Порочные дикари для булочки
- -
- 100%
- +
– Кто там, Любаш? – хмурится Гаврила.
– Ну, как тебе сказать, – хмыкаю, – Марат, я не одна. Не знаю, зачем ты…
– Я поднимаюсь, – кладет трубку.
Какое-то время я непонимающе хлопаю ресницами. Что за хамло? И наглый какой! Мне нравится… так, фу, Люба! Это не моего поля ягода.
– Марат что тут забыл? – хмурится Гаврила, стоя голышом посреди моей квартиры.
– Это ты у него сам спроси, – хмыкаю, одолеваемая противоречивыми эмоциями.
С одной стороны, мне очень не нравится, что оба мужчины так нагло вторгаются в моё личное пространство. А квартирка – моя тихая гавань, в которой я отдыхаю от мирской суеты и проблем в кафе.
А с другой… смотрю на огромного голого богатыря, покрытого татуировками, и понимаю, что не хочу, чтобы Гаврила сегодня уезжал. Хотя это наверняка всего лишь эффект от нескольких обалденных оргазмов, которые мне подарил этот громила.
Глядя на меня, Гаврила расплывается в порочной ухмылочке. Но тут раздается настойчивый звонок в дверь.
Вздергиваю подбородок, осматриваю себя. Резко запахиваю халатик, встряхиваю темные локоны.
– Оденься, – бросаю мужчине в своей спальне, – а то Маратик упадет в обморок от шока…
– В смысле?
Дзынь! Дзынь!
Да чтоб тебя! Вот же нетерпеливый тип!
– В прямом, Гаврила! Маратик думает, что я старая дева и у меня нет секса.
– С чего ты взяла? – хмыкает. – Он тебя глазами пожирает, когда не видишь…, а я вижу. Давно уже хочу ему их выдавить.
Да ладно?! Сердце делает кульбит в груди. Так, стоп! Давно пора освоить методики шибари с собственной реакцией на некоторых персонажей…
И нещадно вязать своё предательское сердечко.
Я не нужна Марату, он не интересен мне. Фантазия не считается. Это была разовая акция моего неспокойного мозга. Ну, или двухразовая, ладно. Я себя прощаю!
Дзынь! Дзынь!
Иду открывать. Натягиваю на лицо очаровательную улыбку и распахиваю дверь, когда Маратик уже в третий раз тянется к звонку.
– Я уж думал, ты утонула, – зло шипит, – сколько мне ждать?
Осматриваю его. Весь взъерошенный, рубашка набекрень. А что случилось? Он бежал кросс?
– Сколько нужно, столько и ждать. Я гостей не люблю, – спокойно отвечаю, – зачем пришел?
– Я взял смету для строительства детского зала, нужно согласовать, – показывает на папку, зажатую под мышкой.
– Это терпит до завтра, – ледяным тоном заявляю, – еще что-то?
– Не терпит, Люба, документы нужно подписать сегодня, а без тебя этого не сделать. Могу войти?
Он скользит по мне настойчивым взглядом. Задерживается на груди. А у меня как раз соски встали. Упс!
Но мне стесняться нечего, так что расправляю плечи. Маратик зависает.
– Потрогать не дам, – резко возвращаю его в реальность.
– Больно надо. Я люблю небольшую аккуратную грудь, – фыркает, – а здесь сугубо по делу.
– Ну конечно! – за мной возникает массивная фигура Гаврилы, мужчина кладет ладони мне на плечи. – Ты поэтому притащился сюда после работы? Трудоголик дохуя?
Не реагирую. Посмотрю на реакцию недоступного качка. Как кисейная барышня, честное слово! Сам пялится, а потом пытается уколоть. Детская травма, не иначе.
– Ты не одна? – кадык Маратика дёргается, он плотнее прижимает к себе папку.
– Именно, – широко улыбаюсь, – а у тебя какие-то проблемы?
– В нашей компании служебные романы не приветствуются, – цедит.
– А я не работаю в вашей компании. Напомнить, как всё было, милый? – ухмыляюсь. – Тебя мне в аренду сдали за то, что в коллективе не уживаешься и вообще противный по жизни.
Босс Марата передал мне эту прелесть на перевоспитание. В коллективе от его дотошности и душности выли волками. А мне всё равно. Мне с ним детей не крестить.
– Я не виноват, что люди в большинстве своём ленивы, – рычит Маратик, – а мне нравится моя работа.
Видимо, только она.
– Отдай мне, я гляну и подпишу… – хмыкаю, не желая сейчас спорить.
