Двенадцать месяцев. Март. Голубая змейка и живая вода.

Каждая капля снимала с земли понемногу зимнюю белизну и открывала то травинку, то камень, то прошлогодний лист. Будто сама земля понемногу открывала свою малахитовую шкатулку. Не сразу. Не всякому. А только тому, кто умеет смотреть.