Королева на синей линии

ОБЫКНОВЕННОЕ УТРО

– Тяф! Тяф! – сквозь сон я слышу, как на улице тихонько потявкивает Дэн.

– Мальчики, кто-нибудь, откройте собаке дверь! – кричит мама, – Арсен, Арсе-е-е-н, просыпайся! – а это уже обращено ко мне. По лестнице, ведущей на второй этаж, легонько стучат каблучки маминых тапок, она распахивает дверь в мою комнату.

– Арсёнок – поросёнок! Пора! – мама щекочет меня кончиками пальцев, я стараюсь зарыться поглубже в одеяло и оттуда сонно хрюкаю:

– Хр-р, хр-р!

А мама выдёргивает меня из тёплого укрытия, закидывает себе на плечо, как пещерный человек добычу, и уже бежит вниз по лестнице.

Внизу мы врезаемся в папу, он только что вышел из ванной и поглаживает чисто выбритый подбородок.

– Так! Опять спортсмена на руках несут фанаты? – интересуется папа.

– Нет! – сурово отвечает мама. – Я поймала замечательного поросёнка и собираюсь приготовить из него отличное жаркое! – мама не выдерживает и смеётся.

– Ну уж нет, отменное жаркое получается только из молочных поросят! А это настоящий кабан, тащи его лучше на студень, да смотри не надорвись! – включается в игру папа.

– Хотим кашу! Хотим кашу! Хотим кашу! – раздаются вопли из столовой, сопровождаемые бренчанием ложек. Так обычно начинается субботнее утро в нашем доме.

Папа сгружает меня с маминого плеча, и я опрометью бегу в ванную умываться. Иначе каши может и не хватить!

Пока все с аппетитом уплетают завтрак, я расскажу вам немного о своём семействе.

Семья у нас большая. Папу зовут Павел, а точнее, почти все зовут его Павел Валентинович, потому что наш папа – тренер по общей физической подготовке, сокращённо ОФП. Папа очень сильный и может раз двадцать подтянуться на турнике и, наверное, стопицот раз отжаться от пола. Однажды я пробовал сосчитать, но сбился после ста, потому что я ещё не хожу в школу и хорошо считаю только в пределах сотни. Но, зато, прекрасно читаю, и мама утверждает, что это её заслуга.

Наша мама – волшебница. Так считает папа, а на самом деле она художник и занимается дизайном интерьеров квартир и загородных домов. Поэтому у нас самый лучший в мире дом! Я всегда об этом говорю маме, а она целует меня в макушку и смеётся. Маму зовут Оля. Она высокая, добрая и очень красивая!

Чаще всего всё семейство собирается на первом этаже, в нашей столовой. Где стоит огромный обеденный стол, а с обеих его сторон располагаются широкие, крепкие лавки. Мама сидит за столом спиною к плите и поближе к холодильнику. Так ей удобнее. В любой момент она может достать из холодильника очередную баночку сметаны или пакет молока. Папино место – напротив мамы, на другой лавке. Когда мы всей семьёй играем в настольные игры, мы называем противоположную лавку – «лавка соперника».

Рядом с папой всегда сидит Пал Палыч – это мой старший брат. Вообще, друзья зовут его чаще Палыч или Паштет, но домашние с самого детства называют его Пал Палычем. И он, конечно, втайне этим гордится. Пал Палычу семнадцать лет, он лыжник и, как говорит папа, здоровый конь.

 По правую руку от Пал Палыча сидит Костик – мой второй старший брат. Ему двенадцать лет. Раньше он был средним братом, но когда родилась Светочка, я спросил у мамы:

– Можно я теперь буду не младший брат, а средний?

А Костя спросил:

– А я тогда какой?

– А ты будешь второй старший?– предложил я. Костя подумал, что старшим, хоть и вторым, быть выгоднее, чем средним, и согласился.

У Кости очень много домашних прозвищ: если он что-нибудь ломает, его называют «Костоломом», а когда съедает всю еду из холодильника – «Костаньедом». Пал Палыч часто зовёт Костика «Костапалыч». А Светочка, наша младшая сестричка, раньше, когда не выговаривала букву «С», звала его «Котя», а себя называла «Вета».

