- -
- 100%
- +
– Кушай на здоровье, доченька. Устала наверное, ты вся какая-то бледная, глаза потухшие? Не заболела случайно? – с беспокойством интересуется она, трогая ладонью мой лоб.
– Все в порядке, – цепляю подобие улыбки. Не хочу рассказывать маме о сегодняшнем дне, не хочу её беспокоить и заставлять нервничать. – Просто был тяжелый день.
– Точно? – с подозрением косится она. А я переживаю, что мое состояние у меня лице написано. Что-то вроде: «Спустя шесть лет отец моих детей заявился в мою жизнь и требует вернуть ему несуществующий долг». Нет, матери нельзя об этом знать. Я справлюсь. Деваться некуда.
– Точно, мамуль. Кстати… – начинаю я, стыдливо смотря на неё. Она итак весь день возилась с малышами, ужин такой приготовила… – Ты не против, если я на часок-другой отлучусь, девчонки с работы позвали, не смогла отказать…
Мама лишь ухмыляется и закатывает глаза. Кладет мне руку на плечо и произносит уверенно:
– Конечно иди, дочка. Я тебе давно говорю о том, что нужно найти детям нового папу, – она неоднозначно подмигивает мне. Ну вот, и она туда же. – Сидишь все время дома, никуда не выходишь. Так не годится, Кира. Ты у меня такая красавица, а как же ты с кем-то познакомишься, если все время сидишь в четырех стенах? Дети подросли, уже давно пора устроить свою личную жизнь, а я всегда тебе помогу, ты же знаешь, только позови и я приеду.
– Мне так неловко тебя дергать, мамуль, – робко проговариваю в ответ, ведь мама не так давно вышла замуж за дядю Женю, у них сейчас, так сказать, медовый месяц, а тут я.
– Брось, дочка. Это ж мои внуки, я их люблю и скучаю. Так что хочешь не хочешь, но ближайшие три дня я в твоем распоряжении. Так что ставлю тебе задачу – найти себе молодого человека, с твоими внешними данными это сделать вполне реально, – она хитро мне
подмигивает, отчего я густо краснею. Ох, знала бы она, кого я сегодня встретила…
– Ой, мам, скажешь тоже, – нервно усмехаюсь я, ведь впускать в свою душу и сердце я никого не планировала. Там до сих пор живет один гад, который присосался ко мне как пиявка и тянет все соки.
Поужинав и немного поиграв с детьми, принимаюсь за сборы. Мама чуть ли не силком отправила меня к гардеробу и настояла надеть самое лучшее платье, вручила мне плойку и косметичку, сказав, что пока я не наведу марафет, никуда меня не выпустит.
– Мамуль, это же всего лишь встреча с коллегами, – пытаюсь я остудить её настойчивость, но это же мама, она упертая как танк, поэтому так или иначе приходится послушаться её советов. Довольно присвистнув, мама утвердительно кивает, когда я стою на выходе в элегантном красном платье, которое покупала на новогодний корпоратив, собственно и надевала я его единожды на данное мероприятие.
– Просто загляденье, дочурка! Зуб даю, сегодня все внимание будет только на тебя, – её глаза блестят от восторга, я же чувствую себя как-то неловко, потому что планировала надеть что-то поудобнее.
– Давай не будем загадывать, – посредственно отвечаю я, услышав в телефоне уведомление о том, что внизу меня ждёт такси.
– Удачи тебе, – мама напоследок обнимает меня, я целую в щеки детишек и обещаю, что надолго не задержусь.
Может быть мама права, может мне и в самом деле пора найти мужчину.
