Я лишь тень этого города

Корпорация, – пронеслось в голове у Казимира. Это была не банда мародеров. Это была частная охрана «Тодиспора». Действующая в заброшенном порту, куда официально никто не совался. Это говорило о многом. О деньгах. О власти. И о том, что скрывают здесь, было куда серьезнее, чем ворованный груз.

Мысли метались, пытаясь найти лазейку. Пройти незамеченным мимо этой слаженной системы было невозможно. Его черная одежда помогала в сумерках, но под прямым взглядом на освещенных участках он был бы как на ладони.

Нужно стать своим. Стать частью системы. Стать призраком среди призраков.

Его взгляд, отточенный, как бритва, начал сканировать ближайшие окрестности. Мусор, груды ржавого железа, разбитые ящики. Он искал что-то. Что-то, что даст ему ключ.

И он нашел.

В тени под развалинами конторки, почти полностью засыпанная обломками, лежала она. Белая маска. Одна из тех. Видимо, кто-то ее потерял или выбросил. Она была грязной, в пыли, с небольшой трещиной у виска, но целой.

Сердце Казимира заколотилось чаще, но не от страха, а от азарта. Это был шанс. Единственный.

Он подождал, пока патруль скроется за углом самого дальнего ангара. Движения были быстрыми и бесшумными. Он метнулся к куче мусора, схватил маску и так же стремительно вернулся в укрытие, прижимаясь к стене. Ладони вспотели. Он сжал грязный, холодный фарфор в руке.

И тут его накрыло волной отвращения. Надевать эту штуку… Это означало стать одним из них. Слиться с этим безликим злом. Это было осквернением. Он вспомнил свои принципы, свой порядок, свою индивидуальность. Все это сейчас приходилось принести в жертву.

Он вздохнул, и в этом вздохе была вся тяжесть выбора. Затем, с решимостью, рожденной из необходимости, он поднес маску к лицу. Холодный, неживой материал прикоснулся к коже. Запах пыли, чужого пота и чего-то химического ударил в ноздри. Мир сузился до двух узких щелей. Дышать стало тяжелее. Звуки извне стали приглушенными, его собственное дыхание оглушительно зазвучало у него в голове.

Он посмотрел на свои руки в черных перчатках. Теперь он был таким же, как они. Безликой единицей в системе охраны. Призраком.

Сделав еще один глубокий, давящий вдох внутри маски, он шагнул из тени и направился вглубь порта. Его походка изменилась – стала более размеренной, механической, в подражание тем, кого он видел. Он был больше не Казимиром, детективом. Он был Белой Маской. И ему предстояло найти Степана в этом царстве безумия.

Часть 7: Лицо в толпе масок

Казимир подошел к зияющему провалу в стене, который когда-то был дверью в главный портовый ангар. Сердце его билось гулко и глухо, отдаваясь в ушах под маской. Он ожидал увидеть нечто вроде казармы – строгий порядок, молчаливых часовых. То, что открылось его глазам, заставило его на секунду замереть в чистом, немом изумлении.

Внутри царил хаос, кипящий жизнью.

Гигантское пространство ангара было похоже на муравейник, освещенный тусклым, мерцающим светом газовых рожков и люминесцентных шаров, висящих на оголенных проводах. Повсюду сновали люди – докеры в промасленных робах, торговцы в дорогих, но потрепанных пальто, женщины с пустыми глазами и яркой краской на губах.

Воздух был густым и тяжелым, пахнущим табачным дымом, дешевым самогоном, жареным мясом и все тем же едким «Тодиспором».

И среди этой толпы, как хищники в стаде, двигались они – Белые Маски. Но они не были настороже. Они были своими. Один из них, прислонившись к стойке импровизированного бара, о чем-то оживленно беседовал с парнем, тащившим ящик с патронами. Другой, расстегнув форменный мундир, с аппетитом уплетал сосиску с лотка уличного торговца. Третий грубо похлопывал по плечу рабочего, и оба громко смеялись над какой-то шуткой.

Черт побери, – мысленно выругался Казимир, чувствуя, как у него подкашиваются ноги. Это не охрана. Это… местные царьки. Полиция этого дна.