Я бы поужинала в приятной компании Гаврилы, а потом уснула у него под боком. Хоть раз испытать бы, что такое быть беззащитной девочкой рядом с большим и сильным мужчиной.
– Нет, – отрезает, – некоторые пункты нужно обсудить.
– Ты душнила, в курсе? – вздыхаю, затем отхожу. – Проходи. Чай будешь?
– Буду благодарен, – сухо заявляет.
Закатываю глаза и иду на кухню. Гаврила усаживается за стол, Маратик проходит следом. Невозмутимо раскладывает бумаги.
А я чувствую на попе прожигающий взгляд. Резко оборачиваюсь и сталкиваюсь с тьмой в глазах Маратика. А Гаврила смотрит в окно.
– Ну так что в смете тебя не устроило? Шторы? Если что, я обожаю фабрику в Иваново, Марат. Но для кафе выбрала другие. Смирись.
– Плевать на шторы, – вздыхает наш дотошный, – я про мебель.
– С ней что не так?
– Класс эмиссии. Можно взять Е1, он будет безопасен.
– Это для детей, Марат. На их безопасности я не буду экономить. Только Е 0,5 и не больше.
– Е1 подойдет, – продолжает гундеть он, – мы оптом берем, скидка будет больше.
– У тебя купюры вместо мозгов, Марат? – рычит Гаврила. – Она сказала такой, значит, такой. Как строитель я подтверждаю, что у нас требования к безопасности мебели для детей очень высокие.
– Е1 допустима, – душнит мужчина, – это никак не повлияет на здоровье ваших маленьких посетителей.
– Наших, – невозмутимо заявляю, затем насыпаю чайные листья в заварку.
Я чувствую, как Марат взглядом прожигает во мне дыру. И не в спине, а кое-где пониже.
– Прекрати пялиться, любитель воблы, – рычит Гаврила, встает и нависает над нашим душным финансистом, – думаешь, я не вижу?
– Что ты не видишь? – Марат встает, они смотрят друг на друга.
– Как ты смотришь на мою женщину.
– А куда мне смотреть, если ее попа занимает всю кухню! – возмущается Маратик. Мои глаза ползут на лоб.
Охренел, что ли?!
– Я тебе сейчас глаза затолкаю в… – рычит Гаврила, отбрасывая стул.
– Так, хватит! – гаркаю. – Не нужно в моей квартире устраивать петушиные бои и портить мне стулья. Марат, я не пойду на то, что ты предлагаешь. В бюджет мы укладываемся, так что не надо тут копейки высчитывать. И тем более выкраивать их, ухудшая качество мебели.
– Но Люба…
– Никаких «но»! И тем более я не позволю оскорблять меня в моей же квартире. Собирай свои манатки и проваливай…
– Да, вали! – рычит Гаврила.
– И ты тоже! Оба – вон!
Глава 6
Гаврила– Ты идиот, – рычу, когда мы вместе спускаемся по лестнице на первый этаж дома моей нимфы, – так тяжело держать язык за зубами?!
Люба сдержала слово и прогнала нас обоих. Этого кретина понятно за что. Но я-то ее честь отстаивал. Несправедливо.
Уверен, она бы предложила мне остаться на ночь. И я бы до утра погружался в ее мокрую узкую киску. А потом мы бы вместе позавтракали. Но всё, сука, испорчено. И из-за чего?! Из-за спора о классе эмиссии формальдегида?!
Пиздец!
– Я всего лишь правду говорю, – заявляет никчемный качок.
– Тогда нахера ты приперся? – выгибаю бровь. – Именно сейчас? Не звезди мне тут про сроки, я занимаюсь строительством и прекрасно знаю, что у нас есть неделя.
– Всегда лучше всё сделать заранее, – лицо Марата белеет.
– Сочиняй! – рычу. – Тебе Жанка сказала, что Люба со мной уехала, ты и подорвался. Заревновал, а?
– Ты смеешься? – выгибает бровь, но его кадык дергается, а челюсть сжимается.
Ревнует. Марат запал на Любочку. Но она моя!
Мы с ним знакомы довольно давно. Он работает на моего друга Стасика. Судя по многочисленным жалобам, достал даже своего босса. И весь офис в придачу.
– Тогда я повторяю вопрос: почему ты приперся? – хватаю мудака за грудки и прижимаю к стене.
– Отпусти! – рычит, с силой отталкивает меня. – В любом случае, тебя это не касается.
– А у тебя, смотрю, мускулы есть? Тогда почему ты оскорбляешь красивую женщину? Когда должен защищать?
– Она только для тебя красивая, – фыркает, – я ничего никому не должен.