Костя совсем необидчивый, мама говорит, это потому, что у него лёгкий характер. А ещё он очень ловкий и может в любой момент поймать теннисный мячик или яблоко. Надо только перед броском крикнуть:

– Лови! – и тогда Костя обязательно поймает, причём неважно, ест он в это время суп или решает примеры по математике. Это потому, что он хоккейный вратарь и у него молниеносная реакция. Папа говорит, что развивал в Косте ловкость с пелёнок.

Напротив Костика за столом сидит Светочка. Раньше на этом месте сидел я, но когда у Светочки начались проблемы с супом, мы пересадили её напротив Кости. Костик отвлекал Свету, жонглируя мячами (это умеют делать все вратари), Светка восхищённо открывала рот, а я запихивал ей ложку с супом и кричал:

– Гол!

Светочка сидит на специальном деревянном креслице, которое сконструировали для неё по маминому проекту. Папа просверлил в лавке отверстие, в которое вставляется Светкин трон и закрепляется снизу специальным винтом.

Моё место теперь между Светой и мамой, напротив Пал Палыча.

Меня, как вы уже, наверное, догадались, зовут Арсен, все частенько сокращают моё имя и зовут меня коротко: Арс, а мама иногда (по старой памяти) называет Арсёнок-поросёнок. Дело в том, что когда я был совсем маленький, то просто обожал сказку «Три поросёнка». Как-то раз мама тискала меня и приговаривала:

– А кто тут у нас такой хорошенький?

Я хохотал и отвечал:

– Это я, Арсёнок-поросёнок!

Подошёл Пал Палыч и спросил: – Если ты Арсёнок-поросёнок, то я тогда кто?

Мама рассказывает, что я задумался на секунду и ответил: – А ты – большая свинья!

Все долго смеялись.

Сейчас мне шесть с половиной лет, но, по словам деда, выгляжу я гораздо старше, «на все девять с хвостиком». С трёх лет я занимаюсь хоккеем, как и мой второй старший брат Костя. Только я не вратарь, а полевой игрок, а точнее – нападающий. Потому что я очень быстро бегаю и люблю забивать голы. Ну а кто не любит?!

Когда я был поменьше, мы с папой играли в ракету – папа подбрасывал меня высоко в воздух и кричал:

– Ракета «Арс», лети на Марс! – и, конечно, всегда ловил. Это было весело и не страшно.

Сейчас папа запускает в космос Светочку. Ей он кричит:

– Света-ракета! Достань с Луны конфету!– и Светочка смешно тянет ручки вверх, как будто и правда может достать конфетку с неба. Папа говорит, что это полезно для вестибулярного аппарата.

Я, конечно, не сразу запомнил такое сложное слово, и несколько раз переспрашивал у папы, что он там пытается развить внутри у Светочки. Но зато теперь даже выучил, как оно пишется. Это всё благодаря дедушке. Он научил меня запоминать сложные слова интересным способом. Нужно сначала поделить длинное слово на части, вот так: «Вести» – это газета, которую читает дедушка, «Буляр» – башкирское племя, а дальше, как говорит папа – «дело техники», остаётся только снова составить их воедино.

Нашей Светке сейчас два годика, и папа часто дразнит маму:

– Ну что, через годик – отдадим на хоккей?

А мама подносит к голове левую ладонь, складывает её в виде пистолета, резко разгибает большой палец, делая вид, что стреляет и говорит:

– Пдыщь! Только через мой труп! – и они оба смеются.

С одного торца обеденного стола у нас стоит бабушкино высокое красное кресло, а с другого – дедушкино – синее. Так получилось, что у нас на всех остались один дедушка и одна бабушка. Самое интересное, что их обоих зовут Валями. Мамину маму зовут Валентина Сергеевна, а папиного папу – Валентин Петрович.

Раз в неделю у папы бывает выходной, и тогда родители устраивают себе отдых от детей, то есть от нас, и за нами присматривают бабушка или дедушка, или оба вместе. Родители называют это «Валентинов день». Папа обычно берёт билеты в театр или на концерт, а иногда они просто едут гулять, идут в кино и балуют себя мороженым или варёной кукурузой.

Я всегда немножко завидую им. А дедушка Валя говорит:

– Ваши родители такие дружные и весёлые, потому что умеют вовремя отдохнуть от детей и отвлечься от забот.

Дедушка Валентин у нас тоже весёлый и добрый. И очень нас всех любит. Особенно Светочку.

Сначала я ревновал и возмущался:

– Дедушка, ну за что ты её так любишь? Она же только пищит и писает в подгузники!

