- -
- 100%
- +
Писанием, я занимаюсь долго, всю жизнь пою, всю жизнь тружусь,
А на клавиатуре этой, к счастью, как на пианино, а молюсь.
Быть может вам не слышно было! Как это здорово и не всегда – найти в природе звука, поймать, что на ходу такт Музы! Рассмешить сперва! Оговорились мы. Не надо.
Немного знатности в озорном тоне! Запаслись с Зефиром. А рядом лик Христа,
Того, кого одним то словом, не знаешь, как, и описать! Учились нет не мало.
Мне, кажется, а иногда, а может, было, что всё внутри, то, как я чувствую, разговор с тобой. Как все ли!? Мне и работать надо либо, тем, что хочется, и то, что по нутру- хочу «воды
напиться». Так тяжести в плечах, мне что-то много удалось скопить. Вдруг так же.
Святой воды взялась я пить. Нет. Всё сгорело, что внутри, что в людях. Никто и не мешает, уж вот, пять лет. И, каждый день стараетельно веду к нехороводу. А ручьем. *
Что ж, именно поэтому и я всё это и пишу! В эпоху эту! Главное! Все правильно уметь подать! Бывает, надо объяснить себе, и всем.
Зачем куда пришел! И не собираюсь, я людей освещать*! Мне не за что!!! Да, ни за что!
Я тоже, путник, и я гость! Я просто не хочу! И это первое, что мне в голову мою пришло. Откуда знал Он, что нужно дать ему!? Немало мыкались, с «приветом»
«добрым днем», «приятным аппетитом», «сладким сном», а так же не своим добром.
Отстал ты!? Кто с тобой?! Задали что!? Спроси! Помочь ты можешь!? Подсоби. Он
Знает? Так ли всё? Сделать можно что-нибудь ещё!? Не спокойно может? В беде не бросишь!* Горд за что? И кто такой!? Пять сильных качеств! Сколько достижений!?
И что ж! Хоть с древности предмет, и ты в меня не вложь…! Глядел Он на меня, немо быть-может, а гордился.
Не покоробь, не спровоцируй сим цепьём. Мне надобно себя перебороть! С кого набраться смелости. Я, не о людях близких и прохожих, которым словно Мустафа, когда немало
Влюблена. Волнуюсь. Ошибка, это! Вы правы! Дитя не сразу учится ходить. Успех в крови, кто любит лишь успех. Сложны, ужасны, недобры, высокомерны, слеповаты.
Когда был лучшим человеком, этого не знал! Уж не обо мне, а о себе устроить можешь на отлично ты поминки. Сулить мне ни к чему, но друг мой, ты сейчас не Сократа ли обнял!?
мною ли тоскуешь. Меня не проверял. Мне друга воскреси. Сакрально. Венера
Проверяет ход событий. Куда плывем, господ ли не теряем!? Но все равно, наместник на Земле, о нас не хуже знает. Да, не богат улов.
При мне! И, нервных просятся учить. И счастье и несчастье, вместе мы разделим. Как
Надобно, ума я наберусь. И может, что-то путное и выйдет. Одними пожеланьями, не отделюсь…
Не отращу. Созвездьями запутались, мы что-то. Мы бы не успели, с Эваном, как Он мечтать, а то ли, с неба её от фальши разной охранять. Боюсь, что не забота. Ум.
Я, только внешностью, и, может им одним верчу. Ом, вдохновитель, жизнь внушил. Как только время подойдет, решим. Как заполночь, открою шторы, и колесница у балкона. Я,
осмотрю его затворы. Внесу измененья о Кали Юге: по силам если: Сатана, хм… сатина, льна, парчи, шелка, атласа. Я, повторилась!? Что не толста я. А худа, и хлеба много недавно только
увидала. Одежды, словом «бренд», одеть готова, коль знаю, из Европы, Азии… Навозят с Запада, и с Востока. А после «немого ответа» на вопросы, хочу поломником на храмы, замки, и,
монастыри, подальше осмотреть. Сказать!? Сказать, то будет пусть кому! Как старь придет, и в масляных окрасках об этом Чуде «простым людям» рассказать. Целью,
Погоржусь, пока идет обед. На ужин отложу, оговорюсь. Вдруг очень нужен мне твой тыл, твоя поддержка! Одежды, как Конфет, моим сомненьям счета нет. Но вам же не в лицо, хоть оцерквить проблем, хочу я то-хочу я сё. Немало времени убила, повторяя слог.