Вот только смогу ли? Ведь Березовский, вихрем ворвавшийся в мою жизнь, вряд ли даст это сделать…
Глава 9
Кира
Такси подвозит меня к ресторану, кое-как уговорила девчонок выбрать более спокойное и уединенное место для разговора, нежели шумный клуб с толпой захмелевших гостей. Благо, что они пошли мне навстречу и согласились, так как шумные вечеринки точно не мое. Тем временем сердце тоскливо сжимается, я редко оставляла своих малышей, практически никогда. И мне как-то грустно, что ли. Но и развеяться вроде бы нужно, особенно после сегодняшней стычки с Березовским…
Девчонки уже собрались и ждут меня за накрытым столом.
– Кира, тебе надо выпить, – подруга норовит налить в мой бокал игристое, но я сразу же осекаю ее порыв.
– Нет, девочки. Мне нельзя… – вздыхаю обреченно.
– Ой, да ладно тебе! Немножко можно! – бодро отмахивается Оля, и я выдаю сражающую их всех наповал новость:
– С завтрашнего дня я возвращаюсь в секретарши.
От моего заявления у всех девчонок без исключения отвисают челюсти. Тем временем я смотрю в телефон, боясь пропустить важное сообщение или звонок от мамы. Не пишет, значит всё хорошо.
– Как?
– Почему?!
– Слушай, а может Антон Алексеевич на тебя запал? Точно, роман между боссом и секретаршей, классика всех мелодрам, – мечтательно вздыхает Ленка, но я решаю разочаровать коллегу раз и навсегда:
– Нет, девочки. Дело вовсе не в этом… – ерзаю на месте, закусываю губу, но все-таки решаю поделиться с девчонками, потому что если я не выговорюсь, то, боюсь, сойду с ума от переживаний.
– А в чем тогда? Кир, ты что-то нам не договариваешь… – подозрительно сужает взгляд Надя.
– Дело в том, что Антон Алексеевич мой бывший парень. И… Отец моих детей.
Тишина. Кажется, я даже слышу как тикают часы, которые висят рядом на стене. Четыре пары ошарашенных глаз сосредотачиваются на мне.
– Ничего себе… – первой отмирает от шока Катька, залпом выпивая бокал, следом за ней и все остальные.
– Кирусь, а почему же вы расстались? – вкрадчиво интересуется опешившая Оля, хлопая своими густыми нарощенными ресницами. – Он что, не признает своих детей?! Ну и подонок! – через чур громко и эмоционально вскрикивает она, и я машинально оглядываюсь по сторонам, боясь, что кто-то посторонний может нас услышать. Березовский довольно известная личность в городе, мало ли, вдруг здесь сидит какой-нибудь его знакомый?
– Нет, девочки, он даже не подозревает, что они у него есть, – горько усмехаюсь я, погружаясь в болезненные воспоминания. И рассказываю приятельницам все как на духу. Я словно старую шкатулку открыла, ведь кроме мамы никто не знает о сложившейся ситуации. Когда я с головой ушла в материнство, все мои подруги куда-то растворились. Но сейчас чувствую, что девочкам можно доверять.
– Ужас, вот грымза, – брезгливо морщит лицом Надя, указывая на мою несостоявшуюся свекровь. – А этот Антон… Фу, даже язык не поворачивается его имя произнести. Ну и козел, я просто в шоке! Вот, что значит за красивой внешностью скрывается гнилая сущность… – разочарованно произносит подруга, остальные кивают в поддержку ее слов.
– Именно, девочки, именно… – следом соглашаюсь и я. Вроде бы и легче стало, но все равно в душе такая тоска душит, что хоть волком вой.
– Кир, но все же почему он назначил тебя в секретарши?
– Ооо, – театрально взмахиваю руками. – А вот здесь начинается самое интересное.
Далее я пересказываю девчонкам наш сегодняшний разговор с предателем, они синхронно охают и ахают.
– Уму не постижимо! Какой же засранец! – возмущается Катька. – Кир, а может тебе в отместку посчитать сколько он алиментов тебе должен за все эти годы на двоих детей? Уверена, что сумма кругленькая выйдет, так что этот мерзавец сразу же забудет про свой долг!