А дедушка говорил:

– Ты даже не представляешь, Арс, как нам повезло, что в семье родилась такая хорошенькая принцесса! Любите её и защищайте всегда. Она вырастет и будет ваш самый надёжный и близкий человек – младшая сестрёнка трёх богатырей!

Мне понравилось, как про нас сказал дедушка. И я стал играть, представляя, что я богатырь, а Светочка – принцесса. Я придумывал истории, где Свету надо было защищать то от могучего дракона, то от Кощея, или спасать от Злюки-Загребуки, которая живёт под кроватью, таскает носки и разводит пыль.

Незаметно я очень привязался к Сестрёнке и однажды случайно услышал, как мама говорила папе:

– Посмотри, Паша, как Арсен бережно относится к малышке, какой замечательный старший братик растёт!

И в тот день я решил, что отдам Светочке фамильного Тигрулю, который переходил у нас по наследству, от Пал Палыча – Костику, а от Кости достался мне.

Я очень его любил и всегда таскал с собой. И вот решился передать Светочке.

Вечером я сказал об этом маме.

Мама улыбнулась и спросила:

– Арсюш, а ты не передумаешь? Ты точно решил, что справишься без Тигрули?

И я ответил:

– Железно! Я ведь уже старший Светкин брат!– и положил Тигрулю на Светину подушку.

Пока я рассказывал вам про наше большое семейство, все домочадцы уже успели плотно позавтракать. Я допил своё какао и глянул на меловую доску, которая висит на стене, чтоб узнать, кто сегодня дежурный по посуде. В графе, где пересекались «среда» и «завтрак» было написано «№ 1», а это означало, что дежурным был Костик. «1»– это его игровой вратарский номер.

А мой игровой номер – «11». Папа рассказывал, что под этим номером тренировался и играл в юности Российский нападающий Евгений Малкин, который смог трижды завоевать кубок Стенли, успел три раза поучаствовать в Олимпийских играх и стал двукратным чемпионом мира. Правда, Малкину пришлось сменить номер на 71, потому что 11 был уже занят другим игроком. Но две единички оставались его любимым номером.

Мама рассказывала, что когда она была мной беременна, то по подсчётам врачей, должна была родить накануне Нового года, и папа чуть ли не на коленях просил:

– Оленька, я тебя умоляю, потерпи, тебе нужно родить в начале января, сумей продержаться! Сделай мне лучший подарок!

Мама возмущалась:

– Паша! Ну а как я это сделаю?

Папа начинал нервничать и ходить взад-вперёд:

– Солнышко, ну ты же прекрасно понимаешь, как важно для хоккеиста родиться в начале года! Если наш сын родится в конце декабря, это же ерунда получится: «Здра-а-сте! – я самый мелкий хоккеист в команде!»

Мама разводила руками: – Паша, и что ты мне прикажешь делать?

И папа, как сумасшедший, перелопачивал интернет в поисках способов родить ребёнка в нужную дату.

Он не позволял маме поднимать ничего тяжелее чашки, включал ей расслабляющую музыку и заваривал мяту. Никто не знает, что из этого помогло, но Новый год я встретил у мамы в животе. А днём 1 января у мамы начались схватки, и ликующий папа повёз жену в роддом.

Я родился первого числа первого месяца, и когда папа первый раз повёл меня на хоккей, мою тренировочную майку украшали две единички.

Вообще, чаще всего, всякие семейные истории и байки мы узнаем от дедушки Вали, потому что он их обожает и специально записывает в семейный альбом, чтобы не запамятовать.

Выяснив, что после завтрака дежурит Костик, я поставил кружку и тарелку в посудомоечную машину и побежал наверх, собираться. Сегодня по расписанию утренняя тренировка у меня и у Кости. А у папы – тяжёлый день, тренировки идут друг за другом до позднего вечера. Мы с Костиком освободимся в полдень и пойдём в «Ледовое кафе» смотреть на большом экране трансляцию хоккейного матча. Потом на автобусе поедем домой, Костя будет делать уроки, а я помогать маме – играть со Светочкой. Это мы запланировали вчера. А в шесть вечера за мной заедет дедушка, мы прихватим моих подруг близняшек Улю и Юлю, живущих на соседней улице, и поедем в театр смотреть «Приключения Луковой головы».

Дедушка сказал, что это спектакль про Чиполлино.

Бабушка и дедушка говорят в один голос: «Спорт – это замечательно, но и культурную программу никто не отменял! Мальчикам нужно прививать любовь к искусству!»