Что просьбы для новорожденных. Потом, и это не предел! Мечтательна. Правознасяща. Моих проблем, ослицы, оставьте, мне все. Хоть не должны в нас прорастать зодчих свода
не наши знания, нас с этим Орфей опередил! В зеленых глазах этих зла не зная. Из зеркала, а «выйти на свет» получи. И разницу не видя, в пути читая, те же строки, что и Омар Хайам, как тайны, что за окном, нечайно получить мне «мёда» удалось, при нём.
А из тумана, нашла их тени «белыми», и вот ручьем слились в такте вальса, и, канно
Словно лебеди, во круг вошли. Нет, ни осталось у меня сомненья, и так же, а легко —
По праву, к нам вернуться они смогут. И дважды-рожденными в избу со Спасителем вошли. Ну, если вдруг обрадует вас оценночность во взгляде, широко удача
улыбнулась им, ачаду_яль_ля_ляяhy. Что поделать!? Цифры, молитв время, счёт. Смотри по часам
Пройдет «боязнь высоты», пройдет «Болезнь»! Тот скажет, кто что вы больны идеей, не зол, но прав, не дьявол хоть, но прав! И сам же, о себе судить возьмется. Что мало слушал, он того, кого любил, кого лелеял и боготворил! Знал:
Кто, ему не долг простил. А расхотел идти в дороге с ним одним. Здесь, без примерных, О вас ни чем и выдающемся не мним. но даже если и в расчет не брать. Можем обойтись.
Во мне, всё также, я ни вчем не виновата Мне, как можно обратиться к вам, есть ли старшой средь вас!? Все важные события С трудом мне удались. Что делать мне тогда пришлось бы без Субботы. Найти занятие.
В дантарстве взять урок. По мне. Что б то ли чувства скрыть суметь, то толи, показать!
Выразить, когда получится сперва, их рассказать, а может жестами – про стужу, в улье уличить, что нет никого, что в мае мало пчел, отовсюду заметить, воскресения задел.
Задание, есть у меня. Я, получила его, от высших мира этого. Того, проверить нам нельзя.
Почти узнали вы здесь этих «недругов», да на слуху их имена. Но, как разрекламируют они себя.
Овидия и Геродота, гнездо драконов, росчерк муравьев и «чеховщина одинаковости чувств,
Когда спокойствия поставить хочется в пример» – сказал так автор, озираясь по бокам. Но и я от любимого света, был задан что один вопрос к себе. Судьбе принять нас… ой, как
Просто. Тебе ли жаловать «сторонников здесь мод»!? В наутре Афродита выглядит, как
Прав защитница. И свита ей подстать, с кем хочется «плясать». Восполнив не себя!? Забыть,
От Апполона сход! Немых, холодных глаз, что мне сегодня. Не долго будет ли всё длится…
Укроет ли меня теплом!? Моих «уколов» не заметит, как тягостно смотреть на идол, на свой трон.
Узнали кто себя!? Узнали бескорыстия, аль правды, от кого!? Стечет воды; сухому подземелью. А так же, и сухой траве. Нет, мало радости, но столько «творчества», когда
Ты понимаешь, что чему нужно… Коровам и быкам, долин и пастбищ. И нет, сейчас и поважней весны здесь ничего. Оттаит, если и вода спадёт. Кому не знаем! А выйдет, что
Из этого всего. Вам не понять, как вы важны тем «семенам», что вы разносите хоть по округе. И имена, что вам даны, «придуманы» давным-давно, и тянутся по какому уже кругу».
