Двойная метка. В плену боссов-альф
- -
- 100%
- +
Подхватывает на руки, словно пушинку, и кладет поперек. Я знаю, что они планируют сделать.
– Мы не хотели быть жестокими, Стася, – заявляет, останавливаясь напротив моего запрокинутого лица.
Кончиками пальцев ведет вдоль моих губ, затем очерчивает скулы. Второй рукой медленно расстегивает ширинку.
– Но ты нас вынудила, – Лев жестко распахивает мои бёдра.
Он уже… мамочки! Чувствую, как о мою возбужденную плоть трётся его член. Огромный! Я помню, какой он гигант… и как сладко ощущать его внутри.
Это не я! Нет!
– ААА! – с губ срывается вой, когда большой волчий «агрегат» резко распахивает мои мышцы, – ООО!
Лев фиксирует мои ноги на весу. Начинает двигаться. А я извиваюсь, кричу. Это нереально! Так приятно, хорошо, сладко! Хочу!
– ДАААА! – кричу.
– Рот открой, – приказывает Ярцев.
Я подчиняюсь его хриплому рыку. Сила. Моё тело принимает их мощь, склоняется перед ней. И человеческая суть капитулирует. Открываю рот. В горло проскальзывает большой член Семена.
Они оба во мне.
Мои возбужденные, порочные звери. Мамочки!
– МММ! МММ! – мычу, чувствуя подступающий оргазм.
– Первый пошёл, – смеется Лев, когда я начинаю сокращаться на его члене, – не нужно сопротивляться, мышка-охотница. Мы сделаем тебе очень хорошо.
Я не могу принять это! Нет! Но когда член Вересова увеличивается, растягивая мои стеночки, кончаю снова. А он заливает меня спермой. Её безумно много! Слишком…
Я точно залечу от него! Этого нельзя допустить… нельзя… ох! Волки меняются. Их глаза сияют желтым. Ярцев врывается в мою киску.
– ААА! МАМОЧКИИИ! – выгибаюсь, но не успеваю и вдохнуть, как в рот толкается Лев.
– Давай, пососи как следует. Дыши носом. Помнишь, как я учил тебя?
Семен рычит, возбужденно постанывает. А мне нравится. Ведь мы сейчас втроём. И нам всем хорошо. Истинность делает своё дело. Не могу сопротивляться её влиянию.
Это мои волки… и они меня хотят.
– АХ! МММ! ДАААА! – кричу, сдаваясь в их порочную власть.
– Умница, – шепчет Семен, – наконец-то ты принимаешь нас…
– ГЛУБЖЕ! АААХ! МММ! – вою, затем обхватываю рукой член Льва.
Погружаю его в рот. Волк смотрит с удивлением.
– Наша развратная мышка. О да, детка… соси его… ммм!
Вкусно. Мне нравится глотать сперму оборотня. Я опущена ниже некуда. Но довольна и даже счастлива. Знаю, что после буду ненавидеть себя. Но сейчас…
Всё нормально. Хорошо. Так и должно быть.
– Я ПОЧТИ! ДААА! – кричу, когда из меня вырывается влага.
Кажется, я на миг теряю сознание. Затем прихожу в себя. По телу течет удовольствие. Ничего подобного я не испытывала за всю жизнь. Никогда…
– Сень, смотри, она сквиртует! – Вересов продолжает ласкать меня, теребить клитор, продлевая оргазм.
Когда они успели снова поменяться? Лев кончает в меня. А Ярцев заливает спермой мою грудь. Я вся в них. Лежу, дыхание сбивается. Пустым взглядом смотрю в потолок.
В голове ни единой мысли.
– Вот так бы всегда, – Семен достаёт салфетки, очищает член и надевает брюки, – и мне бы не пришлось идти на столь неприятные меры.
– Такие уж неприятные? – бурчу. – Ты отвратителен!
– Ты моя истинная! – рычит Ярцев. – И твоё место подле меня. На моём члене.
– Ага! А до меня ты развлекался… – начинаю возмущаться, чувствуя сильный прилив ревности.