Думая про всё это, я сложил в спортивную сумку скакалку, чистое термобельё, носки, шорты, футболку и кроссовки. Открыл окно, чтобы проветрить спальню, и спустился на первый этаж. Костя, который уже успел запустить посудомойку и собрать свою спортивную сумку, ждал меня внизу.

Мама вышла нас провожать. Папа поцеловал маму, мама чмокнула меня и послала воздушный поцелуй Костику. Мой брат сделал жест рукой, как будто бы поймал мамин поцелуй и смешно шлёпнул себя по щеке, прилепив воздушное послание. Я засмеялся.

Папа взял у мамы и погрузил в багажник сумку-холодильник с едой, которую мы всегда берём с собой, потому что спортсмены сытыми не бывают. На сумке нарисован большой красно-белый спасательный круг. И в нашей семье часто можно услышать: «А спасательный круг взяли с собой?» И все понимают, о чём речь.

Отец сел за руль, и мы помчались в Ледовый.

КАК МЫ ПЕРЕЕХАЛИ

Раньше, когда у нас ещё не было Светочки, мы жили в многоквартирном доме, в большой трёхкомнатной квартире. Мы – три брата спали в одной просторной комнате, в другой спали папа и мама, а в третьей у нас был спортзал. Из окна виднелся замечательный лесопарк. Маме, папе и нам очень нравилось жить в этом месте, и каток был рядышком – пять минут пешком. Но нам не повезло с соседями. Вернее, им не повезло жить по соседству со спортивной многодетной семьёй.

В нашей квартире то и дело шумели мальчишки, стучали мячи, щёлкали скакалки, гремели тренажёры и жужжала беговая дорожка Пал Палыча. Соседи по очереди приходили и жаловались на шум:

– Мы, конечно, понимаем, что спорт, здоровый образ жизни и всё такое, но и вы нас поймите!

– На диване спокойно не полежать, сериал в тишине не посмотреть! Куда это годится?

– Нечего людям на головы свои гири бабахать! Имейте совесть!

Всё это приходилось выслушивать нашей маме. Глаза у неё становились грустные, и она, в очередной раз, извинялась перед жильцами дома. Пару-тройку дней мы старались тренироваться потише. Но вскоре всё повторялось.

Последней каплей в мамину чашу терпения стало объявление, повешенное возле лифта, явно каким-то недоброжелателем. Дедушка сохранил его, а позже вклеил в наш семейный альбом, сделав подпись: «Благодаря этому автору у семьи Камышковых появился собственный дом».

Объявление гласило:

«Квартира 220! Как же вы надоели всему подъезду со своим спортом и детьми! Всё равно никогда из них не вырастут чемпионы!»

Мама сорвала его и вечером показала папе со словами:

– Паша, нам нужно подыскивать дом и переезжать!

Папа пробежал глазами по объявлению, вздохнул и сказал:

– Дом так дом! – и обняв маму, добавил – Я же всегда мечтал завести собаку!

И родители стали искать нам новое жилище. Три недели, ночи напролёт, мама проводила на сайтах, где продаются дома и участки, но нам ничего не подходило. Потому что требования у мамы были очень высоки: дом должен был находиться недалеко от нашего ледового дворца и школы, недалеко от дома должен был проходить автобусный маршрут, чтобы дети могли добираться домой самостоятельно, а вокруг дома нужен был свой участок и желательно побольше, и соседи должны быть хорошие!

От ночного сидения за компьютером у мамы под глазами появились тёмные круги. Каждый «Валентинов день» родители теперь тратили не на просмотры кинофильмов и спектаклей, а на просмотры недвижимости. Время шло, а нам ничего не подходило. То были не в порядке документы на дом, то на землю, то попадалась неудачная планировка или дом был не подключён к газу и воде. И наступил день, когда мама сказала:

– Паша, мы пересмотрели всю-всю недвижимость, которая продаётся в окру́ге и более или менее нам подходит. Но это всё не то. Остался последний дом, его выставили на продажу буквально вчера. Посмотрим его, на всякий случай, и, пожалуй, отложим эту затею с домом до лучших времён. Будем и дальше извиняться перед соседями, а в квартире обклеим стены пенопластом…

Папа вздохнул и кивнул.