Пусть в подземелье, тот сундук таит «всего», открыть так хочется. Не жаль уж никого!
Ходи помедленней, коль ты уйдешь последним, кто знает тайники, и, тем кто ищат шифр,
Сошел бы, за немого! Что им хранить!? Вы все больны. Что делать нам!? Искать хоть
Долю правды, истины в пещере «роз». По волшебству руки, быть может, нам откроют дверь. И, что увидем мы!? Кого мы ждём теперь!? За кем идти!? Свирель и музыки, ключи.
На клад наткнулись. Жаль кого сейчас!? Нам мало видно из-за стен скалы и гор. Хорош был мир! Кто спустится во этот подземельный тлен? Увидят иноходцы, какова дорога. Что
скажут!? Были им в пример, другие ли оковы!? Узнать, в том имени «путеводителей» впервой. Таких не видели, откуда мы пришли, там носят «не такие» сильные предводители.
Источник Эврики. Горячий ключ. Воды со снадобьем. Спасибо скажем, не оставив на потом. Найдём возможность во все стороны ходить, и лампы Джинна. Смиренный Путник.
Про лечение и белый вайшнавизм еще нам скажет. А в Сердце своём «бела Индия, Гуру».
На до и после, тянется дорога. А визуально изменилось всё. Вам в уши шума не вложу,
По тишине, коль смеримся молитвами. Своей спины уберегу. Побольше расскажу.
Обычно на другое что ж. И источник книжный, как поссанный цувариант. Оканчивается вся дорога совсем счастьем. И то, мы с вами думаю, что в целом мире, всё окантовано с чернилами по высшей грамоте, – руками Господа. Успеем.
А как ещё вам угодить!? Счастливой!? Что ж, по моим запросам, я не обязана «певучей быть». И я не правду говорю, особенно оговоря обязанных. Умею, много, не хочу!
Что сделали тогда одним «вниманием» и вы тогда: лишились, может, «доброй дружбы»,
А в обиходе уже, развитие культур. А скажешь многого нашлось на белом этом свете!?
поверить только не возьмись!!! Красив, изящен, попираем… Слепо, тихо и мало тождеств… Кто проверяет эту «пакость», наверно, не из наших стен. « Свои бывают все
предвзяты. Но, их, мы любим, за огонь, что если надо воспылает. За воду, если нам полить ничем… Не одинаковы условья. Не одинакова любовь. Столы, застолья украшают. И идеален.
И на постель, накрыть бы было чем.» И ткань, нужны, что «дышат светом», «приятным запахом весны». Найти, их надо, мало света, хоть да «царицею слыви».
Я все прощу слова. Где, нет ни логики, и ни сюжета. Что фабула, мне разрешает здесь!?
А научиться, многому нам повезло, наверно, вы согласны, что конечного, знать результата, сразу никому и жизни не пришлось…
Лишились «злых врагов». Расстались с «двойственностью чувств», «службой и служением», «криком на своих детей», одним лишь вниманием. Когда есть хоть одно но, то
Можно не наделать тех ошибок, которых логики благодаря, вы станете сильнее, над своим врагом, невежеством к себе, не определив ничьё.…
И я краснею иногда. Что всё же, в жизни не хватило, иль как вести себя тогда, «трусцой»
Когда, манеры не хватило, и у самого себя, тогда. Что сделать, что б всем, кроллем» —
Нам не плыть. И две нам полосы, быть может, по дороге неба, нужны. От А до Б. И чековых рассписок. Пусть останутся на столе моём, в любых условиях, те пары книжек, которые
Полезны будут, даже на «аудиенции у земного короля», и, «причитания небесной дэвы». И на страшном суде. И по специальным… Нас попросят: насыщенного цвета, всё же красками и кистями писать холсты. Что скажешь и каким мирок писать!?