В ответ девчонки судорожно кивают и поддерживают слова коллеги, создается гул, каждая из девчонок пытается еще что-то мне посоветовать, но я перебиваю их вздор:
– Нет, девочки. Ни за что. Он никогда не узнает о детях. Он их не достоин!
– Я тебя прекрасно понимаю, подруга. Но ведь он отец… А твоим детям нужен папа, – Надя окидывает меня сочувственным взглядом.
– Такой не нужен, – на глаза наворачиваются предательские слезы, Лена сидит рядом со мной и в качестве поддержки кладет руку сверху моей.
– У него статус, власть, куча денег… А кто я такая? Не удивлюсь, если этот гад назло мне отберет моих детей! Он может, я даже не удивлюсь, если он так и сделает…
– Да уж, – вздыхают коллеги почти синхронно.
– Девочки, обещайте мне, что никому не скажете. Пожалуйста, – жалобно смотрю на каждую из них.
В ответ девчонки кивают головами, в знак молчания импровизируют возле губ замочек, и взмахом руки выкидывают невидимый ключ.
– Не переживай, Кирусь. Ни одна живая душа не узнает.
– Спасибо, – грустно улыбнувшись, проговариваю я. – А знаете что? Я ему еще такое устрою… Он пожалеет, что спустя столько лет снова встал у меня на пути! – стукнув кулаком по столу, уверенно произношу я.
Девочки в знак согласия радостно захлопали в ладоши и с воодушевленными показывают большой палец вверх.
– Молодец! Нам нравится такой настрой!
– Этот подонок за все заплатит! За каждую мою слезинку, за всю ту боль, что причинил! За то, что я страдала все эти годы! Я буду медленно портить ему жизнь, словно яд. Каждый день буду придумывать что-то новое, я превращу его жизнь в ад! Бумеранг существует и однажды он прилетит прямо ему в лоб! Ух, Березовский, знал бы ты, сколько во мне сейчас ненависти кипит, чтоб тебя…
Чувствую, что меня понесло, сжимаю кулаки от злости, говорю и говорю о том, какой же мой бывший гад и мерзавец, вот только взгляды девочек тускнеют, и они все почему-то сосредоточены где-то сверху меня, да и выглядят они как-то шокированно и испуганно.
Замолкаю, вопросительно уставившись на коллег. Что стряслось? Чего они так застыли, не понимаю. Будто бы сзади меня
приведение стоит.
Хуже.
Оля оживает первой, произносит сбивчиво и полушепотом:
– Д-добр-рый… в-вечер, Ан-нтон Ал-лек-сеевич…
Упс.
Глава 10
Антон
– Ты серьезно?! Мальцева теперь работает на тебя? – мой близкий друг Андрюха в изумлении качает головой, а я жую губу, думая о том, что будет дальше. А вот нихрена я не знаю, что будет. Эта стерва вряд ли будет покладистой, наверняка мне весь мозг вынесет, я уже начинаю сомневаться в правильности своего решения.
И вроде бы отомстить хочется, и в то же время болит, где-то в районе груди, да так сильно, что выть хочется. Она ведь ни капли не изменилась, только стала чуть взрослее. Но в моих глазах она все та же юная девчонка, которая покорила мое сердце. Покорила, а затем безжалостно растоптала. Узнав, что я попал в беду, просто сбежала, точнее нет, не просто. Перед тем как сбежать, она обчистила мою квартиру, поправочка.
– Ау, Тох… – щелкает у меня перед глазами пальцами друг, отмираю, взмахнув головой.
– Что?
В этот момент официант приносит наш заказ, при нем друг не осмеливается говорить. После встречи со своей погибелью мне необходимо было проветриться, благо Андрюха согласился бросить все свои планы и побыть со мной в нашем любимом ресторане.
– Тебе она до сих пор небезразлична, – ставит от вердикт, от его заявления закашливаюсь, едва не давлюсь кусочком стейка.
