Хроники Центрального Континента. Книга 1. Рубежный Турнир

– Я искренне доволен вашими успехами, друзья мои! – подойдя к братьям вплотную, сказал Дарн. Рядом с ними он выглядел беспомощным коротышкой. – Как вы уже поняли, сегодня я приехал сюда не просто так. Настал тот день, к которому вы готовились. Сегодня я получил приглашение, и завтра мы выдвигаемся на Центральный Континент, чтобы участвовать в Рубежном Турнире.

Векториус был взволнован, хотя и старался этого ни в коем случае не показать. Глаза, как обычно, заслезились в самый неподходящий момент, и он спешно протер их платком. С этим досадным недугом почему-то не мог справиться ни один лекарь в его небольшом королевстве.

Но проблема с глазами беспокоила в этот день правителя меньше всего. Ему казалось, что все произошло слишком внезапно, что ни у кого, включая бойцов близнецов, не было необходимого количества времени на должную подготовку к такому великому событию. Но ответ Лемерсов как-то непринужденно ослабил его тревогу и стеснил камень с его души. Братья с азартным блеском в глазах хором выдохнули:

– Наконец-то!

Ровно через неделю ранним утром Векториус находился в пути к порту, где с предыдущего дня шла нескончаемая суета матросов и помощников, таскающих ящики и бочки на пришвартованное к королевскому причалу судно без парусов. На единственной невысокой центральной мачте корабля колыхался легким бризом флаг королевства Южных Клочков. На флаге из голубой материи красовались две отпрянувшие друг от друга загнутыми стволами пальмы, растущие из темного полукруга, символизировавшего землю.

Просторы Рубинового Моря рябящей багряной степью раскинулись за пришвартованным судном, упираясь на горизонте в чистый, синий небосвод. Море, омывающее с юга Центральный Континент, недаром носило свое броское название. Преобладающие в нем особые мелкие водоросли темно кровавого цвета в свете Диска делали его воды похожими на массу переливающихся рубинов.

В отличие от жителей Центрального Континента, которые строили корабли с парусами, обитатели Южных Клочков использовали для передвижения судов дельфиоров – гигантских морских обитателей, которых древние дикие племена, живущие на этих землях когда-то давным-давно, приручили с помощью определенных ритуалов. Податливые животные, внешне напоминающие сплошь почерневших дельфинов, но превосходящие их в размерах в пять-шесть раз и имеющие роговые отростки на головах, являлись идеальными двигателями для легких транспортных судов.

Секреты их дрессировки таинственным образом прокрались сквозь века до нынешних поколений, и в рулевые на такие суда попадали лишь немногие, в основном члены нескольких династий, с незапамятных времен занимавшихся приручением дельфиоров. Поговаривали, что в этих делах не обходилось без магии приращения, но в подробности никто не вдавался, ибо важно было лишь то, что морские гиганты успешно выполняли функцию мощнейших двигателей.

К магии в королевстве Южных Клочков отношение было довольно посредственное. К немногочисленным волшебникам относились с недоверием, либо попросту игнорировали. Жители островов так и не пришли к единому мнению: был ли это дар Незримого, либо Его проклятье. Потому маги никогда сознательно не селились в королевстве Дарна, а лишь приспосабливались жить, если уж суждено было здесь родиться. Большинство из таковых, достигая более или менее зрелого возраста, скоропостижно покидали Южные Клочки, отправляясь преимущественно в доминирующее королевство. Этому факту ни кто не препятствовал, а в Креоле притоку людей, обладающих магическими способностями, были всегда рады.

Дарн рассудил, что брать в дорогу летную кабину будет не практично. Сопровождать его и бойцов близнецов будет целый отряд отборных стражей столичной цитадели, который будет двигаться преимущественно пешком, и, соответственно, за прытким ящером им никак будет не угнаться. А постоянно дожидаться свою охрану, уезжая далеко вперед, было, как минимум, неразумно. Потому Векториус решил взять два обычных фургона, а лошадей и вовсе купить по прибытии на Центральный Континент. Оба вместительных и прочных вагончика уже были доставлены на палубу и закреплены между небольшой рулевой рубкой, находящейся на носу судна, и пассажирским отсеком, расположенным ближе к корме. Грузовые отсеки фургонов уже были загружены необходимыми для путешествия припасами.

К тому времени, как ярко желтый Диск взошел достаточно высоко в безоблачное небо над поверхностью Рубинового Моря, все необходимые приготовления были завершены, и можно было отправляться в путь.

