Далеко от Земли
- -
- 100%
- +
– Здравствуй, Курт, приветствую тебя от имени всех новоземельцев! Я рада тебя слышать, – пауза. Что сказать еще? Стоит ли сейчас говорить о том, что его отец погиб, а у матери другая семья, что у него три сводных брата и маленькая сестренка? Лучше при встрече или чуть позже. – Жаргал, – позвала Нелли.
– Я здесь, сестренка.
– Как же я рада слышать тебя… – Нелли перевела дух, – но о делах, – ее голос сразу стал серьезней, пропали нотки радости, от былого волнения не осталось и следа. Нелли вмиг стала Праматерью. За многие годы она научилась переключаться на образ, который вознес ее на пьедестал недосягаемости и владения властью. – Нам понадобится несколько дней, чтобы подготовить наших людей к встрече с пришельцами. Я так понимаю, что десант будет большим, и не знаю, какую реакцию вызовет среди наших. Могут испугаться, могут насторожиться. Мы ведем работу по просвещению, рассказываем о Земле, о людях, которые там живут и похожи на нас, но одно дело – рассказывать, другое – видеть. Поэтому дайте нам время подготовить их. В каком месте вы планируете приземление?
Жаргал ответил не сразу. Нелли даже забеспокоилась.
– Жаргал, ты меня слышишь?
– Да, слышу, но подумалось: ты говоришь на том смешанном языке. А свой родной… русский, ты помнишь?
Миха с Нелли переглянулись. Они и не задумывались о том, что не только говорят, но и думают на языке новоземельцев. «Мы забыли свой язык?» – говорили их взгляды.
– Ты нас озадачил, Жаргал. Мы мало говорили на русском, только между собой, наедине, и то не всегда. Я не думала, что так случится.
– Не волнуйся, сестренка, я и все прибывшие понимаем, мы готовились. Просто говори медленней, нам надо привыкнуть к особенностям произношения. А русский вы с Михой вспомните, все вернется, не переживай.
Как это обычно бывает, слова успокоения имеют обратное действие, и Нелли почувствовала раздражение, даже обиду. Как же она не подумала об этом раньше? Они с Михой слились с новоземельцами, приняли их образ жизни, их привычки. Что еще заметит Жаргал и все прилетевшие при очном общении? Но сейчас не до эмоций, надо о деле!
– Я не переживаю, – жесткие нотки. – Предлагаем приземление в стороне от наших селений. Поляна у валунов подойдет, если вы сможете скорректировать влияние магнитного поля.
– Сможем…
– Хорошо. Постарайтесь не шокировать нас новыми костюмами! – Нелли пыталась пошутить, но не получилось.
Жаргал ответил, и в его голосе ей послышалось недоумение:
– Но… других у нас нет. Это так существенно?
– Нет, нет, все в порядке. И нам с Михой возьмите, мы соскучились по свободе, которую дает костюм космонавта.
– Понял.
– Через два дня, Жаргал. Через два дня мы вас встретим. Все. До связи.
– До связи!
Нелли отключила тумблер и обмякла. Впереди – два дня, которые изменят весь привычный уклад жизни, и не только их с Михой, но и всех новоземельцев. Рой мыслей закружился в голове. Они перебивали друг друга, но ни одна не могла обрести законченность и стать понятной.
– Миш, я с ума сойду, – Нелли протянула руку в пустоту, точно зная, что рука друга рядом.
Миха обнял ее всю, шепча едва слышно:
– Не сойдешь. Мы вместе и все решим. И давай не расслабляться. Прям сейчас и начнем. Пойдем к Кристи. Да, Куно? – он повернулся к старику, не отпуская жену.
