Безмолвный кошмар

Часть I

Снежная равнина простиралась до самого горизонта, плоская и белая, словно застывший океан. Небо над ней было тяжелым и серым, а на ледяной поверхности пролегали длинные синие тени от редких скалистых выступов. Гул вертолета нарушил вечное безмолвие этих мест: тяжелая машина зависла на мгновение, высадив в снежную пустыню несколько человеческих фигур, прежде чем развернуться обратно. Тревожный гул ее винтов еще некоторое время эхом отражался от дальних сопок и стих. На равнину вновь опустилась оглушающая тишина.

Командир экспедиции Сергей Орлов вдохнул полной грудью морозный воздух, оглядывая бескрайний простор. Он почувствовал привычный азарт первооткрывателя: впереди их ждала земля, куда редко ступала нога человека. Рядом, закутанная в парку, Елена Морозова поежилась – тишина вокруг показалась ей наэлектризованной, напряженной, как перед грозой. Позади них разгружал сани крепкий бородатый мужчина – Алексей Волков, отвечающий за оборудование и безопасность группы. Чуть в стороне переминался с ноги на ногу проводник Михаил, местный охотник. Его узкое смуглое лицо выражало беспокойство: он крестился и шептал что-то себе под нос, отводя глаза от дальнего холма.

«Что он говорит?» – спросила Елена тихо, подходя ближе к Волкову. Тот бросил взгляд на проводника: «Говорит, место проклято. Будто бы злой дух великана живет под ледником». Волков усмехнулся, но Елена заметила, что он тоже выглядит настороженным.

Орлов хлопнул Михаила по плечу в попытке подбодрить: «Ну что ты как бабка? Давно здесь никто не живет, нечего бояться. Пошли, ребята, до станции три километра». Он закинул на плечо тяжелый рюкзак и зашагал вперед, по пояс проваливаясь в снег в низинах. Остальные последовали за ним.

Спустя час ходьбы в молчаливой белой мгле впереди показался темный прямоугольник – заброшенная метеостанция «Полярная Звезда», цель их экспедиции. Низкое деревянное строение с облезлой синей крышей наполовину занесло снегом, антенна на крыше покосилась. Ни дыма, ни движенья. Место казалось мертвым. У Елены сжалось сердце: здесь должны были находиться люди – команда полярников из четырех человек, с которыми пару месяцев назад внезапно прервалась связь. Их последний радиосигнал был сбивчив и странен – упоминал какую-то находку в глубине льдов, после чего эфир смолк.

Добравшись до станции, они обошли главное здание. Дверь оказалась плотно закрыта, окна заколочены изнутри досками. Орлов нахмурился и постучал, но в ответ была лишь тишина. Волков приложил плечо, и через минуту обледеневший дверной проем поддался. Скрипнув, дверь отворилась во тьму.

Оттуда пахнуло затхлостью и чем-то сладковато-тухлым. Елена зажгла фонарь и шагнула внутрь вслед за Орловым. Свет выхватил длинный коридор и обшарпанные стены. В воздухе висела ледяная сырость. «Внимательнее, возможны следы биологических угроз», – напомнила Елена, натягивая маску на лицо. Она, как вирусолог экспедиции, не забывала об осторожности. Орлов кивнул. Группа вошла в заброшенную станцию, не ведая, что истинный ужас еще только начинался.

Часть II

Внутри станции царил могильный холод и полумрак. Фонари скользили по стенам, по старым плакатам с картой Арктики и правилами техники безопасности. С потолка свисали сосульки: казалось, здесь давно нет отопления. Орлов поднял руку, призывая всех остановиться и прислушаться. Тишина. Ни шороха, ни шума генератора – лишь приглушенный вой ветра снаружи.

Они прошли по коридору мимо кухни и жилищного отсека – всюду пусто. На столе в столовой валялись опрокинутые кружки и тарелки с засохшими остатками еды, покрытыми плесенью. Будто люди резко оборвали трапезу и никуда не убрали. Странное запустение навевало жуть. Волков пробормотал: «Не похоже, чтобы они собрались и ушли организованно». Елена кивнула, замечая на полу возле двери потемневшее пятно. Присев, она рассмотрела его: бурое, застарелое – кровь. Небольшое, но все же кровь. Сердце заколотилось.

«Давайте вместе, не расходиться», – решил Орлов. Он явно старался казаться спокойным, но пальцы его дрожали, сжимая фонарь. Они двигались дальше, освещая комнату связи. Радиостанция была обесточена. Волков проверил переключатели и покачал головой: «Без генератора тут ничего не включим». – «Тогда первая задача – запустить питание», – распорядился Орлов.

Михаил остался у входа на стреме, явно не желая углубляться внутрь. Волков отправился в подсобку искать дизельный генератор. Через пару минут оттуда донесся его окрик, потом стук. Наконец мотор кашлянул и заработал. По коридору пробежала волна дрожащего электрического света: лампы мигнули и загорелись под налетом инея. Станция ожила, хотя освещение лишь подчеркнуло разгром вокруг.