Появившийся в порту Векториус был облачен в коричневый китель с множеством металлических вставок, штаны того же цвета и черные кожаные сапоги. Поверх кителя на золотой цепочке висел знак Незримого: диагональный крест, заключенный в вытянутый вертикальный овал. Накануне вечером Векториус посетил центральный столичный храм и получил благословение у служителей на затяжное странствие, отстояв недолгую службу.

Дарн был глубоко верующим человеком и активно прививал жителям своего королевства веру в Незримого. Он не жалел средств на возведение храмов и часовен, и каждое поселение на его островах независимо от размеров имело максимально возможное количество религиозных сооружений. Служители этих храмов в свою очередь активно проповедовали и обращали все больше равнодушных грешников в постоянных и примерных прихожан. Они внедряли в сознания жителей Южных Клочков необходимость уделять вере и покорности заветам Незримого самое пристальное внимание. И Векториус, зная о вырисовывающейся в этой сфере картине, в глубине души на уровне самого потаенного и немого внутреннего голоса иной раз нашептывал себе, что когда-нибудь Незримый наградит его за праведные намерения и труды.

Правитель гордо шествовал к широким сходням, приставленным к палубе судна. За его спиной двигались близнецы гиганты в светлых штанах и распахнутых темных безрукавках, а за ними две шеренги по десять охранников в строгих бурых формах, вооруженные трёхствольными колометами и короткими мечами. В королевстве Южных Клочков колометы были очень редким видом оружия. Изобретенные на далеком Северном Материке стрелковые орудия с трудом находили дорогу к южным островам, а аналоги с трудом давались лишь ученым Креола и стоили дороже своих прародителей. Потому имеющие эти орудия на вооружении отряды королевства Южных Клочков считались элитными.

Путешественники полным составом взошли на палубу, и матросы на пристани принялись отвязывать швартовы от причала. Прозвучал затяжной вой причудливого изогнутого горна и массивные дельфиоры зашевелились у поверхности воды. Их большие спинные плавники задвигались, то почти целиком погружаясь под воду, то вновь всплывая так, что становилось видно поблескивающие в лучах Диска гладкие черные спины. Звук горна изменился, и толстые, прочные канаты, крепящиеся на специальных ошейниках трех дельфиоров, натянулись. Судно резко дернулось и начало медленное, плавное движение. Подводные тягачи, запряженные толстыми поводьями и ведомые нотами горна, увлекали корабль от пристани. Через десяток минут дельфиоры уже развили приличную скорость, и пристани порта остались далеко позади, превратившись в темные черточки на желто-зеленой полосе удаляющегося побережья Южных Клочков.

Капитан корабля по имени Редок Спончер, низкий широкоплечий мужчина в возрасте, взошел на крышу пассажирского отсека, являющуюся открытой, огороженной верхней палубой. Здесь находился Векториус Дарн, задумчиво всматривающийся в пустую голубую даль. Правитель южных островов в нередкие свободные часы увлекался живописью и писал довольно неплохие картины. Пустота и нежность оттенков пейзажа в эти минуты пленила творческую составляющую часть его сознания. Будь под рукой кисть и краски, он непременно запечатлел бы раскинувшуюся панораму на холст. Однако ныне для творческих зарисовок было совсем неподходящее время, потому Дарн даже не стал брать в дорогу свои многочисленные наборы художественных принадлежностей, решив по возвращении по памяти воспроизвести самые яркие моменты предстоящего путешествия.

– Господин Векториус Дарн, – обратился капитан. – Мне необходимо услышать лично от вас, где будет точка высадки.

Спончер подошел к Дарну и развернул перед ним небольшую карту. Векториус протер платком выбирающуюся из правого глаза слезинку, и в который раз за последнее время взглянул на графическое изображение мира. Он прекрасно понимал, что путь по морю до Береговых Селений гораздо короче, и что в этих скопившихся на южном берегу королевства Шайн городках и поселках так же можно было запастись всем необходимым для путешествия. Однако в результате многочисленных размышлений и советов, поданных доверенными лицами, он уже давно решил, где будет точка высадки.

– Идем вот сюда, – правитель указал на юго-восточную часть Центрального Континента, на побережье доминирующего королевства, где почти на самой границе чернела маленькая точка, символизирующая населенный пункт. – В Коргон. По территории Креола мы будем двигаться быстрее, чем по песчаным дюнам Шайна. А уж как и где ты пойдешь по морю – тебе виднее, капитан.

