Система-Самоцветы 3: Темные Грани

Глава 5

Я еще толком умыться не успел, как начал звонить телефон. Почему мне все больше хочется отключить к чертовой матери дверной звонок и расколотить телефон? Такое ощущение, что в последнее время я всем постоянно нужен! Такой же дурдом, как у доктора Айболита – то тюлень позвонит, то олень! Я взял телефон и посмотрел на экран – звонил Никита.

– Алло, Макс? Привет! – весело начал Чернов после того как я ответил на звонок. – Надеюсь, разбудил?

– Привет. Не разбудил, хотя ты был близок к этому, – пробурчал я в ответ.

– Да ладно, не бурчи! Ты в окно сегодня выглядывал?

– Нет, а что там? Инопланетяне прилетели?

– Просто еще один прекрасный зимний день! – радостно сообщил мне Никита. – Солнышко светит! Морозец трещит! Небо голубое!

– Бля, Чернов, ну тебя в задницу с твоей романтикой! Какого хрена звонишь в такую рань?

– Соболев, ты когда-нибудь жизни радоваться научишься?

– Ты меня еще поучи, как на этом свете жить. Ладно, давай ближе к делу. Чего хотел?

– Ну, к делу так к делу. Ты дома?

– Дома, ясен пень, где я, по-твоему, могу быть в половине восьмого утра? Вот хочу умыться и позавтракать, а вместо этого с тобой разговариваю.

– Вот и отлично. Завтрак – это хорошо. Мы сейчас с Настей заедем, так что делай нам кофе и жарь яичницу, а то мы голодные как волки!

Нормально, я еще глаза толком не продрал, а тут, оказывается, нужно на троих завтрак готовить – хорошенькое утро, нечего сказать. Но ничего не поделаешь, дружба – это понятие такое, круглосуточное.

– Окей, – вяло сказал я.

– И не забудь, я люблю, чтобы желтки были жидкими!

– Чернов, да ты вообще охренел? В кафе будешь свои пожелания озвучивать!

– И положи мне три ложки сахара, а Насте сахар в кофе не клади, она сладкий не любит, – пропустив мои слова мимо ушей, продолжил Чернов.

Вот засранец! Я отключил телефон и пошел умываться.

Ребята явились минут через двадцать после звонка Никиты. К этому времени я уже успел заварить им кофе, себе чай и заканчивал возиться с яичницей.

– Как раз вовремя, – сказал я, встречая гостей.

Настя с Черновым поочередно вымыли руки и, радостные, устроились за кухонным столом в ожидании завтрака. Интересно, чего это они такие веселые? Наверное, с хорошими новостями заявились, не иначе. Я положил им по паре яиц, поставил на стол тарелку с нарезанным сыром и колбасой и устроился на последнем остававшемся свободным стуле. Ребята молча занялись едой, и, лишь после того как все тарелки на столе опустели, Никита удовлетворенно вздохнул и посмотрел на меня с выражением искренней благодарности.

– Спасибо за хлеб, за соль! – торжественно сказал он. – Не дал пропасть с голода верным друзьям!

– Блин, Никита, не гони, – улыбнулся я. – Еще хочешь чего-нибудь?

– Нет, спасибо.

– Настя, а ты как? Съешь еще чего-то?

– Всего хватило, спасибо, Макс.

Ну, окей. Я доел свою порцию, убрал со стола и приготовился слушать, чем вызван их ранний визит.

– Короче, Макс, – не стал тянуть Чернов, – вычислили мы этого Руслана Селиванова.

– И его распорядок дня тоже, – дополнила Настя.

– Походу чувак не такой уж и продуманный, как говорил нам Северов, – продолжил Никита. – Может быть, он чего-нибудь и боится, но точно не того, что его грохнут или типа того. Во всяком случае, охрана у него на полном расслабоне – новых маршрутов движения не придумывают, по сторонам смотрят хреново и даже хвост обнаружить не в состоянии.

– Отличные новости, – кивнул я. – Ради этого стоило накормить вас завтраком.

Я думаю, что на самом деле Никита несколько преуменьшал способности охраны Селиванова. Зная моих друзей, можно предположить, что дело не столько в охране, сколько в незаурядных талантах Чернова с Касаткиной.

– Хотя самих охранников, конечно, как у дурака фантиков, – вновь вставила Настя, которой, видимо, тоже не терпелось поделиться горячими новостями. – Прямо как кино из девяностых смотрели: сам Борман ездит в машине с двумя охранниками, позади них еще одна машина с охранниками! В общем, по городу мужик передвигается как главарь банды, а не как учредитель солидной компьютерной фирмы, это точно.

– Ага, еще не хватает мотоциклистов с битами в начале процессии, – усмехнулся Никита. – Кстати, у него черный «бентли», так что живет мужик со вкусом.

– Что-то вы слишком самоуверенно настроены, друзья мои, – сказал я. – Недооценка противника обычно ни к чему хорошему не ведет, как бы не обосраться.

