Одна на троих. Простушка для мажоров

Глава 10

Но именно в этот момент моё тело насквозь пронзает острый оргазм. Не знаю, что тому виной. Огромный член в киске или резкий впрыск адреналина в кровь. Сжимаю собой Антона. Из горла рвётся крик. Но мажор успевает закрыть мне рот ладонью.

– ГДЕ ВЫ БЛЯДЬ?! – слышу громкий голос.

– Кто это… – шепчу, активно сокращаясь на члене Антоши.

– Дед мой, – рычит Даня, – прячьтесь! И Веру спрячьте. Малыш, тихо!

– Эээ, – ничего не понимаю, пока меня Антон тащит в кусты.

Следом летит моё платье и трусики. И спустя несколько секунд на пляж вваливается высоченные широкоплечий… дед.

– Тшш, малышка. Иди сюда, – парень прижимает меня к себе.

– Не понял! – рычит дед Данилы, – где третьего потеряли? Что вы тут хихикаете мне?! А?!

– Дед, мы просто решили поплавать, – раздается уверенный голос Даньки, – что ты разбушевался?

– Девок что ли нашли каких? Тут в деревню парочка приехала, говорят, – задумчиво уточняет мужчина, – вы мне тут это… давайте без глупостей! Бабушка завтра Веру пригласит в гости, чтобы всяких баб не было мне!

А он жёсткий!

– Да какие девки, Арсений Палыч? – голос Сашки звучит ровно, – вы так нас уделали, что сил на них никаких не осталось.

Ну-ну! Хихикаю в ладонь Антона.

– А где тогда третий? В кустах дрочит? – рычит дед, и я уже с трудом сдерживаю хохот.

– Да как можно?! Дед, ты с опекой перебарщиваешь! – огрызается Даня, – мы тебе баню строим? Строим! А уж что ночами делаем, тебя не касается.

– Поговори мне! – не унимается дедушка Данилы, – девок тут портить приехали! Веру тронете – закопаю за домом! Всех троих!

– Это почему?

– Потому что она девушка хорошая. А вы тут… оболтусы, тьфу! Марш по постелям, а то завтра будете сортир драить, да картошку для супа чистить, а не девчонку байками своими веселить. Учтите, я следить буду за вами! Глаз не спущу!

– Неееет! – стонут парни.

– СПАТЬ!

В общем, Даня и Сашка плетутся за суровым дедушкой, а мы с Антоном остаёмся одни.

– Пойдем, – он целует меня в висок, – я тебя провожу. Темно уже, мало ли что.

– Тебя не заругают? – касаюсь его небритой щеки ладонью.

– Нет. Я гость, а дед у Даньки мировой мужик. Хоть и с прибабахом. Что поделать, генерал в отставке.

– Ладно…

– Только давай, переоденься, – ласково говорит мажор, – платьице у тебя сухое. Трусики не очень, но ничего.

Хихикаю. Отдаю Антошке куртку и футболку. Сама натягиваю трусики и платье. Появление дедушки-генерала нас взбодрило. Но сейчас начинает накатывать послеоргазменная сонливость.

– Ты классная, – Антон берет меня за руку и ведет в сторону дома, – жаль, что толком пообщаться не получается. Но мы наверстаем.

– Ну, вы со мной иным способом общаетесь, – улыбаюсь.

– Тебе же нравится, – подмигивает мажор.

– Нравится… – тихо говорю.

– Пришли. Давай, иди спать, принцесса, – улыбается он, затем привлекает меня к себе, – думай обо мне, хорошо?

Обвиваю его плечи руками. Царапаю ногтями почти лысую голову. Смотрю в глаза.

– У тебя что-то случилось?

– С чего ты взяла? – шепчет мне в губы, едва касаясь.

От его горячего дыхания голова кругом.

– Ты самый задумчивый среди них. Сашка вообще без башни, Даня ведет себя достаточно спокойно. Но ты… словно не здесь.

– Когда тебя трахаю, я здесь всей своей широкой душой, – оставляет на моих губах лёгкий поцелуй, – не забивай свою красивую головку.