Он понял свою ошибку. Снаружи они патрулировали границу, держали периметр. Здесь же, внутри, они были хозяевами положения. Они не скрывались – они демонстрировали свою власть. Их маски были не для конспирации, а для устрашения и единообразия. Они были брендом. Знаком, что здесь правят они.

Его собственная маска, грязная и с трещиной, из защитной окраски вдруг превратилась в смертельную ловушку. Если он сейчас пойдет, его сразу заметят. Новое лицо в своей же стае. Чужака вычислить мгновенно.

Адреналин ударил в голову, заставив мысли метаться с бешеной скоростью. Успокойся. Дыши. Наблюдай.

Он отступил назад, вглубь разрушенного пристройки, сливаясь с грудами тенистого хлама. Его глаза, сузившиеся за прорезями маски, превратились в холодные сканеры. Он изучал их. Не как стражей, а как племя со своими ритуалами.

Он заметил детали, упущенные с первого взгляда:

· Походка. Они ходили не просто так. Их шаг был тяжелым, с пятки, с легкой раскачкой. Уверенным, почти наглым. Они уступали дорогу только друг другу.

· Жесты. Резкие, широкие. Указывали пальцем, а не кивком. Хлопали по спинам, отталкивали тех, кто мешал, без лишних слов.

· Патрули. Даже внутри они двигались по определенным маршрутам, пересекая ангар по диагонали, заглядывая в боксы. Не хаотично, а по невидимой, но четкой сетке.

· Звук. Их голоса из-под масок были приглушенными, но низкими, с характерной хрипотцой. Они перекрикивали шум, не повышая тона, а как бы надавливая.

Хорошо, – подумал Казимир, и его собственное тело начало меняться. Плечи расправились, но не от уверенности, а от напускной бравады. Спина выпрямилась, походка стала тяжелее, с носка на пятку. Он сжал кулаки, чтобы придать рукам грубоватую готовность к действию.

Он больше не пытался скрыться. Он должен был имитировать. Стать волком в волчьей стае. Его цель была не в том, чтобы быть невидимкой, а в том, чтобы его присутствие не вызывало вопросов. Он должен был выглядеть так, будто ему здесь самое место.

Сделав последний, глубокий вдох, пропахший пылью и страхом, он шагнул из тени и вошел в кипящий котел ангара. Его ноги сами понесли его по тому самому диагональному маршруту, который он подсмотрел. Он смотрел не по сторонам, а прямо перед собой, сквозь людей, как будто все они были пустым местом. Кто-то из рабочих, не глядя, шагнул ему под ноги – Казимир грубо оттолкнул его плечом, не сбавляя шага, как это сделал бы любой Маска. Мужик что-то буркнул, но, подняв голову и увидев белую маску, тут же отполз в сторону, бормоча извинения.

Сердце колотилось где-то в горле, но внешне он был просто еще одним безликим надзирателем в этом аду. Первый барьер был пройден. Он был внутри системы. Теперь нужно было найти Степана, не раскрыв себя. Охота началась по-настоящему.

Часть 8: Игра в слепого

Казимир двигался сквозь толпу, вживаясь в роль, как вдруг его путь преградила еще одна Белая Маска. Она остановилась прямо перед ним, блокируя проход между двумя грудами ящиков. Казимир замер, готовясь к худшему – к окрику, к проверке, к свистку, созывающему остальных.

Но ничего этого не произошло.

Маска наклонила голову, и из-под нее прозвучал спокойный, даже дружелюбный голос, слегка приглушенный фарфором:

–Эй, браток, не видел, куда Старый Хромой подевался? Смена у него кончилась, а отчет по патронам не сдал.

Казимира будто окатили ледяной водой. Добрые? Они вели себя не как надзиратели, а как… коллеги. Как часть одного механизма. Это было в тысячу раз страшнее. Зло, ряженное в добродушие, размывало все его представления. Его мозг, настроенный на сопротивление и скрытность, на секунду завис в полном ступоре.

Какого черта?.. – пронеслось в голове хаотичной, испуганной мыслью. Они что, тут все за свободу, равенство и братство под этими дурацкими масками?

Пауза затягивалась. Вторая Маска ждала. В ее позе не было агрессии, лишь ожидание. Но эта пауза сама по себе могла его выдать. Нужно было реагировать. Сейчас.

