Эскорт для сводных

Глава 5

Обернувшись полотенцем, выхожу в комнату к отцу. Вот же он не вовремя!

– Утречка, – бросаю ему и тут вижу прямо под его ногами купальник нашей сестрички.

Ох, блядь! Родакам точно лучше не знать, как мы играемся с малышкой Катей.

– Я хотел обсудить с тобой свою свадьбу, – напряженно говорит отец, и тут его взгляд медленно сползает вниз.

– Эй! А что это там?! – восклицаю, глядя ему за спину.

– Где? – оборачивается, а я быстро закидываю Катюшкин купальник под кровать.

Еле держусь, чтобы не понюхать его разочек. Моя сладкая девочка… пиздец как хочу её. А близость этой крошки будоражит меня похлеще любого стимулятора.

– Показалось. Ну так что насчет свадьбы?

– Надеюсь, что от тебя не будет проблем? – сурово уточняет отец, – за Влада я спокоен. Но ты…

Стискиваю зубы.

– С чего ты взял, что они будут? – сухо уточняю, затем надеваю шорты.

– Ты знаешь… свадьба для тебя больная тема.

– Я не маленький! – огрызаюсь, – и пережил ту хуйню. Сорвался разок, с кем не бывает?

– Очень надеюсь, – высокомерно фыркает отец, – потому что я люблю эту женщину. Больше жизни люблю. И не хочу, чтобы мой неуравновешенный сын, помешанный на преподшах, всё испортил.

Закипаю. Помешанный, значит…

– Помнишь, как тебя с крыши брат стаскивал? – продолжает он, – я волнуюсь, Кир.

Меня трясет. Но я знаю, что он делает. Пытается проверить мой самоконтроль. В этом весь отец. Так что вспоминаю слова психологини. Вдох, выдох. Успокаиваемся.

– Нет, бать. Я совершенно спокоен. И пережил те отношения. Всё то дерьмо в прошлом.

– Я рад, – выдыхает он, – прости, Кир. Просто впервые я чувствую подобное по отношению к женщине. Хочу, чтобы для неё всё прошло безупречно. После гибели вашей матери прошло более двадцати лет, и я…

– Знааааю… – тяну лениво, – ты никого так не любил. Если что, мы с Владом рады за вас.

– Спасибо. С твоим братом я уже говорил, а вот ты… с тобой тяжело, Кирилл. И не обижай Катю. Она такая же чудесная, как и ее мама.

Знаю… уж я-то знаю, какая она классная. И киска у неё ахуенная. И сиськи что надо. А уж ротик… а как эта малышка пахнет!

– Кир! – отец хмурит брови.

Упс! Кажется, я замечтался.

– Я говорю, защищайте сестру. Она, кстати, на пятый курс перешла, может познакомит тебя с достойной девушкой по возрасту? Ты спроси.

– АААХ! МММ! – вдруг раздается из ванной.

– Киииир, – отец хмурится ещё больше, – кто там?

– Это… ну… – мнусь.

Блядь, Влад! Ну не мог подождать и не трахать нашу девочку в такой щекотливой ситуации? Хотя, я бы на его месте тоже перевозбудился.

– Порнушку смотрю, – давлю лыбу, как идиот.

– Да ну? В душе? Слушай… служанок не трогай только, – вздыхает отец.

Да пох мне на служанок, я одержим своей сестричкой.

– Никакой прислуги, пап. Слово даю!

– Ладно… и еще кое-что. Свадьба послезавтра. Лера не хочет привлекать Катю. Попросила меня с вами поговорить. Займите девушку, развлеките как следует. Пусть отдохнет после экзаменов. Сводите куда-нибудь.

– Вы где будете жить после церемонии?

– Обо всем этом объявим сразу после свадьбы. А пока отдыхайте.

Когда отец покидает бунгало, тут же конем несусь обратно в ванную.

– Вы могли бы потише, блядь?! – шиплю, дёргаю шторку и замираю.