– Яйца в глотку затолкаю! – реву. – Не смей больше никогда так говорить про Любашу. Ты лишь счетовод. Не тебе рассуждать о классах эмиссии формальдегида и женской красоте. Иди воблу жри свою!
– Я не люблю воблу, – блеет, когда мы всё-таки выходим из подъезда.
– Судя по твоим пристрастиям, очень любишь. Пёс, бросающийся на кости.
– Девушка должна следить за собой, – гундосит, – лишний вес – это нездоровая тенденция. Люба бы вместо того, чтобы обижаться, послушалась. Я бы посоветовал ей режим питания и хорошего тренера.
Еле держусь, чтобы рожей его асфальт не разукрасить. Только вот Марат сильный, паразит. Я его недооценил. Если запахнет жареным, он может удивить.
Хотя где-то в глубине души я хочу вывести его на настоящие эмоции. Этот кусок льда кажется мне подозрительным.
Почему-то он скрывает свою симпатию к Любаше. Обижает ее. Только потому, что она в какие-то его личные стандарты не вписывается? Как же бесит!
– Из-за тебя меня тоже выгнали, – фыркаю, – а мог бы сейчас наслаждаться прекрасным телом красивой женщины.
– А не нужно чуть что лезть сразу с кулаками.
– Нечего шляться по чужим женщинам ночами, мудила, – рычу, мы подходим к моей машине, – ты на автобусе, что ли?
– Тут пешком недалеко. Я узнал, что Люба живет в получасе ходьбы, и решил прогуляться, – сует руки в карманы и пожимает плечами.
Сплевываю, затем достаю сигарету.
– В общем, ты меня понял, счетовод. Еще раз хоть взгляд кривой на Любу бросишь – убью. Усвой это раз и навсегда.
Сажусь в тачку. Достаю мобильный. Решаюсь позвонить Любе и извиниться, но вдруг на экране высвечивается: Стася.
– Привет, дочурка, – улыбаюсь, – как твоё ничего?
– Пап, – строго говорит она, – ты ничего не забыл?
Судорожно перебираю в голове все даты, годовщины, праздники. Её мать в своё время плешь мне проела, что я слишком много работаю и забываю, что пять лет и два месяц назад мы в первый раз пошли в кино.
Кстати, Любочку нужно сводить будет. На последний ряд. И как следует потискать. Она такая мягкая, сладкая… блядь, у меня стояк.
– ПАПА! – голос дочки охлаждает разбушевавшиеся фантазии.
– Ну что, милая?
– Ты забыл, да? – губы дует.
– О чем? – сдаюсь.
– Мы сегодня с тобой должны были поужинать в той кафешке, ну, помнишь?
– Ааа, да! – вспоминаю и сильно стыжусь, что забыл. – Что-то на узкоглазом…
– Это японский ресторан, пап.
– Хорошо, милая. Переоденусь и приеду.
– Мама будет рада тебя видеть, – смеется дочурка, а я громко стону.
С Ольгой мы развелись пять лет назад, когда Стасе было тринадцать. Громко, со скандалами и обвинениями. Тогда я приобрел пару седых прядей…
Разворачиваюсь и гоню домой. По дороге пишу своей нимфе сообщение.
Прости, моя сладкая. Увидимся завтра в кафе. И не забудь, что должна мне свидание…
Люба читает, но не отвечает. Усмехаюсь. Гордая она у меня. Но я влюбился в эту женщину с первого взгляда. Никогда не любил худых или «модных» женщин с надутыми губами и ресницами-веерами. У которых между ног можно полку привинтить…
Мне по душе сладкие булочки с красивой натуральной грудью и круглой попкой.
Я сам большой, и такие красотки, как Любочка, гармонично со мной смотрятся. Но Люба – это полный отвал башки.
Характер с перчинкой. Умная, бойкая. Однако в постели нежная и податливая. А какая у нее тугая киска…
Три месяца, как Стас подрядил меня помогать ей с расширением кафе. Но нимфа от меня бегала как ошпаренная и постоянно ругалась. Сегодня во мне что-то вспыхнуло, я надавил и пошел ва-банк.
В итоге наслаждался ее шикарным телом и жаркими стонами. Значит, Любу нужно завоевывать активными действиями.
Я бы с радостью повторил наш секс-марафон, но появился этот Марат.
Рычу себе под нос.
Я вижу его взгляд. Он хочет мою Любочку. Но обижает ее. Почему? Что у него за пиздец в башке? Нужно оградить мою нимфу от этого странного типа. Я чувствую угрозу.