И ежедневного ухода, что важнее, Мой вдох, или твой выдох.
Песнь 5
Не стало грустно, друг. А лишь со своего невежества и началось, поверь. Приснилось, в шесть лет, что книгу «некую», мне велено «создать, как велено, и всё это в добавок Вед.».
Как одержима, свитой и кумиром, искать уже итог. Нашла, гуру – всё также Шрила, Прабхупада. Тем, кто поделиться с миром захотел: «сомненьями в последователях на том», «уверенностью в учителях на этом».
Мне сложно было объясниться с одним доверием. И не понять. Одержимость тогда причем!? Движением! Ведением иль видением. Поможет кто иль что?! Поострее на язык.
Что мне во всем «Писаньи» надобно увидеть …Скрепилось чем же!?. На Спутнике Земли, Темнейшей Ночью Его Могущества, Затмение случилось —Написано за буквой «В» на
самой Луне. Тем более, что Брахма весь и в Звездах и Галактиках Сияет. О Дне и Ночи.
Затем, опять же на Луне, образ любимого мужчины, что парень делать взялся мой. Потом и
Дэва ночи ум ваш совращает. Что взял на небеса её Господь. Что украшает Землю, и спасает. В тьме её, нам видно, и стало уж понятно, как дальше и ему чертить на небе во
всем осмысленный сюжет. И кружит нас в вальсе, как хорошо что с Майтрейей встретились они. Прочесть мне это всё самой же удалось. Не трудно стало нас собрать, но сил людей
Реальных Он задел. «Я, думаю, вам стало всё понятно…» – услышал автор, что понятно стало им.
Поставь заглавной – букву В, и озаглавить этот текст от Въясадевы. Пять времен в строке. И запах слез. Что ароматных палочек, и, высушенных букетов цветов на окне.
Уже за мной- подмога. Да, понемногу радостью растет мой отчий дом. Работы, как забот, – хватает, немало вспомнилось мне добрых, важных дел. Всё зачту! Патэр
Кворум, может и не бесконечен, но только не из двух людей. Кила прошла. Не стану басить. Бактрак в искусстве, на земле, немного ложностью алхимик. И в камень словно
с Розой бездны, а разглядеть и капитана глаз мой смог! Каменье крупное и капитан с судном и кладом стоит. Что сделать после этого!? Особый день поди.
Во всем своём, найти, не малой той реакции. И мне неприятно за семью замками закрытой быть! От воздуха, от облаков. Хранит всю память – витающий Зефир. Что рядом, стало
черным. Что яблок видна суть. От воздуха, и, мы теряемся, и не всегда на месте, где должны мы быть. Немного посидели, немного заведусь. Как кислород, Ом мне, хранит
Как много козырей в руке!? Что ж! Делать- то!? Не для кого. И, надо потужить ещё. Да Старо, и кажется другим, что им ждалось, что только им! Погрызть гранит мне, черный,
только в пользу! И в белых красках. Храм. Куда же выплеснуть тогда зелено-синих стёклышек. О Тадж Махал! Всевышен ты, и дорог, романтику любому как «чистовик».
Ты думал, обо мне! Мне кажется, уже, что одинаково со мною… И, мне видать отсюда что! Кого!? Менять пора и не в себе, а больше, не свидем раньше времени часов природа
Утеса, птиц и скамеек парных, когда идти домой уж можно напрямик. Покорно. Сердце.
хотел знакомым быть Ты мне!? И, всех деталей из дали, понять, душа —и-в-душу влюблена. Объяснить тебя, Амур, что не быть несчастной. С богом дружной.
Мои сомненья, подобны вам, их назвать, разбирая, не остался бы этот лоск, и
Шик, скользящий Меркурия шарм от недостатков – помилее «ласкового зверя».
Забрать о предках бы знаний все. О чести, да. Важней всего. И действий много ли, возможных, приходит в голову, тогда. Послал Аллах мне испытанье. Оценки строгой не вручил. Перо.