– Тихо! – рычит волк, жестко приподнимая меня и впиваясь в губы.
Терзает их, пока я не начинаю снова стонать и извиваться.
– Знаешь, раньше мне нравилось, как она сосала, – ухмыляется мне в губы, – но теперь любое прикосновение вызывает отвращение. Меня интересует лишь этот рот.
Оборотень проводит пальцами по моей нижней губе. Снова этот взгляд. И понимание, что Ярцев не лжёт.
– Тогда зачем ты это сделал? – шепчу. – Мне было больно.
Не знаю, зачем призналась. Но на лице волка вдруг появляется грустная улыбка.
– Хотел тебя проучить. Но в итоге сам себе сделал лишь хуже. Прости меня.
Я его не понимаю! То властный и жесткий, то вдруг такой одинокий и печальный.
– Тебе придётся заслужить прощение, – бормочу.
Ярцев лишь улыбается.
– Как скажешь, моя истинная.
– Таким твой стол мне нравится, Сень, – ухмыляется Лев, – давай, я вытру тебя, мышка.
Покорно принимаю эту странную заботу. Сперма оборотней всюду. Она покрывает мою киску, наполняет матку. Тонким слоем высыхает на груди и животе. В горле тоже волчье семя.
– Я вас ненавижу… – выдыхаю, начиная приходить в себя.
– Мы видели, – ухмыляется Вересов, – слезай. Иди ко мне!
Он быстро стирает с меня сперму. Я и не замечаю. Но хоть моё тело чисто, оборотни забрались глубоко в душу. И там обосновались.
– Встань, – жестко говорит Семен, затем разворачивает меня, смотрит на метку, – и правда. Двойная метка на упругой попке.
– Никогда о таком не слышал, но мне пиздец нравится, – говорит Лев, затем разворачивается, – смотри, мышка.
Поднимаю взгляд на его широкую спину с перекатывающимися мускулами. Меж пары крупных татуировок вижу руну. Словно ожог, она сияет золотым.
Семен поворачивает голову. На мощной шее также пульсирует вторая половинка моей метки.
– Мы втроём повязаны, Стася, – говорит он, затем натягивает рубашку, – ты замерзла?
Отпрыгиваю. Обнимаю себя руками, прикрываюсь. Мне становится стыдно. Что я только что творила? Гляжу на дорогой паркет. Его покрывает жидкость. Это я… так кончила?
Дрожу, прикрываю глаза и давлю слёзы. Я принадлежу этим двоим! Мне так страшно! Что со мной будут делать? Мучить? Заставлять рожать? Не хочу!
Всхлипываю. Но вдруг на плечи ложится мягкая ткань. Семен накрывает меня своей рубашкой. Холод проходит.
– Не плачь, Стася, – тихо говорит, целует в висок, – пойдем. Тебе нужно отдохнуть.
Киваю. Оборотни одеваются.
– Там есть кто? – спрашивает Ярцев, взглядом указывая на дверь.
– Нет, – Лев прикрывает глаза, делает глубокий вдох, – никого. Можем идти.
– А куда? – пищу.
– Пойдём, мышка-охотница. Отведем тебя в безопасное место, – шепчет Вересов, и тоже целует меня в висок.
От касания его губ тело прошибает мощной волной. Киска снова набухает. Твою мать! Опять?
– Я чувствую, – шепчет он, – но сейчас тебе нужно отдохнуть.
Меня ведут прочь из кабинета. Заходим в лифт. Мои ноги покрыты мурашками. Лев обнимает меня, Семен достает сигарету.
Двери открываются. Мы заходим в квартиру. Вижу ту самую кровать, с которой и началось моё падение. Топчусь у порога.
– Почему сюда? У меня есть квартира! – пробую возмутиться.
– Мы порвали твои вещи, – улыбается Ярцев, демонстрируя острые клыки, – голой поедешь?
– А здесь у вас женская одежда есть? – огрызаюсь.
– Ты ж, моя строптивая, – Вересов прижимает меня к себе, – Сень, она мне нравится!
