Знаем ли мы русский язык?..
- -
- 100%
- +
Мы говорим «хорошо», а они – «прикольно», «клёво»… Мы – «не повезло!», а они – «ну и облом!». Мы «восхищаемся» – они «тащатся»! Нам «безразлично», а им «фиолетово». Нам «нездоровится», а их «плющит», «тараканит» и «колбасит». Мы резюмируем: «Сильно сказано!» А они произнесут одно слово – «жесть»!
Молодёжный жаргон – это игра, ирония, маска, желание переиначить мир на свой манер, а ещё показать – «я свой»! Главное в этом явлении – уйти от обыденности.
Как же нас раздражает в наших детях их «птичий язык», то есть жаргон, на котором они говорят. Однако злиться на него – всё равно что злиться на дождь или снег! Молодёжный жаргон был, есть и будет!
Папы и мамы, бабушки и дедушки, вспомните! В дни вашей молодости ведь были свои жаргонные словечки – какие-нибудь «чуваки» и «чувихи», которые где-то там «хиляли»…
Больше того, на жаргоне порой начинает говорить вся страна, вне зависимости от возраста. Ну разве поймёт иностранец, что «петля Горбачёва» – это очередь в винный магазин во время антиалкогольной кампании, а «кормовые» – доплата студентам на питание; что «арбуз» – миллиард рублей до деноминации; «Андроповка» – водка «Московская», цена на которую была снижена в 1984 году, во время пребывания Юрия Владимировича Андропова на посту генсека КПСС, а «бориски» – денежные купюры, выпущенные при Борисе Ельцине.
Так стоит ли осуждать молодёжь?
Молодёжный жаргон – это настолько серьёзно, что филологи выпускают сегодня специальные словари, а родители, психологи, преподаватели их мгновенно раскупают.
Кстати, замечательного лингвиста Максима Кронгауза молодёжный жаргон не раздражает. Он пишет: «А я, например, завидую всем этим «колбасить не по-детски», «стопудово» и «атомно», потому что говорить по-русски – значит не только «говорить правильно», как время от времени требует канал «Культура», но и с удовольствием, а значит, эмоционально и творчески (или, может быть, сейчас лучше сказать – креативно?)».
Так что мягче и добрее относитесь к языку ваших потомков. В худшем случае – пусть он вам будет «пако рабана», что на молодёжном сленге означает «безразлично».
Устаревшие слова
Мы иногда десятилетиями храним старые вещи. Вроде и не носим, а выбросить жалко. Вдруг пригодятся? И в самом деле, наступает момент, когда древний бабушкин ситчик становится остро модным и из него выходит дивный сарафанчик.
Так и некоторые слова язык выбрасывает на обочину, но настаёт момент, когда они внезапно напоминают о себе. И тот, кто их забыл, выглядит глупо и смешно.
Давайте вспомним некоторые устаревшие слова.
Русскую классическую литературу, к счастью, ещё никто не исключал из школьной программы. Наши дети по-прежнему изучают её и пишут сочинения. Сколько же неприятностей доставляют им устаревшие слова.
А как прикажете понимать ребёнку фразу из «Мёртвых душ» Гоголя: «Позволь, душа, я тебе влеплю один безе»? Воображение подростка мгновенно рисует сцену – Ноздрёв бросает в Чичикова это вкусное пирожное. С Ноздрёва станется! Он такой! Но оказывается, речь идёт всего лишь о поцелуе. «Безе» – от французского baiser – «поцелуй».
Ну а следующая филологическая загадка под силу разве что телевизионным знатокам: «Бутондамуры были самым замечательным украшением её лица».
Какие версии насчет «бутондамуров»? Маленький букетик, прикрепленный к волосам? Не угадали! «Бутондамуры» – это возрастные прыщи. Да, всего лишь! Но как красиво звучит! На месте сегодняшних производителей косметики я бы взяла на вооружение это слово.