Куно кивнул. Это правильно. Кристи должна первой узнать о сыне. Куно не волновался так, как дочь, но тревожился. Он уже начал понимать, что и его жизнь изменится. В прошлый раз чужие привезли его дочь, и она осталась с ним, скрасив половину его жизни своим присутствием и дочерней заботой. Что будет теперь? Перед ней снова выбор – Куно понимал это! – она останется с ним до конца его дней или оставит его и вернется в тот мир, который создал ее? Но Кристи! Теперь ей предстоит встретить своего взрослого сына. В отличие от Куно, она знает, что он жив, и верит в то, что он вернется к ней, хотя, ждет ли она?.. Новая семья, заботы о доме, мысли о сыновьях, которые живут в чужих семьях… Что ж, с чего-то надо начать, и они втроем пойдут к Кристи! Куно встал – легко, как в молодости!
– Идем?
И все же к Кристи Нелли пошла одна! Слишком мало времени им дано на то, чтобы хотя бы намеком донести до всех жителей Новой Земли информацию о приходе чужих. Миха отправился в самый дальний поселок – к клану Петра. А Куно остался в храмовом поселении, где жили потомки Хуана Родригеса. От избы к избе, от семьи к семье он обходил всех, просто беседовал или присоединялся к трапезе и неспешно, как свойственно старикам, напоминал о давнем появлении чужих, о спасении сына Кристи, о появлении Михаэля, о том, какие перемены произошли с их обществом после этого – благие перемены! О праматери Куно старался не говорить прямо. Если утверждать, что она и есть Нелли, его дочка, которая вернулась на родину с кораблем пришельцев, то пришлось бы объяснять и то, как она совместила в себе образ простой девушки и праматери. Годы и деяния Нелли сгладили восприятие чужой женщины в мире новоземельцев. Да и выросло новое поколение, которое знает ее только как праматерь! И не стоит их переубеждать в этом.
Сама Праматерь направилась прямо к Кристи – в Дом творчества, где она работала с детьми, с легкого благословения Нелли в тот день, когда они помирились у пещеры Праматери.
День еще радовал светом и теплом, и особым воздухом планеты – влажным, пахучим, втекающим внутрь густым соком. Нелли заметила, что она старается вдыхать глубже, словно наперед наполняя легкие воздухом, который в скором времени станет ее воспоминанием. Что ж, пусть так! Эта грусть лучше того страха, который обуял ее, когда она осталась здесь и жизнь казалась оборванной на самом интересном месте. Теперь такого не случится. А воспоминания всегда будут с ней. Воспоминания…
Углубившись в себя, Нелли и не заметила, как дошла до поселения Лучано. Встречные люди тепло приветствовали ее, она отвечала улыбкой и кивком, радуясь добрым взглядам. Не всегда так было. Случалось и прятаться от встречных, и опасаться пленения. Они с Михой выстояли! Да, именно так – выстояли! Нелли почувствовала гордость. Как бы ни сложилась ее жизнь дальше, она уже может без оговорок сказать, что прожила ее не зря. И даже этот Дом творчества – ее заслуга! Добротный, с распахнутыми окнами и открытой дверью, он встречал ее тишиной, в которой рождается творчество. Дети сосредоточенно рисовали или мастерили подделки, воплощая в своих работах идею, заданную темой. Кристи находила такие! Она сама вдохновлялась и творила, порой забывая о мирских делах. Но ей повезло – мужчина, взявший ее в жены, полюбил ее всем сердцем и не роптал на ее позднее возращение или недоделанные домашние дела. Кристи дарила ему свою любовь, была заботливой матерью и отличалась от других женщин лучистым взглядом, даже спустя почти двадцать лет.
– Кристи, – Нелли окликнула ее и поманила к себе.
Кристи вскинулась, увидев в свете дверного проема Праматерь: очертания ее фигуры проступали в подсвеченной солнечными лучами рубахе – красивая девушка! – но строгая прическа и гордо поднятая голова придавали ее облику уверенность состоявшейся женщины.