– Верное замечание, – кивнула Настя. – Но в данной ситуации, надеюсь, не обосремся. Мы, конечно, немного преувеличиваем, и в охране у него не полные лохи, но и ничего особенного.

– Самое главное, что мы знаем, где он ставит свою машину на ночь, – Чернов отпил кофе. – Точнее, где его охрана ставит машину.

– Почему это главное? Знаете, и флаг вам в руки.

– Погоди, не перебивай, – скривилась Настя. – У нас есть идея относительно всей этой истории, и его машина должна сыграть в ней главную роль.

– Тогда окей, – я поднял руки вверх. – Слушаю внимательно.

– Он живет на Тверской, там есть такой модный жилой комплекс – «Версаль» называется. Удивительное дело, но собственной парковки у этого дома нет, и всем богатым жителям приходится довольствоваться маленьким заездом, куда можно зарулить, только чтобы сумки выгрузить и ехать дальше.

– Какая печальная история, – улыбнулся я. – Даже у меня возле дома, и то парковка имеется.

– Ну а как ты хотел? – пожал плечами Чернов. – Престижный район, центр города… Там все очень дорого, так что нечего элитные метры под парковки разбазаривать.

– Могли бы и подземный паркинг устроить, не в позапрошлом веке живем, – не сдавался я.

– Мало ли, как там проектом задумывалось? Может быть, по техническим соображениям не получалось там подземный паркинг соорудить? В любом случае нам это только на руку.

– Ну, рассказывай дальше: где его машина ночует?

– Теперь самое интересное, – оживился Никита. – Буквально в паре километров от его дома есть бизнес-центр «Акула» с круглосуточной подземной стоянкой, вот там ее на ночь и оставляют.

– Только его тачка? – уточнил я.

– В смысле?

– Ну, вы же говорили, что охрана у него тоже на машине по городу перемещается. Они как, тоже там машину оставляют?

– Нет, – улыбнулась Касаткина. – Они сопровождают его тачку до парковки, забирают водителя, оставляют там на ночь одного из охранников и отваливают. Утром приезжают вместе с водителем и сопровождают машину до дома Селиванова. Может быть, картина иногда и меняется, но по крайней мере за те две ночи, что мы вели наблюдение, все происходило именно так – как под копирку.

– Интересно, – я погладил подбородок. – Теперь добейте меня и скажите, что ночью охранник залезает в тачку и дрыхнет там до утра.

– Вот в этом придется тебя разочаровать, – сказал Никита. – В машине он не дрыхнет, и даже наоборот – бодрствует до самого утра. Ходит вокруг нее как заведенный.

Ну, что охранник один, уже неплохо. Здесь можно много чего придумать, тут я с ребятами согласен. Мне даже почему-то кажется, что у них уже имеется пара соображений по этому поводу. Я открыл было рот, чтобы спросить об этом, но меня прервал телефонный звонок. Выходит, что сегодня утром я понадобился не только своим друзьям. Любопытно: кому еще?

Звонила Вика. Похоже, и эта по ночам не спит, но здесь хоть есть, чем аргументировать – она все-таки вампир, а, насколько мне известно, эти ребята вообще спать особо не любят. Я взял телефон и вышел в соседнюю комнату.

– Слушаю?

– Доброе утро, Максим Соболев, – голос у нее был бодрый. – Ты как? Не спишь?

– Уже нет, есть кому разбудить с утра пораньше.

– Ну и хорошо – кто рано встает, тому Бог подает, заешь такое? Короче, давай через пару часиков встретимся возле «Ливерпуля»?

– Это где такое? В Англии?

– Блин, Макс, ты меня удивляешь! – хохотнула вампирша. – У тебя вообще ночная жизнь есть какая-нибудь?

– Я предпочитаю по ночам спать, – ответил я, хотя было большое желание сказать ей, что если бы я был вампиром, то тоже предпочитал бы ночной образ жизни.

– Оно и видно. Много теряешь, между прочим, – сказала Латунина таким тоном, что я и в самом деле на мгновение пожалел, что ночью сплю, а не веду активный образ жизни. – Ладно, «Ливерпуль» – это ночной клуб, недалеко от храма Христа Спасителя, адрес в интернете найдешь.

– А не рановато еще для ночного клуба?

– Для наших целей самое подходящее время. Там будет нужный нам парень из Изумрудного Дома, так что будь готов к обстоятельному разговору.

Понятно. Значит, ствол нужно взять обязательно. Будем надеяться, что стрелять все-таки не потребуется, но «изумруды» – ребята нервные, неизвестно, как повернется.

– Как ты его нашла так быстро?

– Дело техники, – ответила Вика. – У меня среди знакомых наркоманов хватает, самое трудное было – отыскать нужного, а там уже главное – найти правильные аргументы.

– Окей, через пару часов буду.

– Договорились.

Она отключилась, а я посмотрел на время – половина девятого. В запасе еще два часа, хватает с головой, хотя и засиживаться не стоит.

