Фрэнки Ньюмен против Виртуальности

8. Фрэнки пробует стать мэром города

Утром прихожу к выводу, что сделал все глупости, какие только мог, поэтому неплохо бы взять небольшую паузу перед тем, как начну делать новые. Надо честно признаться самому себе, что детектив из меня никакой, и несмотря на все мои старания вести игру по своим правилам, я только тем и занимался, что играл по чужим. Вероятно, следовало бы поразмышлять, для чего меня отсканировали, но за последнее время я настолько устал от своих несбывающихся предположений, что вместо этого вяло машу рукой и отправляюсь в супермаркет запастись едой на весь день, так как сегодня твёрдо намерен не покидать офиса. Единственное, что пока не удалось сделать моим врагам, это полностью заполучить меня в свои руки, и мне хотелось бы по крайней мере сохранить такое положение.

По дороге вспоминаю, что завтра во второй половине дня должен появиться Гибсон, и с некоторым удивлением обнаруживаю, что мне есть, что ему сказать. Выходит, не так уж бездарно я провожу своё расследование! «Кто-то облюбовал ваш дом для виртуальных игр, – хмуро скажу я ему, – и я обязательно до них доберусь»! А потом попрошу его повторить свой рассказ, и уж в этот раз выслушаю всё самым внимательным образом! Но это, конечно, в том случае, если он появится.

Взятая пауза оказывается ещё короче, чем планировал, потому что по возвращении из супермаркета сразу же берусь за очередную глупость: открываю зарегистрированную вчера игру «Стань мэром города» и ввожу полученный ключ. С другой стороны, а что остаётся делать? Если тебя загнали в трясину и не дают из неё выбраться, нырни с головой: вдруг удастся найти выход на дне.

Читаю правила игры, они несложны. Выбираешь себе героя, задаёшь ему имя и социальный статус – пол, возраст, образование, профессию, – по таблице получаешь уровень доходов и круг друзей и сторонников, добавляешь ему какие-то таланты из области спорта, культуры и искусства – и вперёд! Твоя задача – стать избранным мэром города, а для этого необходимо набирать баллы в политической борьбе с соперниками. Скажем, удалось тебе, сложив средства свои и своих сторонников, построить в городе ночлежку для бездомных – получай 200 баллов, начал строить, но не смог закончить – долой 400! А перед выборами баллы превращаются в деньги, и на них ты проводишь избирательную кампанию: печатаешь листовки, закупаешь время на радио и ТВ, а можешь – есть и такой вариант – потратить их на подкуп избирателей. За все удачные ходы вновь начисляются баллы, на сей раз, в виде голосов избирателей, за все промахи такое же количество баллов отдаётся твоему основному сопернику. Словом, не игра а учебное пособие! Дочитав правила до конца, понимаю, для чего нужна регистрация. Победив в игре, получаешь новые стадии: «Стань губернатором штата», «Стань президентом страны», «Стань Генеральным секретарём ООН». В общем, играть – не переиграть. Есть, правда, у меня на этот счёт определённые сомнения, в отличие от рядового покупателя игры я знаю кое-что странное, и это кое-что очень настораживает. Но поскольку влез я в него довольно основательно, то уже не колеблясь делаю следующий шаг: начинаю игру.

Имя и возраст оставляю свои, а вот профессия заставляет меня задуматься. Долго выбираю между спортсменом, спасателем и пожарным, припоминая всех, знакомых лично мне, представителей этих профессий, но потом машу рукой и впечатываю «Частный детектив». И вообще стараюсь по возможности во всём придерживаться своих реальных данных: мне становится интересно, каковы были бы мои шансы, вздумай я и в самом деле баллотироваться на мэра. Таким образом, главный выбор сделан, и остальное идёт проще. Отдаю должное создателям игры за прекрасно разработанную функцию подсказки: если бы не она, я утонул бы во всех необходимых процедурах уже на первом этапе.

А так прохожу его свободно и получаю первый результат: Фрэнк Уолтер Ньюмен, 36– ти лет, частный детектив, неженат (за это с меня тут же сняли 50 баллов; я подумал и добавил в сведения: «трижды был женат, во всех случаях развёлся» – и лишился ещё ста) баллотируется на должность мэра города в качестве независимого кандидата. Соперников у меня трое: действующий мэр, адвокат и начальник полиции. Самый высокий начальный баланс, естественно, у мэра – полторы тысячи баллов; двое других имеют по пятьсот, и только я начинаю с минус ста пятидесяти.