помнить хочу, я да. И чем возможным, мне запомнить, наверняка не зная б удалось.
Порода, как всегда плитой нас смерит. Реанимируем «волшебным» черпаком. Ни
капли не осталось, если. Услугу сделали, теперь там сухо у неё. Первей всего, своих мне выбрать. Всех навестить, не испугавшись, ключевых своих ролей. Я, выполнила первее, то
Что было важным. Какие к нам вопросы могут быть, теперь!? О завтра я не говорю. Еще и не настало. Коль силы будут, за ночь их восстановить: и, добрых дел время не заставит.
Всё, что в голову приходит, как быть! Нам, Сарай пора чинить. Благодарна, я за то, что
Не оставил. О каждом дне и событии, нас воспитает. Пора-пора искать к столу,
…вилок, ложек и сервиза….и супница в серванте там стоит… раз в пять лет если делать полную перестановку чисел, то ко всему пусть будет меньше и красивей вид. То что не сбить. Увидеть, но о прошлом пришлось.
«В моём была дворце бесценная Любовь моя! С которую мне в жизни посчастливее показалась – Одна непоющая Луна».
Купидону дорогоё имя. Островок. Психея. Имя спутницы Любви
Вживую, мне послушать удалось. Захотелось не боев тех, эх и спорить не полюбишь ты.
Я – ты! Ты меня полюбишь, знаю, вот моя неправая рука! Погладь меня – я не заплачу,
Спутников своей дороги, не обделив, и похвалами. Бальзамом Баларамы поливаемся,
С ковша. Испить, предупредив, той жажды! Испив, и став- бессмертным. О феях…
А приходили они часто. То озарение, то Осязание, то сладкого Созданья сон.
В котором, не предвзято окончание. И всех любя я. Я.
Не засыпаю. Оставь долг мне. И было сильным несказанно Ожидания ма ха. Тьма кан ди. один взамах крыла и он увидет, что помню я его.
И лишь по времени свою Долину остужая, плачу я – Вулкану, Ромашу Сачьитананды
Узнаю в темнейшем цвете, где очертанья и в полости, а не видны. Моими лишь очами – не видны
Песнь 6
В уральском поселении, почти, что у Хребта Дракона родными показались мне лащи.
И обратиться со своими «мытарями». Добраться как-то похмельнее, дружно, с
велением, и на перевес «катемки», «бант на шее, да баранки», «чарами».
Уж срок идёт, и явным стало, Его Темнейшества – Предвосхитительсво. Ариадны золото.
Пред нами во круге храма весы каменные. Мне их бы показать, да будем дальше ль мы!?
Что о заботе, как о вине! Добавив ходатайства, станет кем!? Участия Талии, Эвтерпы,
Урании. Аглая. Эйдос. Немесида. Фемида и Дика. На одной стороне. А Понт, отец Нерея,
Принадлежав к силам, покровительствовали Счастью И Наукам, трона высшего искусства. Кем только нужно стать, чтоб человечество в глазах своих поднять, легко, воздушно.
Щиты и латы. И с угла иду я в прежних тех сандалиях. Что ты несешь! Бхаратом назови меня. И не на две недели, мы придем пожить!!! Взамен не попросим. А дадим.
Нам лишь, бы счастье хоть немного увидать за прежним тем холмом. Не побоюсь —
Открыться, рассказать, секретами своими я надеюсь поделиться – перед сном! На маму.
ох, да конечно, и смотрю, да и веду себя я так. Пример женской красоты.
И не на две мы грани делим рубежи! Сейчас пришла, спокойно жду, о ветренности.
Начали мы с беседы крестной феей, а за кем закончим закрывать, коль нам позволят!?
С дерева магических слов попрятать! Просто всех предметов из древесин построить. И,
Для крова, хоть из сруба: что теперь хотим? Двухэтажный особняк, и крыльцо. Волокна
Серых варежек. Меньше слушать сов! Смелости, добра. Равнодушия Будды. И, Аграба.