Член тут же встает в боевую стойку. Влад держит малышку Катюшку, одна ножка на весу, рот закрыт его ладонью. Член брата жестко трахает киску нашей девочки. Вода стекает по её безупречному телу. Черт, я хочу быть этими каплями! Очерчивать эти сладкие изгибы.

– Хотяяя… – хмыкаю.

– Аааа! МММ! Влаааад! – стонет она, затем начинает трястись.

Её оргазмы прекрасны. Вечно могу смотреть на то, как эта девочка кончает.

– Моя очередь, – забираюсь в душ, нагибаю девчонку, вхожу в её киску.

– Презервативы… – хнычет она, – Кииир! Я больше не… ААА! БОЖЕЧКИИ!

– В тебе так горячо, сестричка, – рычу, загоняя член в её тугую узость, – блядь… нереально…

Влад освобождает место в кабинке, уходит с довольной рожей. Прижимаю девочку к себе. Накрываю пальцами набухший клитор. Знаю, что она близко… на пределе… на самой крайней точке.

– Сладкая моя… нравится? Ммм? – шепчу на сладкое ушко.

– Даааа… – стонет Катя, – ты очень большой…

– О да, детка, я в курсе, – от этого неумелого комплимента я буквально рвусь на части.

Но терплю. Сначала кончит моя дама.

– Давай, сладкая сестричка, кончи для своего братика, – завожу её грязными словечками, – покажи, какие у тебя горячие оргазмы… ну же…

Стискиваю её в руках. Моя… моя девочка! Лишь она одна в моей голове. Блядь…

– В тебе так туго, малыш… – хриплю, всеми силами удерживая себя в руках.

– Я почтиииииии… – стонет и взрывается.

И я вместе с ней. С трудом удается вынуть член и кончить на её круглую попку. Смываю следы нашего порока. Подмываю малышку, несу в комнату. Влад смотрит в окно, курит.

– Мы не должны… – лепечет Катя, – почему вы не слушаете?

– Тяжело слушать девушку, на которую постоянно стоит, – улыбаюсь, чувствуя себя превосходно.

– Будешь? – брат протягивает мне сигарету.

Закуриваю.

– Пиздец круто… давно так не кончал, – выдыхаю.

Дым приятно щекочет горло.

– Ребята, я серьезно! – Катюшка сурово смотрит на нас.

Переводит взгляд своих огромных глазищ с брата на меня. Такая кроха рядом с нами. Переглядываемся.

– Мы с вами – это неправильно! Один раз было, да… – она прикусывает губу, смущается, – но то, что мы уже два раза после… это… в общем… были близки.

– Потрахались, – коротко бросает Влад.

– Да блин! – взвизгивает она, – это очень смущает, понимаете?

– Нет, – отвечаю честно.

– Я тоже… – не понимает старший.

– Мы почти родня!

– Не по крови, – парирует брат, – ты спокойно можешь рожать от нас детей. Ничего страшного в этом нет.

Её глаза становятся ещё больше.

– Какие дети, вы что?! Нас в обществе не поймут!

– Тебе есть дело до общества? – закипаю, – нам втроем хорошо, пиздец как круто. Разве этого недостаточно?

– Мне нет, – почти шепчет девочка, – так что между нами больше ничегошеньки не будет. Отдай купальник, Кир!

Я достаю его, отряхиваю и вручаю Кате. Она одевается под нашими палящими взглядами. Затем выпрямляется. Гордо вскидывает свой милый подбородочек.

– Эти отношения закончены. Отныне мы с вами – братья и сестра.

С этими словами малышка покидает моё бунгало.

Катя. Наша случайная девочка. Встретив её однажды и вкусив этой сладости мы с братом больше не можем смотреть на других. Сначала думали, что она Вера-эскортница.

Искали, рыли носом землю. Все связи подключили. Но не нашли.

Наша сладкая случайность оказалась дочерью женщины, на которой женится отец. Это рок или судьба? Предпочитаю второе.