Во втором этапе нужно совершать уже конкретные дела, и я открываю карту города с перечнем всех общественных учреждений в размышлении, чем бы осчастливить его жителей. Меня ничуть не удивляет, что город до мелочей совпадает с Рочестером, и интересен только один вопрос: является ли данная копия игры региональным вариантом и есть другие, или этот единственный? Ответа, конечно, получить неоткуда, по поводу дел тоже никаких мыслей нет, и я запрашиваю подсказку. В ней – на выбор – список десяти конкретных замыслов, которые я могу воплотить с учётом своего отрицательного баланса. После раздумья останавливаюсь на проведении митинга в защиту интересов мелких фермерских хозяйств и, благодаря тому, что заблаговременно в графу своих талантов внёс «блестящие риторические способности», зарабатываю 20 баллов. Потом необдуманно ввязываюсь в организацию рок-концерта, весь сбор от которого должен пойти на приобретение современного оборудования для муниципальной клиники, и теряю на этом сто. Из подсказки узнаю, что концерт был сорван из-за того, что не приехал никто из музыкантов, которым ничего не сказало имя организатора. Мои соперники тем временем уверенно идут вперёд. Начальник полиции заработал 300 баллов, договорившись со СМИ, которые опубликовали отчёт, из которого следовало, что с момента вступления его в должность уровень преступности в городе приобрёл чёткую и уверенную тенденцию к снижению. Адвокат получил 800 за то, что благодаря своим связям выступил в телешоу «Весёлая эстафета», где соревновался с другими участниками в прыжках на одной ноге с полной кружкой пива в руках, ползании на спине без помощи рук и ног и поедании на скорость целого лимона с кожурой. И хотя первого места он не занял, но популярность его в народе после этого сильно возросла, и он, возможно, сумел бы приблизиться к мэру, если бы тот, в свою очередь, тоже не сделал сильный ход. Он договорился со своим приятелем-сенатором, и тот в положительной связи упомянул его имя в каком-то отчёте, что принесло 600 баллов.

После этого я решаю, что мне с ними не тягаться и закрываю игру, бросая родной город на произвол судьбы.

Следующий день проходит ещё более нудно. Играть в «Мэра» дальше нет никакой охоты, и я в ожидании Мориса Гибсона сражаюсь с компьютером в бридж и покер. Когда надоедает и это, ставлю «Приключения червячков», по поводу которой мне ясно, что она не имеет никаких странностей, и до позднего вечера с увлечением пресмыкаюсь по плодовому саду, с аппетитом поедая сочные фрукты и шутя отбиваясь от кур, индеек и прочей опасной живности.

Морис Гибсон не пришёл. Правда, вполне допустимо, что он задержался по своим коммерческим делам, и я делаю ставку на следующий день.

В воскресенье в «Червячках» я становлюсь настоящим асом. Трижды прохожу всю игру от первой стадии до последней, постоянно обновляя свои же рекорды в каждой графе таблицы «Количество съеденных фруктов». Около восьми вечера, когда становится понятным, что Гибсона не будет и сегодня, я разыскиваю его карточку, чтобы позвонить ему по телефону. Раньше я не разглядывал её внимательно, поэтому не обратил внимания, что номер смотрится как-то странно. Подтверждение этому получаю сразу же, набрав его: компьютерный женский голос сочувственно сообщает: «Неправильно набран номер»! Поскольку ошибка в номере на визитной карточке – вещь абсолютно не реальная, получаю ответ на один из своих вопросов: о роли Гибсона во всей этой истории. Мысленно прокручиваю в голове сцену его появления в моём офисе, и теперь мне кажется в ней подозрительным всё: конан-дойловская манера изложения, фраза, сказанная мне на прощание: «Если бы вы знали, мистер Ньюмен, как я рад, что именно вы занялись моим делом!» и мгновенно явившаяся племянница… При упоминании о племяннице я ловлю себя на мысли, что очень бы хотелось увидеть Клару, но не имею ни малейшего представления, где могу её встретить, кроме, разве что, «Дилайта», но что-то мне подсказывает, что после нашей с ней там встречи она перестала посещать это заведение… Тут я снова озадачиваюсь: да, но Гибсон же прислал мне ключи! – но только на минуту, потому что тут же нахожу ответ. Конечно, Клара сообщила, что у меня не было ключей, её хозяева смекнули, что в дверь я не попаду и легко дали мне в тот раз уйти, а потом прислали мне их якобы от Гибсона, и я не замедлил оправдать их ожидания.

