Пробежка. Когда сбегаешь в мир сновидений

© Александра Акимова, 2024

ISBN 978-5-0064-4027-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Пролог

Пытаясь сохранить остатки сил, Ник бежал сквозь пронизывающую сознание лесную тьму, попутно перебирая в голове воспоминания. В последние дни ему было трудно отличить вымысел от реальности, но, несмотря на все испытания, он даже в подобной ситуации старался мыслить здраво. Ник понимал, что возможно все происходящее сейчас есть сон, очередной ужас, который стал сниться ему так часто.

Но если происходящее представляет реальность, то подобная пробежка (таким словом он решил окрестить данные действия), вряд ли закончится благоприятно. В голову лезли ужасающие кадры будущего развития событий.

Возможно, такое проявление саморазрушения было единственным выходом, благодаря чему защитный механизм включился, помогая Нику справиться с травмирующими его тело и душу обстоятельствами.

Принято думать, что надежда умирает последней. Надежда – единственное чувство, которое сейчас удерживало его искалеченную душу в теле. И яркий свет, который манил мужчину, как мотылька на пламя. Но свет прятал за собой неизведанность, а, следовательно, возможную угрозу.

«У меня хватит сил. Ещё немного – прокручивал он слова в голове, как бы заставляя собственное тело сделать невозможное – Просто беги и ты достигнешь света».

Увы, но вера в собственные возможности не была ему помощником. Рана на руке давала о себе знать, с каждой секундой становилось больнее. Кровь уже пропитала часть рукава куртки. Хоть он и зажимал рану второй рукой, поток красной жидкости был быстрее, чем Ник предполагал. Огромный ком, засевший в горле, мешал дышать. Пробежка становилась все более неспешной, но при этом болезненной.

Холод, добравшийся до костей, бодрил сознание Ника, а ветер подгонял его уставшее тело, хоть и не понятно в какую сторону. Мужчина сам не знал, куда требовалось бежать, потому что таинственный свет, который был для него ориентиром, то появлялся, то исчезал, заставляя Ника одиноко блуждать по лесному лабиринту.

К сожалению, так повелось в небесном механизме, что ночь, своевременно спустившаяся в лесную чащу, частично ослепила мужчину. Когда луч света пропадал, только звезды на ночном небе, иногда освещали его мучительный путь, выглядывая из-под ветвей деревьев.

Учитывая то, что Ник был физически и морально измотан, он, споткнувшись в бесчисленный по счету раз, рухнул на почву, не густо покрытую осенними листьями. Он не смог подняться вновь. Перевернувшись на спину, Ник направил бессмысленный взгляд к небесам. Точнее, к кусочку ночного неба, выглядывающего из ветвей соседних деревьев.

– Ладно, отдохнем – прошептал он, договариваясь с собственным телом, одновременно понимая, что уже не встанет сам.

Ник нуждался в помощи, а помочь было не кому. В детстве он любил общаться со звездами, по его мнению звезды были лучшими слушателями, хоть они далеки и не знакомы. Иногда он говорил с деревьями, представляя, что они все слышат и понимают. Но сейчас ему было не до разговоров, ведь падение забрало остатки сил и способность быстро мыслить. Время, словно, замедлилось. Возможно, он смирился со своей судьбой, просто лежал, прощупывая пальцами листья.

Неожиданно, он услышал голос Марты. Ник не знал, что его помутненное сознание, способно выдать подобный трюк. Её до боли знакомый голос, повторял одно и то же:

«Осень не пощадила деревья – с грустью протянула она – В итоге, судьба этих красивых листочков – упасть и растворится в почве. Люди прям как эти листья, у нас одинаковый конец»

Вырванная из воспоминаний фраза доставила ещё больше страданий, чем кровоточащая рана. Его возлюбленная, часто проводила связь между человеком и природой. Её восхищала и одновременно печалила быстротечность жизни и красоты. Ещё чаще она болтала о судьбе и ее значении в жизни людей. Поэтому не удивительно, что именно данная фраза не выходила из головы Ника, словно сообщая ему о скорой гибели.

Он всегда считал, что судьба скрыта в характере человека и является неотъемлемой спутницей начертанного им же жизненного пути. Если воспринимать судьбу как следствие собственных действий и совместить это мнение со словами Марты, то можно сделать вывод – смерть Ника логичный финал в этой истории. Так он и подумал, значит, точно смирился, уже осознанно, насколько это возможно.