Офигеваю, таращусь на мужчин. Почему они заботливые? Оборотни же не такие! По крайней мере, меня всегда учили, что волки – злобные и агрессивные звери. И никак не внимательные, ласковые.
– Нет. Но скоро будет. Ты пока душ прими, поспи.
– С чего такая забота? – рычу.
– Ты же наша истинная, – мурчит Лев, трётся о меня щетинистой щекой.
Молчу, исподлобья гляжу на оборотней. Мне нравится их внимание. Касания, ласки. Почему? Блин! Дурацкая метка!
– И ещё кое-что, – говорит Семен, – думаю, ты понимаешь, что в твоей жизни мужиков быть не должно.
– Их и не было…
– А как же твой охотник? – выгибает бровь альфа, – ты с ним трахалась… так что расстанься. Иначе я ему голову отгрызу.
– Это было давно, – вздыхаю, – мне не понравилось.
– Почему? – влезает в диалог Лев. – А с нами понравилось, я видел!
Почему… а я откуда знаю? Просто мой Пётр совершенно никакой в постели! Но им я этого не скажу. Как и того, насколько они умелы, и как мне с ними хорошо.
– Без понятия, – пожимаю плечами.
– Врешь, – Ярцев подцепляет мой подбородок.
До чего же этот зверь красив! Идеальный охотник на невинные девичьи души. Но я смотрю. Тону в его взгляде.
– Захочешь – расскажешь, – говорит он, затем отпускает меня, – душ вон там, полотенца в шкафу. Мы скажем Агнессе, чтобы она приготовила тебе нормальные вещи.
Они разворачиваются и направляются к двери.
– Спасибо, – шепчу едва слышно.
– Не за что, – вдруг отвечает Семен, затем подмигивает мне.
Так и стою, наблюдаю, как мои любовники-оборотни скрываются за дверью квартиры. Взгляд падает на тумбочку у самого входа. Там лежит моя сумочка. И в ней вибрирует мобильный телефон.
Дрожащими руками достаю устройство.
– Да?
– Стась! Привет! – голос Петра не вызывает никаких эмоций.
– Что ты хотел?
– Не рада слышать? – слышу, как он лыбится.
И меня это бесит.
– Занята. Ну так что?
– Как там твоя подруга?
– Эмм…
– Которая с меткой.
– Я поняла. Ну, она немного уже привыкла к этому.
– Плохо. Очень плохо! Потому что метка укореняется. Ты лекции своего отца прогуливала?
– Нет… – говорю тихо.
Я помню. Метка истинных появляется, а потом постепенно врастает в саму суть пары. И каждое взаимодействие усиливает её влияние. Даже простое общение. Что уж говорить про страстный секс…
Кажется, я попала по-полной! Что же делать?
– Стася! Приём! – верещит Петя.
– Да… я ей скажу, потом тебе перезвоню.
– И еще.
– Что?
– Пошли на свиданку! Давно не ходили. Ты меня в последнее время избегаешь, – дуется, – а я тебя хочу.
А я тебя нет… понимаю, что должна с ним расстаться. Даже не потому, что волки могут навредить. А потому, что не люблю этого парня. Нечестно пудрить ему мозги. У меня рождается план.
– Хорошо, давай сходим. Я тебе наберу, когда свободна буду. А пока у меня важное задание. Не звони, пожалуйста.
– Ладно! Удачи тебе! Буду ждать звонка.
Кладу трубку. Чувствую, как тело тяжелеет. Почему после оргазма всегда спать хочется? Подхожу в постели. Присаживаюсь и веду ладонью по мягкому шелку постельного белья.
У альф всё самое лучшее. Деньги, власть, женщины. Почему тогда природа сделала меня их истинной?
Это случайно или есть причина? Не понимаю…
Стягиваю рубашку Семена. От его аромата у меня голова идет кругом. Совершенно запуталась в собственных чувствах.
Голышом ложусь на твёрдый матрас, наслаждаюсь. Удобно и круто! Всегда бы здесь спала. Стоит прикрыть глаза, как проваливаюсь в глубокий сон.