Выражение, которое встречаем у Бунина: «Ты что же это, за пельки хватать?» Не подумайте чего неприличного. «Хватать за пельки» то же, что «хватать за грудки».
Кстати, устаревают не только вполне литературные слова, но и сленговые. А они тоже порой встречаются в литературе и поражают своей меткостью. Пример из рассказа русского писателя и драматурга Петра Боборыкина: «С кем разговариваешь: с женой ли сановника или с горизонталкой?» Оказывается, «горизонталками» в XIX веке называли продажных женщин.
Жаль, что некоторые выражения ушли из нашей речи – очень уж они яркие, «вкусные». Сегодня мы говорим – «прошёл огонь, воду и медные трубы». А раньше бы сказали – был «и в мяле, и в пяле». «Пяло» – это то, чем раскатывали сукно. «Мяло» – то, чем мяли лён и кожу.
А вот дивное выражение для тех, кто ещё не оставил пагубную привычку давать и брать взятки, – «барашек в бумажке». В позапрошлом веке взятку называли именно так.
Мне очень хочется вернуть в нашу разговорную речь ещё одно милое выражение – «стреньбрень с горошком». В XVIII веке его употребляли, когда хотели сказать о чём-то нестоящем, чепуховом. В Словаре русского языка XI–XVII веков есть слово «брение».
Забавно, что приходится переводить с русского на русский, но сделаем это. «Брение» значит «глина», «грязь», «тина».
В словаре Даля «стреньбрень» пишется слитно, в одно слово, и толкуется как «хлам», «скарб», «ветошь».
У лингвистов есть предположение, что это «стреньбрень» образовалось от крика старьёвщиков: «Старьё берем!» Ну а горошек, видимо, был добавлен как «несерьёзный» продукт. Почему-то именно так к нему относились наши предки. Это видно из выражений «шут гороховый» или «чучело гороховое».
Да, сегодня возвращается мода на ретро. Вновь в цене и старинная мебель, и старинные украшения… Почему бы не вернуть цену и словам, возле которых в словарях стоит грустная пометка – «устарелые»?
Недавно слышала, как девушка просила продавца: «Дайте мне померить перчатки – вон те, без пальчиков». Прозвучало смешно. Впрочем, продавец ее понял. Перчатки, в которых пальцы остаются открытыми, сегодня пользуются спросом у женщин. Ведь в них очень удобно водить машину. Только дамы забыли, что такие перчатки называются «митенками».
Многие мужчины и женщины носят головной убор из дорогой ткани с отворотами из меха. Как его называют? Да никак! А ведь у него есть название – «мурмолка».
У молодых людей нынче в моде маленькие шапочки, обтягивающие голову. Мода ведь возвращается, и такие шапочки когда-то уже носили. А вот как они называются, забыли. Наверное, стоит напомнить юношам, что они носят чаплажки.
Если заглянуть в толковый словарик русского языка, изданный в XIX веке, то начинает казаться, что это словарь иностранных слов – так много непонятного!
Любителям пропустить рюмочку-другую мы подарим весёлое забытое словечко «опрокидонт». Читаем у Николая Лескова: «Вели скорее дать маленький опрокидонтик». Заодно добавим, что выпивку за чужой счёт называли «опитухой».
Ещё немного о питии. И сегодня можно услышать, как мужчины просят продать им шкалик спиртного. А сколько это – шкалик? Отвечаю: «Половина чарки». Вы спросите: «А сколько же содержимого в чарке?» – «1/10 штофа!» Опять непонятно?
Не буду вас больше мучить. Шкалик – это 0,06 литра, то есть 60 граммов. Содержимое чарки и штофа вы теперь без труда вычислите сами.
А как вам нравится выражение «порато баско»? Скажете, что-то итальянское? Отнюдь! Исконно русское! «Поратый» – бойкий, сильный. «Баский» – красивый, пригожий. Таким образом, «порато баско» означает «весьма красиво».
Порато баско сегодня на улице, господа!