Пусть не весело, серьезно, но зато, как тешит старь! Шейн; и движению души. Я, как
Всё смогу в полночь, сном только видна! Позаботься о себе. Пусть не ровно всё, есть
Надежда, что ещё!? Емкость для воды. От злых духов веники. И скамья вся в росписях.
Как желание придет, украшать все будем дом! За опушкой нам совьют, соловьи поют.
Только, если ты о том же- не отказываешься. Им что мы тогда!? Не так, как уши лгут.
Все, что просит только, соглашаюсь я во всем. Кто-то Ангела приставил, потерять Нельзя Его! Ой, Алла, что делать будем!? Хной руки наисписаны. Тридцать только. Слову
Больше. Пожирают нашу память дети. Да, тем более, тогда. Одинаково прекрасны. Не
Оспорит голова. Все к своим. И ты туда же- что нашел во мне, ответь сперва?! Таз на
Месте. Сговорились, да для нас поют сверчки. Словно добрый старый волшебник, к нам явился с Рождеством этим, долго не гадал и Песнь выбрал. Подождать пришлось. Да,
Кому напев- не пришелся бы по вкусу!? Чай не знали мы умельцев раньше ни в одном селе тогда. До рассудка смысл уж доходит, заживают только раны находу, человека словно в чувства
Привести смогу! Славно, весь народ поберечь, поэтому лишь, смоглось. Только в восемнадцать лет, писался Он. И не бросили друзей мы, и, соратников! Так Отец-да-Мать прошли, обо всех
Узнать! Кто бы рядом ни был, девушка —аль-молодец, о Его Судьбе мы немало будем
Требовать и беспокоить Господа Образец. Не венец ещё. Я, подумала Инь-Янь, надо
повидать. Время не потратив. Сядем ятрой утром у реки, будем уж венки плести.
Песнь 7
«С благословенья поддаемся мы труду, через усилия идём не напролом, не только знаем Ом – и пренья, лицезренья, талькит, и чьё настроение мы быть можем сможем угадать.»
«И каждый Год Мы вслушиваться в Мглу, и я смогу всегда и до тебя людей собрать.»
Всё не плохое… Остановись, прислушайся и помолчи… Мне до тебя, и волосы всё те же.
На холст! Смеёшься!? Неужели сам небеден!? Что надо соберем! И по инерции, всё мягко.
Не напрягаясь! Нет, вранье. Тактичностью. Раздать. Ба. Абрикосов с голубикой, и сделать бы амброзией. И в лес сходить нарвать всего. Да, страшно, ноги подкосились. Те спутники.
Что нас ведут, куда не знаю. На такт, и нечисть раздает всё по долгам. В июне, да, а голову не напекло! – сказать мне всем им захотелось, участия того, в глазах ненаходя. Да только
страшно у воды то жить, так если там зовет туда, куда и нет нам с вами той дороги. Не мало, все Господь мне объяснял. Но вид моих же фраз всё тот же: каких бывает
непонятных слов-проблем, и непонятных даже разуму притворных отговорок. Нет ни за что, не верь, коль если тянет только вид людей, и их же ноги. Пусть на меня не смотрят, я
В глаза смотрю, и без запинки, но подумав объясняюсь. И вам неловкого молчания, я, к счастью, и раздумья не признаю. С ума вы если не сошли, протрите каждый сам свои очки. Но если между
этим миром- и-Его одним, тем более, никто не согласится повторять его один свет. Я, к слову, не виню. И, пусть хоть на больное нажимаю. Да, больше и положеного, не напишу, и не
скажу, а только то, что важным вспоминаю. Он же мне оставил. Пусть сложится и Жизнь Иной. И легче будут паруса, над вами. Их небольшой размер, обычно, для себя прошу. Как
Здорово, когда в семье, и крепко мы ногами за всё то, что стоит говорить хоть стоим остальными днями. И, что ж, и не напуган ведь никто из нас. И аккуратность всей работы, важность, сложность.