– Бред, – сделав непринужденное выражение лица, пожимаю плечами. – С чего ты взял? Я просто хочу вернуть то, что она у меня украла.
Андрей как-то хитро щурится.
– Братан, для этого ведь существует полиция. Не так ли?
Ну вот, начинается. Не нужна мне полиция. Хочу один на один с ней разобраться. Возможно, за этим стоит что-то большее, пока я не понимаю что именно, либо просто даже сам себе не могу в этом признаться.
– А то ты не знаешь, как она работает, – отмахиваюсь я, нервно ковыряя вилкой в тарелке. – Да и времени уже сколько прошло.
Шесть лет почти.
– Шесть лет, шесть лет… – задумчиво вздыхает друг. – А ты все никак не можешь её забыть.
– Андрей, прекращай, – строго выдаю я, и друг, ухмыльнувшись, кивает в знак согласия. А улыбается так приторно, аж бесит!
– Слушай, а ты уверен, что все было именно так, как тебе сказала мать?
Почему-то его вопрос заставляет меня войти в ступор.
– А почему ты сомневаешься? Думаешь мне будет врать родная мать? Она вон как Киру любила, невесткой своей называла… Зачем ей наговаривать? – не понимаю, к чему эти сомнения. Я доверяю своей семье, однажды они вытащили меня из ада, и я за это им безмерно благодарен.
– Да так, я просто спросил, – пожимает плечами, набивая рот едой и медленно её прожевывая.
А затем… Затем я вижу впереди себя компанию девушек. Одна светлая макушка не дает покоя, аж сердце сжалось, моя паранойя встретить её где-нибудь невзначай так и не утихла даже спустя годы.
– Ух, Березовский, знал бы ты, как я тебя ненавижу, чтоб тебя!
– Антох, там кажется, за тебя говорят, – друг с интересом оборачивается назад.
И я даже догадываюсь, кто это. Сомнений больше нет. Медленно поднимаюсь с места и движусь к тому самому столику.
Ага, знакомые лица. Видел их сегодня на собрании. Таращатся так, будто перед ними сам демон из ада вышел.
– Доб-брый в-вечер, Антон Алексеевич… – самая смелая из них удосуживается поздороваться. За столом воцаряется тишина.
Кира оборачивается на меня и мы сталкиваемся взглядами, какое-то время ведет борьбу. Она пытается меня им уничтожить, я отражаю атаку, сжав до скрипа челюсти.
Надо же, какая неожиданная встреча, мать его.
– Что-то празднуете? – натянув вежливую улыбку, ехидничаю. – Или просто собрались посплетничать?
У всех как на подбор запылали щеки, лишь одна Кира, сложив руки на груди, окидывает меня надменным взглядом и отворачивается. Даже не стыдится своих слов, стерва!
– П-просто… Собрались, – одна из девушек, брюнетка с каре, натягивает подобие улыбки.
– Ясно. Что ж, тогда не буду вам мешать, всего доброго, – сверля блондинистую макушку Киры, произношу я, но она даже не смотрит в мою сторону. Делает вид, что занята рассматриванием ресторанного декора.
– Всего доброго, Антон Алексеевич, – синхронно отзываются работницы, и я возвращаюсь обратно к своему столу.
– Кажется, тебя там бурно обсуждают, – Андрей едва сдерживает смех.
– Уж слишком бурно, – бурчу я в ответ, ощущая в груди неприятное жжение. Ненавидит она значит меня, ну что ж Кира, еще посмотрим, кто кого! Я ведь тоже ненавижу. Ты еще познаешь мой гнев, и плевать, что моя ненависть очень тонко граничит с любовью.
В войне нет места для любви.
Остальное время нахожусь будто бы в трансе. Вроде и пытаюсь поддержать разговор с другом, но в то же время ловлю себя на том, что так или иначе сверлю взглядом светлую голову, которая находится впереди меня.
Интересно, за что же меня ненавидит Кира? За то, что однажды я едва не оказался в инвалидном кресле? За то, что на время перестал быть полноценным человеком? Неужели в этом была моя вина?!