Уверена, каждый не раз укорял отпрыска: «Хватит тебе шляться без дела!» А что, если попробовать сказать как встарь: «Хватит тебе слонов продавать!» Вдруг такая фраза не только детину рассмешит, но и заставит-таки взяться за ум?
Признаться, мне очень нравится и выражение «кока с соком». Встречаем у Николая Щедрина: «Город здесь хороший; как раз будущий муженёк коку с соком наживёт». «Кокой с соком» называли богатство, достаток. «Как есть у Фоки кока с соком, вотрется Фока всюду боком!»
А уж если, не дай бог, ты промотал своё богатство, то о тебе говорили, что ты «проюрдонился» и «пробубенился».
Возвращение некоторых устарелых слов существенно обогатило бы наш язык. Смотрите, какой великолепный ряд синонимов у того же Николая Щедрина: «Он слыл фатюем, фетюком, фалалеем…» И все три слова обозначают нерасторопного, несообразительного человека.
Почему-то немецкое «шахер-махер» у нас прижилось. И мы по-прежнему говорим так о мошенничестве. А вот «цирлих-манирлих» забылось. Хотя иную жеманную девицу было бы не грех так назвать!
О манерном поведении чопорных барышень говорили и так: «она вся на симах», то есть на пружинах – как механическая кукла.
Теперь, когда мы стряхнули пыль с некоторых устаревших слов и выражений, они снова стали как новенькие! Право, хочется прямо сейчас пойти и влепить кому-нибудь один безе.
В конце концов, новое – это хорошо забытое старое! Ещё римский поэт Гораций сказал: «Многие из тех слов, которые уже исчезли, возродятся, а те, которые сейчас в почёте, исчезнут».
Я желаю вам блеснуть в компании забытым словом, тем самым его возродив.
«Мама» и «папа»
Люди старшего поколения сетуют: мол, не осталось сегодня уважительных слов для обращения к родителям! Какие-то кастрированные «ма» и «па», а то и вовсе – «папинус» или «мамахен».
«Мама» и «папа» – первые слова, которые мы произносим, когда учимся говорить!
Дворяне употребляли слова «матушка» и «батюшка». Крестьяне этими словами величали барина и барыню. Так нередко уважительно обращались и к людям, детьми которых не являлись.
Вспомним разговор Чичикова с помещицей Коробочкой из «Мёртвых душ» Гоголя: «Здравствуйте, батюшка. Каково почивали?» – «Хорошо, хорошо. Вы как, матушка?» – «Плохо, отец мой. Все поясница болит». – «Пройдет, пройдет, матушка. На это нечего глядеть». – «Дай бог, чтоб прошло. А с чем прихлебнёте чайку? Во фляжке фруктовая». – «Недурно, матушка, хлебнём и фруктовой».
Горожане среднего достатка говорили «мамаша» и «папаша». В купеческих слоях было принято обращаться к родителям «маменька» и «тятенька».
Вот диалог из пьесы Александра Николаевича Островского «Женитьба Бальзаминова»: «Мне, маменька, все богатые невесты красавицами кажутся; я уж тут лица никак не разберу». – «Что ж ты мне не расскажешь, как у вас дело-то было?» – «До того ли мне, маменька, помилуйте. У меня теперь в голове, маменька, лошади, экипажи, а главное – одёжа, чтобы к лицу». – «Брось, Миша, брось, не думай! Ишь как смерклось. Пойду, велю огня зажечь». – «Погодите, маменька! Впотьмах, маменька, мечтать лучше».
В XIX веке из французского языка в Россию пришли «папа́» и «мама́н» – обращения, которые не склонялись. «Тебе, моя душа, не годится волноваться». – «Я совершенно спокойна, maman» (Л. Толстой. Анна Каренина).
Но со второй половины XIX века русская классическая литература вновь узаконила русское произношение этих родных слов.
Что касается сегодняшнего жалобного и капризного «ма» и «па», то лингвисты считают это проявлением инфантилизма современной молодёжи, явлением почти социальным.