Спать ложусь в угнетённом состоянии духа, и всю ночь мне снится то какой-то неясный кошмар, то полная дребедень, и только под самое утро является Клара и говорит мне что-то хорошее…

Она тому причиной или нет, но в понедельник утром я снова собран, решителен и готов к бою. Что я намерен делать – не знаю даже в общих чертах, кроме одного: сейчас я им продемонстрирую, что вновь разгадал их игру. Долго роюсь по всем полкам, ящикам и карманам и хоть с трудом, но мне удаётся возместить ту сумму, которую я потратил из гибсоновских денег. Я еду в банк, кладу 25 тысяч на имя Мориса Гибсона и возвращаюсь домой.

Сейчас я напоминаю себе того меня, который однажды утром, сразу же после завтрака, спокойным тоном и без всяких надрывов в голосе объявил Лиззи: «Я подаю на развод». Она была прямо-таки ошарашена: со дня её последней измены прошло больше четырёх месяцев, и она думала, что в очередной раз всё позади. Ей было невдомёк, что все эти четыре месяца в моих мыслях и снах она продолжала изменять мне каждый день, пока я не почувствовал, что дальше так жить не могу. Лиззи попробовала закатить скандал – я был невозмутим; она попыталась меня обнять – и наткнулась на камень, холодную скалу… Тут даже ей стало всё ясно, и наш бракоразводный процесс прошёл на удивление мирно и спокойно.

И сейчас я тоже холоден и спокоен. Я точно знаю, что на этот раз пойду до конца и полезу на рожон. Потому что я хочу вырвать у них Клару.

С этой мыслью я включаю компьютер и открываю «Мэра». Это единственное, с чего я реально могу начать. Интуиция подсказывает мне, что в этой игре – разгадка к чему-то очень важному; к чему-то, из-за чего шесть дней назад ко мне пришёл Морис Гибсон и сказал: «У меня к вам дело, мистер Ньюмен, мне как раз и нужен такой человек, как вы», а потом пришла Клара и…

Я решительно отмахиваюсь от воспоминаний и пытаюсь настроиться на игру. Но это не удаётся, потому что глаза мои ошеломлённо, но целенаправленно лезут на лоб. Прекрасно помню, что в прошлый раз закончил игру с балансом минус 230, а сейчас на нём плюс 20! Но ведь с тех пор я ничего не делал и даже не открывал её! Легко подсчитываю, что откуда-то у меня взялись лишние 250 очков. Может, в игре заложено, что кто-то из моих сторонников вправе совершать какие-то действия, пополняя мой баланс? Я открываю перечень проведённых мероприятий, но там по-прежнему только два: митинг и несостоявшийся концерт. Ну, и ладно. Как бы то ни было, баланс мой стал положительным, а это реальные деньги, значит, на них можно что-то провернуть. Я перевожу очки в деньги и получается, что у меня на счёте две тысячи долларов. Не весьма, но всё-таки. И тут меня осеняет новая мысль. Я прикидываю, а в какой сумме выразятся невесть откуда взявшиеся 250 очков и получаю… 25 тысяч долларов!

Тут и думать нечего. Это ровно та сумма, которую я положил меньше часа назад на счёт Мориса Гибсона в самом настоящем банке в трёх кварталах от своего дома.

9. Фрэнки переходит на нелегальное положение

«Теперь я кое-что об этом знаю», – с удовлетворением думаю я и тут же укоризненно покачиваю головой. Ну-ну, Фрэнки, не надо скромничать! Не кое-что, а чуть ли не всё! Чуть ли – потому что до сих пор неясно, кто за всем этим стоит, и каковы их конкретные тактические цели. Но я выясню и это, причём, очень скоро, может даже, сегодня. Наверное, это называется наитием, но мне больше нравится сравнение с пасьянсом «Ручеёк» : ты выкладываешь по одной карте из колоды, но ничего не сходится и лента на столе всё растёт, а колода становится тоньше и тоньше, пока у тебя в руках не остаётся последняя карта; ты кладёшь её и – бах! – она совпадает с перекрёстной; убираешь их – и совпадают две другие, а там ещё и ещё, и вот уже пошла цепная реакция, и так до конца – сошлось! Когда у кандидата в мэры Фрэнка Ньюмена откуда-то появились 25 тысяч долларов, я ещё ничего не понимал, и даже тот факт, что на первом этапе игры, составляя список сторонников, я включил в него Мориса Гибсона – просто потому, что думал о предстоящей встрече с ним, – тоже ничего не разъяснял. Но тут в роли последней карты выступило воспоминание о том, что перед тем, как сегодня открыть игру, я, в силу устоявшейся привычки, вышел в Интернет, чтобы проверить почту. В этот-то момент они ко мне и проникли. Но это всё так, ерунда, главное – значит, возможен и обратный процесс! И сейчас я заверчу его на всю катушку. Поднимется жуткий тарарам, и отныне бомбу в автомобиле и выстрелы в окно следует расценивать как явления вполне возможные.