Кстати, ее мать, Лера, прекрасная женщина. Мы познакомились, когда прилетели. Я уж думал, что папаша больше никогда не женится. Но всё течет… и двадцать лет спустя он встретил ту самую.

И я…

Только вот её глаза смотрят с гневом. Катя рыпается, сопротивляется, боится. Словно невинный олененок в зубах хищника. Сестра. Серьезно? Она реально верит, что мы сможем просто так забыть?

– Она вернется, – бросает Кир, – мы на острове, в конце концов.

– Но мы должны уважать её выбор, – выдыхаю едкий сигаретный дым.

Теперь я хочу дышать лишь Катей. Но нахрапом её не взять. Своей напористостью мы напугали сладкого олененка.

– И ты предлагаешь отказаться от такой девочки? Я не согласен! – вспыхивает Кир.

– Нет, конечно. Но Катя не такая, как твои подстилки. Она нежная и чувствительная.

– О да, это я уже понял, – брат довольно скалится.

– Так что держи свои руки при себе хотя бы до свадьбы. Станем хорошими братьями, пусть начнет доверять. А там её тело сделает своё дело.

– В смысле?

– Она нас хочет, Кир, – гаденько ухмыляюсь, – и сама придет к нам. По собственному желанию. И уже тогда мы её никуда не отпустим.

Он недовольно фыркает.

– А пока дрочить, что ли?

– Потерпишь, – бросаю, затем выхожу.

С самого утра меня терзает неприятное предчувствие. Именно поэтому я пришел к брату. И застал его с Катей.

Иду по белому песочку. Эта девчонка зацепила. Ох как зацепила. Разворачиваюсь и смотрю на ее бунгало.

Ухмыляюсь и возвращаюсь на виллу. На подходе начинаю ощущать лёгкие уколы раздражения. Черт. Иду к главному входу. Ну понятно.

Там меня ждёт весьма неприятный сюрприз. Так и думал…

– Здравствуй, Славик, – протягиваю руку своему дядюшке.

Он, как всегда, на высоте. Дорогие шмотки, волосы зализаны назад, глаза с мерзким прищуром. Но я прекрасно знаю его гнилую душонку.

– Влад, приветствую, – жмет мою руку, – настал тот самый день, да?

Он улыбается, а мне хочется съездить по его холеной роже. И на то есть причины. Веские. Нужно поговорить с отцом.

– Ладно, пока отец с вашей мачехой занимаются свадебными приготовлениями, я расположусь в своей любимой спальне.

– Уверен, что хочешь остаться здесь? Многое может случиться, дядя… – не могу скрыть разрывающую меня агрессию.

– А что такое, Владик?

Дергаюсь. Буквально на миг ослепляет ненависть, но я сдерживаюсь. Этот ублюдок потом вывернет всё так, что я на него напал.

– Хорошего отдыха, – бросаю и ухожу.

Пока что Катя не дает о себе знать. Я тоже её не тревожу, хотя очень хочется. Постоянно вспоминаю её горячие стоны, нежный и легкий аромат, узость бесстыдно мокрой киски.

– Сестра… – усмехаюсь, затем иду в душ охладиться, – сама-то в это веришь?

Прохладная вода мне не помогает. Наоборот, бьет по нервам, выворачивает память в поисках каждой мелкой детали, что я познал этим утром в душе бунгало Кира. Родинки, рассыпанные по стройному телу, маленький вздёрнутый носик, чувствительный пупочек. Ниспадающие на хрупкие плечи платиновые волосы.

Член каменный, яйца болят от напряжения. Она нужна мне… горячие пальчики, губки. Стеночки, так яростно сжимающие…

– Блядь… – матерюсь, не найдя ничего умнее.

Беру член в руку. Двигаю. Шумно дышу. Закрываю глаза, опираясь локтем на стену. Сжимаю руку и тыкаюсь в кулак лбом. Черт тебя дери, Катя! Я от тебя с ума схожу.

Резкие движения, которые подстегивают воспоминания о круглой попке, которую сжимал этим утром. О беспомощности, нежности и доверии, возникшем между нами.