Я желаю доброго здоровья вашим мамам и папам и прошу вас не забывать такие хорошие ласковые русские слова при обращении к родителям, как «мамочка» и «папочка», «мамулечка», «мамуля» и «папуля». Впрочем, здесь нет границ для изобретения своих собственных нежных слов.
Язык мирового бизнеса
Недавно я оказалась невольной свидетельницей разговора двух девушек. Одна из них собиралась замуж, и обе обсуждали её избранника. «Кем он у тебя работает?» – спросила подруга. «Брокером!» – с гордостью ответила будущая невеста. «А что это такое?» – поинтересовалась подруга. «Не знаю!» – растерялась девушка.
Девчонки! Прежде чем замуж выходить, давайте хоть выясним, за кого выходим!
Но очевидно, что с появлением рыночной экономики значение этого слова могло измениться. Ведь в условиях рынка молниеносно сформировался новый общественный слой коммерсантов, в основном посредников, первыми из которых в нашей стране стали именно брокеры и дилеры.
«А зачем они нам?» – спросите вы. Ну как же! Я, например, хочу что-то продать, а вы хотите это купить. Во-первых, я должна вас найти, впрочем, как и вы меня. А найти непросто – товар специфический, не каждому нужен.
Предположим даже, что мы нашли друг друга. Возникает следующий вопрос: а за какую цену продать? Ни вы, ни я не знаем конъюнктуру рынка. Мне важно не продешевить, а вам – не переплатить! Вот тут-то нам и нужен брокер – посредник между продавцом и покупателем, всесторонне знающий возможности закупки и сбыта продукции.
Брокеры являются посредниками не только на товарной, но также на фондовой и валютной биржах.
Вы хотите что-то застраховать? И тут между вами и страховой компанией вырастает фигура брокера.
Брокер всегда осуществляет свою работу по поручению и за счёт клиентов. Именно этим он и отличается от дилера, действующего от своего имени и за собственный счет.
Дилер, от английского deal, – «торговать», «распределять». Дилер скупает ценные бумаги или товары за свои деньги, а потом перепродает их мелкими партиями.
Ещё более загадочная фигура – консигнатор. Этот имеет товары для продажи, хотя их не покупал и не является их владельцем.
Чем же ценен консигнатор?
«Консигнатор» в переводе с английского – «грузополучатель». В этом-то все и дело! У него есть помещение, где товары могут храниться и оттуда, со склада, постепенно продаваться.
Консигнатор продает чужой товар от своего имени, получая вознаграждения от собственника товара, то есть совмещает в себе качества брокера и дилера.
Ну, кто такой риелтор, сегодня не знает только ленивый. Посредник при заключении сделок с недвижимостью, получающий комиссионные, тоже выгодная партия. Ведь цены на недвижимость заоблачные. Значит, и комиссионные неплохие.
Кто же ещё отважился взять на себя в начале 90-х годов прошлого века нелегкую ношу коммерсанта? Может быть, предложение руки и сердца от ресейлера или реселлера (произношение двоякое) еще интереснее? Не советовала бы. Если написание двоякое, то есть слово ещё не освоено языком, значит, и профессия какая-то «размытая», до конца не оформившаяся.
Понятно, что слово «ресейлер» образовано от английского глагола resale – «перепродавать» или существительного seller – «продавец». Нужен ли вам в качестве спутника такой человек, решайте сами.
Есть еще и дистрибьютор – в переводе с английского – «распределитель, распространитель». Проще говоря, это человек, имеющий эксклюзивное право продавать какой-то конкретный товар.
Наверное, есть и другие господа коммерсанты, но они пока останутся неразгаданными.
Для тех, кто далек от бизнеса, но собирается выйти замуж именно за коммерсанта-посредника, я думаю, сегодняшнего урока вполне достаточно. А вообще главное, чтоб человек был хороший.
Коммерческое «эт» и «спам»
С наступлением компьютерной эры появилась новая каста людей – программистов, которые говорят на абсолютно непонятном для непосвящённых языке.
