Хозяйка приюта магических существ. Книга 1

Глава 8

Если на чью честь и покушались, то явно не на мою. В какой-то момент в голову закралась очень подлая мыслишка – сделать вид, что никакого крика и не было. Пусть все проблемы решает кто-нибудь другой, не я. Но совесть, о существовании которой я время от времени забывала, вопила, что проблемного ребенка и странного мужчину надо спасать. То есть, конечно, с учетом расстановки сил надо спасать остальных от них.

Я быстро пошла на шум и увидела чудную картину: дракончик шипел на какого-то мордоворота, который стоял с поднятыми руками (не исключено, что только потому, что Хэй демонстративно вытащил свой меч и недобро смотрел в его сторону). Позади этого мордоворота крутился мелкий аристократишка – бронзовый жетон с фамильным гербом, закрепленный на рукаве, я отметила сразу.

А вот позади моего дракончика на сцене стояла миловидная девушка. Нет, не просто миловидная, а настоящая красотка! Юная растерянная красавица с пронзительным взглядом, белой кожей и светло-каштановыми волосами выглядела весьма расстроенной. Подойдя ближе, я увидела в ее руках табличку с надписью.

«Элис, 18 лет, опыт работы – 3 года. Особые навыки – владение двумя мечами».

Дракончик, заметив меня, тут же завис перед моим лицом и выплюнул:

– Мой человек!

В буквальном смысле выплюнул, потому что на моем лице остался кусочек чего-то липкого, чем он только что хрустел. Я вытерла рукой и поняла, что держу кусочек леденца. И откуда?..

Так, все понятно. В хвосте ребенка я заметила завернутые в бумагу конфетки. Обычный плавленый сахар с соком, который можно было найти везде в этом мире.

– Что случилось? – со вздохом спросила я.

– Я хотел нанять телохранительницу, а вот это мелкое отродье вмешалось! – Из-за спины бугая вышел аристократ. – Приструните своего невоспитанного зверя!

– Врешь, радлак, врешь! – гневно зашипел дракон. – Ты покушался на ее честь, а чужой человек Хэй сказал, что ты ее грязно мадагался!

– Домогался, – автоматически поправила я дракончика, мысленно желая провалиться под землю.

– А что такое домо… мфффф!

Я сгребла дракончика к себе на руки, прикрывая ему рот ладонью. Еще не хватало привлечь внимание управляющего Дома Наемников, потом хлопот не оберешься. Ан-нет, поздно: толпа перед нами разошлась, и появился высокий мужчина в плаще.

– Я Астольд, управляющий этой выставкой. Господин, госпожа, разве вы не знаете, что все споры должны решаться без насилия? – от вежливой улыбки у меня мурашки пошли, а вот Хэй никак не среагировал.

Мне пришлось весьма выразительно на него зыркнуть, чтобы он убрал свой меч в ножны. Тот пожал плечами, но, к счастью, последовал моей безмолвной просьбе.

– Прошу прощения, но это отродье перебило весь мой торг с этой наемницей! Накажите эту отвратительную ужасную химеру! – завизжал аристократ, заставляя всех окружающих поморщиться.

Ну, кроме дракончика – тот планомерно поглощал леденцы, время от времени громко хрумкая. Толпа вокруг нас стала медленно рассасываться. Людское любопытство было сильно, но попасть под горячую руку никому не хотелось.

– Уважаемый господин, вне зависимости от вашего мнения, все присутствующие здесь являются гостями нашей выставки, а их оскорбление приравнивается к оскорблению всего Дома Наемников. А вы же понимаете, что оскорбив мой Дом, вы оскорбляете меня? – все также вежливо продолжил мужчина. Кремень!

– Но он перебил мой торг, это нарушение! Он влез, когда мой человек договаривался с этой наемницей об охране, – возмутился аристократишка, кивнув в сторону скромно стоящего бугая. – Он нарушил мои права! Вы должны наказать его.

Судя по тому, как скривилось лицо девушки, то договориться с ней пытались точно не об охране.

– Врешь! – рявкнул дракончик, вырываясь из моих рук и гневно глядя на аристократа. – Я первый с ней разговаривал! Она даже дала мне леденцы!

– Какие еще леденцы?! – рявкнул низенький человек.