Мне нужны деньги. Ненадолго, часа на два, считая с того момента, как они у меня появятся, после этого у меня их будет сколько угодно. С преступностью лучше бороться за её же собственный счёт, а не обирать налогоплательщиков, и этот вариант я намерен использовать. Но нужен начальный капитал. А здесь у меня только один способ.

Я тянусь к телефонной трубке, но тут же спохватываюсь – нельзя! – достаю мобильник и звоню своему приятелю Дэйву Робертсу в агентство по операциям с недвижимостью.

– Старина, – говорю я после приветствий и неизбежных «Как дела?», – мне срочно нужны деньги, и я хочу заложить свою квартиру. Никаких льгот и поблажек: тебе звоню потому, что некогда связываться с осмотром и оценкой, а ты её знаешь. Ужесточай условия, как хочешь, но выжми максимальную сумму.

Дэйв раздумывает всего минуту.

– Фрэнк, – нерешительно говорит он, – квартирка-то у тебя не ахти… В общем, двести тысяч, пять процентов и полгода. Устраивает?

– Идёт, – не раздумывая, соглашаюсь я. – Начинай оформлять документы прямо сейчас. Я подъеду к тебе часа через два-три, но если что-то не слепится, то завтра. Договорились?

– Да… – так же нерешительно тянет Дэйв.

Он явно хочет сказать что-то ещё, но я отключаюсь. Так, теперь следующий ход. Одеваюсь, забираю жалкие остатки денег и выхожу на улицу. Через витрину кафе вижу филёра – отлично! Лишь бы он меня дождался. Сажусь в лендровер и еду в универмаг, за собой замечаю «вольво»; это не очень хорошо, но и не страшно: мне нужно выскочить из-под их внимания не больше, чем на три минуты, а дальше – пусть следят. Эти три минуты я рассчитываю у них вырвать за счёт того, что они не знают, куда я еду, и неизбежно потеряют на этом время. Ещё издалека замечаю жёлтый «форд», выезжающий с парковки универмага, и «БМВ», который готовится занять его место. Отчаянно газуя, проезжаю рядом с «БМВ», и он испуганно шарахается в сторону, прекрасно понимая, что две-три царапины моему роверу падением престижа не грозят, а вот ему такое ни к чему!

Припарковавшись, выскакиваю из машины и быстрым шагом иду в отдел рабочей одежды. Пользуясь тем, что эта продукция не из числа ажиотажных, почти мгновенно покупаю серую куртку и глубокую кепку, прячу это в пакет и уже не спеша направляюсь в компьютерный отдел, где приобретаю ещё три игры, ориентируясь лишь на то, чтобы на них были яркие картинки, по которым даже издалека можно было бы понять, что это такое. После этого возвращаюсь домой.

Специально подольше вожусь с дверцей лендровера, чтобы дать возможность моему филёру занять выгодную позицию для наблюдения, затем иду к двери офиса, держа игры в руке. Отпирая дверь, делаю неловкое движение, и диски выскакивают и падают на землю. Чертыхаясь, собираю их и вхожу, наконец, внутрь.

Времени у меня, наверное, мало, поэтому мигом сдираю плащ, надеваю куртку и кепку и привычным уже маршрутом вылезаю в окно. Обойдя два дома, выхожу на свою улицу и осторожно выглядываю из-за угла. Филёр, делая жесты свободной рукой, звонит по мобильнику, и это хорошо. Без сомнения, он сообщает, что клиент купил новые игры, и, в связи с этим, просит разрешения уйти. Пока всё нормально, но самое трудное дальше: надо его выследить. Я подготовился к трём вариантам, и не все они одинаково для меня удобны: он может уехать на «вольво», пойти пешком или взять такси. В первом случае слежка будет невозможна, и тогда мне придётся затевать что-то ещё, чтобы вытащить его обратно. Для второго я и приобрёл неброский камуфляж, третий случай тоже нехорош, но оставляет кое-какие шансы. Конечно, он может поехать не во враждебное мне логово, а просто домой или ещё куда-то, но об этом лучше сейчас не думать, чтобы не расстраиваться прежде времени.