Если не хотите почувствовать себя полным идиотом, то не пейте кофе с двумя программистами сразу. Во-первых, они обязательно забудут о вашем присутствии и будут общаться только между собой. Во-вторых, вы ни за что не поймёте, о чём они так заинтересованно говорят.
Помню, я как-то раз оказалась в такой компании. Один из моих спутников сказал другому: «Всю ночь мучился, менял маме мозги». Второй ответил: «А я окна переставлял – бубен сломал». Всё услышанное показалось мне полным бредом, а молодые люди, мягко говоря, не совсем вменяемыми. Я даже хотела тихо встать и уйти от греха подальше, но любопытство взяло верх, и я решила выяснить, о чём разговор.
Оказалось, что «мамой» программисты называют материнскую плату. Материнская плата, в свою очередь, является самой главной деталью в компьютере. «Мозги» в данном случае – это компьютерная память. «Окнами» у программистов называется операционная система Windows, стоящая на большинстве компьютеров. А бубен – это бубен. Гении-программисты, оказывается, верят, что для заклинания операционной системы, не подчиняющейся никаким законам логики, необходим шаманский бубен.
Да, чтобы понимать язык программистов, надо быть программистом.
Но некоторые слова, связанные с компьютером и Интернетом, знают даже те, кто ими не пользуется. О них-то сейчас и вспомним.
Собака, а не кусает! Что это? Уверена, многие сразу догадались, что речь идёт о главном компьютерном значке, который является неотъемлемой частью электронной почты. И они не ошиблись! Но почему мы, русскоговорящие, называем этот значок «собака»?
Логично было бы предположить, что это перевод с английского. Ведь для нас компьютерная эра наступила позднее, чем для американцев и европейцев.
«Коммерческое «эт» – что-то чересчур длинное и мудрёное для такого короткого значка.
Существует оригинальная версия, согласно которой отрывистое «эт» напоминает русскому уху собачий лай. Оттого-то мы и назвали компьютерный символ «собака». Впрочем, значок и правда похож на маленького, свернувшегося калачиком пёсика.
Но скорее всего, название пришло из некогда популярной, а ныне забытой компьютерной игры Adventure, в которой по экрану бегал пресловутый значок и назывался «собака».
К «собаке» мы уже привыкли, и теперь трудно себе представить, что вместо неё мы могли бы получить «лягушку», «закорючку», «плюшку», или даже «крокозямбу», или «масямбу». В 90-х годах прошлого века, когда искали название этому значку на русском языке, были такие предложения.
Любопытно, что в разных странах этот символ читается по-разному. Например, итальянцы называют его «улиткой», шведы – «слоном», голландцы – «обезьяньим хвостиком», сербы – «чокнутым А», чехи и словаки – «сельдью под маринадом», а израильтяне – «штруделем».
Задолго до американцев этот значок использовали флорентийские купцы. В письме, написанном в 1536 году, упоминалась цена одной амфоры вина. Причем вместо слова «амфора» стояла буква @, украшенная завитком, и выглядела точь-в-точь как наша «собака». Это было сокращённое обозначение единицы измерения объёма – стандартной амфоры.
А в 2009 году испанский историк Хорхе Романсе обнаружил этот символ в арагонской рукописи 1448 года, то есть почти за век до флорентийского письма. Он обозначал старинную испанскую меру веса – арробу, равную 11,5 килограмма. Вот такая увесистая собачка. Кстати, испанцы и португальцы и сегодня называют компьютерный значок «арроба».
Теперь, отправляя письма по электронной почте, вы будете использовать символ @, зная про него практически всё!
Да, сегодня мы не мыслим своей жизни без компьютера. Для нас катастрофа, когда что-то в организме этой чудо-машины разлаживается. Мы воспринимаем свой компьютер как личную жизнь. И нам отвратительно, когда в неё вмешиваются посторонние. В этом смысле для миллионов пользователей Интернета неприятно и назойливо звучит слово «спам».