– Точно?

– Я расскажу тебе, Вер. Всё расскажу. Но позже… – он впивается в мои губы, долго терзает их сладким поцелуем, – а сейчас беги спать, красавица. Завтра твои девочки снова будут активно работать. Так что нужно выспаться.

– С чего ты взял? – кокетничаю, – а вдруг я не захочу?

– Сюрприз, малышка, – Антон снова меня целует.

Мы не можем оторваться друг от друга. И почему мне кажется, что этот парень нуждается в особой заботе?

– Пока, малыш. До завтра! – прощается и уходит.

А я какое-то время стою. Касаюсь губ пальцами. Боже… да я без памяти влюбилась! У меня просто голова кругом идёт. И все мысли заняты Сашей, Антоном и Даней.

Незаметно проскальзываю домой. Бабуля спит. Ох, она даже не знает, что открыла ящик Пандоры! Стягиваю платье и укладываюсь в постель. Всё тело сладенько ноет.

Между ножек тянет, попка саднит. Мамочки, меня же трахают трое! Зарываюсь лицом в подушку. Я совершенно удовлетворена. Так что засыпаю мгновенно и без снов.

Бывший вылетел в трубу, стоило мне снова влюбиться. Ни одной мысли о нём больше нет.

Но рассчитывать на что-то вряд ли стоит. Возможно, парней ждут девушки там, в городе. Своя жизнь. Я ведь прекрасно знаю, что такие романы редко заканчиваются чем-то серьезным. Жаркое лето кружит голову, влюбляешься по уши, а потом…

– Верочка! Внученька! Уже девять! – бабуля стучится в дверь.

– Встаю, ба! – кричу, стекаю с кровати.

Умываюсь прохладной водичкой на улице, топаю завтракать.

– Утром приходила Никитична. Тебя в гости приглашала, – хихикает бабушка, – парни, говорит, весь день на дедовой стройке впахивали. Сегодня сходи, отказываться некрасиво.

– Ладно, – улыбаюсь.

– Точно? Ты же не хотела? – прищуривается бабуля.

– Ну, а что мне делать? Буду жениха себе смотреть, – резко краснею, вспомнив, как именно вчера проводила «смотрины».

– Прекрасно! А я пока на огород пойду, а ты давай, вон, еще пирожков мальчикам принеси. Арсений их там мучает. Ор на всю деревню стоит.

– Ничего, им полезно, – смеюсь.

В общем, спустя час я уже стою у ворот дома Людмилы Никитичны и жутко нервничаю. Снова в длинном сарафане в пол. Волосы заплела в тугую косу. Никакой косметики. И зачем так вырядилась? Но нижнее белье надела, а то перед старичками неловко.

– Вера! – бабуля выскакивает, как чёрт из табакерки, – ты чего стоишь? Проходи-проходи. Красивая ты какая выросла! Ну принцесса прям! А я тебя вооот такой помню!

– Здравствуйте! Вот, бабушка передала, – протягиваю корзинку с пирожками.

– Да! Мальчикам нужно подкрепиться, – улыбается она, – пойдем, познакомлю тебя с внуком своим и его друзьями. Хорошие ребята! И пирожки им сама отдашь.

Да я уж убедилась, какие они хорошие. Мы направляемся к дому. Со стороны строящейся бани слышится грозный мат. Подходим ближе. И моему взору открывается просто обалденное зрелище…

Три потных, полуголых, накачанных мужских тела, активно пилящих доски…

Глава 11

ОУ.МААЙ! Других мыслей просто нет. Когда я вижу полуголых мажоров, активно распиливающих доски. Все, как на подбор, высокие, подтянутые. Потные…

Мамочки!

Вцепляюсь в корзинку с пирожками, взгляд не могу отвести от своих мальчиков. Ох! Эти мышцы, покрытые прозрачными капельками, с ума меня сводят.

Ничего лишнего! Только три сгустка тестостерона. И мой эстроген охотно отвечает на их зов. Образно, конечно.