Кристи оставила детей, по пути легко коснувшись русой головки своего младшего сына. Он жил в клане Лучано и приходил на занятия в Дом творчества вместе с другими детьми, и для матери это было огромной радостью!
Нелли присела на скамью напротив дома. Кристи подошла и склонилась в знак приветствия.
– Садись, Кристи, я хочу поговорить с тобой.
Это не удивило женщину, потому что такое случалось часто. Праматерь всегда интересовалась занятиями с детьми, расспрашивала об их жизни в семьях, об увлечениях. Кристи и не догадывалась, что сейчас речь пойдет не о том.
– Выслушай меня, Кристи… – Нелли немного замялась. Наставительный тон не подойдет для такого разговора. Лучше вспомнить прежние времена и поговорить как с подругой. – Кристи, ты помнишь, как мы с тобой купались в озере у пещеры Куно? Здорово было! А как я испугалась имени Бонита!
Кристи улыбнулась. Она помнила то время. И никогда не забудет ни одного дня из той жизни. Ведь в ней остался ее Курт, и ее сын…
Нелли мельком, но пронзительно взглянула в лицо женщины. За улыбкой крылась грусть. Красивое лицо не выражало беспокойства. То была грусть, с которой человек свыкается, примиряется, но помнит все. Нелли решила не тянуть. Она прикрыла ладонью руки Кристи, лежавшие на коленях одна на другой.
– Ты скоро увидишь своего сына, старшего сына, – уточнила Нелли, – сына Курта… он прилетел, как я и обещала тебе тогда.
Руки дернулись, Нелли сжала их. Улыбка сползла с лица Кристи. Ее серые глаза расширились и взгляд, полный надежды и слез, проник до самого сердца. Как же она страдала! Все эти годы она прятала свои чувства так глубоко, что никому и в голову не приходило, что они лежат в ее сердце тяжелой ношей. Даже Нелли думала, что Кристи оттаяла и прошлое не тяготит ее.
– Кристи, – Нелли порывисто обняла ее. Кристи дрожала. – Успокойся, моя хорошая. Успокойся. Это добрая весть. Ты увидишь своего сына. Вы снова будете вместе.
Плечи Кристи поднялись и опустились, в такт ее вздоху. Кристи отстранилась, и ее взгляд пронял Нелли до мурашек.
– Где он? – хриплый голос; простой вопрос дался ей нелегко.
– Он еще на корабле, – Нелли подняла палец вверх, показывая на небо. Через два дня он будет здесь. Его зовут Курт…
Кристи встала. Она смотрела в ноги. Нелли видела ее профиль и напряжение, отразившееся на лице сведенными бровями и поджатыми губами. И вдруг она выпрямилась, как струна. Взгляд обратился вперед, куда-то вдаль, и Кристи порывисто развернулась. Нелли не успела ничего сказать; рука женщины остановила ее попытку. Уже в спину Нелли крикнула, догадавшись, куда она устремилась:
– Завтра! Ты пойдешь к нему завтра! Сейчас тебя ждут дети! Твой сын!
Кристи остановилась. Обернулась. Из дома, где занимались дети, слышался говор, который становился все громче: дети закончили свою работу и, как и полагается детям, принялись шептаться друг с другом, потом бегать, верещать.
– Вернись к ним, к нему ты успеешь…
Напряженный взгляд к Праматери. Она всегда права… К нему она успеет. Он никуда не уйдет. Он всегда там – в земле, где его положили почти двадцать лет тому назад.
Нелли подошла к ней.
– Кристи, с Куртом прилетят и другие ребята и девушки.
– Такие, какой была ты? – наконец-то Кристи заговорила обычным голосом; волнение улеглось, эмоциональный порыв нашел другой выход: в дерзости.