Поняв, что устал от разговоров, извиняюсь перед другом и мы с ним расходимся по машинам.
Какое-то мерзкое чувство зудит внутри. Ну прям такое противное, что аж тошнит. Завожу мотор, плавно выезжаю на дорогу. И… Замечаю до дрожи в коленях знакомый силуэт, она садится в такси, я же добрый и порядочный водитель, моргнув фарами, пропускаю автомобиль и он становится на светофоре четко передо мной.
Не знаю зачем, еду следом, хотя мой дом находится совсем в другой стороне. Но не могу побороть внутреннее любопытство. Будто бы мне есть дело до этой подлой предательницы, но проехав длинный путь, решаю, что сдаваться и разворачиваться обратно уже нет смысла.
Отмечаю, что едем мы в самый дальний и не очень престижный район города. Серые многоэтажки наводят тоску, рядом с одной из них такси останавливается, а я паркуюсь чуть дальше, чтобы не спалиться невзначай. Понимаю ведь, что веду себя как одержимый, но ничего поделать не могу.
Она выходит из машины и направляется к подъезду. Беру телефон и записываю адрес, на всякий случай. Зачем только? Будто бы что-то внутри мне подсказывает, что пригодится. Оглядываюсь вокруг, черт, ну это совсем не то место, где может жить девчонка, выкравшая когда-то у меня миллионы. Либо Кира не владеет финансовой грамотностью и все растрынькала, что по итогу хватило лишь на эту халупу, либо…
«Слушай, а ты уверен, что все было именно так, как тебе сказала мать?»
Нет, нет, нет… Этого не может быть. Но так или иначе сомнение внутри зарождается, его уже не остановить.
Глава 11
Кира
На следующий день я чувствую себя так, будто бы вчера и в самом деле грандиозно праздновала свое… Понижение по должности. Звучит странно и абсурдно, но что поделать.
Не знаю, куда дел Березовский прошлого секретаря, но придя на рабочее место намеренно заранее, чтобы подговориться, обнаруживаю его пустым. А где же Любовь Васильева? Неужели бывший решил сделать рокировку? Обидно так-то!
Тошнота одолевает, аж до дрожи. Тело обдает холодным потом, чертовы роллы, которые вчера настояли попробовать девчонки! Знаю же, что на рыбу у меня бывает нехорошая реакция. Не хватало еще весь день к унитазу бегать, черт возьми.
Сажусь на свое новое-старое рабочее место и достаю бутылку с водой, она такая прохладная, что меня так и тянет прислонить ее ко лбу, чтобы остудить жар, который атакует все тело. То ли в самом деле от плохого самочувствия, то ли от того, что мне теперь долго придется работать в тесной близости с предателем.
– Вижу, ты вчера неплохо так провела время, – из транса меня выводит насмешливый голос мерзавца, то есть босса. Поднимаю на него взгляд, он в свою очередь откровенно глумится надо мной. Наверняка ведь думает, что я вчера весь вечер спиртным заливалась! И плевать, что крепче лимонада я вчера ничего не пила, доказывать подонку ничего не собираюсь.
– Как видишь, – сухо бурчу я в ответ, ставлю бутылку рядом с собой и делаю вид, что очень занята работой.
– Все кости мне вчера перемыла? – хмыкает с издевкой, и я чувствую, как загорелись мои щеки. Черт, я ведь никак не ожидала вчера, что этот наглец окажется рядом и услышит мою гневную брань! С другой стороны, чего мне стыдиться? Пусть знает, что я чувствую! Тем более, что мне и стыдиться-то нечего, он даже ненависти моей не заслуживает.
– Да, Антон Алексеевич, все до одной, – ехидно улыбнувшись, отрезаю я.