Ветер стал дуть сильнее, стихия не оставляла в покое уже опавшие листья, которые метались из стороны в сторону, попадая в искалеченное тело мужчины. Они не давали Нику забыться, и он мысленно продолжал проводить параллели между течением своей жизни и результатами действия законов природы в лесной чаще.

Он представил лист, который появился на дереве в виде почки ранней весной. Впитывая лучи солнца, он будет расти, с наступление холодов лист поменяет окрас. Осень заберет всю жизненную силу, ветер подберет его и побросает по местности, прежде чем впечатать в землю навсегда. Этот процесс повторится с другими листьями на других деревьях, он необратим и естественен. Деревья Ник не втягивал в свои размышления. Представив, что дерево – это нечто великое в данной системе размышлений, и оно не способно понять всю боль от потери очередного листика.

Возвращаясь к себе, мужчина вспомнил свое детство. Он рос жизнерадостным мальчиком, не смотря на все невзгоды, он любил жизнь и принимал все её дары. Но мальчик вырос, изменился внешне и внутренне, его жизнь начала заполняться страхом, болью, разочарованием. Наверно, это такой же естественный для всех людей процесс, как для листа порыв ветра. Наступила осень, последние дня октября, и Ник не в силах больше бороться. Он так старался ради себя, ради Марты, а остался ни с чем.

Неожиданно ветер начал стихать, словно давая понять: жизнь его достаточно побросала, а теперь конец близок. Глаза его смыкались под тяжестью сна, он уже не сопротивлялся.

«Можно ли заснуть во сне? Видимо да. Возможно, я уже мертв»

Если это возможно, то у Ника было одно желание. Чтоб земля поглотила его тело вместе с листьями, а исчезающий порыв ветра унес его мысли в прошлое, в те места, где он был счастлив, к тем людям, которых он любил.

Глава 1. Домик у леса

Серый внедорожник мчит по шоссе, обгоняя одну машину за другой. Внутри компания из трёх человек. Разметка шкалы терпения одного из них снижается вниз к нулю. Ник всегда был спокойным и рассудительным, он старался не поддаваться эмоциям, особенно, если был за рулём. Но сегодня эти качества начали подводить его.

Ведь Нелли, давняя подруга его возлюбленной и по совместительству, бывшая девушка его двоюродного брата, медленно выводила мужчину из себя, хоть и ненамеренно. Ник знал Нелли больше года, но никак не мог привыкнуть к буйному характеру этой женщины. Все вокруг переворачивалось верх дном, когда Нелли появлялась рядом. Более спокойный Марк сдерживал ее характер, но подобное не могло длиться долго, поэтому Ник брата в расставании с Нелли не обвинял.

– Ники, ну согласись, – нервно обратилась к нему Нелли – Твой братец оплошал. Отвергнуть такую девушку как я … – она повторяла это снова и снова, словно пластинка, которую заело. Учитывая ее старания, Ник скоро и сам поверит в сказку Нелли.

Всю дорогу, по мнению Ника, она обливала грязью его родственника. Возможно данная мысль и очень грубая по отношению к девушке, но зато близкая к правде.

Мужчина, с невозмутимым видом, продолжал вести машину, хоть внутри он пылал от негодования. Слушать гадости про своего друга было неприятно. Да, Ник часто называл Марка именно другом, просто забывая о кровном родстве. Нелли же считала, что Ник слишком снисходителен к её парню из-за очевидных родственных связей. Ведь они росли вместе, следовательно, привыкли к недостаткам друг друга.

Поэтому он молчал, понимая, что если начнет спорить, то машина взорвется изнутри от напряжения. Была б его воля, он бы высадил эту женщину из машины, но печальное и озадаченное выражение лица Марты, сидящей рядом спереди, останавливало его. За несколько дней до поездки, она обратилась к нему с просьбой:

– Ник, ведь она моя подруга, близкий нам обоим человек, – голос её немного дрожал от переживаний, тяжелое дело быть подушкой для слез Нелли – Мы должны взять её с собой, тем более, что нам по пути. Довезём до города, а там уже её сестра позаботится о ней. Потом сразу к твоей бабуле. Так мне будет спокойнее.

– Конечно, тем более она едет к родным. Навестить семью – дело святое. —согласился Ник.