– Задача ясна, – Редок развернулся, чтобы уйти.

– Капитан, – задержал его Векториус.

– Я слушаю, – развернувшись, застыл Спончер.

– Мои собственные расчеты подсказали мне, что мы доберемся до Коргона не более чем за трое суток. Это так?

– За двое суток с небольшим, мой господин, – уточнил капитан.

– Хм, хорошо. А какова численность вашего экипажа?

– Шесть десятков человек, господин Векториус Дарн.

– Вот мне и интересно, почему так много?

– Больше половины из них – просто гребцы. Мало ли что.

– Каковы прогнозы погоды? Вы ведь потрудились их разузнать?

– Обижаете, господин Векториус Дарн. Наши предсказатели редко ошибаются, но некоторые блуждающие шторма невозможно предугадать, поэтому всегда остается вероятность угодить в один из них. Но, исходя из практики, осмелюсь заверить, что непогода не должна доставить неудобств или задержек, господин Векториус Дарн. Судно прочное, команда слаженная, дельфиоры невосприимчивы к штормам, все должно быть и будет хорошо, я вас уверяю.

– Все ясно. Продолжайте командовать, капитан. Я вас больше не задерживаю.

Редок Спончер заспешил на нос в рулевую рубку. Там он отдал нужные указания относительно курса, и рулевые, путем наматывания на механизмы связующих привязей, задали дельфиорам нужное направление. Три величественных океанских обитателя быстро тащили за собой пассажирское судно, рассекая воду своими спинными плавниками и вспенивая ее мощными хвостами. Вокруг безмятежно парили чайки и местами из поблескивающей бронзовой пучины выскакивали и увивались за своими гигантскими сородичами стаи дельфинов. Монотонное морское путешествие без изменений продолжилось до наступления ночи. Ночью дельфиорам было велено сбавить темп, чтобы они могли немного восстановить силы.

Утром скорость передвижения вновь увеличилась. В течение всего последующего дня она не спадала. В ночь дельфиорам несколько часов дали отдохнуть, полностью прекратив движение. Капитан остановил судно в точно выверенном месте, из которого попутное течение переместило их за время отдыха плавунов на несколько десятков миль в нужную сторону. За час до рассвета тягачей вновь привели в движение.

Когда Диск целиком выполз из-за горизонта, капитан Спончер вышел на палубу и встал на самом носу перед рулевой рубкой. Он хмуро всматривался в не меняющийся пейзаж и регулярно озирался по сторонам. Векториус, проснувшись не так давно и, выйдя на палубу, направился к Редоку, завидев его в изголовье судна.

– Доброе утро, капитан, – потягиваясь, сказал Дарн.

– Даже и не знаю, мой господин, доброе ли, – озабоченно ответил Спончер.

– Что ты имеешь ввиду? В чем дело? – насторожено поинтересовался король, протирая слезящиеся глаза.

Убрав в карман платок, Векториус огляделся по сторонам и взглянул на небо. По его мнению, все было в порядке. В безоблачном голубом небе ярко сиял и согревал лучами неспешно восходящий Диск, легкий ветер был теплым, запах воды – все тем же солоноватым, скорость их движения – поразительно быстрой. Толстый чуть заостренный форштевень стремительно разрезал пенящуюся за дельфиорами водяную массу.

– Уже с пару десятков минут ни единой птицы, ни одной рыбешки, – тихо и задумчиво проговорил капитан.

Вдруг его взгляд застрял на темном пятне на воде совсем недалеко впереди справа. При других погодных условиях он, может, и не обратил бы на пятно столь пристального внимания, приняв его за тень от облака, вот только сегодня, как и в предыдущие дни небо было на редкость чистым.

– Господин Векториус! – расширяя глаза, заговорил Редок. – Скорее, бегите и укройтесь в пассажирском отсеке!

– Что происходит, капитан? – упрямо добивался ответа Дарн.

Спончер указал рукой на стремительно приближающееся к судну большое темное пятно и вопреки всякому этикету и трепету перед персоной короля принялся толкать возмущенного правителя прочь с палубы, тараторя на ходу:

– Срочно укройтесь в пассажирском отсеке! Прихватите с собой всех, кого увидите!