– Кира Игоревна, я понимаю, что за пределами работы вы можете трезвонить со своими приятельницами о чем угодно, но в стенах фирмы я этого делать не позволю, – включив надменного и строгого босса, сурово произносит Березовский. А у меня глаза сами по себе от раздражения закатываются. – Если узнаю, что вы распускаете обо мне сплетни, буду наказывать, – грубо чеканит он, неожиданно перейдя на «вы», а на лице засиял хищный оскал.
– Да пожалуйста! Я ж итак тут забесплатно теперь работаю, – язвительно выдаю в ответ, в самом деле, мне терять нечего, поэтому его угрозы меня мало волнуют.
– Кира, не выводи меня из себя, – угрожающе рычит он, стреляя в меня гневом. Все такой же красивый, гад. Идеально наглаженный деловой костюм, аккуратно уложенная стрижка, борода, которой явно занимался профессиональный барбер. Мощное мускулистое тело, белая рубашка обтягивает стальные мышцы, все это заставляет меня едва не подавиться слюной. И сердце так или иначе ёкает, глупое…Все в нем идеально, кроме гнилой сущности внутри. Этого никак не исправить.
Ощутив резкий приступ тошноты, отворачиваюсь в сторону, сил спорить с этим нахалом больше нет.
– Будет сделано, Антон Алексеевич, – через силу отзываюсь я, пытаясь глубоко дышать и не вырвать прямо на рабочий стол.
– И черный кофе пожалуйста. Без сахара, – бросает он перед тем, как зайти в свой кабинет.
А я резко вскакиваю с места и едва успеваю добежать до белого друга.
Интересно, мне в самом деле плохо от вчерашней некачественной ресторанной еды, или меня от этого подонка тошнит?
Второй вариант кажется мне более реальным.
Но, тем не менее, все тело дрожит и ломит, чувствую себя отвратно, но смысла отпрашиваться домой нет, бывший все равно меня не отпустит, еще и в самом деле какой-нибудь штраф влепит, он и это с легкостью может сделать. У меня теперь не жизнь, а сплошные санкции!
Умывшись и приведя себя в порядок, на дрожащих ногах ступаю к кофейной машине. Черный кофе без сахара, значит? Я помню до сих пор его предпочтения, мог бы и не уточнять… Березовский терпеть не мог сладкое, вел здоровый образ жизни и не признавал сахар. С болью в сердце вспоминаю наше мнимое счастье, когда мы иногда вместе ночевали, и я с любовью готовила по утрам его любимый итальянский кофе.
Будь он проклят, подонок!
Назло сыплю аж четыре ложки сахара, пусть подавится, козел! Слабость накатывает такая дикая, что едва не роняю стаканчик на пол. На ватных ногах захожу в его кабинет.
– Прежде чем заходить, нужно стучаться, – тыкает меня носом в мою оплошность, но я лишь раздраженно фыркаю в ответ. Я ведь обещала устроить ему кузькину мать, так пусть получает.
– Простите, совсем забыла, – несмотря на плохое самочувствие, умудряюсь нацепить на лицо хитрую ухмылку. Ставлю кофе на его стол и с превеликим удовольствием жду, когда же он попробует мое творение.
Антон сверлит меня предвзятым взглядом, мол, чего стоишь, проваливай отсюда. Но я даже не думаю с места двигаться, будто бы приросла к полу.
Березовский, не отрывая от меня сверлящего дыру в моем лице, взгляда, медленно пробует напиток, а затем, закашлявшись, плюется. Лицо от злости краснеет, венка на лбу пульсирует, меж бровей залегла глубокая складка от хмурого взгляда. Прямо-таки услада для моих глаз.
– Кира, чтоб тебя! – ругается он на чем свет стоит, а я не могу сдержать ехидного смешка. Такое удовольствие испытаю от того, что хоть немножко, но насолила ему. -Я же просил!
– Ой, извините, – театрально взмахиваю руками. – Совсем забыла… Вы же просили без сахара.
– Ты это нарочно сделала?! – он встает с места и небрежно выбрасывает напиток в урну.