В среду был «Валентинов день», по детям дежурил дедушка Валя. Грустные, мама и папа, уехали на просмотр. Вечером они вернулись с горящими глазами и, перебивая друг друга, взахлёб, рассказывали, какой замечательный дом удалось обнаружить.

– Наконец-то нам повезло! – всё время повторяла мама. Мы тоже смотрели фотографии дома, планы участка и коммуникаций, ничего, конечно же, в них не понимая. Но наша мама была специалистом по дизайну домов, уж она-то в планах разбиралась!

Мы доверяли маме, а она говорила: «это просто превосходный вариант» и «это то, что доктор прописал»!

Родители подписали необходимые бумаги и внесли залог. Ещё несколько месяцев понадобилось на ремонт в доме и продажу нашей старой квартиры. К середине декабря мы уже смогли переехать и обустраивались на новом месте, где ещё не совсем закончился ремонт на втором этаже. Новогодние праздники мы справляли в окружении банок с краской и прочих строительных нужностей.

На втором этаже было четыре небольших спальни, две большие комнаты и просторный санузел. Родители спросили у нас, кто бы какую комнату хотел, и все выбрали разные, так что спорить и тянуть жребий не пришлось. Даже одна спаленка осталась лишняя. Я тогда спросил:

– А эта комната кому?

Мама загадочно улыбнулась, а папа ответил:

– Скоро узнаем.

И однажды за семейным ужином папа и мама торжественно объявили, что у нас скоро появится сестричка.

А на моё пятилетие я уже торжественно перерезал ленточку на входе в собственную свежеотремонтированную комнату.

НОВЕНЬКИЙ ИГРОК

Задумавшись, я и не заметил, как мы доехали.

Около Ледового папа припарковался и заглушил мотор. Мы с Костей вылезли из машины, забрали из «спасательного круга» термосы, контейнеры с едой и побежали в раздевалки. Папе остались бутерброды и большой термос с кофе.

Наш хоккейный клуб называется «Ледобой».

Костя играет за команду «Ледобой-12» это означает, что все мальчишки в команде должны быть 2012 года рождения или на год младше.

Я пока ещё в команде «Ледобой-набор», в группе набора занимаются ребята от трёх до семи лет.

В нашей раздевалке всегда очень много народу, потому что почти никто из мальчишек ещё не может полностью нацепить на себя всю хоккейную форму, и родителям приходится оставаться, помогать детям.

Своей сушилки у группы набора нет, и после каждой тренировки хоккейный баул нужно забирать домой.

Моя форма сушится у папы в тренерской раздевалке, а одеваюсь я давным-давно самостоятельно, и даже коньки себе завязываю сам, отчего чужие мамы приходят в полный восторг.

Я уже переоделся на разминку, когда вошёл папа с моей хоккейной вешалкой в руке. Он поздоровался с родителями, повесил форму на моё место, и мы ударились кулачками, пожелав друг другу хорошей тренировки.

Разминка перед льдом нужна для разогрева мышц, чтобы не получить травму. Некоторые родители не понимают этого, экономят время и приводят ребят прямо ко льду. А тренер всегда говорит опоздавшему хоккеисту: – «Пожалуй, скажу Деду Морозу, чтоб подарил тебе будильник!»

Нашего тренера зовут Зыбов Андрей Николаевич.

Он никогда не кричит попусту, а если и ругает, то только по делу.

Мы хорошенько размялись, и тренер отпустил всех готовиться ко льду.

Я быстро переоделся, постарался потуже затянуть коньки, взял шлем, клюшку и пошёл на выход.

Дверь раздевалки открылась, навстречу мне вошла бабушка в розовом пальто и большой фетровой шляпе. Она тащила баул. А сзади шёл худенький мальчик в красной шапке и нёс клюшку.

– Здравствуйте! – сказала бабушка. Но в раздевалке стоял такой гвалт, что, кроме меня, её никто не услышал.

– Здравствуйте, проходите, пожалуйста! – вежливо ответил я. – Вы новенькие?

– Да, – сказала бабушка в розовом пальто, – мы здесь первый раз. Не подскажешь ли, мальчик, где есть свободное место, чтобы переодеться?

Я сказал:

– У нас раздевалка маленькая и свободных мест никогда нет, но я сейчас подвинусь, идите за мной.

– Это будет очень любезно с твоей стороны!– улыбнулась бабушка в розовом пальто.

Кивком головы я пригласил мальчишку войти.

– Давай, заходи, пацан, не бойся.