Ревную…
Почему-то мне кажется, что Любу задевает поведение этого качка. Словно он ей не безразличен. Трясу головой, смахивая эту гадкую мысль.
Она не может влюбиться в него, это просто невозможно…
Глава 7
Люба– Это всё ты виновата! – выговариваю Жанке по телефону. – Весь романтик мне испортила!
– Да что я-то? – обалдевает рыжая. – Кто же знал, что он к тебе сорвется. Слушай, Люб…
– Что?
– А Марат не влюблен в тебя, часом? Уж больно резво прискакал, когда узнал, что ты с Гаврилой уехала.
– А ты ему зачем сказала-то? – вздыхаю. – Очень сомневаюсь, Жан.
После того, как моя Стешка нашла свою любовь, она полностью окунулась в беременность и собственный бренд. Я ее не тереблю, встреч не требую. Мы созваниваемся регулярно, но встретиться не получается.
На этой почве я сдружилась с Жанной. Она красивая рыжая девчонка, молоденькая, сразу после университета к нам пришла. Тоже плюс сайз. Очень эффектная.
Начитанная, интересная.
Но вот мужчину, как и я, найти никак не может. Даже с такой фамилией – Невестина.
– Да ляпнула, не подумав. Он же постоянно фыркает в сторону полных, вот и показалось, что образ богатыря Гаврилы его удержит от новых комментариев…, а он взял и к тебе поехал.
– Ничего… – я окончательно запутываюсь.
Еще и эти фантазии. Я мазохистка, что ли? Мужик меня на дух не переносит, а я мечтаю о том, как он меня трахает. Да еще и вместе с Гаврилой!
Ох, зря я на эмоциях богатыря своего выгнала! Может, он бы меня сладко успокоил.
Вот всегда я сначала делаю, а потом думаю.
– Люба! Прием, Земля! – хихикает Жанна в трубку. – Ты там задумалась о нашем горячем строителе?
– Ох, Жан, эти мужики с ума меня сведут, – вздыхаю, – вот не было их, жила себе спокойно.
Но и такого классного секса не было. Облизываю губы, вспомнив, с какой яростью в меня вбивался Гаврила, и мгновенно намокаю. Мне срочно нужно развеяться.
– Жанна! Пошли-ка с тобой, потусим, как две холостячки и завидные невесты, – предлагаю, – ты свободна?
– Да. Сейчас рецепт доработаю и через часик буду готова. Куда пойдем?
Задумываюсь. Стеша мне говорила, что совсем недавно рядом с ними открылся приятный японский ресторанчик. И там шеф-повар – настоящий японец!
– Пошли в этот, как его… Юби… Шьюби…
– Эби Фиш? – угадывает Жанна.
– Да, оно! Заодно посмотрим, как мастера организуют работу. Ты же японские десерты тоже в книге представила?
– Да, конечно. Тогда через два часа у ресторана встретимся, окей?
– До встречи, дорогая! – кладу трубку.
Присаживаюсь за стол и задумываюсь. Мысли вертятся вокруг Маратика и его комплексов. Интересно, его в детстве отшила полная девушка? Или юная пышечка треснула по голове в игре в вышибалы?
Откуда у мужчины такая ненависть к полным, которую он еще и сдержать не может?
Делаю себе вкусный чаек. Пока пью, смотрю в окно. Немного одиноко. Я ведь и правда хотела провести с Гаврилой эту ночь. И утро, если бы вел себя хорошо. А он вел…
Меня беспокоит другое: образы Марата и Гаврилы перемешались в голове, не позволяя определиться, о ком конкретно я думаю…
Прости, моя сладкая. Увидимся завтра в кафе. И не забудь, что должна мне свидание…
Вижу сообщение на телефоне. Беру, внимательно читаю каждую буковку. Перечитываю и представляю, как мой богатырь произносит это сексуальным хриплым голосом. Пальчик уже было тянется к кнопке «ответить», но одёргиваю себя.
– Помариную тебя немного, мой милый, – улыбаюсь, – поиграем. А потом ты получишь заветный приз.
Мой опыт показывает: чем дольше мужчина бегает за женщиной, тем она для него ценнее.
И нет, секс – не предел для желания обладать. Можно переспать, но так и не получить любовь и обожание.
Гаврила из тех, кто хочет заграбастать девушку целиком. Я это сразу поняла.
Настроение улучшается, Маратик испаряется из мыслей.
Лезу в шкаф и долго перебираю наряды. Останавливаюсь на красном платье с открытыми плечами. Оно выгодно подчеркивает мою зону декольте и узкую талию.