Судно резко снизило скорость, а канаты, крепящиеся к ошейникам дельфиоров, начали медленно провисать. Векториус уже смекнул, что сейчас случится что-то недоброе и заспешил к пассажирскому отсеку мимо груженых фургонов. Резкая встряска палубы сбила его с ног, и он растянулся на сыроватом от брызг, деревянном покрытии. Он обернулся к носу судна, и взгляд Векториуса выловил ужасную сцену, будто застывшую специально для того, чтобы он сумел ее детально разглядеть. Из-за края рулевой рубки было видно, как из воды выросла огромная голова существа, напоминающая чертами сильно изуродованного ящера. Крупная чешуя чудовища отливала в сиянии диска изумрудным блеском. Глаза, словно темные дыры в бездну, взирали на судно, внушая ужас. В зубастой пасти гигантской твари бился в предсмертных судорогах один из ведущих судно дельфиоров.

– Во имя Незримого! Это глубинный дракон! – послышались крики из кабины на носу.

Голова поднималась все выше над уровнем воды на длинной, толстой чешуйчатой шее. Несчастный дельфиор извивался в пасти глубинного дракона, словно пиявка, сжимаемая клещами, пока гигант не перекусил мощного плывуна пополам с диким хрустом, который был слышен на палубе, несмотря на шум волн и крики экипажа. Канат, закрепленный на ошейнике мертвого дельфиора, натянулся вверх и накренил судно на левый бок. Векториус покатился по открытому участку палубы и ударился о колесо одного из фургонов, предусмотрительно прикрепленных к палубе цепями. Находящиеся на палубе члены охранного отряда так же попадали и покатились к левому борту, остановившись только при ударе об него. Голова глубинного дракона тем временем пошла вниз, погружаясь вслед за шеей-туловищем под воду.

В рулевой рубке, поднявшийся с пола капитан напряженно закричал:

– Рубите правый канат! Быстрее!

Один из помощников, так же ясно понимая, что если промедлить даже лишние секунды, дракон может утащить их за привязь дельфиора под воду, бросился к топору, висящему на ближайшей к нему стене. Схватив орудие, он принялся рубить канат на правом натягивающем механизме. Плохо заточенное лезвие с трудом справлялось с прочными, толстыми волокнами. Все разом почувствовали, что теперь судно накренилось вперед, и носовая часть стала опасно приближаться к уровню воды. Корма поднялась над морской поверхностью, и солдаты и некоторые члены экипажа корабля, очутившиеся к этому времени на палубе, теперь заскользили по палубе в носовую часть. Векториус так же покатился по уклону и врезался в рулевую рубку, вцепившись руками в какие-то едва ощутимые выступы. Приподнявшись, он увидел в окно, как человек внутри отчаянно рубит что-то топором.

Обрубленный конец каната со свистом выскочил из канала рулевой рубки и, словно шипящая змея, ускользнул под воду. Судно тяжело обрушилось кормой обратно на воду, разметав в стороны массивные брызги. Два оставшихся на привязях дельфиора безуспешно дергались, пытаясь уйти на глубину, но им было не под силу вырваться из ошейников и уж тем более утащить за собой груженый корабль. Капитан с горечью понял, что огромный монстр не насытится единственной пойманной жертвой. Люди на корабле не представляли для чудовища интереса, но оно непременно вернется за оставшимися двумя тягачами, которые уже становились неуправляемыми. Дельфиоры больше не реагировали на звук горна и степени натяжения привязей. Страх перед глубинным драконом замкнул их мысли на бессознательном самосохранении, всецело поглотившем их довольно примитивный разум.

Редок Спончер принял решение.

– Руби оставшиеся, – обреченно скомандовал он помощнику, застывшему с топором у переднего смотрового окна.

– Но до Центрального Континента еще довольно далеко…

– Руби, твою мать! – взревел капитан.

Больше повторять ему не пришлось. Парень принялся за дело. Остальным рулевым капитан велел покинуть рубку и бежать в пассажирский отсек. Подчиненные незамедлительно скрылись. Векториус поднялся с палубы и, шатаясь, побрел в сторону салона. Его немедленно подхватили под руки двое охранников спешащих с носовой части после падения. Они уже подходили к двери в пассажирском отсеке, как новая встряска судна подкосила всех троих и ближайших матросов и охранников, стремящихся к салону.

На этот раз судно устремилось вперед, набирая огромную скорость. Глубинный дракон схватил одного из дельфиоров, того, чью привязь еще не успели обрубить. Теперь те, кто не успел ухватиться за что-либо, покатились по краям палубы на корму. Два члена экипажа перелетели через задний борт и с отчаянными криками исчезли во вспенившейся позади корабля багряной водяной массе. Векториус уже был близок к подобному исходу, когда его схватила мускулистая, каменная рука, появившаяся из двери пассажирского отсека. Один из бойцов близнецов втащил его внутрь. От захлестнувших эмоций и приступа паники Дарн даже не смог понять, кто именно из них это был.

