Под крылом НЕАнгела

– Да? – удивилась Юля.

Я поняла, что сболтнула лишнее, Юле явно нравился друг нашего начальника, и эта новость не стала для неё приятной.

– Ладно, пошли, наш перерыв уже заканчивается, не хочу давать Анастасии повод ко мне ещё раз сегодня прицепиться.

– А почему ты ей не ответишь, хоть раз? Ты ведь не из робкого десятка, как я посмотрю, вон как вчера пьяного хозяина шиншиллы отчитала? – задала вопрос Юля, уже открывая служебную дверь и входя в белый коридор нашей ветклиники.

Я оставила её вопрос без ответа, она свернула в сторону процедурного кабинета, а я пошла к стойке администратора в приёмную.

А что я могла ей сказать, что у меня рыльце в пушку, и я чувствую свою вину за то, что целовалась с чужим женихом, а сейчас мы вместе работаем.

То, что я не знала тогда, что он жених Анастасии, да и вообще, что у него уже есть невеста, это не оправдывает меня, и уж тем более подтверждает подозрения, что он бабник и изменяет своей невесте.

Вот поэтому я и сношу молча все придирки административного директора и не ропщу.

Усугубляет всю ситуацию тот факт, что я не могу спать ночами – мне снится Илья.

И как выяснилось, его борода ни капельки не мешает ему целоваться, и вообще …

Я понимаю, что залипаю, когда смотрю, как он работает, его руки завораживают, а воспоминание о единственном поцелуе заставляют мечтать о большем.

Вот поэтому я и молчу, а потом выхожу на служебную площадку на заднем дворе клиники, чтобы спустить пар. Но так как я не курю, то просто делаю дыхательную гимнастику, как учила крестная, и вытягиваюсь по струнке у стены (не помню, как называется это упражнение), и меня отпускает.

Вернувшись к стойке, я занялась уже привычной мне работой, прием звонков, запись клиентов, проверка назначений и графиков посещений.

Этим я занимаюсь уже чуть больше двух недель. Как тогда пошутил Юра, после двухнедельного больничного, когда доктор (нормальный человеческий доктор) сказал, что я полностью здорова, Илья Борисович предоставил мне рабочее место.

И как шутила моя крестная, знакомство с Даней было судьбоносным, ведь первоначально Илья отказал тёте и только чувство вины за нанесённый урон моему здоровью, заставило нашего соседа изменить своё решение. Как выяснилось, он не берет на работу сотрудников без соответствующего образования. Таков был его первоначальный аргумент в отказе на просьбу тёти Веры, да и к тому же на тот момент у него был полный штат сотрудников. Но он предложил узнать, где есть свободные вакансии в других клиниках, и обещал поспособствовать в поисках подходящего места.

И когда они успели это обсудить?

За те пару минут общения в воскресное утро?

Пока я не попыталась пройти мимо открытых ворот соседского участка и стала жертвой обожания пса по имени Даня, помеси ньюфаундленда с какой-то дворняжкой, лохматый, черный, но, как выяснилось, не настолько большой. По породе одного из родителей, того что благородных чистокровных кровей, Даня не дотягивал в холке больше десятка сантиметров, но восполнял это лохматостью, поэтому и казался таким большим.

Ну а о том, чем закончилась наша поездка в тот день в больничный комплекс, как уже сказала ранее, я стараюсь не вспоминать.

В новеньком, большом и белом больничном комплексе, недавно построенном на выезде из столицы, мы пробыли несколько часов.

Поехали туда мы втроём на машине Ильи. Чуть ли не с боем я отстояла право дойти до машины сама, на своих двоих. Юра всё подначивал друга, что тому просто хочется меня поносить на руках, я же не видела в этом ничего смешного. Но ладно, проехали, эта тема была закрыта, и я хоть и с посторонней помощью, но всё-таки сама дошла до машины и плюхнулась на заднее сидение.

По приезду в больнице нас уже ждали и меня на кресле каталки отвезли к дежурному врачу. Углубляться в подробности пребывания в стенах больницы я не стану, но отмечу, что в какой-то момент крестной позвонили. В одном из филиалов её фирмы случилось какое-то ЧП, и она, оставив меня под чутким присмотром Ильи, удалилась. Надо отметить, что случилось там действительно что-то серьёзное, и она в тот же день улетела на другой конец страны, чтобы лично урегулировать ситуацию. Так что увиделись мы с ней только через пару дней.

В итоге, через несколько часов проведённых в больнице, я отказалась от госпитализации, и мы поехали домой.

Илья предлагал мне остаться ночевать в его доме, но чисто из-за наставлений моего лечащего врача. Симптомы сотрясения мозга могут проявиться не сразу, а в течение первых пятнадцать – двадцать часов, так что рекомендовано было первые сутки находиться под присмотром, причём постоянным.

Я отказалась, наотрез!

Дома у тёти мне будет более комфортно, и потом КТ не показало сильных повреждений, так что у меня если и было сотрясение, то в лёгкой форме.

Сегодня вечером должна была вернуться с выходных домработница тёти Веры, вот она и присмотрит за мной и, если понадобится, вызовет скорую.

Всю дорогу до коттеджного посёлка мы ехали молча. Так же молчали, пока Илья парковал машину перед домом тёти Веры. Я не успела сама выйти из машины и приняла его помощь. Дальше он последовал за мной в дом.

– Я побуду с тобой, пока не приедет домработница, – ответил он на мой взгляд, выражающий полное непонимание его поведения.

Да, в больнице мы перешли на «ты», как это вышло, в какой момент пропало «вы» и появилось «ты» я не поняла, но не стала заморачиваться.

Мне не терпелось переодеться и лечь в кровать, я реально устала и к тому же хотела есть. Но все свои желания я не стала озвучивать вслух. Дождусь Янину Эрнестовну, и она меня чем-нибудь лёгоньким покормит. Домработницей крестной была женщина пенсионного возраста, то ли латышка, то ли эстонка, что-то из прибалтийских республик. Она работа ещё у мужа тёти Веры, так что стала почти членом семьи для крестной, и та отвечала ей нежной привязанностью и взаимной любовью.

Так что я была уверена, Янина позаботится обо мне, в чем и попыталась убедить бородатого соседа.

Но он не слушал, проследовав за мной в мою комнату, он не оставлял меня одну ни на секунду. Я же, памятуя утренний казус с мокрым топом, весь день проходила в застёгнутой по самое горло тёплой спортивной кофте, и сейчас просто мечтала принять душ.

Представляете моё удивление, когда следом за мной в ванную комнату вошёл он.

Предположив, что кто-то из нас чего-то недопонимает я уточнила, вслух!

– Я хочу принять душ.

– Да, я это понимаю, но ты можешь потерять сознание и упасть, – был дан мне безапелляционный ответ.

– Может? Я думаю, если я упаду, ты услышишь грохот, тогда и зайдёшь в ванную, а пока подожди там, в комнате.