Сначала мне везёт. Через некоторое время «вольво» стартует и сворачивает за угол. Правильно, должна же соблюдаться конспирация, пусть своим ходом добирается. Но у того, по-видимому, и так болят ноги от многочасового топтания на месте, и он останавливает такси. Я отчаянно верчу головой в стороны, но другого такси нет, следовать за ним на такой заметной машине, как мой ровер, бессмысленно, и я использую последний шанс: пока он усаживается, подскакиваю как можно ближе и запоминаю номер.

Десять минут неторопливо курю, потом захожу в телефонную будку и листаю справочник. Службы такси занимают в нём почти полстраницы, и я начинаю по порядку обзванивать все. Четвёртый диспетчер сообщает, что такси с таким номером действительно зарегистрировано в их агентстве.

– У вас какие-то претензии, сэр? – спрашивает он.

– Вчера в этой машине я забыл важные документы, – вру я, – они мне необходимы прямо сейчас, передайте водителю, что я жду его на Ист-роуд, 18. Мне бы очень не хотелось обращаться в суд, – добавляю для убедительности.

Это срабатывает, и через полчаса подлетает нужное мне такси. Я выхожу из-за угла и подхожу к машине. Увидев меня, водитель, молодой парень, закипает.

– Я вас вообще впервые вижу! – орёт он.

– Братишка, – успокаиваю я его, – всё это – просто моя выдумка, чтобы затащить тебя сюда. Ты чист, как горный снег. Я в двойном размере оплачиваю твой прогон и даю ещё 50 долларов, если ты мне скажешь, куда отвёз мужчину, которого забрал на этой улице меньше часа назад. После этого ты меня больше никогда не увидишь, разве что случайно в качестве клиента.

Раздумывает он недолго.

– «Джейсон & Доусон. Рекламное агентство». Могу вас туда отвезти.

Я отказываюсь, вручаю ему деньги, и он уезжает, успокоившийся и довольный. И я тоже, успокоившийся и довольный, уже не скрываясь, возвращаюсь в офис, снова переодеваюсь и еду к Дэйву. У него всё готово, и я, отмахиваясь от его предложений ещё раз хорошенько подумать, подписываю бумаги, получаю деньги и отправляюсь в банк, где кладу их на имя Ричарда Шаффнера. Кто это такой, я не знаю, потому что имя придумано мною тут же, но это и неважно, лишь бы его не забыть.

Теперь всё готово, и можно начинать. По пути домой я заезжаю в ресторан, чтобы пообедать и захватить домой что-нибудь тоже. Очень тянет взять и выпивку, но я понимаю, что этого делать нельзя, потому что малейший промах может обойтись мне катастрофически дорого.

Усевшись за компьютер, я не тороплюсь его включать, а выкуриваю сигарету: это как выдох перед тем, как броситься в бассейн с десятиметровой вышки, только последствия в моём случае могут быть гораздо серьёзнее. Одновременно продумываю ход операции, припоминая все детали, но потом покачиваю головой, беру лист бумаги и подробно всё записываю. Закончив, пробегаю его глазами. Вроде бы, ничего не забыл.

Пора начинать. Включаю компьютер и первым делом устанавливаю защиту паролем от чужого доступа, чего не делал никогда – необходимости не было. Теперь она есть, и такая, что на всякий случай блокирую папку «Мои документы». После этого выхожу в Интернет – на сей раз в игре мне необходим режим он-лайн, – нахожу на диске «Стань мэром» адрес производящей компании и захожу на её сервер. Конечно, по IP они меня тут же вычислят, но это не страшно: не могут же они знать, что я затеял, наверняка подумают, что просто решил начать игру заново. Я и начинаю заново.

Теперь моего героя зовут Ричард Шаффнер, ему сорок лет, женат первым браком уже 18 лет, двое детей, экономическое образование, служба в армии (Афганистан, Ирак) – словом всё такое, чтобы приобретать баллы, а не терять их. Затем внимательно и обдуманно заполняю список сторонников, подбирая людей влиятельных, а напоследок заношу Мориса Гибсона, мысленно извиняясь перед незадачливым кандидатом Фрэнком Ньюменом, чей баланс в эту минуту снова срывается в минус. Путём таких ухищрений – плюс собственный счёт Шаффнера в банке – получаю 3800 баллов и сразу выхожу на первое место в предвыборной гонке.