Хотя именно душевное спокойствие Марты стало причиной брать Нелли с собой. По своему, Ник, конечно, любил эту взбалмошную женщину (про себя он частенько так ее называл). С ней не было скучно, заполняя собой все пространство, она была инициативным лидером их компании. Они так и проводили свободное время раньше, дружили парами: Ник и Марта, Марк и Нелли. Но это было раньше, а в каком состоянии их компания сейчас?

Если парочка расстанется, то данное событие отразится на Нике и Марте не лучшим образом. Это как находится на двух противоположным сторонах баррикад: очень опасно и может привести к беспорядкам в их личной жизни. Эгоистично думать так, когда у твоих друзей проблемы. Но ведь у Ника только все наладилось и в личной жизни и на работе. Ему нравилось жить вместе с Мартой. Мужчине всегда хочется возвращаться домой, что является показателем полной идиллии. Марта тоже была довольна, ей нравилось обустраивать будущий семейный очаг. К подобной благополучной и спокойной жизни они стремились вместе. А тут фокусы от Нелли!

– Теперь мы не сможем дружить как прежде – несколько часов объяснений недостатков характера Марка закончились, Нелли начала мыслить более обширно, затрагивая их дружбу – А как мило все начиналось! Я думала, что в будущем мы будем дружить семьями. Чудесная была идея. А наши дети могли б…

Она на пару секунд замолкла, а потом выдала фразу:

– Но ведь Марку не было до этого дела! Я оберегала, его заботилась… Может он и детей не хотел – последние слова Нелли сказала рыдая, она продолжала что-то неразборчиво бормотать, поэтому поток слез было не остановить.

Изначально, Ник и Марта решили принять нейтральную позицию, так как их друзья часто ссорились, но потом мирились. Этот случай был более серьезным. Тут даже сердце Ника неприятно заколотилось в груди, ему внезапно стало жалко Нелли. Он мельком взглянул на Марту, которая, повернув голову назад, начала утешать подругу.

Большая часть пути была позади, а Ник уже познал приличную часть стадий женской истерики, вызванной страданиями от разбитого сердца.

Прослушивая плачь Нелли, он подумал о Марке. Интересно как он? Они созвонились за день до поездки, когда Марк временно был в отъезде. Он был печален, и словно морально опустошен. Съехав от Нелли, он поселился временно в квартире своего коллеги, их общего знакомого, который, видимо, станет второй плачущей подушкой в этой истории.

– Ой, заправка! – прервавши неожиданно плач, крикнула Нелли, да так громко, что Ника передернуло – Никки, давай туда… Я в туалет сгоняю.

В туже секунду внедорожник свернул направо. Судя по голосу, ее настроение улучшилось: видимо запас слез закончился, или нужда «сгонять в туалет» была сильнее. Конечно, слово «сгонять» было громко сказано. Когда машина затормозила, Нелли, зевнув, кинула просьбу:

– Я скоро, ждите – и вяло вышла из средства передвижения, побрела к заправке.

Пару секунд молчания и разговоры в машине продолжились.

– Предлагаю оставить её тут, ради нашей безопасности – уверенно заявил Ник —Или эта женщина доведет меня до психоза. Нервный срыв не за горами.

– Пожалуйста, потерпи – с пониманием в голосе сказала Марта – Она выговорилась, сейчас ей станет легче. Нелли очень плохо спала ночью, так переживала.

Марта знала подругу с начальной школы, её предположениям можно было доверять. Но Нелли была не предсказуема, настроение иногда менялось без видимой причины, а на сегодняшний день даже наглядная причина имелась.

– Надеюсь, что она заснет в пути – фыркнул Ник – Иначе нас троих, по приезду, заберут в психушку – ухмыльнулся он.

Марта хохотнула, хоть и оставалась встревоженной. Подобные язвительные комментарии Ника смешили ее. Она прекрасно понимала, что такие фразы он выдаёт не со зла, а скорее, чтоб разрядить обстановку. Её предположение оказалось верным, так как подруга, вернувшись, развалилась на задних сиденьях, толком ничего не сказав. Не прошло и пяти минут, как внедорожник тронулся с места, а Нелли мирно спала. Впереди сидящая парочка решила оставшийся путь провести в молчании, разбудить эту буйную женщину им совсем не хотелось. Марта просматривала очередной журнал по живописи, а Ник краем глаз наслаждался пейзажем.