– Доброе утро, Верочка! – стащив кепку, ко мне подходит дедушка Данилы, – о, пирожки!

– Угощайтесь, – улыбаюсь, протягиваю мужчине корзинку, – бабуля утром напекла.

– Я Арсений Палыч, дед одного из этих остолопов, – говорит он, затем кусает пирог, – ооо! Большое спасибо, милая.

Хихикаю.

Кажется, я понимаю, в кого Даня пошёл. Несмотря на возраст, его дедушка выглядит обалденно. Хотя, назвать его дедом язык не поворачивается. Мужчина в возрасте. С лёгкой сединой, густой бородой и весьма обаятельной улыбкой.

Тоже весь плотный, подкачанный. Ничего лишнего! Но взгляд то и дело липнет к парням.

– Мальчики! К вам гости! – кричит бабуля Данилы и мои мажоры разом разворачиваются.

И я попадаю в плен. Порочный, сладкий. Эти взгляды… мама дорогая! Мажоры тут же подходят к нам, берут угощение. А я краснею, вспоминая, что мы вчера творили на пляже.

– Привет, красавица, – скалится Сашка, – мы тебя ждали.

– Точно, – улыбается Даня, – очень ску… в смысле…

Он косится на деда. Тот сурово смотрит на внука. Ясно! Держит их в ежовых рукавицах. Ничего. Им полезно.

– Повезло нам, – облизывается Антон, а я гляжу на его пухлые губы, оторваться не могу.

– Ничего не забыли, остолопы?! – гремит мужчина, – почему не представились?

Наверное потому, что мы уже познакомились. Два раза. Очень близко. Низ живота обдаёт сладкой волной возбуждения. Ммм! Пальцем поглаживаю ручку корзинки. Медленно.

Парни шумно выдыхают. Они очень напряжены. Хочу их всех потискать! Провести ладонями по твёрдым мышцам. Широким плечам, развитым бицепсам, грудным. Плотным кубикам пресса. И ниже…

– Даня! – первым отмирает внук сурового генерала.

– Саня! – второй мажор берет мою ладошку и целует.

От прикосновения его губ к моей коже слегка вздрагиваю. Облизываюсь, делаю вид, что просто жарко.

– Антон, – улыбается третий парень, а я невольно вспоминаю наше нежное прощание.

И его губы на своих.

– Вера, – тихо лепечу, понимая, что уже растаяла, как мороженка.

– Так! – командует Арсений Палыч, – что девчонку на пекле держим, а? Вера, проходи на террасу, там как раз Люда закуски и морс свежий приготовила. Пойдем. А вы, марш мыться! За стол такими собрались? Вонять будете?

– Деед… – канючат они, а я ехидно улыбаюсь.

– Что дед? Мыться, я сказал! И в порядок чтобы себя привели, прежде чем идти завтракать! Вещи чистые и причешитесь!

Стадо из трёх мажоров недовольно ковыляет в сторону душевой. А я смелею. Захожу на просторную светлую террасу. Там уже накрыт стол и вовсю хозяйничает бабушка Дани.

– Садись, деточка! Не напекло? – беспокоится она.

– Вам помочь? – не спешу усаживаться.

– Нет, нет! Ты гостья, так что располагайся. Мы с Арсением после завтрака поедем в город, кое-что прикупить. Мальчики тебя развлекут, участок покажут. Деревню-то ты знаешь.

– Да, – улыбаюсь.

– На озеро можно сходить. Или погуляйте, говорят, в этом году много молодежи. Может, познакомитесь с кем.

– Спасибо!

Арсений Палыч возвращается, одетый в старенькие, но чистые брюки и белую рубашку. Парни шлепают мимо, все мокрые. В полотенцах на бёдрах. Сжимаю ноги от открывшегося зрелища.

– Сейчас переоденемся и придём, Верунчик, – подмигивает мне Даня.

– Не паясничать! – гаркает дед, – Вера, ты с ними построже. Наглые они. Никакой дисциплины! Хотя…

Мужчина тепло и по-доброму улыбается.