Длиной до колена, тип юбочки «колокол».
Распускаю волосы, тщательно укладываю крупными волнами. Крашусь. Делаю акцент на алые губы. Мама всегда учила меня быть красивой. Как бы жизнь ни складывалась, красота притягивает красоту.
А уродство… ну, тут всё понятно.
– Жалко Маратика, – вздыхаю, – он ведь не понимает сути красоты.
Кручусь перед зеркалом, любуюсь собой. Красотка!
Моя мама умерла, когда мне было девятнадцать лет. И с тех пор я сама по себе. Но все ее наставления, мои жизненные константы, не подвели ни разу.
Вызываю такси. Сегодня позволю себе раскошелиться!
И еду по нужному адресу. Жанна немного опаздывает. У ресторана вижу знакомый внедорожник. Интересненько!
Это Гаврилы или просто похожий?
Да нет, даже царапина такая же на пассажирской двери. Интересно, что мой богатырь делает в японском ресторане?
– Привет! – ко мне подбегает запыхавшаяся Жанка. – Я опоздала, автобуса не было. Замешкалась.
– Жан, – прищуриваюсь, – это случаем не внедорожник Гаврилы?
– Похож, – хмыкает она, – но вряд ли он такой один в городе. Или ревнуешь, думая, что он сейчас с какой-нибудь мадам тут зависает? Признавайся, льдинка.
– Почему же ревную? – вздергиваю подбородок.
Меня и правда пожирает ревность. Жгучая, неприятная, она пульсирует в груди. Но я в этом не признаюсь!
– Пошли, заодно и узнаем, – подмигиваю подруге.
Мы с Жанной заходим.
– Добрый день, девушки, – навстречу выходит приятного вида молодой человек, – вам столик у окна или…
– Ха-ха! Да, и правда! Ну ты крута! – слышу заливистый смех Гаврилы.
Тут же разворачиваюсь и вижу, что он тут с молодой девицей. Мне тут же срывает все предохранители разом.
И я направляюсь к сладкой парочке…
Глава 8
Люба– Добрый вечер, – подлетаю к их столику, грозно возвышаюсь.
– О, Любаня! – скалится Гаврила. – А я думал, ты устала и спать легла.
– Как видишь, нет, – ледяным тоном заявляю, – а ты времени зря не теряешь…
Оцениваю спутницу своего богатыря. Хрупкая милая брюнеточка с огромными глазами и пухлыми губами. Груди нет, одежда оверсайз. Студентка?
Выгибаю бровь.
Как низко ты пал, Гаврила. Только вот в груди щемит всё сильнее. И ему тоже нравятся худые…
– Присаживайся! – он подскакивает, касается моей талии.
– Не трогай меня! – шиплю. – Предлагаешь мне третьей быть?! Какая наглость! Я тут с Жанной, подошла поздороваться только. Удачного свидания.
Резко разворачиваюсь и направляюсь мимо столиков с обалдевшими посетителями обратно к выходу. Аппетит пропал, но я останусь из принципа. Ишь ты! Из моей койки сразу ринулся клеить студентку! Ууу!
Все мужики одинаковые!
Такому меня мама не учила, это моё личное наблюдение.
– Люба, постой! – громила догоняет меня, хватает за руку.
Резко вырываю. Черт, я же хотела вести себя достойно и сцен не устраивать! В конце концов, мы друг другу никто и…
– Моя ревнивая нимфа, я польщен, – скалится, словно всё впорядке.
– Ты вообще в себе, Гаврила?! Тебя там девушка ждет…, а ты за мной бегаешь! Думаешь усидеть на двух стульях?
– Каких стульях, Люба? – он пучит на меня глаза. – Это Стася, дочурка моя. Я давно ей обещал сюда сходить…
– Дочка? – впервые в жизни я не знаю, что сказать.
Слышите звон? Это моё достоинство падает к ногам и разбивается вдребезги. Я так заревновала, что мозги напрочь отключились и уехали в пешее эротическое. А еще мнила себя женщиной с холодной головой.
Позорище!
Стыдоба!
Дочурка громилы и правда невероятно милая. И если присмотреться, в ней угадываются черты отца.
– Жанна! – гремит на весь ресторан Гаврила. – Айда к нам! Вместе веселее!
Поджимаю губы, желая провалиться сквозь землю со стыда.
– Пошли, нимфа моя, – мой богатырь подхватывает меня под руку и ведет к столику.
– Здрасте! А вы Люба? Папа столько о вас рассказывал! – улыбается девушка. – Но никак не хотел нас знакомить.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.