Казимир резко кашлянул в кулак, меняя голос на более низкий и хриплый, махнул рукой в случайном направлении – вглубь ангара.

–Вон там, у конвейера, кого-то тормошил, – выдавил он, надеясь, что это прокатит.

Маска кивнула.

–Понял, спасибо. Нелегкая эта работа, всех не упомнишь.

И она пошла дальше, растворившись в толпе.

Казимир прислонился к ящику, чувствуя, как дрожь пробегает по всему телу. Рука сама потянулась к кобуре, но он силой воли заставил ее опуститься. Эта… нормальность была самым жутким, с чем он столкнулся. Он был готов к погоне, к перестрелке, но не к этому сюрреалистическому спектаклю.

Он заставил себя дышать глубже, снова сканируя пространство. И тут его взгляд, острый как бритва, выхватил фигуру в дальнем конце ангара, у самого края причала, где стоял ржавый, закопченный пароходик. Мужик в засаленной телогрейке, с бородой клинышком, ловко орудуя ломом, вскрывал ящик. Его движения были точными, профессиональными. Механик. Степан.

Цель была видна. Но добраться до нее было все равно что пытаться пересечь минное поле. Прямо перед ним, образуя невидимый барьер, стояла та самая Маска, с которой он только что говорил. Она задержалась, наблюдая за разгрузкой.

Мысли Казимира метались, как пойманная в клетку птица. Подойти к Степану сейчас – значит привлечь к нему внимание. Маска обязательно заметит и, возможно, заинтересуется, зачем один из ее коллег общается с простым рабочим. Любое неверное движение – провал.

Нужно отвлечь ее. Но как? Свистнуть, поднять тревогу? Самоубийство. Устроить драку? То же самое. Он был в ловушке, заложником собственной маскировки.

И тут его взгляд упал на пару рабочих, которые несли длинную, тяжелую металлическую балку. Они шли как раз в сторону той Маски. Идея, отчаянная и безумная, родилась мгновенно.

Казимир, не меняя позы, сделал едва заметный, но резкий подсекающий жест ногой, подставив каблук под ногу одного из рабочих. Тот, не ожидая подвоха, споткнулся с громким ругательством. Его напарник не удержал балку. Раздался оглушительный лязг, когда несколько сотен килограммов металла рухнули на бетонный пол в метре от Белой Маски.

Все вокруг вздрогнули. Маска резко обернулась на шум. Рабочие засуетились, начали кричать друг на друга. На несколько секунд она оказалась в эпицентре маленького хаоса.

Этой секунды Казимиру хватило.

Не меняя выражения под маской, он резко свернул, проскользнул за спины зевак, и быстрыми, но не суетливыми шагами направился не прямо к Степану, а в обход, вдоль стены, как будто выполнял свой собственный патрульный маршрут. Его сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот разорвет грудную клетку. Он не смотрел на Маску. Он смотрел только на цель. Каждый шаг отдавался в его ушах громоподобным стуком. Он был на волоске от провала, и он знал это. Но другого выхода не было.

Часть 9: Человек за маской

Казимир, используя замешательство, подошел к Степану вплотную. Тот, не отрываясь от ящика, лишь боковым зрением заметил белую маску и напрягся, движения его стали резче.

– Эй, механик, – бросил Казимир, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально, но властно.

Степан медленно выпрямился, с опаской глядя на безликий фарфор. В его глазах читалась усталая покорность.

– Слушаю, товарищ стражник.

Казимир наклонился чуть ближе, понизив голос до шепота, который едва ли был слышен даже в шаге от них.

– Степан? Меня прислал человек с табаком «Вепрь».

Глаза механика расширились. Он резко, почти незаметно кивнул, но в них мелькнула не надежда, а тревога. Он тут же потупил взгляд, делая вид, что поправляет перчатки.

И в этот момент из-за угла груды ящиков вышла еще одна Белая Маска. Та самая, с которой Казимир говорил минуту назад. Она остановилась в двух шагах, ее поза была расслабленной, но внимание было приковано к ним.

Вот же сука, – яростно, беззвучно выругался про себя Казимир. Конец. Сейчас начнется.