– Люблю я внука своего. И товарищи его – мальчишки хоть куда. Молодые, кровь кипит, я сам таким был. И знаю, чем это чревато. Себя нужно смолоду контролировать, вот так держать! – он сжимает большую руку в кулак.

– А мне кажется, уж на отдыхе в деревне можно мальчиков подотпустить, – подмигивает мне Людмила Никитична, – пусть проявят себя. Ты-то, дорогой мой, так себя держал, что я понесла в восемнадцать!

– Вот баню построят и будут проявлять, – невозмутимо фыркает мужчина.

– А вот и мы! – моя любимая троица появляется на пороге.

– Ты смотри! – Арсений Палыч разворачивается, довольно ухмыляется, – для девчоночки-то вон как разрядились! Ну садитесь. И ведите себя прилично. А то женилки-то пообрываю!

Осматриваю мажоров. Чистые джинсы, глаженные футболки. Довольные такие стоят. Улыбаются. Это для меня они так стараются? Приятно, блин!

Парни тут же усаживаются рядом со мной. Сашка и Даня по обе стороны, Антоша напротив. От них так приятно пахнет!

– И надушились, ты гляди! – прищуривается генерал в отставке, – как хочется произвести впечатление на красавицу?

– А то! – подмигивает мне Даня, а ладонь Сашки нагло ложится на моё бедро под столом.

Сбрасываю руку наглого мажора. Но он снова сжимает мою ляжку. И это чертовски приятно. По телу пробегает легкая дрожь, а на коже пляшут мурашки.

– Замёрзла? – нежно спрашивает Даня, разворачивается ко мне и улыбается от уха до уха.

– Я… ну… – теряю связь с реальностью рядом с этими сексуальными самцами.

– И долго девушка будет с пустой тарелкой? – хмурится бабушка Дани, – что это за поведение? Тебя разве так воспитывали, Данила?

– Никак нет, – чеканит он, затем накладывает мне завтрак.

Мальчики быстро забирают инициативу и принимаются за мной ухаживать. Однако каждый из них так и норовит меня коснуться. Сашка постоянно щупает моё бедро, Даня то и дело задевает шею и плечо. Антон, передавая меня ягоды, прижимается рукой к моей.

И от каждого касания я медленно сгораю…

– Ну что, – Арсений Палыч встаёт, – пора нам ехать в город?

Он прижимает к себе жену, целует её. Совершенно не стесняется. Очень красивая пара. Они явно очень любят друг друга.

– Вере скучать тут не давайте, – наставляет внука и его друзей, а у меня внутри всё переворачивается, – Вер, если будут приставать, мне говори. Я им устрою!

Когда бабушка и дедушка Дани скрываются в гараже, парни разворачиваются ко мне. И их взгляды просто безумны…

Глава 12

– Нужно помыть посуду! – вскакиваю, но меня тут же усаживают обратно.

– Мы сами, детка, – мурчит Саша, – посиди, отдохни. Ты наша гостья.

– Я помою, – Даня встаёт, его место тут же занимает Тоша.

Облизываю губы, смотрю на парней по очереди. Неужели мне в будущем придется выбирать? Не хочу! Всех троих хочу! Они втроём вызывают у меня прилив горячих чувств.

Сашкино пламя, сдержанность Данилы и нежность Антона. Именно вместе они дарят мне незабываемые эмоции.

– О чём задумалась, детка? – Саша лукаво улыбается, заправляет прядь волос мне за ухо, – красивая ты сегодня… хотя, ты всегда такая…

– Без косметики самый сок, – Антон внимательно рассматривает моё лицо, – редко встретишь такую натуральную красоту.

– Наши девки пиздец, все обколотые, губы надутые. Жопы-дирижабли себе качают. Словно такое может возбудить, – фыркает Сашка, затем ведет пальцем по моей нижней губе, слегка давит, приоткрывая мой рот, – а тут всё настоящее. Сладенькое.

– Гладкое и свежее, – мурчит Антон, сжимая в руках мою грудь, – вкусное.

– Так, стоп! – пытаюсь как-то их остудить, – ваши бабушка и дедушка ещё не уехали, прекратите!