Мне не снится ничего. Лишь странные звуки, рычание. Спросонья ощущаю ласковые касания. Меня гладят по бёдрам. Ох! Выгибаюсь навстречу. Постанываю.
Но потом ласка прекращается. Нуу! Блиин! Глаза открывать не хочется. Я уже давно так не высыпалась. Но я всё-таки просыпаюсь. Смотрю по сторонам. Приподнимаюсь на локтях.
Окно спальни приоткрыто. Рядом со мной на постели сидит Семен, его алые горящие глаза смотрят с интересом. Ворот рубашки расстегнут, я вижу кровь на его шее.
– Что случилось? – до меня не конца доходит, где я, и почему Ярцев здесь.
– Стася, нам с тобой нужно серьезно поговорить.
Глава 6
СеменНочная столица сияет миллионами холодных огней. Стою в темноте, выкуриваю сигарету за сигаретой. В кабинете всё еще стоит порочный запах нашего со Стасей секса. И на моих губах горит её стон.
Истинная…
Невольно касаюсь пальцами метки на шее. Приятное покалывание разносится по телу. Блядь! Я больше не могу трахать других. И даже прикасаться…
Нахуя вчера сорвался? Видеть боль в глазах истинной… пиздец, это мою душу наизнанку вывернуло. И до сих пор я чувствую себя последним подлецом и мудаком.
Рычу, чувствуя, как внутренний зверь рвётся наружу. Он снова хочет в неё.
– Альфа, – в кабинет заходит моя бета Агнесса.
Умная, взрослая волчица. Моя правая рука, бессменная помощница. Хотя порой я веду себя с ней, как полнейшее дерьмо. Но она меня слишком хорошо знает и не обижается.
– Да?
– Машина подана. Вы уверены, что мне не стоит ехать? Я бы могла поддержать вас в столь щекотливом вопросе.
– Твоя задача в другом. Следи за Стасей. Выполняй любую её прихоть. Но попытки убежать пресекай.
– Могу спросить? – она топчется на пороге.
– Да.
– Она ваша пара, альфа?
Стискиваю зубы. Мы испокон веков рвали и убивали охотников, мешающих жить припеваючи. А теперь одна из них – моя пара. И я не могу навредить ей. Мало того, начинаю испытывать странные чувства.
– Да, – коротко отвечаю.
– Ясно, – вздыхает бета, – тогда я сделаю всё, чтобы Станиславе никто не навредил.
– С чего ты взяла, что ей что-то угрожает? – резко разворачиваюсь.
– Слухи, альфа. Не все удаётся пресекать.
– Понял. Работай.
Она уходит. Слухи, значит? Интересно, кто же их распускает?
– Ну что? – встречаюсь со Львом в вестибюле офиса. – Погнали выслушивать волчьи чаяния?
Ухмыляюсь. Идти не хочется. Где-то там наверху, в моей постели сопит истинная. И зверь бы не прочь поразвлечься. Но статус альфы предполагает определенные обязанности.
– Каждый месяц одно и то же, – вздыхаю, когда мы садимся на заднее сиденье лимузина.
– Да. Надеюсь, сегодня будет проще. С охотниками мы договорились. Осталось донести это до кланов.
– Опять будут психовать, – вздыхаю.
– Самых ретивых придется приструнить, – Вересов хрустит костяшками пальцев.
– Сегодня я сам.
– Как скажешь.
Со Львом мы знакомы с щенячества. Наши кланы всегда были сильнейшими. Мы жили в центре России, а Вересовы заведовали севером. Мы пересекались редко. И когда началась большая война стай, вынуждены были объединиться.
И после всех сражений остались мы и десятки кланов без вожаков. Вересовы и Ярцевы – единственные стаи с альфами, должны были решить, кто достоин стать верховным вожаком.
Битва длилась два дня и две ночи. В итоге, порванные, избитые, мы так и не выяснили, кто сильнее. Потому объединились в союз.
– Хочу её, – вдруг выдает Лев, – ты нахуя вчера это шоу устроил? Ей было больно…
– Знаю.
