову в песок и делать вид, что её это не интересует. Мне интересно, если бы свёкор также сообщил о второй жене, тоже бы молча приняла сей факт?
— Как у вас здесь красиво и со вкусом всё устроено, — слышу женский голос из прихожей. — Залифа, у вас просто рай, — восхищается гостья.
По голосу я не узнаю́, кто именно там пожаловал. Поэтому иду глянуть, кого принесла нелёгкая.
В холле застыли две фигуры: одна – зрелая дама, возрастом схожая с моей свекровью, другая – юная незнакомка. Девушка очень красивая, а её волосы это нечто — цвета воронова крыла, рассыпаны по плечам, словно струящийся водопад из чёрного шёлка. Незнакомка, увидев меня, впивается тёмным взором, рассматривая с особым пристрастием.