– Степан, – раздался спокойный голос из-под новой маски. – Иди, разгружай. Товарищ из охраны, наверное, просто интересуется, все ли в порядке.

Механик, не говоря ни слова, кивнул и поспешно ретировался к пароходику, делая вид, что ничего не произошло.

Казимир замер, готовясь к худшему. Его правая рука непроизвольно сжалась, готовясь к удару или к тому, чтобы рвануть кобуру. Он был в ловушке.

Но Маска не свистнула и не позвала подмогу. Она повернулась к Казимиру, и ее голос прозвучал тихо, почти интимно, так, чтобы слышал только он:

– Расслабься, наследник. «Человек с табаком «Вепрь»» – это для мелких сошек. Для таких, как Степан. А для тех, кто посерьезнее… у меня другое прозвище.

Казимир почувствовал, как у него перехватило дыхание. Он сглотнул ком в горле, его мозг лихорадочно работал. Она? Это женщина? И она знает, кто я?

Рисковать было нечем. Положение было либо абсолютно провальным, либо… это был тот самый контакт.

– И какое же? – выдавил он, не меняя позы, но его голос потерял нарочитую хрипотцу.

– Меня здесь зовут «Сова», – последовал ответ. – А теперь пройдемся. У нас мало времени. Твое появление здесь, даже под такой… кривой личиной, – она едва заметно кивнула на его маску с трещиной, – означает, что Кромвель решил вскрывать этот нарыв. Или просто бросил тебя в пасть к волкам, чтобы посмотреть, выживешь ли.

Она тронулась с места, и Казимир, все еще оглушенный, машинально пошел рядом. Они двигались по краю ангара, два стража в масках, чья беседа со стороны выглядела бы как служебный разговор.

– Что здесь происходит? – спросил Казимир, нащупывая почву. – И при чем тут «Тодиспор»?

– «Тодиспор»? – Сова тихо фыркнула. – Это просто вывеска. Красивая упаковка для того, что здесь на самом деле творят. Они не просто воруют грузы. Они их… перерабатывают. Берут старые артефакты, технологии со времен Разлома, и пытаются их воссоздать. Получается нечто… нестабильное. Опасливое.

– Какой груз искал Кромвель? – Казимир перешел к сути.

– Ящик. С маркировкой «К-9». Говорят, внутри был не просто хлам, а активное ядро. Источник энергии. Если они заставят его работать… – она оборвала и резко остановилась, повернувшись к нему. Щелочки ее маски были направлены прямо на него. – Слушай внимательно, наследник. Твое расследование кончилось. Ты нашел то, что искал – меня. Тебе нужно передать Кромвелю одно: «Гнездо Совы опустело. Птенцы летят на восток». Запомнил?

– «Гнездо Совы опустело. Птенцы летят на восток», – автоматически повторил Казимир. – Что это значит?

– Он поймет. А теперь уходи. Пока живой. Через старый угольный бункер, за третьим краном. Там есть лаз в канализационный сток. Он выведет тебя за пределы порта.

– А ты?

– Мое место здесь. Пока еще. – В ее голосе послышалась усталая улыбка. – И смени, черт побери, эту маску. На тебя уже косятся.

Она резко развернулась и ушла, растворившись в толпе, оставив Казимира наедине с вихрем новых вопросов и леденящим душу осознанием: он был не охотником, а пешкой в игре, правил которой он не знал. Но теперь у него было сообщение. И путь на свободу.

Часть 10: Возвращение к призракам

Дверь в кабинет щелкнула с тихим, усталым звуком. Казимир запер ее на все замки, повернулся спиной и прислонился к холодному дереву. Только сейчас, в полной, гнетущей тишине своего убежища, он позволил себе выдохнуть. Длинный, сдавленный стон, в котором смешались усталость, напряжение и ярость.

Он сдернул с головы проклятую белую маску и швырнул ее через весь кабинет. Она ударилась о стену с сухим треском и упала за книжный шкаф.

«К черту этот цирк», – прошипел он в пустоту.

Его пальцы дрожали. Он подошел к столу, не включая свет, и налил в стакан виски. Не кофе. Не воду. Именно виски. Он залпом опрокинул его. Острая жидкость обожгла горло, но не принесла ни капли облегчения. Только физиологический шок.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.