– Маленькая мышка, – он прикрывает глаза, – как ты вообще сумел сунуть член в чей-то грязный рот? Когда у нас в руках такая малышка сладкая. Пиздец, я бы трахал её, не слезая… а ты обидел.
– Всё сказал? – рычу.
Вересов вдруг разворачивается ко мне. Вижу, как он злится. Старается задеть меня побольнее.
– Ещё раз доведешь её до слёз, заберу мышку себе.
Молчу. Сказать нечего. Лев прав. Я облажался. Хотел надавить, напомнить Стасе, кто тут вожак. А в итоге сам мучаюсь теперь.
Я люблю породистых самок. С красивой грудью и бёдрами. Стася совершенно не подходит под этот образ. Совсем молоденькая девчонка с небольшими сисечками. Неопытная. Прикрыв глаза, вспоминаю её розовые стоячие соски и длинные стройные ножки. Упругие бёдра, круглую задницу.
По-моему, у меня встал.
И запах. Слаще самого вкусного лакомства. Оплетающий моего зверя тонкими нитями связи.
– Кланам нужно знать о ней? – уточняет Вересов.
– Пока нет. Агнесса сказала, что идут слухи.
– Альфы, связанные с охотницей, – шепчет он, – пиздец, конечно.
– Её нужно беречь, – отрезаю, достаю сигарету.
– Она всё равно не переживет роды, – тянет Лев, – ни одна человеческая самка не выжила после рождения оборотня. Волчата сжирают мать прежде, чем появляются на свет…
– Тогда ей не нужно рожать, – серьезно говорю.
– Это суть истинности, – напоминает друг.
– Похуй. Жизнь Стаси для нас приоритет. С остальным разберёмся по ходу дела.
Я знаю…
Стася должна продолжить наш род. Именно для этого природа выбрала её.
– Думаешь, стоит обратиться к сестре Агнессы? Ну, за теми таблетками?
– Да.
– Хочешь подольше поиграть с малышкой охотницей? Я тоже. У меня стояк от одной мысли о мышке. Кончает она ахуенно красиво. И много.
Ухмыляюсь.
Мы подъезжаем к высокому бизнес-отелю в центре столицы. Даём щедрые чаевые наёмному водиле.
Заходим внутрь. С нами все здороваются. Здесь много людей. Но путь лежит на самый верхний этаж. В просторном конференц-зале уже собрались самые влиятельные оборотни. Представители наших кланов и более мелких стай.
Те, кто смог добиться нашего расположения. Там есть даже те, кто выжил в большой войне, вовремя склонив головы перед альфами.
– Семен, Лев, – нам кланяется Гелла, породистая волчица из небольшого клана, во главе которого стоит её брат.
Она не раз согревала мою постель. Пожалуй, именно Геллу можно было назвать моей самкой. Но сейчас мне совсем не до неё. Ведь мы с Вересовым слишком чётко ощущаем неповиновение. Оно имеет кисловатый привкус и исходит от кого-то из присутствующих.
Цокаю языком.
Присаживаемся во главу стола.
– Приветствую вас, – сдержанно говорю, и волки опускают головы в почтительном поклоне.
Все, кроме одного.
– В чем дело, Яр? – выгибаю бровь. – В прошлый раз тебя недостаточно проучили?
Этот волк – брат Геллы. Они остались вдвоем после того, как я убил их отца в честном поединке. Весьма сильный и перспективный оборотень. Но характер полное дерьмо.
Он стискивает зубы. Волчица, не мигая, глядит на меня. Знаю, что она уже давно ждёт закрепления официального статуса моей любовницы.
Но ничего такого не будет. Особенно сейчас.
Лев откидывается в кресле. Его тело напряжено. Альфа, не мигая смотрит на соперника. В том месяце Яр бросил ему вызов, и Вересов чуть не порвал ему глотку.
– Я всё помню, – тихо говорит оборотень, но уверенности в глазах даже не скрывает.
Видимо, придется преподать ему ещё один урок. Никто не может сомневаться в решении альф. Если хоть один волк посмеет поставить под вопрос наши методы, то и остальные начнут своевольничать.