– Ты помнишь меня в те годы? – Нелли задала риторический вопрос и тут же продолжила, чтобы не поддерживать тот тон, который может снова испортить их отношения. – Я была так молода… Да, Кристи, они как и я тогда, будут в змеиных шкурах, будут парить над землей, как птицы! Ты знаешь, я рассказываю нашим детям о людях с Земли, о космонавтах, и сейчас самое время напомнить им мои рассказы. Завтра, после того, как ты навестишь Курта, задай детям тему прилета землян, пусть они рисуют, пусть лепят из глины, а потом возьмут свои работы домой и покажут взрослым. Нам нужно подготовить всех к встрече гостей, среди которых будет твой сын…
– Он приедет в гости?
– Я не знаю, Кристи. Я не знаю. Но он сам скажет тебе об этом. Потерпи два дня, и ты все узнаешь! А пока помоги всем подготовиться к встрече, прошу тебя.
Кристи отвела взгляд, но кивнула. Нелли поняла: несмотря на то, что ей сейчас тяжело и вряд ли она уснет в ближайшие ночи, она выполнит ее просьбу. Пусть хоть так!
Нелли покинула поселок с непростыми чувствами. С одной стороны она подготовила Кристи и через нее весь клан Лучано к появлению чужаков, с другой осталось сожаление: как-то не так пошла их беседа, не нашла она самых нужных слов, чтобы оставить женщину в состоянии счастливого ожидания. Завтра они оповестят еще два клана и отверженных и вечером пригласят старейшин для беседы в храм. А утром следующего дня можно назначать встречу с землянами.
Ей самой уснуть бы!..
2
Ночью шел дождь. Тяжелые капли выбивали по металлической поверхности корабля-храма воинственную мелодию. Все же зря Миха снял лианы. Они смягчали барабанную дробь дождя… Нелли встала, не в силах больше лежать. Утро в этот день не спешило порадовать светом. Нелли вышла в кают-компанию, прикрыла дверь в спальню, чтобы не разбудить мужа, включила свет. Реактор тихо отозвался. Может быть, это вовсе и не реактор, а ее воображение. Ведь все прошедшие годы она едва ли не молилась на него! Даже представлять не хотелось, как они будут жить без энергии. Но все, уже можно не думать об этом. В ближайшие дни с корабля, который сейчас, как космическое тело, удерживаемое притяжением звезды, плывет по орбите вокруг нее, доставят новые источники энергии и многое другое, что поднимет уровень жизни ее народа. Лишь бы нашли общий язык…
Нелли укуталась в плед и открыла входную дверь. Еще прохладный влажный воздух освежил лицо. Дождь утихал – капля за каплей. Сквозь лес, отделяющий храм от поселка, показались первые огни. Люди просыпались, зажигали очаги, готовились к новому дню. Он должен стать для них следующей точкой отсчета, с которой начнется новый виток цивилизации на Новой земле.
Это будет, а пока причесаться, надеть новую рубаху, украшения… узнает ли ее Жаргал?.. А она его? Столько лет прошло…
– Ты хоть немного поспала?
Миха обхватил ее своими огромными ручищами. Как за ними тепло, спокойно и уютно!
– Кажется, да, не знаю, – ответила она и развернулась.
Еще сонное лицо Михи казалось таким детским, наивным. Она провела ладошкой по его щеке. Не бритая, она пощекотала ладонь чуть отросшими волосками.
– Знаешь, я вот думаю, как мы встретимся. Узнает ли нас Жаргал?
– Узнает, почему не узнает? – Миха хлопал глазами, удивляясь странным думам жены.
– Тебя узнает. Мужчины не меняются так, как женщины, – разглядывая каждую черточку лица Михи, Нелли рассуждала вслух.
– Да?.. – Миха задумался, на что Нелли звонко, как в молодости, рассмеялась.
– Ну вот, теперь полдня будешь думать, кто как меняется!
– Да ну тебя, – Миха отвернулся.
– Ладно, не обижайся. Давай собираться, время бежит быстро! Нам туда еще добраться нужно.