В это время в рулевой рубке шла отчаянная борьба плохо заточенного топора и прочного каната. Бешеная тряска сильно усложняла задачу пытающемуся попасть по привязи парню. Очередной резкий рывок повалил его на пол, и рулевой, ударившись головой о стену, лишился чувств, распластавшись на полу. Капитан, с трудом удерживая равновесие, поднял выроненный помощником топор и принялся выполнять поставленную задачу. На мгновение взглянув в переднее смотровое окно, Редок увидел переливающееся темно-зелеными чешуйчатыми полукольцами над уровнем красноватой воды длинное туловище дракона, и подумал, что фортуна пока еще была на стороне экипажа и пассажиров корабля. Везение заключалось в том, что больше дракон не пытался утащить схваченную добычу на глубину. Похоже было, что огромный хищник норовил выдрать свой завтрак из неведомых для него пут.

Наконец лопнула последняя упрямая нить, и распушенный обрубок каната ускользнул из рубки. Судно начало замедлять движение, пока не остановилось совсем. Капитан сначала долго и внимательно всматривался в морскую рябь, где минутами назад извивался хищный монстр, но убедившись, что дракон оставил их в покое, устремился к лежащему на полу подчиненному. Рулевой был жив, но находился без сознания. Это порадовало капитана, отметившего про себя, что смелого юношу нужно будет приставить к награде за смелость. Одному из могучих тягачей все же удалось спастись, но отыскать его перепуганного и оставшегося в одиночестве в открытом море не представлялось возможным даже с помощью десятка горнов. Для глубинного дракона это задача являлась гораздо более простой.

Чуть позднее капитан и правитель Южных Клочков встретились на палубе возле закрепленных фургонов, вокруг которых были разбросаны вывалившиеся от продолжительной тряски припасы. Члены экипажа и несколько охранников правителя собирали покоробленные ящики и выпавшие из них вещи и складывали обратно в вагончики.

– Глубинный дракон, – поспешил объяснить капитан не успевшему ничего спросить Дарну. – Здесь они вообще-то не водятся. Точнее водились, но давным-давно. Образовавшиеся теплые течения и красные водоросли вытеснили всех подводных гигантов из Рубинового Моря. Сейчас они в основном, но опять же, не так часто, встречаются в водах Серого Моря. А этот, разрази его молния, откуда-то выискался на нашу голову именно здесь! Тамошние мореплаватели используют суда с гребными колесами, а с континента к ним ходят на парусных, как и к нам. Потому ими эти глубинные твари и не интересуются. А наши дельфиоры…

– Стали отличной наживкой для этой твари, – хмуро закончил за капитана Векториус. – Я так понимаю, что мы лишились нужной нам скорости.

– Господин Векториус Дарн! Давайте лучше порадуемся, что мы не лишились жизней! Половина моей команды, да и я сам точно угодили бы в Пылающую Яму!

– Это верно, до Чертогов Незримого нам всем далеко – кивнул огорченный правитель и коротко осенил себя соответствующим вере религиозным знаком. – Но теперь мы будем плыть намного дольше, чем рассчитывали.

– К сожалению, мой господин, – согласился Редок. – Но если вы хотите ускорить наше плавание, то можете посадить на весла вместе с моими членами экипажа своих. Тогда мы сможем немного увеличить скорость передвижения.

Векториус посмотрел на капитана и одобрительно покивал, вздернув вверх брови. Конечно, случившееся происшествие крайне огорчило его и пошатнуло моральное равновесие, взращенное за двое суток безмятежным морским путешествием. Однако нужно было вновь настраиваться на успех и стремиться к нему всеми доступными средствами сквозь любые преграды. Теперь не оставалось ничего иного, как направляться к Береговым Селениям королевства Шайн и от них брести по пескам до ближайшего прохода через Границу в Креол. Путь до Коргона на веслах ощутимо заянет плавание, а Дарну ни как не хотелось рисковать драгоценным временем.

Через четверть часа со скрипом отодвинулись заслонки в бортах, и из прямоугольных отверстий выползли массивные, длинные весла, опустившись концами в воду. Под задорную матросскую считалку они синхронно задвигались, приводя в движение судно, превратившееся в старомодную галеру.