– Охотники готовы подписать мирный пакт, – говорю, доставая сигарету.
Волки начинают галдеть. У кого-то на лице радость, а у других – сомнение. Наша со Львом задача – успокоить стаи.
– Остался последний штрих, – говорит Вересов, – и всё. Войне конец.
– И что вы им предложили? – спрашивает один из наиболее древних оборотней, глава клана южных волков.
– Возможность контроля, Аслан, – коротко отвечаю, – на некоторых точках.
Оборотень хмурится. Ему явно не хочется, чтобы охотники лезли в бизнес. Но такова цена мира.
– А что взамен? – рычит Яр.
– Взамен они отдали кое-что куда более ценное… – растекаюсь в довольной ухмылке.
Лев– И что отдали? – не унимается Яр, а мне хочется снова всыпать этому ублюдку по первое число.
– Дочь главного охотника.
– И так велика её ценность? – рычит Аслан.
– Поверь мне, старый друг, – примирительно заявляет Ярцев, – эта девчонка очень дорога ему.
– Ему ли? – вклинивается Яр, затем встаёт.
– Брат! – шикает на него Гелла, шлюшка моего лучшего друга.
– А что? То есть мы впустим охотников в наш бизнес. А альфы получат очередную человеческую шалаву?
Громкий рык Семена резко прерывает тираду молодого волка.
– Не забывайся, Яр, – глаза друга вспыхивают.
– А то что? – тот нагло выступает вперед.
Остальные оборотни, главы мелких кланов, тоже начинают сомневаться. Ненавижу эту кислятину, запах неуверенности. Медленно поднимаюсь, но Ярцев меня останавливает.
– Я сам.
Сбрасывает пиджак, не выпускает из зубов сигарету. Яр издает громкий рык, ткань на его теле трескается, пока парень обращается в зверя.
На его месте спустя миг оказывается огромный рыжий волк.
– Блядь, ну опять, – вздыхаю.
Яр бросается на Семена, но тот даже не принимает волчью форму. Обхватывает его пасть голыми руками и тянет в стороны. Вот и всё. Рычание Яра превращается в жалобный писк.
Резкий удар когтями, и рыжий улетает в другой конец зала. Гелла бросается к брату. Тот харкает кровью, кашляет, возвращаясь в человеческую форму.
Остальные оборотни всё понимают верно.
– У кого-то ещё есть вопросы? – стряхивая кровь врага с пальцев, Ярцев оглядывает остальных вожаков.
– Нет, альфа, – чеканят они.
– Так-то, – он срывает пиджак со спинки стула.
Гелла тихо всхлипывает, обнимает Яра. Он злобно глядит на нас.
– Я знаю, в чем дело, альфа! – рычит оборотень.
– И в чём? – нависаю над ним.
– В этой девке! Охотнице! С ней что-то не так. И я докопаюсь до правды.
– Рискни! – рычу, опускаясь на корточки.
Яр отпрыгивает, продолжая скалиться. Но замолкает. Потому что не может противостоять власти вожака.
– Лёва, не нужно… – бормочет Гелла.
– Тихо! – гаркаю. – Эта охотница – наша пленница. Она дочь верховного охотника. И пока она в лапах оборотней, они не посмеют напасть.
– Докладывайте мне обстановку! – приказывает Ярцев, уходя. – Если они хоть рыпнутся, будем принимать меры.
– Да, альфа, – оборотни покорно опускают головы, прощаясь.
Кислятина пропала. Вместо неё нос щекочет приятный аромат подчинения.
– Ну, что будем делать? Поедем трахать нашу мышку? – улыбаюсь, провожу языком по клыкам. – Хочу полизать её сладкую девочку.
– Сначала нужно достать таблетки.
– У тебя кровь на рубашке, – морщусь.
– Знаю. Дома переоденусь.
– Или наша мышка тебя переоденет, – смеюсь.
– Яр не должен ничего раскопать, – шипит Сеня.
– Он ничего не узнает. А если влезет глубже, чем нужно, я оторву ему голову.