Шустрый зверек вылез из норки и поднял голову над травой. От серебристого шара веяло теплом. Тихий говор людей слышался за ним. Зверек опасливо огляделся и, не заметив никакой опасности вокруг, оббежал шар. В дорожке света на возвышении от земли, обнявшись, стояли двое людей. Он знал их давно… Но вот они скрылись в свете, потом за скрежетом металла исчезла дорожка. Люди так умеют! Зверек принюхался. Подвижный нос не уловил ничего нового в округе, кроме терпких запахов зелени и одного особого, который исходит от того, кого не видно…
Посадку модуля распланировали на время, когда корабль и Новая Земля приблизятся друг к другу на наименьшее расстояние. При этом планета, вокруг которой вращается ее обитаемый спутник, окажется за ним и перед звездой.
Нелли привела на поляну старейшин пяти родов. Вместе с ними пришли особо любознательные и смелые жители. Это были молодые ребята, которые только слышали о появлении черного шара в небе, и людях в змеиных кожах, выходивших из огня.
Кристи пришла со всеми и стояла в отдалении вместе с Куно. Нелли подошла к ним. Как ни была она сосредоточена на своих мыслях, она не могла не заметить вопроса во взгляде отца. Она ждала этого вопроса и боялась его. Но понимала, насколько сейчас тяжело Куно.
Взяв его за руку, она сказала:
– Я не знаю, отец. У меня нет ответа на твой вопрос. Мне трудно принять решение… как тогда.
Нелли лукавила, но она не могла прямо сказать, что покинет его навсегда. И это было ее болью. Она понимала, что больше они никогда не увидятся, а он… сможет ли он пережить момент ее ухода?..
– Дочка, не оставляй меня, – сильный духом, сумевший пережить изгнание, смерть жены и дочери, выстоявший в жесткой схватке со жрецом, в этот миг Куно обмяк. Нелли почувствовала слабость в его руке и дрожь. – Я знаю, что ты хочешь туда, назад. Но не оставляй меня. Забери с собой…
Такой просьбы Нелли не ожидала. Она забыла о приближающемся моменте встречи с землянами и видела перед собой только отца, в потускневших глазах которого была мольба.
Возглас, как общий вздох, отвлек их от объяснения, для которого непросто было подобрать слова.
В сером небе, еще закрытом пеленой растворившихся в нем туч, вспыхнул факел. Языком пламени он стремительно приближался к земле. Щелчок – и гул двигателей разорвал мирную тишину планеты. Новоземельцы попятились к лесу, инстинктивно ища защиты под его густой сенью. Нелли вышла вперед. Миха встал рядом. Корабль на мгновение остановился в воздухе. Пламя спало с него, как рубаха с плечей, и над поляной завис шар, окруженный угрожающе вращающимися кольцами. На глазах у всех кольца замедлили свой бег и пружинисто коснулись земли. Жар от корабля дохнул в лицо. Нелли втянула его в себя, и этот тяжелый запах напомнил картину космодрома, старты межгалактических кораблей.
От стен модуля к кольцам простерлись захваты. Скрепившись, они стабилизировали корабль, дышавший, как зверь, который резко остановился после стремительной погони. Когда его дыхание успокоилось, внизу корабля открылся шлюз. Из него выползла прозрачная камера в виде цилиндра. В ней стояли люди.
Нелли нашла руку Мишки. Он сжал ладошку жены в своей, говоря без слов: «Я рядом. Все хорошо». Первым из цилиндра вышел Жаргал. Нелли сразу узнала его: среднего роста, черноволосый, во всяком случае, издали, с характерной, только ему присущей осанкой. Жаргал подергивал плечами, словно поправляя плохо сшитый пиджак. Нелли улыбнулась и сделала первый шаг навстречу. Она бы побежала, но положение лидера не позволяло этого. И Нелли шла – степенно, шаг за шагом, даже не оглядываясь, она знала, что глаза всех встречающих сейчас смотрят на нее. Миха шел на полшага сзади; она чувствовала его дыхание.