«Спам» напоминает известный разговор: «Вы меня любите?» – «Нет!» – «Но я все равно приду к вам в гости!»
Массовая рассылка информации людям, не желающим её получать, заставляет их ставить всё новую и новую защиту от этой напасти. Миллионы людей борются со спамом, но мало кто из них знает, откуда пришло в мир это «заразное» слово.
Впервые слово «спам» появилось в 1936 году. Это сокращение от английского spiced ham – «острая ветчина». «Спам» был товарным знаком для мясных консервов компании Hormel foods. Ими во время Второй мировой войны кормили американских солдат.
Война закончилась, а запасы ветчины остались. Для того чтобы сбыть несвежий залежавшийся продукт, компания провела беспрецедентную по тем временам рекламную акцию. Слово «спам» бросалось в глаза на каждом шагу. Им пестрели витрины магазинов, фасады домов, страницы газет. Оно было написано на бортах автобусов и трамваев, выскакивало из радиоприёмников.
Но синонимом назойливой рекламы «спам» стал лишь в 1969 году – после выхода в свет сатирического ролика с одноимённым названием. За две минуты слово «спам» было произнесено в ролике более 100 раз. Сюжет истории незатейлив. Муж и жена приходят в ресторан пообедать. Но какое бы блюдо они ни пытались заказать, в каждом содержится спам. «Я не люблю спам!» – восклицает в конце ролика жена.
Забавно, что слово «спам» было внесено в титры фильма, словно это живой персонаж.
Глава вторая
Работа над ошибками
Однажды подруга великой балерины Анны Павловой – тоже известная танцовщица – попросила её показать движение в медленном темпе, разложив его на элементы. Павлова задумалась, хотела повторить движение и… упала!
Вот так и мы – говорим не задумываясь, с ошибками и без них… А если задуматься, то чуть ли не каждое второе слово может поставить нас в тупик! Но иногда всё же задуматься стоит!
Как часто можно услышать – «курица высиживает яйца». Давайте задумаемся: если курица яйца высиживает, то почему она называется наседкой? Хороший вопрос! Оказывается, правильно сказать: «Курица насиживает яйца!»
Меньше всего люди задумываются, когда ведут деловые разговоры. Времени нет! Занятые они!
Так вот, заняты́м некогда поинтересоваться, что они подписывают – догово́ры или договора́? Бизнес тех, кто подписывает догово́ры, думаю, будет успешнее! Потому что догово́ры – это правильно!
Деловые люди любят слово «взаимообразно» и часто его употребляют. Но если задуматься, то слова-то такого и нет! Не верите? Поищите сами в словарях! Ни за что не найдете! Зато есть другое – «заимообразно». Его-то и следует употреблять!
Деловые люди любят принимать «обоюдные» решения! И отлично! Но только в том случае, если решения эти принимают два человека! «Обоюдное» – значит для обоих, для двоих! А если партнёров больше и все они с решением согласны, то тогда оно становится «единодушным»!
Вы, наверное, замечали – иногда хочешь что-то сказать, произнести какое-то слово, а язык прямо «спотыкается»! Не произносится слово, и всё тут!
Например, вы говорите: «Я не убедил его сегодня! Завтра убе…» – и стоп! Как сказать? Убедю? Убежду? Чушь какая-то получается! И вам приходится выкручиваться! Вы выбираете обходной путь: «Я смогу убедить его завтра!» В чем же дело?
А если задуматься, то выяснится, что глагол «убедить» в единственном числе первого лица не имеет будущего времени! Есть и еще один глагол ему под стать – «победить»! Победю? Побежду? Нет! Только окружным путём: «стану победителем» или «одержу победу». Впрочем, что их вспоминать по одному? Надо уж назвать всю группу. Вот они, эти глаголы, не желающие иметь будущего: «грезить», «дерзить», «чудить», «очутиться», «ощутить», «умилосердить» и, конечно, «убедить» и «победить».