Заложница. Между прошлым и настоящим

Затем его взгляд скользнул по её пышной груди, где её соски чётко выделялись от лёгкого возбуждения, вызванного его вниманием.

В этот момент он почувствовал, как его тело предательски отреагировало на её внешность, и это ощущение заставило его член напрячься, словно он ждал освобождения.

Сделав шаг к мужчине, Энджи опустилась на колени рядом с ним и аккуратно расстегнула ширинку.

Обхватив ладонями его твердый орган, она начала медленно его ласкать, нежно сжимая и поглаживая, постепенно усиливая давление. Её прикосновения были чувственными, заставляя мужчину закрыть глаза от удовольствия. Она коснулась языком его головки, слегка облизывая её поверхность, постепенно усиливая давление и погружаясь в процесс всё глубже. Дыхание Макса участилось, а тело начало реагировать на её ласки. Её движения становились всё более страстными, она начала исследовать каждый уголок его тела, даря ему невероятное удовольствие. Мужчина чувствовал, как напряжение внутри него нарастает, и это усиливало её желание продолжать. Энджи приподнялась, и её губы прильнули к губам Макса, словно желая выпить его до дна. Их языки начали свой танец, всё больше и больше увлекая друг друга в водоворот страсти.

Когда воздух в лёгких закончился, их дыхание стало прерывистым, как будто они находились под водой и теперь пытались вдохнуть как можно больше воздуха. Мужчина резко развернул девушку спиной, и его ладонь оставила на её ягодицах лёгкий, но в то же время мощный шлепок. Мышцы Энжди заныли от приятного ощущения.

Не раздумывая, Энджи раздвинула свои стройные ножки и поставила ступни на скамейку. Её ладони упёрлись о поверхность деревянной скамьи. Макс провёл своим внушительным органом по влажной плоти девушки, и она взвыла от удовольствия. С каждым движением, он ощущал, как её горячая норка обволакивает каждую вздутую вену, а она медленно опускалась вниз, наслаждаясь каждым моментом. Сильные мужские руки обхватили её грудь, сжимая пухлые соски, давая понять, что нужно усилить движения. В этот момент, наполненный блаженством, девушка мельком взглянула на маленькое запотевшее зеркало, висевшее на стене. Её отражение, выпучив глаза, с недоумением наблюдало за происходящим:

«Что ты делаешь? Останови немедленно это безумие! Я ведь его совсем не знаю. — со слезами на глазах воскликнула Эва, стуча по зеркалу».

Однако Энджи лишь дьявольски улыбнулась и, запрокинув голову назад, наслаждалась этим моментом.

«Я ненавижу тебя, ты словно воплощение зла! Выпусти меня отсюда!» — продолжала кричать Эва, рыдая и задыхаясь от слёз.

Энджи не обращала на это внимания, и вскоре образ Эвы исчез из её сознания.

Она лежала на кровати и нежно касалась татуировок Макса, проводя пальцами по его телу.

— Что привело такого человека, как ты, в эту глушь? От кого ты прячешься? — поинтересовалась девушка, лукаво прищурившись и покрывая поцелуями его грудь.

Макс взглянул на неё и убрал с её лица прядь волос.

— Я прячусь здесь от своего прошлого, — хмуро ответил он, минуту спустя. — о котором не люблю вспоминать.

— Как любопытно? — усмехнулась Энджи. — И что же там было такого ужасного? Ты раскроешь этот маленький секрет?

Макс посмотрел на неё внимательно и ответил:

— Если ты раскроешь свой. Когда ты пришла в себя, ты была такой застенчивой, скромной, словно нежный цветок. А теперь ты совсем другая.

На лице Энджи появилась ироничная улыбка, она слегка скривила губы и наклонилась к его уху, прошептав:

— А какие девушки тебе нравятся больше? Те, что спокойны, или те, что могут всё вокруг себя сжечь?

— Мне нравятся те, кто говорит правду, глядя в глаза, — ответил Макс и не боится последствий от этой правды.

«Не говори ему правду! Завтра я уйду отсюда и больше никогда его не увижу. Прошу тебя, молчи», — раздался голос Эвы.

Энджи украдкой взглянула на стеклянную дверь, где её отражение выглядело умоляющим и плачущим:

— Моя правда в том, — она приторно улыбнулась и прильнула к мужчине, — что мой муж оказался настоящим козлом, а подруга — отвратительной мерзкой особью. Будь моя воля, я бы их обоих задушила собственными руками, — в голосе Энджи слышалась неприкрытая ненависть. — А вообще, я бы хотела остаться здесь навсегда, где никто тебя не найдёт и где можно быть самим собой, — добавила она.