За Жаргалом встали в ряд трое парней. Костюмы космонавтов изменились. Они не были похожи на змеиную кожу. Напротив, свободного покроя брюки, заправленные в высокие ботинки, такая же блуза с эмблемой космофлота на левом плече, знаки отличия на уголках стоячих воротников. Светлые ремни, туго стягивающие талии. Только цвет костюмов не понравился Нелли – песочный, он вызвал воспоминание о Песчаной планете – мире Наблюдателя, который она не приняла.
– Нелли, – Жаргал поднял руку и едва не побежал навстречу, но Нелли успела сделать упреждающий жест, остановив его.
– Новая Земля приветствует своих гостей! – патетично сказала она, и от этого тона даже Жаргал опешил. Он помнил о предупреждении не проявлять эмоций при встрече, но не думал, что она начнется именно так – в присутствии делегации новоземельцев.
Зато Миха и не думал ни о каких правилах и осторожности. Он вальяжно дошел до Жаргала и они обнялись. Новоземельцы за спиной Нелли одобрили жест Михаэля веселыми криками. Она оглянулась. В них не чувствовалось напряжение. Они смотрели на корабль, на прибывших людей с восхищением. Что ж, это уже хорошо! Остается удержать настроение на этом уровне и тогда все получится.
Но все же Нелли не стала обнимать Жаргала, только протянула для приветствия руку.
– Здравствуй, сестренка! – он крепко сжал ее ладонь в своих.
Она закрыла глаза и прикусила губы.
– Держись, – шепнул Миха, – все смотрят на тебя.
Нелли видела перед собой молодых людей, с любопытством взирающих на нее. Те, кто сзади, тоже затихли. Она выпростала руку и заглянула за спину Жаргала; задерживаясь на каждом лице, она вглядывалась в парней. Кто из них Курт? И вдруг увидела: белесые брови, открытый взгляд светлых глаз, соломенная челка над высоким лбом. Это Курт, сын Кристи! Он как две капли воды похож на своего отца!
– Курт? – не сомневаясь в ответе, спросила она.
– Здравствуйте! – парень вышел вперед.
Долго не церемонясь, Нелли взяла его за руку и повела к кромке леса, у которой изваянием стояла Кристи, поддерживаемая за локоть Куно.
– Это Кристи – твоя мать…
Лицо Кристи было белее рубахи. Нелли видела, как Куно что-то тихо шепчет ей на ухо. Но женщина не сдвинулась с места. Куно лучше всех понимал ее чувства. Так же он, впервые увидев Нелли, узнал в ней Бониту!
– Подойди к ней, – шепнула Нелли, – она очень взволнована.
Курт волновался не меньше, но другое общество, воспитание в более развитой цивилизации, работа психолога подготовили его к этой встрече лучше, чем Нелли Кристи.
– Здравствуй, мама.
Нелли поняла, что Курт часто произносил эту фразу, готовясь к встрече, и все же она прозвучала суше, чем ожидалось.
Кристи не проронила ни слова, она только кивнула, во все глаза глядя на взрослого сына, в котором она видела своего молодого мужа.
– Вам понадобится время, чтобы привыкнуть друг к другу, – Нелли подбодрила их, взглядом передав обоих Куно, и вернулась к команде Жаргала.
Новоземельцы, насладившись встречей Кристи с сыном, пошли за ней.
Общение гостей и хозяев планеты состоялось и вскоре посланники родов вернулись в свои поселки, спеша рассказать всем о пришельцах. Нелли еще не знала, но все, кто видел встречу Михи и Жаргала, решили, что отец встретился с сыном, как Кристи и Курт. И именно в этот день определился статус Михаэля, как праотца нового клана, родоначальницей которого была Праматерь.