Шла последняя неделя октября. Он всегда любил осень, которая делала мир ярче, раскрашивая листья деревьев яркими красками. В детстве Ник и Марк некоторое время жили у бабушки Сони, в домике на краю леса. Осенью бабушка брала их с собой «по грибы да ягоды», но очень ругалась, когда мальчики ходили в лес одни. Увы, занять себя в маленькой деревне было нечем, сверстников там было мало, и лес стал детям неофициальной запретной игровой площадкой. Все блага были в соседнем городке, только через него по лесной дороге можно было бы добраться до деревни. Пункт выдачи Нелли ее сестре был как раз в этом городе.

Родители Марка часто ездили по командировкам за границу, сейчас они и вовсе переехали жить в дальний регион, сына видели редко, следовательно, бабушку, жившую на отшибе современного мира, еще реже. Отец Ника, после смерти супруги, часто отсылал крошку сына к маме Соне, считая, что её воспитание пойдет ему на пользу. Наверно, бабушке сейчас было там одиноко, отец Ника был на заработках, он приезжал все реже. Корабль, где он был матросом, за год бывал в разных уголках мира. Везде, но не дома.

Дом… Место вмещающее в себя много значений и чувств. И для всех разное. С отцом у Ника оно не ассоциировалось.

А на счет бабушки Сони… Внуки часто звонили ей, мальчикам было приятно поговорить с бабулей, если связь позволяла сделать это. Ник, который был любимчиком, решил её навестить, не просто так. Отношения с Мартой становились серьёзнее, дело шло к свадьбе, получить одобрение бабули дело правильное. Отец не встревал в отношения сына, он вел себя несколько отстранённо. Родители Марка и то проявляли к Марте больше интереса, и относились к ней очень положительно, что нельзя было сказать по отношению к Нелли.

Проехав чуть меньше тридцати миль, машина заехала в центр города. Спустя пары минут ребята оказались у дома сестры Нелли. Саму девушку разбудить оказалось не просто, но Марта справилась с ней относительно быстро. Передав Нелли вместе с сумкой ее сестре, парочка помчалась прочь, мало ли какие идеи возникнут в голове подруги.

Их разлука произошла спокойнее, чем Ник предполагал. Сонная Нелли, со спутанной копной кудрявых рыжих волос и в помятой одежде, выглядела мило и забавно. Наверно, девушка толком и не осознала, что произошло, повиснув на сестре, и махая руками на прощание.

Проехав через центр город, внедорожник выехал на узкую частично разбитую дорогу. Лесная трасса плохо освещалась и была вся в ямах, попадая в них машину трусило. Смеркалось, но Ник и предполагал, что они прибудут в деревню поздно вечером. Он ехал медленно, пытаясь разглядеть ямки в дороге, пока Марта прихорашивалась, чтоб предстать перед бабулей в лучшем виде.

– Ай, волосы на затылке запутались – пролепетала она, расчесывая гребнем золотые пряди, внезапно она посмотрела вдаль – Кажется, деревня?

Ник кивнул, стараясь не отвлекаться от дороги. К сожалению, фонариков и возле деревни было маловато. Деревенские люди редко выходили из дома ночью, нужды в ночных светильниках просто не было. Нет спроса, значит, нет и предложения. Про развитость инфраструктуры в поселении упоминать не приходилось.

Деревня, частично окруженная лесом, состояла примерно из несколько дюжин одноэтажных жилых домиков, не считая заброшенные участки. Бабушка в недавнем разговоре упоминала, что некоторые семьи покинули деревню и уехали жить в соседние города. Но так и не продав участки, просто оставив свои дома на произвол судьбы.

– Старики умирают, а их дети уезжают в город. Молодым тут скучно – без грусти сообщила бабушка Соня, просто констатируя факт – Одной семье с ребенком тут достался в наследство домик от моей соседки. Да, да, от той престарелой кошелки. Хорошо, что иногда, они заглядывают сюда. То тихо, как на кладбище. Туда нам старикам и место…

Ник подзабыл путь, ведущий к домику. Темнота, накрывшая деревню, мешала освежить память, поэтому пару раз он свернул в ненужную сторону. Но десять минут, и вот они у дома бабули. Прихватив свои вещи, открывают хлипкую калитку и идут по узкой тропинке к дому.