Рано утром Эва стояла у обеденного стола, держа в руках кружку горячего кофе. Её мысли были заняты событиями вчерашнего дня, и она не могла найти выход из сложной ситуации, которая её охватила.

«Мне нужно как можно скорее вернуться домой, поговорить с…» — она на мгновение замолчала, проглотив ком в горле, и продолжила:

«С бывшим мужем и сказать ему, что я хочу развода».

«Наконец-то! Я уже думала, ты и не вспомнишь об этом! — усмехнулось отражение Эвы в железном чайнике. — Я бы его ещё и кастрировала, а Рокси посадила бы на кол, чтобы она не лезла к чужим мужчинам, — сказала Энджи с ядом в голосе, пристально глядя на Эву.

— Замолчи, ты своей вчерашней выходкой мне и так полжизни испортила! — Эва произнесла это с таким презрением, что её голос эхом разнёсся по комнате, словно раскат грома. — Я не собиралась кувыркаться с этим Максом. Ты понимаешь, что ты наделала? Ты опозорила меня! Перед всеми, перед самой собой! — её голос дрожал от гнева, но в нём звучала и горечь, которую она не могла скрыть.

В глазах Энджи сверкали искры, как молнии. Она сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони, оставляя следы.

А голос Эвы становился более резким, почти шипящим:

— Ты хоть представляешь, как низко ты пала? Как ты могла так поступить со мной? С нами? С нашим именем?

Энджи тяжело дышала, её грудь вздымалась от гнева. Она смотрела на Эву с такой ненавистью, что казалось, будто её глаза могут прожечь дыру в её душе. Её голос дрожал от смеси ярости и боли, и она продолжала, не в силах остановиться:

— Ты хоть понимаешь, что теперь нам придётся жить с этим позором? Что все будут говорить о нас? Что скажут наши родители? Наши друзья? Как мы будем смотреть им в глаза? Как мы будем улыбаться и делать вид, что всё в порядке?

Эва замолчала, её голос стих, но в комнате всё ещё висело напряжение. Она смотрела на своё отражение с такой злобой, что казалось, будто она готова разорвать её на куски. Её дыхание было тяжёлым, а лицо искажено от гнева и боли. Она была готова продолжать, но в этот момент дверь открылась, и в комнату вошёл Макс.

Он замедлил шаг и с подозрением посмотрел на Эву:

— С тобой всё в порядке? — спросил он.

Эва вздрогнула от неожиданности и резко повернулась к мужчине, нервно щёлкая пальцами.

— Да… Просто мысли вслух, — ответила она и отвернулась, залпом допивая остатки кофе, чтобы смочить пересохшее горло.

Макс подошёл к девушке и положил руки ей на плечи, нежно массируя их и шепча на ухо:

— Ты какая-то напряжённая, Энджи.

Девушка сбросила его руки и, развернувшись, дала ему пощёчину.

— Не называй меня этим дурацким именем! И вообще не трогай меня!

Макс немного опешил от этого действия, его лицо исказилось от гнева. Он яростно посмотрел на Эву, его глаза горели неистовой злобой. Он размял челюсть, пытаясь сдержать эмоции, но внутри него бушевал ураган.

Мужчина резко схватил её за руку, развернул спиной и прижал к поверхности стола. Его движения были грубыми, почти жестокими. Эва почувствовала, как её сердце забилось быстрее, а дыхание стало прерывистым.

— Кажется, тебе не хватило вчерашнего сеанса «психотерапии», — голос Макса прозвучал с такой волчьей яростью, что Эва испугалась за себя. Она почувствовала, как её тело дрожит от страха и беспомощности.

Он провёл рукой между её ног, и Эва дёрнулась от его прикосновений. Её тело сопротивлялось, но она понимала, что не может вырваться. Она почувствовала, как её сердце разрывается на части.

— Не надо, — умоляюще прокричала она на весь домик, её голос дрожал. Она попыталась оттолкнуть его, но он был слишком силён.

Эва пихнула его локтем, но он потерял бдительность лишь на мгновение. Она схватила кухонный нож, который лежал на столе, и направила его на него. Её руки дрожали, но она крепко держала рукоять, пытаясь придать себе уверенности.