Елена осматривала небольшую лабораторию при станции. На столе – микроскоп, разбитые лабораторные стаканы, шкафчики приоткрыты. На стене висел календарь, обрывающийся на прошлом месяце. В углу лаборатории стоял металлический контейнер-холодильник. Морозова приблизилась и с трудом подняла крышку: внутри плотно стояли пробирки с образцами льда и грунта, промаркированные датами. Последняя датировка – две недели назад. «Они же исчезли два месяца назад… Значит, до последнего работали», – пробормотала Елена.

Орлов заглянул через ее плечо: «Нашли что-то?». – «Да, образцы. Надо будет изучить. Странно…» – она вытащила один контейнер: он был пуст, хотя крышка закрыта. Рядом валялась треснувшая колба с подсохшими потеками буро-черной жидкости. Что бы это ни было, сотрудники станции явно торопились. «Может, авария?» – предположил Орлов, указывая на осколки стекла на полу. Елена осторожно подобрала один осколок: на нем запеклась темная субстанция. Будто кровь вперемешку с чем-то черным, как мазут. У нее екнуло сердце: крайне нетипично.

Тем временем Волков проверял склад и жилые помещения. В одной из спален он обнаружил разорванный спальник и повсюду пятна черной плесени на полу и стенах. Запах в комнате стоял гнилостный. Алексей предпочел не заходить внутрь и доложил об этом Орлову. Тот нахмурился, но сказал оставить осмотр деталей до завтра: сейчас приоритет – понять, куда делись люди. «Может, они эвакуировались?» – неуверенно произнес Дмитрий, молодой ассистент, до сих пор молчавший и старающийся не отставать от коллег. Елена бросила на него взгляд: юноша был бледен, с трудом скрывал страх. Но вопрос резонный. Орлов тяжело вздохнул: «Чем? Связи не было, с воздуха их никто не забирал. Пешком до базы не дойти…».

«А вдруг они… Подождите, тут что-то записано», – Дмитрий взял со стола радиорубки блокнот. Это оказался вахтенный журнал станции. Он пролистал последние страницы: «15 ноября… обнаружили…» – буквы в конце строки расплывались, ручка вывела лишь каракули. «Ничего не разобрать». Журнал кончался на этом месте. Орлов сжал зубы: «В ноябре. А сейчас январь…».

Стало ясно: что-то случилось два месяца назад, и, вероятно, никто здесь не выжил. Михаил перекрестился у двери, словно подтверждая нехорошие догадки.

Вечером вся группа собралась в кухне. Волков разогревал на примусе тушенку – есть припасы прежней команды они не решились. Станция временами глухо поскрипывала от порывов ветра; включенный свет давал иллюзию уюта, но никто особенно не разговаривал. Каждый осмысливал увиденное. Елена разложила на столе находки: несколько тетрадей с записями, те самые пробирки и контейнеры. Она собиралась с утра приступить к анализам.

«Связь наладить не удалось, радиостанция сгорела», – отчитался Волков мрачно. «Наш портативный спутниковый передатчик тоже барахлит – похоже, батарея села на морозе». Орлов вытер лицо ладонью: «Попробуем починить завтра. Но сперва – разобраться, что тут произошло». Он посмотрел на Елену: «Надеюсь, вы узнаете, что за образцы они нашли. Это может быть ключ ко всему».

Елена понимала: ответственность велика. Она кивнула, хотя в душе ей было не по себе. Перед глазами стояли странные пятна крови и плесени. Внезапно, посреди натянутой тишины, раздался звук – стук или грохот, будто в дальнем конце коридора что-то уронили. Все вздрогнули. Волков схватил ружье, жестом указав остальным молчать. Сердца у всех бешено колотились.

Они медленно вышли из кухни. Коридор тонул в дрожащих тенях. «Там, в складе…» – прошептал Дмитрий, указав дрожащим пальцем. Дверь складского помещения, которую Волков до этого прикрыл, теперь была приоткрыта. Из черного проема тянуло ледяным сквозняком. Орлов поднял фонарь, освещая внутренность. Между стеллажей с ящиками что-то шевельнулось – маленькая серая тень метнулась к стене. «Черт!» – выдохнул Волков, опуская оружие. Это была крыса. Здоровенная полярная крыса юркнула в дыру в полу и исчезла.

Все переглянулись. «Вот мерзость… Но это она шумела?» – шепотом спросил Дмитрий, пытаясь усмехнуться. Напряжение чуть спало. «Крысы… неудивительно, продукты же остались», – пробурчал Волков, возвращаясь на кухню. «Ладно, на сегодня хватит. Дежурим по двое, ночью глаз да глаз», – распорядился Орлов. Михаил и Дмитрий вызвались первыми, хотя видно было, что им жутко.

Позже, когда Елена устроилась на свободной койке в одной из комнат, укрывшись спальным мешком, она долго не могла сомкнуть глаз. Со стороны коридора доносились шаги часовых – Волков сменил Михаила около полуночи. Елена вслушивалась в завывание вьюги. Ей чудилось, будто в голосе ветра различимы далекие стоны или шепот. Пару раз ей даже мерещилось собственное имя, произнесенное нежным голосом матери… «Ерунда, просто нервы», – попыталась успокоить себя женщина, зажмурившись. Наконец усталость взяла верх, и Морозова провалилась в беспокойный сон, полный тяжелых видений и мрачных предчувствий.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.