Бабушка не встретила их, судя по запаху запеченного мяса в прихожей, готовка на кухне была в самом разгаре. Не легкое дело в столь почтенном возрасте готовить полноценный ужин. Конечно, ей хотелось сделать внуку приятно, удивить его. Ребята прошли чуть дальше в гостиную. От этой большой уютной комнаты шло три ответвления: коридор с тремя небольшими спальнями, ванная комната, и кухня. Конечно, бабушку им нужно было искать в последнем помещении. Дом был старым, его построил еще отец бабушки Сони. Несколько фотографий с портретом прадеда стояли на полке у камина, его серьезный вид пугал в детстве Ника, хотя бабуля говорила, что внешне и по характеру они очень похожи, разве что бороды и усов на лице Ника не было.

Сам дом остался почти таким же в детстве мужчины. Частично покрашенные стены с деревянными панелями, пол укрытый коврами. Мебель так же старая, но пару лет назад отец Ника лично обшил ее новой тканью, и привез пару новых тумбочек, смотрелось непривычно.

Бабушку Соню пара застала врасплох, она так замоталась на кухне, что действительно не заметила их появления.

– Бабуль, это мы – протянул Ник, открывая кухонную дверь. Пожилая женщина перепугалась. Уронив ложку, ее начало покачивать в разные стороны. Влияние возраста и усталости сказывалось на ее походке, но привыкшая к подобному, бабушка продолжала говорить слова приветствия. Поймав бабушку Соню, Ник и Марта помогли ей накрыть стол, знакомство продолжилось уже за ужином.

– Значит, ты художница? – спросила она у Марты, наливая девушке сок в стакан.

– Я дизайнер по образованию, но сейчас рисую на заказ. Дела идут отлично – с улыбкой, ответила Марта, разделывая запеченную курицу.

Ник соскучился по бабушкиной стряпне, будучи голодным, он готов был съесть птицу целиком.

– Кинь мне кусочек побольше – попросил он Марту, а затем продолжил – Да, Марта отлично рисует. А я, по-прежнему, работаю в фирме, надеюсь на повышение.

– Вот и славно – удовлетворенно заметила бабуля, жуя кусок птицы и поправляя на голове цветастую косынку. Бабушка всегда носила платки, прикрывая седые волосы. Местные старушки носили примерно одну и ту же непримечательную одежду, юбки да кофты на пуговицах, лишь платки отвечали за разнообразие их образа.

– Мы же купили вам подарок – словно прочитав мысли Ника, сказала Марта – Я сейчас принесу.

Заметив одобрительный взгляд Ника, девушка пошла в прихожую к их сумкам, и вернулась через несколько минут со свертком.

– Неожиданно, спасибо! – смутилась бабушка, разворачивая сверток с шелковым платком – Какая красота! Ваша бабка будет самой модной в деревне – смеясь, она сняла очки с толстыми линзами, видимо, чтоб случайно не задеть их и начала примерять подарок.

Общение прошло гладко, в основном обсуждали Марту и ее жизнь до знакомства с Ником. Её семья жила в небольшом поселке на другом краю страны, и ее возлюбленный был знаком с ними заочно.

После ужина, ребята помогли бабушке прибрать со стола, а затем, прихватив сумки, побрели в комнаты. Ник разместился в своей старой комнате, Марта же пошла в комнату Марка. Мысль ночевать вместе в одной комнате отпала сразу, у бабули в доме были только односпальные узкие кровати, да и бабушку Соню, как человека строгих нравов, беспокоить не хотелось.

Раскладывая вещи в комнате, мужчина мысленно отметил, что в детстве помещение казалось просторнее. На деле в комнату вмешались только кровать и небольшой комод, комната Марка была примерно такой же по наполнению. Проведав Марту и пожелав ей доброй ночи, он поспешил к бабуле.

Бабушка Соня, лежа в кровати, перебирала старые фотографии. Ник присел на край кровати, хоть было и поздно, он не хотел откладывать серьезный разговор на завтра. Бабуля, как ему казалось, внешне осталась прежней: худенькая, ростом низкая, все лицо в морщинках, глубокие серые глаза, цвет которых передался и Нику. Бабушка Соня всегда говорила, что члены их семьи отличались маленьким ростом и хрупким телосложением, только ее отец и Ник вымахали такими высокими.

Старушка начала первая, что успокоило мужчину, ведь он не знал с чего начать разговор.