– Уехали, – Даня показывает на выезжающий из гаража внедорожник, – так что не беспокойся, малыш.

– Верунь, расскажи-ка нам… где ты вообще откопала то ничтожество, что лезло к тебе на остановке? – спрашивает старшенький, – мне просто интересно.

– Такая девочка и с таким… – хмыкает Антон.

Вздыхаю. Рассказать им, что в эскорте работала? Под ложечкой начинает сосать. А вдруг подумают, что я спала с кучей мужчин? Кусаю губы.

– Вер… – Антон заглядывает мне в глаза, – мы тебя расстроили? Ну прости… если не хочешь рассказывать, не надо.

– Он мне изменял, – вздыхаю, – не знаю даже, почему начала с ним встречаться. У меня всегда была высокая самооценка, но… я просто видела многие грани…

– Грани чего? – Саша гладит меня по щеке.

– Мужского порока, – опускаю взгляд, вспоминая, что большинство моих клиентов были женаты, но стеснялись своих жен.

У многих они полнели после родов. И пока эти женщины нянчили малышей, их мужья снимали девочек. С одним мне даже удалось пообщаться. Он даже не стеснялся, что жена набрала вес и не может скинуть. А ему «для имиджа» надо рядом красотку…

Такая мерзость! Ведь просто сопровождением это не ограничивалось. Многие мои коллеги потом уходили из эскорта, становясь содержанками. И их совершенно не смущало наличие жены у ее мужчины.

Это грязный бизнес. Одна из причин, почему я ушла.

Возможно, именно поэтому выбрала себе парня «попроще. Но и он оказался „с душком“.

– Хм, – Даня разворачивается, – значит, у тебя есть своя история?

– Ну…

– Рассказывай. У меня тоже есть, – смеется Данила, – и у Тохи вон… Сашка вообще кладезь детдомовских драм.

– О да! – смеется Тоша.

– Да уж с твоей точно не сравнится! – фыркает старшенький.

Они снова смотрят на меня. В глазах парней горит какой-то детский восторг. И он погаснет, если я расскажу правду. Тут два варианта: либо мы станем ещё ближе друг к другу, либо они отвернутся от меня.

Ты шлюха, Вера…

– Мне кажется, после моего рассказа вы вряд ли захотите иметь со мной что-то общее, – криво усмехаюсь.

– Мы хотим тебя узнать, Вер. Честно! – Антон целует мои руки, – что там страшное такое? У тебя трое детей и муж?

– ЧЕГО? – пучу глаза на парня, – НЕТ У МЕНЯ НИКАКИХ ДЕТЕЙ! Пока, по крайней мере.

– Ты мужчина, сменивший пол? – Даня испуганно смотрит на меня.

– Обхохочешься… – фыркаю.

– Ну так… тогда точно ничего страшного! – скалятся эти наглые.

Ну точно Арсений Палыч мало их дрючит.

– Я работала в эскорте, – говорю им.

Тишина. Слышу, как колотится моё сердце. Мажоры переглядываются. Но мне стесняться нечего! Я не делала ничего плохого.

– Значит, у тебя была причина, – говорит Сашка, – так поступать. Да, парни?

– Конечно. Но Вер… у тебя проблемы с деньгами? – Даня садится напротив.

– Были проблемы, конечно, но я больше работала для себя. И, если что, ни с одним клиентом даже не целовалась. Не скажу, что не было предложений, но я лишь сопровождала их на мероприятиях.

– Верка… – Даня расплывается в улыбке, – я говорил, что ты ахуенная?

– Эээ…

– Иди сюда, – парень берет меня за руку, тянет на себя, – пойдём, покажу тебе свою комнату.

И они не будут клеймить меня шлюхой? Сашка обхватывает мою талию, буквально втаскивает в просторную гостиную. У этого парня такие сильные руки!

– И ничего, что я работала на такой сомнительной работе? – удивляюсь, – эскортниц все считают шлюхами.