— Я просто хочу уехать отсюда, — со слезами проговорила она, размахивая ножом. Её голос был хриплым от страха и отчаяния.

Макс смотрел на неё, его глаза были холодными и безжизненными. Он протянул руку, чтобы она вернула ему нож.

— Эва, дай-ка сюда нож, — спокойно ответил он, глядя ей в глаза. — Ещё случайно ранишь себя. Это тебе не игрушка.

Эва посмотрела на нож в своей руке. Она знала, что не сможет причинить ему серьёзный вред, но это было её единственным шансом. Она почувствовала, как слёзы текут по её щекам.

— Макс, пожалуйста, — прошептала она, её голос был полон мольбы. — Я просто хочу уехать.

Он медленно протянул руку, чтобы забрать нож. Эва крепче сжала рукоять, её пальцы дрожали. Она почувствовала, как страх и отчаяние переполняют её.

«Боже, Эва, ты на глазах меняешься. — Энджи рассмеялась. Эва метнула взгляд на чайник, её руки задрожали. — Только вот ты не перед тем человеком ножом размахиваешь», — добавила Энджи, её голос эхом отдался в голове Эвы. Она почувствовала, как внутри всё сжалось.

Макс продолжал холодно наблюдать за Эвой, его взгляд был прикован к её дрожащим рукам, сжимающим нож. Он заметил, как она вдруг застыла, словно прислушиваясь к чему-то внутри себя. Её глаза на мгновение остекленели, и она медленно повернулась в сторону чайника.

Его голос прозвучал грубо, как удар хлыста:

— Только не вздумай бросить в меня горячий чайник, Эва.

Она моргнула, и её взгляд снова стал осмысленным, но в нём промелькнуло что-то странное. Эва почувствовала, как её глаза наполнились слезами.

— Что я делаю? Я ведь не такая! — ревя, проговорила она, глядя на свои дрожащие руки. Её голос срывался, и она не могла сдержать рыдания.

Макс сделал шаг к ней. Его глаза были холодными, как лёд. Он выхватил нож из её рук, его движения были резкими и точными.

— Если кишка тонка, чтобы убить человека, то никогда не поднимай на него оружие, — процедил он сквозь зубы. Его голос был низким и угрожающим.

Эва почувствовала, как её сердце сжалось от боли. Она знала, что он прав. Она не убийца.

— Хочешь уехать, хрен с тобой, Эва, — продолжил Макс, его голос был ледяным. — Я посажу тебя в лодку. Подожди меня на улице.

Эва молча кивнула, её глаза были полны слёз. Она медленно вышла из комнаты, чувствуя, как её ноги стали ватными.

«Я схожу с ума! Что с тобой происходит, Эва? Я только что могла убить человека! Я сумасшедшая!» — прошептала она, вытирая слёзы.

Её голос дрожал, а сердце колотилось, словно готово было вырваться из груди. Она остановилась около сломанного, разобранного внедорожника Макса.

«Эва, ты не сумасшедшая. Тебе просто необходимо принять себя такой, какая ты есть, — раздался голос Энджи в стекле водительской двери. Но на этот раз в её голосе звучала угроза. — Я тебе не враг, Эва, я часть тебя».

Эва обернулась, её взгляд метнулся к разбитому окну, в которым стояла Энджи. Её отражение в стекле казалось искажённым, почти демоническим. Глаза Энджи сверкали холодным, безумным блеском, а её голос звучал как эхо из прошлого.

— Это не я, — прошептала она, её голос дрожал. — Это не я.

— Добрый день, девушка, — раздался знакомый голос за спиной Эвы. Она замерла, не веря своим ушам.

«Тайлер?»

Эва медленно повернулась на голос. Перед ней в нескольких метрах стоял брат её мужа. А рядом с ним ещё четверо парней, они все выглядели так, словно пришли поохотиться в этих лесах.

Вечно весёлый Тайлер, который был душой любой компании, выглядел абсолютно серьёзным. Он смотрел на Эву с таким взглядом, словно видел её в первый раз. В его глазах читалась смесь любопытства и чего-то ещё, что заставило её сердце сжаться от страха.

— Эва, — окликнул её Макс, который тут же появился на крыльце домика, держа дробовик наготове. Его лицо было напряжено, а взгляд — пронизывающим. — Зайди в дом, — приказал он, не сводя глаз с незваных гостей.

Эва почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она не стала спорить и поспешила внутрь, стараясь не оглядываться на Тайлера, чей кровожадный взгляд, казалось, проникал ей в душу.