– Катя… – шепчу, бесстыдно мастурбируя на собственную сводную сестру.

Как же я хочу трахнуть тебя! Еще и еще, раз за разом.

Ведь той ночью, когда ты была Верой, мы сбросили все цепи стеснения и общественного осуждения. Были лишь мы втроем. Ты между нами, зажатая, покорная. Впитывающая нас с братом. И мы оставили на тебе клеймо, Катюша. Невидимое.

– Которое больше никогда не пропадет… – кончаю, понимая, что это удовлетворение ненадолго.

Она наша, эта девочка. Сладкий олененок. Пусть бежит, прячется, сопротивляется. В итоге ты снова попадешь к нам в лапы.

Иду на виллу с четким намерением поговорить с отцом. Наш дядя – не тот, кого стоило приглашать на свадьбу. С ним связаны не самые приятные мои воспоминания. Так что желание прогнать этого человека крепнет с каждым шагом.

И тут…

– Ой, правда? Крабы? А где? – звонкий голосок сводной сестрички заставляет грудь в области сердца сжиматься.

– Давай, я тебя отведу. Тут недалеко. Планов нет?

Блядь! Когда он успел? Ускоряюсь. Буквально влетаю в холл. Катя стоит вместе со Славиком, такая расслабленная, улыбчивая. Слишком близко!

– Не ходи с ним никуда, – хватаю её за руку и тяну на себя.

– Что? Почему? Отпусти! – она вдруг начинает вырываться.

– Остынь, Влад. Я просто хотел бухту показать, что рядом, – дядя делает вид, словно не понимает, почему я готов с одного удара вынести ему мозги.

– Ты не знаешь его! – рычу.

Катя вырывает руку и грозно глядит на меня.

– Тебя тоже. Но пошла же вчера с вами? Прекрати, пожалуйста, ты меня смущаешь!

– Катя…

– Хватит!

Не знаю почему, но меня дико заводит эта её строгая сторона. Так бы и нарядил её в деловой костюмчик, задрал юбочку и…

– Прости, – выдаю, понимая, что и правда повел себя странно.

Ей не стоит знать о грязи, с которой связан этот человек. Надеюсь, это не всплывет никогда.

– Ладно. Ну что, Вячеслав, покажете мне крабов?

Она так невинно смотрит. В глазах Кати лишь девичье любопытство, а вот в дядиных я вижу хорошо знакомый хищный блеск.

Ей нельзя идти с ним! Но как мне ее остановить?

Глава 6

Я сделала это! Положила конец порочным отношениям! Но почему не испытываю радости от принятого решения?

Возвращаюсь в бунгало, бегать как-то уже не хочется. Утреннее секс-кардио было волшебным. Сказочным, ведь со мной творили такое! Ох!

– Ты поступила правильно! – говорю со своим угрюмым отражением в зеркале, – эти отношения вообще не должны были начинаться.

Но сердце предательски щемит. Это было горячее, страстное утро. Я хотела не меньше Кирилла и Влада. Не буду отрицать, что такие оргазмы мне никто никогда не дарил. И сквирт… божечки мои! Кажется, что ноги до сих пор подгибаются от удовольствия.

Краснею, становится безумно стыдно смотреть на себя в зеркало. Щеки пунцовые. Губы, истерзанные настойчивыми поцелуями. Грудь, до сих пор набухшая от возбуждения.

Гоню прочь мысли о том, каким соблазнительным был Кир в этом полотенчике. Его перекатывающиеся бицепсы, сильные ноги, рельефные косые мышцы живота. Ммм!

Но они лезут и лезут в голову. Как тараканы! Прочь!

Сестричка…

– Да блин блинский! – ругаюсь сама на себя, – он мой брат, хватит уже! Они оба.

Размышления прерывает заливистая трель моего желудка. Ладно! Нужно встряхнуться, позавтракать, изучить местность. А то по приезду я лишь непотребствами занимаюсь.