– Вот такие! – с этими словами ребенок выплюнул в аристократишку кусочки леденца. Надо потом рассказать, что леденцы нужно рассасывать, а не разжевывать.

Я не отказала себе в удовольствии полюбоваться возмущенно-ошарашенным выражением лица оплеванного. Но надо было срочно разбираться с ситуацией.

У Дома Наемников были хорошие и удобные для всех правила. На выставке потенциальные работодатели внимательно выбирали будущих работников. Они предлагали свою цену и условия. Наемник же выдвигал свои. Если у них получалось договориться, то заключался контракт с определенным сроком действия. Работодатель оставлял деньги за работу наемника Дому Наемников, дополнительно оплачивая несколько серебрушек в казну самого Дома. Когда работа наемника завершалась, то Дом выплачивал ему эти деньги. Еда и прочие расходы покрывались работодателем. Если работа не выполнялась, то Дом возвращал средства нанимателю.

Разумеется, популярные наемники были более востребованы. Чтобы все-таки процесс напоминал договор, а не аукцион, существовали непреложные правила: вмешиваться в сговор нанимателя и телохранителя, пока не получен четкий отказ от сотрудничества, нельзя. А если вмешался, то, в самом лучшем случае, можешь отделаться штрафом, а в худшем – отправиться в тюрьму.

Однако управляющий наемниками поступил проще:

– Элис, что тут произошло?

Вид у девушки был совсем несчастный, но она взяла себя в руки и ответила:

– Мы разговаривали с химерой, когда этот господин влез в наш сговор.

Оп-па, это все упрощало. Значит, разговор начала наша сторона.

– Бред! – рявкнул аристократ. – Где вы видели химеру, которая пытается нанять телохранителя? Сущий бред! Более того, ваша наемница нарушила правила и заговорила не с потенциальным работодателем, а с мимо проходящими людьми первой!

– Врешь! – рявкнул дракончик. – Радлак-радлак-радлак! Ты врешь! Я заговорил первым!

Управляющий вздохнул и сказал:

– Я не хочу разбираться, кто из вас прав, а кто виноват. Мне проще будет отправить вас в тюрьму за нарушение…

– Попробуйте, господин, – хмыкнул Хэй, снова вынимая меч.

И улыбнулся. Что я там говорила про управляющего? Забудьте. Аура Хэя была такой сильной и дикой, что управляющий стал казаться маленьким котенком перед настоящим тигром. Но даже если он и испугался, то вида не показал, спокойно продолжив говорить:

– … но у меня нет на это времени. Как минимум, две стороны нарушили правила Дома Наемников, оскорбляя друг друга. И если химере это простительно, думаю, госпожа, отвечающая за нее, отделается штрафом, то вам как аристократу и представителю этого города такое поведение я простить не могу. Впрочем, конфликт никому не нужен. Поэтому поступим так. Вы, господин, и вы, химера, сделаете свои предложения этой наемнице, если заинтересованы в ней. А она выберет одно из предложений. Без права отказа. Либо работаешь с одним из них, либо я отправляю тебя на общественные работы. Это не первый скандал с тобой, Элис. Нам не нужна испорченная репутация.

– Ваши мечи, Элис, и ваше тело на месяц за один серебряный, – хмыкнул аристократ. – Думаю, будет прекрасно попробовать вас полностью.

– Мой человек! Он ужасен! Попробовать?! Как он может есть другого человека, если тот разумен?! – в ужасе закричал дракончик. – Мы обязаны спасти человека Элис от верной смерти! Мерзкий, мерзкий низкорослый человек! Даже животные не едят себе подобных! Ты хуже, хуже животного!

– Кхм, – управляющий замаскировал смешок под кашлем. – Ваше предложение, химера.

– Леденцы! Я дам тебе много леденцов, человек Элис. И булочек тоже! Ты будешь каждый день есть вместе со мной булочки! Они вкусные, они очень-очень вкусные, почти такие же вкусные как леденцы! А еще… еще я буду плевать в тех, кто тебя грязно гамадается! – возбужденно заговорил дракончик, а потом повернулся ко мне. – Но ты обязана защищать моего человека. Она умная и сильная, но ей больно бить мудаков, поэтому ты должна будешь их бить вместо моего человека, хорошо?