– Приглашаем вас на корабль, – переняв церемониальный тон, хитро улыбаясь, сказал Жаргал, когда на поляне остались только они.
Нелли опустила глаза, но взяла себя в руки и шагнула к лифту.
– Нам есть, что обсудить, – сказала она, кивнув Михе, чтобы следовал за ней.
Товарищи Курта отправились с ним в поселок Лучано. Жаргал приказал вернуться через шесть часов. И Курту тоже.
– После того, как вы здесь остались, Совет ужесточил дисциплину на исследовательских судах.
Нелли вскинула брови.
– Вот как!.. Какие еще новости?
Что-то ее настроение испортилось. Почему, трудно понять. Ирония из нее так и лезет. И слезы… Нелли посмотрела на Миху. Улыбка от уха до уха, балагурит. Видимо, что-то именно с ней. Роль праматери? Но она так привыкла к ней. Возможно ли возвращение к себе, к той девушке-космонавту, которая двадцать лет тому назад смотрела на этот мир любопытными глазами?
Исследовательский модуль поразил и объемом и техническим оснащением. Обида, зависть, сожаление о прожитых в средневековом мире годах добавились к иронии. Нелли больше не могла сдерживать эмоции. Глядя в обзорное окно, она сглатывала слезы, очень стараясь, чтобы никто не услышал ее всхлипываний. Но услышали. Услышали все, кто был рядом: и девушка, дежурившая у пульта, и Жаргал, и Миха.
– Нелька, ты что? – Миха развернул ее, заглядывая в лицо, но она спряталась на его груди и только плечи подрагивали от прерывистого дыхания. – Ну ты даешь… – иного от Михи и не услышишь.
За спиной что-то зажжужало, по кубрику пролетел давно забытый аромат кофе. Даже уткнувшись носом в рубаху мужа, Нелли учуяла его и потянулась, уже тая от наслаждения. Рассупонившись, она покраснела, слезы застыли на щеках, из носа предательски текло. Кто-то подал салфетку. Нелли оглянулась. Девушка-дежурный улыбалась ей. В молодых глазах было столько понимания!..
Миха обнял и повел через приоткрытые круглые двери в соседнее помещение. Жаргал разливал кофе в чашки, которые стояли на белом столе. В вазочке – печенье, в чаше – яблоки…
Нелли сглотнула слюну. Не может быть…
– Вы все это привезли с собой?..
Жаргал подал ей чашечку из тонкого прозрачного фарфора. Черный, маслянистый кофе дымился в ней.
– Это все для тебя, сестренка!
Она взяла чашечку двумя руками, но они тряслись, и горячий кофе едва не обжог ей руки. Жаргал обхватил их своими. И тут раздались аплодисменты. Нелли подняла глаза. У стены напротив стояли человек семь космонавтов и, глядя на нее с восхищением, аплодировали!
– Ты стала легендой Земли! Все эти ребята мечтали увидеться с тобой – с отважной женщиной, которая…
– Не надо, Жаргал, а то я так и не выпью кофе, – перебила Нелли и с долгим выдохом, вместе с которым ушла и ирония, и обида, и все, что она напридумывала себе, просто сдерживаясь от дружеского порыва обнять всех и быть счастливой. – Спасибо, ребята… и девчата! Я… у меня нет слов…
Потом они разговаривали. Нелли общалась с молодежью, отвечала на вопросы, и в этой беседе снова анализировала свою жизнь, свой порыв, изменивший ее так, что сама жизнь оказалась под угрозой. Но главный разговор был впереди.
Когда они остались втроем, Жаргал предложил:
– Нам надо о многом поговорить, но уже без эмоций. Давайте поступим так: вы отдохнете. Потом посмотрите записи разговора с Альбертом Семеновичем, другие, официальные, кое-что еще.
– Наверное, тебе тоже стоит почитать наши дневники, – вставила Нелли. – Но они записаны на такой допотопной технике… у нас в храме можно.