– Хочу перебрать старые фотографии и лучшие показать Марте – сказала она, пробегая глазами по выбранным фото. Ник украдкой взглянул на них. В основном на них были изображены он с Марком в детском возрасте, было несколько фотографий бабушки с ее детьми, Эдди, отцом Ника и тетей Ритой, мамой Марка.

Ник отметил, что бабуля не взяла ни одной фотографии с дедушкой, видимо потому что их брак был несчастливым – дед спился и умер еще до рождения Ника. Его при бабушке Соне никогда не упоминали в разговоре, так как она явно не хотела обсуждать их отношения в браке. Только если кратко: мол, был дед, а сейчас его нет, к чему тревожить прошлое. Ник не успел рассмотреть все фотографии, так как бабуля начала собирать их в стопку, одновременно спрашивая:

– Ты видимо хотел обсудить со мной, что-то важное – две стопки фото были собраны, одну из них перетянутой лентой, бабушка протянула Нику – Закинь их на полку, будь добр.

Мужчина выполнил просьбу, и вернулся на место.

– Как ты наверно догадалась, мы хотим пожениться… – начал Ник, с появившимся ниоткуда чувством стеснения – Что ты думаешь об этом?

– Мне девочка понравилась. Если ты счастлив, то и я довольна. – без энтузиазма сказала бабушка. Ник сощурился, словно сомневаясь в правдивости ее слов. Она продолжила – Пойми, я не знаток секрета счастья в семейной жизни. Я искренне верила в свое счастье, когда выходила замуж, а твой прадед и моя сестра сомневались в этом… – тут она замолкла, видимо упоминать разговоре давно уже мертвых, близких ей людей, было больно. Ник знал, что жизнь бабушки была полна трагических событий, она мало говорила о своей молодости, лишь вскользь разговора упоминая когда-то живших в этом домике людей.

– Твои родители были прекрасной парой, если бы твоя мать была жива, сейчас все было по-другому. Я была уверенна в их счастье, но судьба все решила за нас – голос её был все печальнее, словно она чувствовала вину. Ник пожалел, что вообще завел этот разговор.

– Бабуль, если я не смогу управлять своей судьбой, то попытаюсь поменять отношение к ней. Все зависит от человека, я не боюсь будущего, и сделаю все, чтоб наш брак был счастливым. Можешь не волноваться, я все решил, но я не мог не спросить у тебя совета.

– Как ты похож на прадеда, мой папа был таким же решительным и уверенным, и его брак с мамой, был… – она задумалась, подбирая слова – Да, был счастливым, насколько это возможно. Ты же знаешь, я вечно драматизирую…

– Знаю, – Ник перебил ее – Поэтому завтра я и Марта постараемся отвлечь тебя, то тут в одиночестве, только плохие мысли в голову и лезут.

– Надо чаще бабушку навещать! – с шутливым тоном возмутилась она – Вот Марк про меня совсем забыл, редко приезжает, хоть звонит иногда.

Ник не стал рассказывать о проблемах друга, пообещав, что оба внука будут впредь внимательнее, он обнял бабулю и отправился к себе спать.

Сон не приходил, от слова совсем. Конечно, многим людям непривычно спать вне дома. Ник весь извертелся, простынь под его телом сбилась в комок. Было уже далеко за полночь, как он уснул.

Сны о прошлом мужчине снились, но очень редко. Хотя в этом доме отрывки воспоминаний возникали в голове чаще, чем обычно. Данное сновидение, не отличалось бы от других, еслиб не было полностью абсурдным. Сначала Нику снилось его детство в деревне, а точнее прогулки в лесу с маленьким Марком и бабушкой. Потом резко стемнело, и компания поспешила в домик, где их ждали родители Ника. Увидев отца, Ник несколько не удивился, предполагая, что он мог приехать их навестить. Присутствие матери ощущалось как нечто нереальное. Лора умерла еще до того, как мальчиков одних начали отправлять в деревню, и Ник был очень мал, чтоб отчетливо помнить ее. Судя по семейным фотографиям, она была красивой молодой женщиной, с черными кудрями ниже плеч, миндалевидными карими глазами и широкой улыбкой. В таком же образе она была во сне. Улыбалась, ведь явно была рада видеть сына. Как бы бабушка не сравнивала его с прадедом, Нику всегда казалось, что внешне он похож на мать, только цвет глаз подвел.