Подвинув свои вещи, освобождая место на лавке, я показал, как будет удобнее разместить баул, чтобы он не мешался в проходе.

– Форму надевать умеете?– строго спросил я бабушку.

Она улыбнулась: – Примерно представляю, как это делается.

– Хорошо,– сказал я, – Но если запутаетесь, вон, у нас плакат висит «Как одеть хоккеиста».

На нём всё нарисовано, что куда надевать.

– Чего ты расселся? Переодевайся скорее, лёд через пять минут!– сказал я, тоном тренера, обращаясь к мальчишке.

Он хитро улыбнулся и снял шапку.

На плечи из-под шапки выпали две светлые косички.

– Меня зовут Александра, и я не пацан! А тебя как звать?

От неожиданности я поперхнулся слюной, сглотнул и ляпнул:

– Камышков, команда «Ледобой», группа набора!

– Приятно познакомиться, Камышков! Спасибо, что помог.– и она выставила вперёд кулачок:

– Хорошей тренировки!

Я покраснел, легонько тюкнул её кулачок своей крагой и быстро выскочил из раздевалки.

Тренер готовил «станции» – расставлял на льду фишки. Обычно я всегда ему помогаю, так как одеваюсь первый, и он спросил:

– А ты чего, Арсен, сегодня припозднился?

– Тренер, у нас там новенький… Хоккеистка… Девочка… и бабушка в шляпе. Я им показывал, раздевалку, где сесть можно и плакат, как форму одевать.

– А! – улыбнулся тренер, – хорошо! Саша Королева, значит, приехала. Её папа звонил на прошлой неделе, говорил, что скоро придут в нашу команду, разбавят наш мужской коллектив.

Один за другим на скамейку выходили наши хоккеисты. Тренер посмотрел на часы, коротко свистнул, и мы помчались по кругу. Новенькая очень уверенно чувствовала себя на льду и старательно выполняла все упражнения. А когда мы играли в догонялки, мне пришлось хорошенько поработать ногами, убегая и уворачиваясь от ловкой девчонки. Пару раз ей почти удалось меня догнать.

– В следующий раз обязательно догоню, – сказала она, делая штрафной кувырок.

 В команде я крепко дружу с двумя пацанами – Мишкой Горшиным и Андреем Кустовским, но сейчас они не ходят на тренировки, потому что Горшин заболел, а Андрей с родителями уехал на соревнования. У него оба родителя – тренеры по лыжам. А Андрейка предпочитает хоккей.

Тренер дал свисток, означающий конец тренировки, и все бросились собирать цветные конусы и слики (покрышки от маленьких гоночных автомобилей), чтобы на лёд поскорее смогла выехать заливочная машина.

Мы все любим смотреть, как заливщик, дядя Лёша, плавит лёд и делает каток гладким. Такая профессия называется – ледовар. Любой мальчишка мечтает прокатиться на заливочной машине. А я катался!

Однажды вечером, я ждал папу около льда, а Дядя Лёша убирал с поля большие ворота, перед заливкой. Я вышел и помог ему убрать слики и маленькие ворота. А дядя Лёша кивнул на заливочную машину и сказал:

– Хочешь, прокачу? Но с условием, что никому хвастать не будешь. Усёк?

Я усёк, но если честно, иногда меня так и подмывает брякнуть кому-нибудь из мальчишек: «А я на заливочной машине катался!» Но я терплю и молчу. Я же обещал не болтать, а обещания надо выполнять.

В раздевалке бабушка новенькой Саши спросила у меня:

– А где же твои родители? Или ты сам ходишь?

– Папа на тренировке, он здесь тренер. А за мной сейчас брат прибежит.

– Тогда до свидания!– попрощалась она.

– А вы ещё придёте?– спросил я.

– Придём, придём! С вами весело!– ответила Сашка.– Пока, Арсен!

«Ух ты, она даже имя моё запомнила», – подумал я.

Вскоре в раздевалку влетел взлохмаченный Костя.

– Ну, что? Готов? Погнали! Трансляция через семь минут начнётся. А мне ещё твою форму в сушилку закинуть надо. Костя схватил мою хоккейную вешалку, я перекинул через плечо сумку, и мы побежали.

– Давай, иди, занимай нам хорошие места!

Костя скрылся в тренерской сушилке, а я поднялся на второй этаж в «Ледовое кафе». Народу было не очень много, я сел за наш любимый столик и достал из сумки свой ланч-бокс.