– Вер, ну… взгляни на себя. Ты же такая чистая, честная. Какая шлюха? Я вот вообще не удивлен, что ты не спала с клиентами. Ты бы не смогла! – объявляет Даня.

– Соглашусь. Блядей видно сразу. И частенько они даже не эскортницы, – говорит старшенький.

Саша крепко меня держит, словно давая понять, что мне не сбежать.

– Ого! Здесь так здорово! – осматриваю современный интерьер, – коттедж прям!

– Да, родители настояли, чтобы бабушка и дед жили в человеческих условиях, – ухмыляется Даня, – но нам не сюда, малышка. Блядь, я всю ночь заснуть не мог…

– Почему?

– О тебе думал…

– Интересно, – прикусываю губу, затем обвиваю широкие плечи Дани, – а я вот спала без снов.

Все трое стонут.

– С нами бы ты не уснула, – рычит Саша, – ну вообще бы глаз не сомкнула!

– Ага, и через неделю такой жизни померла бы от истощения, – вздыхаю, – вы вчера меня всю вымотали! Мышцы болят.

– Ну ты сама виновата! – авторитетно заявляет Антон.

– С чего бы? – обалдеваю.

– Нельзя быть такой вот… красивой, стройной, сладкой. Я тебя постоянно хочу, – мурчит мажор.

– И я! – заявляет Даня.

– И Я! – подключается Сашка.

– Эммм… – не знаю даже, что ответить.

На меня впервые мужчины смотрят с таким восторгом и вожделением. Как реагировать?

– А мы, – Саша прижимает меня к себе, слегка приподнимает мой подбородок, – скажи, детка… кто из нас тебе нравится больше всех?

– Да! С кем бы ты замутила прям серьезно? – спрашивает Антон.

– Признавайся, Верунчик!

Все трое смотрят на меня, ожидая ответа…

Глава 13

Смотрю на Веру. А она на нас троих. По очереди. Почему сердце так шарашит о грудную клетку? Боюсь, что не меня выберет? Ведь от мысли, что Верка исчезнет… или того хуже, выберет кого-то из парней, сдохнуть хочется.

Как быстро я прикипел. С кожей и кровью. Столько лет довольствовался малым. Крал и разбивал девичьи сердца. А теперь моё бесстыже забрала эта девчонка.

– А вы? – Верка облизывается, – готовы отдать меня кому-то одному?

– Рожу разобью! – рычу, – ты моя!

– Нет! Моя! – возбухает Саня, – я уже сказал об этом вчера.

Не знаю, откуда во мне эта агрессия. Но остальные парни не отступают. Мы все подбираемся.

– Но-но! У меня сердце разбито, мне больше нужно! – напоминает о себе Антон.

Саня сжимает руки в кулаки, Тоха закатывает рукава рубашки. Не мигая, смотрим друг на друга. Атмосфера стремительно накаляется. Еще секунда и…

– Ну, – девушка скромненько опускает взгляд, – я не готова сделать выбор. Простите, но вы все мне нравитесь.

– Ммм, – Саня расплывается в довольной ухмылке, – мы знали. Да, парни?

– Точно, – скалится Тоха.

– Ну-ну, – вздыхает Вера, – вы только что чуть не подрались.

А я молчу. Вера смотрит на меня. Подхожу к ней вплотную, вдыхаю нежный аромат девичьей кожи. Как же эта девчонка пахнет! Башню мою в полёт пускает.

И ресницы эти… длинные, пушистые. Губы алые, пухлые. Манящие. Вера создана для секса. И для заботы. Хочу быть с ней, дарить подарки, жениться, заделать детей… блядь! Я ёбнулся.

Внимательно рассматриваю её личико.

– Пошли, – хватаю её за руку, тащу на второй этаж.

Парни следуют за нами. Меня аж потряхивает в предвкушении. Заталкиваю девушку в ближайшую спальню. Щёлкаю замком двери. Тоха и Саня начинают колотить. А я прижимаю Верку к стене. Обхватываю попку ладонями. Наслаждаюсь мягкостью и упругостью.

– Эй! – ревут друзья, – Даня, так нечестно!