– Тогда у их клана не будет вожака. Это плохо и ослабит нас, – вздыхает Ярцев.
– И что мы будем делать с мышкой? Не держать же её в наших башнях? Хочу выгулять малышку.
– Выгуляем. Но сначала нужно позаботиться о том, чтобы она не залетела. Пока это нам не нужно.
А я бы хотел. При мыслях, что внутри мышки будет мой наследник, член мгновенно принимает боевую стойку. Ей точно пойдёт беременность.
– Ты слышал когда-нибудь о двойных метках? – спешу сменить тему, член уж больно сильно давит на брюки.
– Нет. Нужно заняться этим вопросом.
– Интересно, были ли прецеденты уже?
– Это очень странное явление. Я внимательно рассмотрел…
– Сладкую попку мышки? – снова плыву от воспоминаний о сочных булочках малышки-охотницы.
– Не только, – скалится Ярцев, – саму метку. Она идеально совпадает с нашими. Это точно не ошибка. Природа захотела, чтобы эта девочка была нашей истинной парой.
– Но нахуя?
– Без понятия. Человеческие самки может и могут выносить волчат, но родить ни одна еще не могла. Я всё прочитал, что было в нашей библиотеке на эту тему.
– Может, у друидов спросить? Они же вроде вне нашего противостояния. Люди, знающие всё о волках. И принимающие нас.
Сеня вздыхает.
– Может, выпьем?
– Давай.
Едем в ближайший элитный бар. Устраиваемся в углу и заказываем себе бутылку Хеннесси. Её приносит улыбчивая официантка. Рассматриваю её, понимая, что до появления в жизни мышки уже бы тащил эту девку в сортир.
А теперь лишь скольжу равнодушным взглядом.
– Не понимаю. Эта истинная связь… странная штука, – делаю глоток, алкоголь обжигает горло.
Зверь недовольно рычит. Он хочет спариваться с охотницей. Выпускаю когти.
– В первый раз я так ахуел, что чуть во время секса не обратился, – вздыхаю.
– Та ж хуйня, – рычит Ярцев, плеская себе еще коньяка.
– Если не сдержимся, навредим ей.
– Угу… – осушает рюмку.
Так мы пьем, и пьем, и пьем. Уже глубокая ночь, мы в баре совсем одни. Водитель Митяй покорно ждёт снаружи.
– Думаешь, он догадывается? – спрашиваю друга, когда мы покидаем бар, оставив щедрые чаевые.
– Без понятия. Но он Ярцев, мой дальний родственник. Так что в Мите я уверен.
– Куда едем, босс? – спрашивает водитель.
– На квартиру.
Откидываюсь на сиденье. Облизываюсь. Сейчас мы вернемся к нашей малышке. Она наверняка уже отдохнула от нашего секс-спринта. Потому что мой член хочет в её сладкую узкую киску.
Держись, мышка-охотница. Твои волки очень голодны…
Глава 7
СтасяГляжу в жёлтые глаза Ярцева. Не могу оторвать взгляд. Как загипнотизированная провожу ладонью по его красивому, волевому лицу. Обо всём забываю. Или мне просто наплевать?
Что волки – это зло для людей.
Что я рождена, чтобы бороться с ними.
Эгоистка…
Он накрывает мою руку своей. Большой, горячей, волчьей. Момент столь хрупок, что любой неосторожный жест, слово или действие могут его разбить.
Но я чувствую внутри пульсацию. Это сердце бьется о ребра, буквально выламывая их. Оно рвётся к истинному.
– У тебя кровь, – шепчу, глядя на его рубашку, – не твоя?
– Нет, – тихо говорит оборотень.
– Сними… – схожу с ума от переполняющей меня нежности.
Хочу обнять этого хищника. Крепко. Почувствовать его звериный поцелуй. Ощутить внутри себя его пульсирующий огромный член. Слиться с ним в одно целое.
– Испугалась? – почти ласково шепчет волк.
– Нет, – отрицательно мотаю головой, – я… не знаю…
– Ты боишься истинности? – он берет мою ладонь в руку и прижимается губами.