– Даже если и да, то что?! – с вызовом смотрю на своего бывшего, подняв одну бровь вверх. – Уволите меня? – включаю дурочку.
– Кира, не буди во мне зверя, – рычит предатель, приняв воинственную позу. – Сделай мне нормальный кофе!
Не сдержав победной улыбки, киваю и порываюсь развернуться обратно, думая о том, что хрен тебе, а не кофе, Березовский. Я и следующий запорю, а потом ты устанешь меня просить, и своими рученьками будешь его делать самостоятельно.
Вот только ноги в какой-то момент предательски подкашиваются, перед глазами темнеет и я стремлюсь встретиться лицом с твердой поверхность пола.
Это почти удается сделать, но в последний момент крепкие сильные руки успевают схватить меня, прижать к себе и тем самым спасти от неминуемого столкновения…
Глава 12
Антон
– Кира! – вскрикиваю я и в последний момент успеваю подхватить её. Хватаю на руки и несу к небольшому кожаному диванчику. Паника накрывает с головой, в голове пустота, не понимаю, что нужно сделать.
Антон, ну что же ты стоишь как истукан?! Делай же что-нибудь! Вода! Точно, вода. Боже, да что ж я так туплю. Хватаю стакан с прохладной жидкостью, набираю ее в рот и шумно выплескиваю на её бледное личико. Увидев ее такой измученной и слабой, сердце сжимается от тоски. От тоски по тому времени, когда мы были счастливы. Пусть это счастье оказалось хрупким и непрочным, но мне ведь так было хорошо с ней.
И сейчас… Блин, как же щемит в груди.
Отчаянно стучу по щекам, призывая прийти в себя.
Хорошо, что спустя пол минуты она открывает глаза и в непонимании смотрит на меня. Глаза то ли голубые, то ли зеленые, под разным углом света они смотрятся по разному, и я всегда задавался вопросом, какого же они все-таки цвета.
Кира растерянно оглядывается по сторонам, взгляд немного проясняется.
– Впервые вижу, чтобы у похмелья были такие последствия, – ядовито бурчу я, включив надменного гада. Свои истинные эмоции и переживания засовываю глубоко внутрь, туда, где никому не достать. Даже этой девочке, которая там и сидит вместе с моими воспаленными чувствами.
– Я вообще-то вчера не пила! – придя в себя до конца, шипит Кира, резко поднимаясь с места.
– Стоять! – преграждаю ей путь, её затуманенный взгляд и шатающаяся походка мне совершенно точно не нравятся. – Ложись обратно, я вызову скорую.
– Совсем сдурел?! – возмущается она, смотря на меня как на дурака и едва не покрутив пальцем у виска.
– Ты же утверждаешь, что не пила. Значит, с твоим организмом что-то не так, и нужно обратиться за медицинской помощью, чтобы выяснить причину, – проговариваю с видом знатока, потому что странно, что Кира не понимает очевидных вещей.
– Не надо ничего выяснять! Я просто отравилась! – встает в позу, пытаясь обойти меня. Но я скалой упираюсь в её хрупкую фикурку.
– Неужели рыбы поела? – с горечью отзываюсь я, вспоминая, как когда-то по незнанию заказал в ресторане рыбный стейк, и Кира точно также свалилась с отравлением, а я выхаживал ее, даже бульончики варил… От этих воспоминаний невольно морщусь, в груди пожар полыхает, машинально хвастаюсь за шею и расслабляю галстук.
– Угу, – тихо бурчит Кира, и на какое-то время воцаряется тишина.
Прочистив горло и взяв в себя в руки, выдаю решительно: – Ладно, тогда я отвезу тебя домой.
И снова взгляд, полный недоумения и… Опаски?
– Нет! Березовский, хватит. Отстань уже от меня и дай мне работать, – отрицательно качает головой, но видок выдает ее хреновое самочувствие, и зачем она тут сильную и независимую строить собралась?