Направляюсь на виллу. Надеюсь, мама у себя. Нужно срочно отвлечься. Сходить куда-нибудь, погулять. Вновь почувствовать себя обычной. Одолеваемая противоречиями, захожу в прозрачные двери. Иду по направлению к столовой, как вдруг…

– Какая красота осветила собой мой хмурый день, – слышится сверху хриплый, немного скользкий голос.

Вскидываю голову. Со второго этажа свисает мужчина, опершись локтями на перила.

– Эм… а вы кто? – непонимающе рассматриваю его.

Он очень похож на Михаила. Чуть ниже ростом, старше. Загорелый, даже слишком. Смотрится неестественно. Особенно в этом белом льняном костюме, особо выделяющим грязно-желтый загар. Он спускается.

– Ты Катя? Я Вячеслав, брат Мишки.

– Очень приятно.

Он подходит, беспардонно вторгается в моё интимное пространство. Хватает руку и прилепляется к ней губами. Мне неприятно, так что ловко изворачиваюсь и делаю шаг назад. Этот мужчина странный.

– А где мама?

– Они поехали в город. Будут ближе к вечеру, – скалится он, – а я вот приехал и никого.

– Бывает, – неловкость парит в воздухе, разговор не клеится.

Странно, но этот мужчина отличается от братьев и Михаила. Он какой-то скользкий, не очень приятный. Хотя черты лица красивые. Видимо, у них это семейное.

– Ну, я пойду? – спешу ретироваться.

– Погоди! Раз уж мы волею случая тут почти одни, позволь кое-что тебе показать. Ты же впервые на вилле?

– Да.

– Воот! – он смеется – в крабовой бухте была? Она чуть поодаль, на диком пляже.

– Правда?

Крабики! Неужели у меня есть шанс отвлечься? А то порочные братья постоянно занимают все мои мысли. С радостью хватаюсь за соломинку. Вячеслав бодренько рассказывает о том, что чуть дальше, за скалами есть бухта с чистой водой и десятками крабов.

Но нас прерывают.

Влад врывается в холл и начинает вести себя неподобающе. Мне приходится его осадить. Хотя в глубине души я даже рада, что Трофимов-старший здесь. Рядом с Вячеславом мне несколько не по себе.

Да и поведение Влада тешит мое самолюбие. Но мне тяжело смотреть на него. Потому что вспоминаю его пальцы в моей киске и нереальный сквирт, от которого я чуть не потеряла сознание.

А этот паразит словно чувствует это, мысли читает. Отворачиваюсь, хамлю. Ну что мне ещё остается?

– Ты как раз можешь распорядиться о завтраке, – скалится Влад, – дядя.

– Но я обещал своей милой племяшке показать ей крабовую бухту, – ухмыляется мужчина.

А я чувствую себя, словно на арене, где бьются гладиаторы. Трофимов-старший с такой ненавистью глядит на своего дядю. Нужно срочно разрядить обстановку!

– Пойдемте! – понимаю, что нам с Владом лучше поменьше общаться, – показывайте крабов!

Мне хочется разрушить эту вражду, ведь она давит. Я полжизни провела так.

– Да мне похуй, что ты задержалась на работе! Жратва где?! – орет отец на маму, которая из-за срочной работы пришла домой позже и не успела приготовить ужин.

– Не при дочери! – голос мамы теряется в густоте ненависти, заполнившей наше некогда счастливое жилище.

Затем следует хлесткий удар. А я бегу в свою комнату. Мне до безумия страшно! Как он может?! МАМА!

– Катя? – Вячеслав кладет руку мне на плечо.

– Не трогай её! – рычит Влад, затем обращается ко мне, – что с тобой?

Я не хочу негатива! Хочу счастливую семью! Сжимаю руки в кулаки. Игнорирую сводного, гляжу на брата Михаила.

– Пойдемте смотреть крабов, – чеканю, пытаясь разбить лед, сковавший внутренности.