Каждый знает. Не объясняю, ни к чему, зачем и книги мы подолгу все листаем. В них тайны, и, бутоны, что цветы, что и не сразу расцветают. Прошло-прошло, давным давно.
Да, только в речи, часто и упертым и добрее, жить нам обещают. Да, и это так важно, и, к вечеру, опрятным зеркалу, хоть не купил ещё, а обещался. И, есть побольше каш и круп, да
Но, на мать и бабушку зачем орать так, да ещё и самому приняться. Ушло куда, проблем прошу сложнее, и больше, если за день мы успели. «Я, соглашусь и с ним, есть это самое
приятное Оно, то обстаятельство, когда люблю тебя, и это важно». И будет мёд.
И будет пиво на столе. И лишь бы близких увидеть таковых, каких и видел Бог, в то именно мгновенье. Немного стали пропадать. Потом, вы стали чаще к нам стучаться, в двери.
Нам на троих одни ключи. Как до проселка выйдем, что же спрашиваем с маминых рук!? А потом, как крольчата смотрим на зверей, что с интересом на нас смотрят у дороги. Бельчат,
Увидеть счастье, на всю жизнь. А аистов всё в тот же день, прошло ненастье. Всё как Учитель объясняет, да с трудом, и мы немного правим миром, сочиняя свою жизнь, но трудно если,
Помогает, возраст, твой не забывая. И, с хитростью проблема хоть, ты мне исподлобья уж скажи, что интересней не видали вы девчат, как не споткнуться то со мной, везде я
выручу, и не такие «детективы», как я умна, ловка и «как дракониха» согреть сумею. Полезен пусть не сказочному лесу! Но как на водной глади отраженье головы такой, во
мне взывает «восхищенье», необъятность образа, и жест простой руки, то одинаковое вызывает «сожаленье.» Сапфо. И Лета. Мельпомена. И Сын Неба, Эвтерпа. Крылатая
Естественность, и Зачарованность,«где не были ни в чём равны».
Не поленюсь, я «карнадаш точить, так как Учитель Памяти», да… до сих пор меня, а учит. Из О, мы вытащить смогли, всё это снова. Из Л, плеваясь, а решили не забыть, тому, что «Л»юди, к «л»юдям, часто так взывают. Дней В
Году того числа, но я ни пени не должна. И, вы не будете учить меня! И вот уже не к сожаленью, попросишь в гости ты меня! А для «л»юдей, и нет- мы «помолчали». В году,
Семирамид, семи пирамид, с какой считать, а выясняют «люди сами». За что считать успех, застраховались если б с вами мы, и, нигде друг другу в счастьи и любви не помешали. И не объяснили бы того, как чертит Круг Диметрии. Ха, да Гериатрии свита льва.
И, тянет, спрашивает, что идти за ними: гляди, а сколько облаков. На синем
Небе, вы ведь рисовали. Вот столько выдумать для дня пришло вам в голову. Для самых важных Богу дней. Для совпадения, июль и пятниц, и субботы.
А повседневных дел, не счесть. И за тебя, мой друг, мне вовсе и не стыдно. Овец. Пастух и с Палкой, видели его, мы что-то, этим летом очень-очень часто.
Что впрочем, характера не разломав. И не отняв терпенья. Не трем свои мы лбы.
А тянем к играм Баларамы. Их Лил, что малых напуствий нам Кришны!
Что делать будем – то тогда!? О чем!? Во-первых, праздник неба, последнего июля…
Своя Слепая нагота. Мне позабылись той поры во очертаниях недугов… Игра в лапту.
Бальзамом утренним, чуть стали пропадать и язвы, и оттого, что… света Солнца и Луны
Обождать сумелось. А одарить. Рассвет я, и уходить вам нужно от бед. И помните что храм Юпитера найти вам надо суры черепах..