Элис растерянно кивнула. Я не выдержала и вздохнула. Мне не нужна была телохранительница, от которой будет куча проблем. А проблемы будут – девушка была чертовски красива. Удивительно, что не она привлекла всего одного радлака, а не целую толпу. Но отдать ее в лапы этого аристократа? Я снова вздохнула. Наемница выглядела милой и наивной, сущий ребенок, что такое восемнадцать лет? Только из родительского дома небось выпорхнула. Да и после слов аристократа я заметила, как подрагивали ее пальцы.

– Мой человек, что-то не так?

– Ты должен предложить ей денежную плату, – сказала я.

– Но у меня нет денег! А если я предложу покрасить ее в красный?

– У тебя и булочек с леденцами нет. Но я дам тебе деньги. – Я достала маленький мешочек, отсыпала туда десять серебрушек и протянула на ладони. – Это твои карманные расходы, ты можешь тратить их по своему разумению.

– И деньги, человек Элис, я предлагаю тебе деньги. Все, что здесь! – этот сообразительный ребенок тут же понял мою задумку.

– Я согласна на предложение химеры! – тут же сориентировалась девушка.

– Что за фарс! – возмутился аристократ. – Это цирковое представление, а не торг… А-а-а, что вы на меня так смотрите?!

Да уж, взгляд у Хэя был… впечатляющим. Как будто он примеривался, с какой стороны этого человека удобнее убивать. Что ж, Хэй, конечно, подозрительный, но так как я случайно наняла абсолютно бесполезную телохранительницу, то путешествие вместе с ним до Ревота – настоящее благо.

– Что ж, решено. – Удовлетворенно хлопнул в ладоши управляющий. – Поздравляю тебя с работой, Элис. Думаю, в этот раз у тебя получится избежать многих проблем, которые возникали с твоими нанимателями раньше.

Девушка робко кивнула и приблизилась ко мне:

– Госпожа?..

– Госпожа Лиссандра, – ответила я. – Как у тебя с защитой?

– Хорошо, госпожа Лиссандра, – благовоспитанно ответила Элис. – Если говорить о защите, то я лучшая!

Сейчас я отметила, что девушка, несмотря на кажущуюся хрупкость, явно не слаба: мышцы рук крепкие, движения плавные, а взгляд довольно острый. Что ж, если она хотя бы не будет мешаться в дороге, то уже неплохо. И производит впечатление довольно адекватной особы, которая хорошо разбирается в реалиях этого мира.

Может, не такая уж бесполезная трата денег. Но дракончику надо бы объяснить, что не стоит бросаться на защиту любой девушки, которая не пожалеет для этого обаяшки леденцов или еще каких-то вкусностей.

***

Со всеми запланированными делами я разобралась только под вечер. Много времени заняло оформление Элис как телохранителя: заплатить налог, проверить договор, попросить дополнительный магический контракт на неразглашение любой информации о нанимателе и его спутниках (а вдруг дракончик раскроет себя в пути? Надо быть готовой ко всему). С учетом того, что нанимателем считался дракончик, которому пришлось все рассказывать, то процесс вышел долгим.

А потом надо было подготовиться к отъезду. Вся компания— Хэй, дракончик и Элис – ходили за мной хвостиком по магазинчикам, где я покупала необходимое для путешествия. Элис постоянно пыталась забрать у меня что-то из покупок, лепеча на тему того, что работодателю не стоит носить тяжести, Хэй безапелляционно отбирал и носил все в своих руках, а ребенок… А ребенок любопытничал и пытался проверить все пакеты, мешки и мелочи, до которых дотягивался, превращая уложенное в бедлам.

И вопросы, вопросы, вопросы! Не только от дракончика, к ним я уже и привыкла, но и от Хэя. Как, что, почему, почему так, а не эдак, почему то, а не это. А потом Хэй уговорил меня помочь с выбором зимней одежды и тканей (в принципе, я и не соглашалась). И это была настоящая катастрофа. Я сначала решила, что он издевается, но потом поняла, что он чем-то похож на дракончика – в его вопросах была лишь жажда знаний.

– Почему эта ткань, а не та, если эта плотнее? – спросил Хэй.

– Почему, мой человек, почему? – вторил ему дракончик.

И приходилось рассказывать: эта ткань недостаточно эластичная, при резком движении и драке ее проще порвать, другая же ткань чуть потянется, но останется целой.