Эти воспоминания. Я так хочу забыть… поэтому так счастлива за маму. Михаил её не обидит. Больше никто не ударит ни её, ни меня.

– Ты что-то вспомнила неприятное? Кстати, зови меня Слава, а то я себя дедом чувствую.

Он яркий, позитивный человек. Иду и пытаюсь понять, почему изнутри рвётся недоверие. Мы спускаемся к пляжу. Сзади нас возвышаются бунгало. Кир стоит напротив, курит и глядит мне вслед.

Чувствую, как начинаю дрожать. Буквально ощущаю на коже его требовательный, голодный взгляд. Почему я так на него реагирую? Ускоряюсь, пытаясь сбежать. Но от кого бегу?

– Катя, я не такой быстрый! – Слава тяжело дышит, останавливается.

– А где бухта? – верчу головой в разные стороны.

– Вон скалы, видишь? – он показывает туда.

Мы спокойно добираемся до указанного места.

– Ого! Как здесь красиво! – гляжу на уютный грот, скрытый от посторонних глаз.

Насыщенная синева воды, игривые солнечные блики, скачущие по ровной океанской глади, вызывают во мне детский восторг.

– Вот, сюда, – Слава поднимается, протягивает мне руку, но я лезу сама.

С трудом забираюсь на весьма шаткий выступ.

– Вон они! Красавцы! – восхищается мужчина.

Открываю рот от удивления и восторга. Вся внутренняя часть скалы усыпана большими крабами. Они почти сливаются с камнем, но их достаточно хорошо видно.

– И правда! Их так много! Вау! И клешни огромные! А тут глубоко?

– Достаточно. Грот уходит в подземную пещеру. Можно будет сплавать с аквалангом, если хочешь.

Мужчина аккуратно добирается до ближайшего краба, тянет руку и с трудом избегает мощной клешни. Я же спешу за ним…

Но тут нога предательски срывается, равновесие теряется и от страха сжимается сердце. С воплем лечу прямо в воду.

А ведь я совершенно не умею плавать!

Бултых! Звук, словно издалека. Пока падаю, успеваю изрядно поцарапать бедро. Но боль отходит на второй план перед враждебной темной глубиной. Помогите!

Быстро ухожу под воду, от паники не могу пошевелиться. Машинально пытаюсь вдохнуть, но легкие начинает сильно жечь.

– Помогите! На помощь! – пытаюсь прохрипеть, но голос теряется в морской синеве.

Любая попытка дышать отзывается резкой болью в груди. Паника стискивает горло. Нет! Мне еще рано умирать! Кажется, что проходит вечность.

Но тут мощная сила вдруг смыкается вокруг. Выталкивает меня наверх. Нахожусь на грани сознания. Чувствую тепло и уверенность мужских рук. Меня спасли? Булькаю, в горле будто камень застрял.

– Катя! Катя! – до ушей доносится встревоженный голос Влада, – блядь… отойди!

Горячие губы мужчины накрывают мои. Он словно проталкивает воздух через моё каменное горло.

– Давай, дыши! Малышка! Ну же! – чувствую давление на грудную клетку.

Хочу сказать спасибо, но вместо этого изо рта вырывается морская вода. И вслед за ней – резкий приступ кашля.

– Отлично, – открываю глаза и вижу карюю бездну сводного, – умница… молодец…

Он сидит надо мной. Обнимает, прижимает к себе. Влад весь мокрый, с его волос стекает морская вода. А я жмусь к нему. Страх отступает.

– Спасибо, – шепчу, – спасибо тебе…

– Катя! – вижу совсем белое лицо Славы, он делает шаг ко мне, но его путь преграждает массивная фигура Кирилла.

– Пошел отсюда! – рычит младший, – какого хера ты её туда потащил?!

– Я… сама… – шепчу, не в силах оторваться от спасительных объятий Влада.

– Не смей к ней приближаться! – зло бросает Кир.

– Прости меня! – Вячеслав семенит в сторону пляжа.

Кир подходит, присаживается напротив. Качает головой.