Потому что мы так задержались, вечером нам пришлось менять постоялый двор: двух комнат не оказалось, все было занято. Лишь спустя час в гостинице на окраине мы нашли один двухместный номер для меня, Элис и дракончика и один одноместный для Хэя. Гостиница была отличная, но я слишком устала, чтобы оценить выход к озеру и прочие живописные виды. Закинув вещи в комнаты, я услышала совершенно неприличный звук, издаваемый желудком – про обед все благополучно забыли.

Когда мы сели в обеденном зале этой гостиницы, то я едва не заплакала от радости. Похоже, не только я – дракончик едва не пускал слюни, учуяв запах еды. Черт, надо было хотя бы взять что-то на перекус ему. Булочки и леденцы – не та вещь, которой можно утолить голод, а он все-таки ребенок.

– Выбирайте, что будете есть. Элис, бери нормальную еду, а не только булочки, – сказала я, раскрывая пергамент с перечисленными блюдами.

Прямо меню как в моем мире. Но только в этом мире меню было не правилом, а исключением, что еще раз подчеркивало уровень гостиницы, куда мы заселились. И напоминало, что отдали за ночевку приличную сумму.

– А булочки разве ненормальная еда? – встрепенулся дракончик. – Булочки – отличная еда.

– Булочка – это десерт. Это стоит есть после основного блюда, например, мяса с картофелем. Или рыбы, или супа.

– Человек, что такое суп?

– Это жидкость, в которой плавают твердые продукты.

Дракончик скривился и сказал:

– Мой человек, не надо супа. Что угодно, но только не эту жидкость.

Я не сдержала вздоха: уж слишком легко представила, почему этот ребенок, который совсем не капризничал, мог ненавидеть суп.

– Мясо? Рыбу? Птицу? – поинтересовалась я, едва успев подставить под капнувшую изо рта дракона слюнку салфетку.

Скатерть-то на столе новая, чистая, еще возмутятся, что заляпали. И платить заставят. А у нас и так Элис в качестве непредвиденных расходов.

– А оно вкусное? Я не знаю, человек, я хочу все, что вкусное! Очень хочу! Но я боюсь, что мне может что-то не понравиться. И что тогда делать? – растерялся дракончик. – Мой человек, ты же умная, расскажи!

– Мы можем заказать разные блюда и дать тебе попробовать, а ты выберешь то, что тебе больше понравится, – предложил Хэй, заслужив мой благодарный взгляд.

Я тоже об этом подумала, но Хэй— не мой подчиненный, командовать, что ему есть и чем делиться, я не могла. А поступать так с Элис не позволяла совесть. Потому я думала заказать два разных блюда – для себя и для дракончика. И Элис тоже радостно поддержала дракончика.

Как только нам принесли еду, Хэй тут же подтолкнул свою тарелку поближе к дракончику:

– Ну, пробуй, смелее.

– А если я возьму слишком большой кусок, и ты не наешься? – подозрительно уточнил дракончик.

– Тогда я закажу себе еще одну порцию, – ответил Хэй.

В отличие от Элис, которая не скрывала умиления и почти что детского восторга, Хэй вел себя по отношению к дракончику более сдержанно. Но до конца свою заботу скрыть не мог. Из всех блюд дракончик остановился на рыбе, выражая бурный восторг.

И если Хэй с дракончиком целиком были заняты пищей, то мы с Элис увлеклись разговором, невольно перейдя на обсуждение одного весьма очаровательного и бойкого ребенка.

– Госпожа Лиссандра, химера у вас совсем маленькая, да? – тепло улыбнулась Элис. – Такой непосредственный и такой милый. Представляете, плюнуть предложил. Понимаю, что не помогло бы, но все равно приятно!

– Помогло бы, – я не сдержала смешка. – Когда на нас напали, он так плюнул, что оглушил всех нападавших и разрушил парочку построек на рынке. Пришлось соврать охране.

– Соврать? – дракончик растерянно поднял мордашку от пустой тарелки. – Ты соврала, человек?

Ответить я ничего не успела, потому что подавальщица шустро забрала пустую тарелку, сменив ее на ароматную булочку и ягодный чай для дракончика. Тот подтянул к себе булочку, но так и не откусил ни кусочка.

– Мо-о-о-ой человек! – У дракончика неожиданно полились слезы и закапали прямо на десерт: булочку с корицей. – Мо-о-о-ой человек, я не хочу-у-у-у.