– Тебе не надо с ним никуда ходить, – резко заявляет.

– Кир, – одергивает его старший, – она чуть не утонула и напугана. Давай не будем…

– Ладно, прости. Я просто перепугался, Кать, – парень явно встревожен, – просто наш дядя – не лучшая компания для красивой девушки.

– Мне нужно в бунгало, – шепчу, – нога…

– Что с ногой? – Влад осматривает меня и видит ссадины и кровоточащие порезы на моём бедре.

– Тут акулы водятся, Катюш, – говорит он, – ну о чем ты думала? Плавать не умеешь?

Отрицательно верчу головой. Краснею.

– Пиздец конечно… – вздыхает Кир, – тогда понесем тебя обратно.

– Не надо! – восклицаю, но он уже хватает меня на руки.

– Обними меня, сестричка, – от низкого грудного голоса всё моё женское мгновенно возбуждается.

Стоп! Я же только что чуть не померла! Но от удовольствия хочется урчать. Они спасли меня. Такие заботливые. Нежные. Божечки!

Благо, до моего бунгало недалеко. Влад открывает дверь, Кир вносит меня и аккуратно укладывает на кровать. Исподлобья гляжу на сводных. Они – на меня.

– Тащи аптечку, – хрипит Кирилл.

Влад уходит и спустя минуту возвращается с бинтом и антисептиком.

– Покажи ножку, – приказывает старший.

Покорно поворачиваюсь на бок. И как назло, все царапины сконцентрировались рядом с ягодицей. Рука Влада накрывает мою попку. Ах! Нужно терпеть, я же сама приняла решение остановить эти отношения.

– Может немного жечь, – мурчит старший, а я стискиваю зубы.

Но не от боли…

Вопреки моим страхам, оба сводных ведут себя сдержанно. Однако атмосфера в бунгало раскаляется добела. Это происходит вне наших действий. Я стараюсь не смотреть на братьев. Влад явно с трудом держит себя в руках, методично нанося антисептик на покрытую царапинами задницу. А Кир просто смотрит в окно. Вижу, как сильно он сжимает зубы. Как играют его желваки.

– Ну вот. Вроде должно стать легче, – хрип старшего меня с ума сводит.

Я хочу их… обоих! Черт подери! Разворачиваюсь, вижу блеск в глазах Влада. Кир тоже начинает прожигать меня взглядом, полным огромного желания. И то ли я просто схожу с ума, то ли в голову бьет остаточный стресс…

– Поцелуй меня… – шепчу старшему, а он отвечает мне дерзкой ухмылкой.

Быстро придавливает меня к кровати, затем впивается в губы. Мгновенно раскрываюсь, принимая его язык.

– Ммм! Влааад… – стону, обхватывая его ногами.

Всё стремительно выходит из-под контроля. Сладкий поцелуй обезоруживает, сметает все мои принципы, условности, запреты. Только мы втроём имеем значение. И наши чувства.

Но готова ли я сдаться? Нафиг! Подумаю об этом потом, а пока…

– АААХ! – стону, когда рука Влада проникает в шортики.

– Бесстыжая девчонка, – рычит он, заглядывая мне в глаза, – всё кончено, да?

Хлюп! Хлюп! У меня между ног настоящий потоп. Палец старшего творит что-то невероятное. Мечусь по постели. Весь ужас, страх, боль от порезов отходят на задний план.

А Кир наблюдает. Потемневшим взглядом смотрит на нас.

– Между нами больше ничего не будет, да? – резкий толчок внутри меня вынуждает стискивать его густые волосы.

– Не… будет… – шепчу уже на автомате, понимая, что уже крепко привязалась к этим двоим.

Не позволяю мужчине прервать поцелуй. Я хочу его! И брата его хочу! Обоих хочу…

– Мало! – стону, – пальцев малоооо! ААААХ!

– Да ты что? – старший наращивает темп, затем начинает снова искать точку моего наивысшего наслаждения, – давай, малыш, намочи штанишки… покажи нам, какая ты горячая…