– Ты не хочешь булочку? – удивилась я. – Так зачем плакать? Не ешь.

– Булочку я хочу, но я не хочу-у-у звать тебя радлако-о-ом, – еще сильнее заплакал этот ребенок, привлекая к нашему столику внимание немногочисленных посетителей в таверне. – Мо-о-ой человек, ты соврала-а-а-а. И охрану ты обманула-а-а! Мой человек, ты радлак, но я не хочу звать тебя радлак-о-о-о-ом!

И дракончик, оттолкнув булочку, лег прямо на стол, закрыл мордочку лапами и зарыдал на весь зал.

– Заканчивайте без нас, – вздохнула я, подхватила дракончика на руки и потащила его из таверны прочь на задний дворик.

Я планировала провести, скажем так, воспитательную работу после ужина, но, видимо, придется начать прямо сейчас.

На улице было чуть прохладно, и, судя по росе, недавно шел дождь – и когда только успел? Кто-то из слуг сновал около яблони. Мне нужно было еще более тихое место, поэтому я вышла за забор и пошла в сторону озера.

– Мой человек, ты куда меня несешь? – спросил ребенок, все еще отчаянно шмыгая носом, но уже не плача.

– К озеру, – ответила я.

– А что такое озеро?

– Это яма, заполненная водой. Посмотри вперед, – сказала я, аккуратно идя прямо по тропинке.

– Красиво, – сказал дракончик. – А зачем ты меня несешь к озеру?

– Поговорить. Спросить.

– Ты? Хочешь у меня спросить что-то? – Ребенок окончательно прекратил лить слезы и смотрел на меня изумленно.

– Конечно. Почему ты назвал меня радлаком, например.

– Но… ты же… соврала? – неуверенно сказал дракончик.

– Но разве я соврала тебе? – спросила я, подходя к тропинке, которая резко уходила вниз. Ну, раз протоптана, то, скорее всего, здесь безопасно.

– Нет.

– Тогда почему ты хочешь меня так называть?

– Я не хочу. Я все понял, мой человек. Пожалуйста? – робко добавил дракончик в конце.

– Тут следовало сказать «извини». Если ты знаешь, что поступил неправильно и чувствуешь вину и неудобство, то нужно говорить это слово.

– Хорошо, мой человек, извини меня, – сказал дракончик. И, несмотря на то, что тон его был ровным, я чувствовала, что он говорит искренне. Уж слишком грустным казался.

– Извиняю. Не расстраивайся, ты же не желал ничего плохого, а это – самое главное. Особенно, пока ты не научишься ориентироваться в этом мире. Есть кое-какие вещи, о которых я должна тебе сказать. Например, тот, кто врет, называется лжецом. А радлаком мы называем не только лжеца, но и того, кто делает плохие вещи. Но радлак или **** – это плохие ругательные слова, желательно их вообще не использовать. Это грубо и невежливо говорить такие вещи, а уж обращаться так к малознакомым людям – очень плохо. Бывают совсем редкие исключительные случаи, когда допустимо так сказать.

– Но разве сегодня был не такой случай? – спросил дракончик. – Человек Хэй сказал, что тот мерзкий человек говорил человеку Элис ужасные вещи, а ведь Элис просто так поделилась со мной леденцами!

– Не стоит называть людей мерзкими, даже если это соответствует правде, особенно в общественном месте. Общественное место – это там, где много людей. И нет, это был не исключительный случай, – ответила я. – Тебе не стоило так обращаться к тому человеку. Если бы управляющий решил, что ты оскорбляешь, то у нас всех – у меня, у тебя, у Хэя, у Элис – возникли бы неприятности.

– А как тогда понять, что случай исключительный? Как определить, что можно говорить, а что нельзя, где можно, а где нельзя? Как узнать, что я могу сказать, чтобы никому не причинять проблем? – совсем не по-детски вздохнул дракончик, спрыгивая с моих рук и подходя поближе краю озеру. – Красиво, мой человек. В этом мире столько всего красивого, о чем я не знаю. И не только. Правила, законы, значения слов, еда, люди – я ничего не знаю. Я умный, но почему-то чувствую себя самым глупым драконом на свете. Я сильный, но я не могу ничего решить. Я бы хотел знать все то, что знают драконы, но я даже не знаю тех вещей, которые понимают все вокруг! И мне от этого очень-очень грустно.

Ребенок не плакал. Он стоял на своих маленьких лапках, сложив крылья, смотрел на озерную гладь. Драконы умны, гораздо умнее людей. Но для этого ребенка, который провел в застенках всю свою жизнь, время замерло. Пусть он не знал пока многих вещей, но уже сейчас понимал, что его жизненный путь начался иначе, не так как следует течь жизни дракона, что его знаний недостаточно, чтобы жить в этом мире.

Одинокая печальная фигурка. Возможно, мне стоило выражаться иначе, но я не знала, как еще объяснить дракончику все эти важные вещи, чтобы он не думал о своем прошлом и том, чего лишился по вине людей, которые заперли его в той тюрьме.

Зато было кое-что, что я могла сделать прямо сейчас, кое-что, что я могла дать дракончику.

Заботу, поддержку и понимание, что теперь он не один.

Я подошла и села рядом с дракончиком, положив руку ему на голову:

– Ты не глупый, ты очень-очень умный дракон. Ты обязательно все-все узнаешь, но не сразу. Я расскажу тебе все, что знаю. Я научу тебя читать и куплю много книг, чтобы ты узнавал то, чего не знаю даже я. Ты будешь самым умным драконом на свете.

– Мой человек, когда ты так говоришь, то мне очень хочется плакать, хотя мне совсем не грустно.

– Плачь, если нужно. Со слезами обычно уходят печали, и на душе становится легче.

Дракончик, вскарабкавшись мне на колени, уткнулся в сгиб локтя и тихонечко заплакал. Мелко моросил дождь, прекрасно скрыв стоящие в моих глазах слезы.

***

Наплакавшись, ребенок заснул прямо у меня на коленках. Будить его было чистым зверством, поэтому я осторожно взяла его на руки – кажется, это уже входило в привычку – и осторожно, чтобы не потревожить, пошла к таверне. Комнаты у нас были на втором этаже, так что шанс донести спящего дракончика без приключений был довольно высок.

Когда я зашла в свою комнату, то Элис уже была там. Она удивленно взглянула на меня, но ничего не сказала, когда я, скинув обувь, подцепила пальцами ноги край одеяла, стянула его вниз, уложив дракончика прямо по центру кровати, а потом аккуратно укрыла.

– Госпожа Лиссандра? – шепотом спросила неглупая девушка. – Все хорошо?

– Да, конечно.

– Вы не доели, господин Хэй остался внизу ждать вас на ужин. Я… я могу присмотреть за химерой, пока вас не будет.

Не то, что я не доверяла этой девушке – она действительно казалась очень светлой и милой, но все же… Я вытащила из кармана своего камзола охранный амулет, сунула его спящему дракончику в лапы, а потом со спокойной душой спустилась вниз. Зал пустовал, за исключением Хэя, который все еще сидел на прежнем месте.

– Госпожа Лисса, как успехи?

– Отлично, мы только что выяснили, почему не стоит ругаться, – поделилась я с Хэем.

– Госпожа Лисса весьма мудра для своего возраста, – неожиданно усмехнулся Хэй, откидываясь на спинку стула. – Такая юная, а такая мудрая госпожа, которая умудряется давать такие правильные ответы.

– Мне уже двадцать семь, – усмехнулась я. – Я совсем не юна. А что касается опыта… Не вы ли сами говорили, что у меня хорошо получается обращаться с людьми?

– Не только с людьми, но и с драконами, – сказал Хэй, благоразумно понизив голос. – Знаете, я прямо схожу с ума от любопытства, откуда же вы такая появились? Так легко ориентируетесь в правилах, законах этого королевства и континента, так много знаете, хотя явно не из этих мест. Вы же сами не расскажете, да?

Глава 9

– Только после вашего рассказа. – Я выдавила из себя широкую и абсолютно неискреннюю улыбку. Нахал, стопроцентный нахал. – Хотя мне очень интересно, почему вы решили, что я нездешняя.

Хэй усмехнулся, но ответил:

– Внешность, акцент, а также ваше весьма интересное заявление.

– И какое же заявление? – хмыкнула я. Что он скажет? У меня были колоссальные знания об этом мире, я попросту не могла себя ничем выдать. – Моя внешность вполне обычная, акцент остался еще с детства.