– Что там, Макс, амурные секреты? – спросил Никита, когда я вернулся в комнату.

– Типа того, – ответил я.

– Да ладно?! – удивилась Настя. – Я думала, ты места себе не находишь от разрыва с Островской, а оказывается – наш пострел везде поспел? А почему до сих пор с нами не познакомил?

– Всему свое время, – буркнул я. – Давайте лучше к нашему Борману вернемся.

– В общем, ночью охранник исправно выполняет свои обязанности, – как ни в чем не бывало продолжил Чернов. – Поэтому нужно будет придумать, как его нейтрализовать.

– Ну, может быть, вы меня теперь в детали посвятите? – спросил я. – А то мы уже до охранника дошли и поисков варианта его устранения, а я пока не совсем понимаю: зачем нам это нужно?

– Нет, охранника убивать никто не будет. Все просто. Северов сказал, что Борману нужно как-то дать понять, что он не всесильный, правильно? Вот мы и дадим – понятно и убедительно, – сказал Никита.

– Я бы даже сказала, что для чувака с мышлением из девяностых лучшего варианта и не придумать. Мы хотим нейтрализовать охранника, запихнуть его в багажник, а на переднем сидении в тачке оставить небольшой сюрприз в виде нескольких динамитных шашек и записку с просьбой оставить Мирона Ефимова в покое, – Настя усмехнулась. – Мне кажется, вполне прозрачный намек. Если у него в голове есть хоть капля мозгов, то он должен все понять. Ну, а если нет… Дальше будем действовать по обстоятельствам.

– Думаю, этим дело и кончится, – сказал Чернов. – Не тот вопрос, из-за которого стоит идти на большие жертвы. «Флагман» – огромная компания, там каждый день кто-то увольняется или принимается. Обычное дело.

Я бы на месте Чернова, конечно, не был так уверен – Селиванов уже не мальчик, может с первого раза намек и не понять или, наоборот, на принцип пойти, что еще хуже. С другой стороны – какой выход? Такие, как он, по-другому не понимают. Не скажешь же ему: «Дяденька, оставьте Мирона в покое». Ну, а если Борман начнет ерепениться – сам себе головняк наживет, тогда мы за него всерьез возьмемся.

– Нормальный план, ребята, – сказал я. – Нечего здесь мудрить. Я считаю, что в данной ситуации – чем проще, тем лучше. Насчет динамитных шашек мне все ясно – это для большей убедительности и наглядности, хотя граната здесь подошла бы больше.

– С гранатой сложнее, – сказал Никита и почесал затылок. – Можно достать, конечно, вот только к «рубинам» обращаться лишний раз не хочется. С динамитом проще – у меня дед когда-то на карьере работал, они там динамитом гранит взрывали, так у него с тех пор в сарае пара ящиков валяется. Выгода налицо – никому платить не нужно, время тратить на поиски не нужно и, как по мне, эффект не хуже, чем от гранаты.

– Согласен, – ну да, аргументы у моего друга вполне логичные. – А что вы имеете в виду под словами «нейтрализовать охранника»? Я же не думаю, что кто-то хочет его убить?

– Да нет, убивать его никто не собирается, – ответила Настя. – Для обычного предупреждения это будет перебор. Так, пошалим немного – вырубим, обмотаем скотчем и сложим в багажник. Больше ничего. Вскрытие машины, как и устранение камер видеонаблюдения, я беру на себя. Камер в том месте всего две, так что особых проблем вообще не вижу.

Ну да, по части взлома электронных замков и прочей подобной ерунды лучшего кандидата, чем Касаткина, найти сложно. Вроде все понятно. Детали можно уточнить уже позже, перед самой операцией.

– На какой день будем планировать это увлекательное мероприятие? На сегодня? – спросил я.

– Да нет, это рано. Макс, несмотря на наше настроение, осторожность мы не потеряли, так что еще пару дней нужно понаблюдать, – ответила Настя. – Не будем делать поспешных выводов.

– Хорошая мысль, тем более нас никто особо не торопит, – согласился я. – Северов сказал, что Мирон в больнице еще пару недель проведет, так что времени хватает.

– Короче, можешь считать, что мы к тебе просто позавтракать заехали и поделиться последними новостями, – жизнерадостно сообщил мне Никита, хлопнул по спине и подмигнул. – У тебя еще несколько дней в запасе, можешь расслабиться и посвятить их своим новым романтическим отношениям.

Ну да, расслабишься тут! Днем встреча с Латуниной, которая неизвестно чем закончится, вечером – в Купол, и опять же никакого понимания развития событий… В общем, отдых тот еще намечается.

– Ладно, – Никита встал из-за стола и потянулся. – Поели, попили, пора и честь знать. Как говорится – гостям два раза рады: когда они приходят и когда уходят.

Настя допила свой кофе и тоже засобиралась.

– Ты только смотри, с девчонками поаккуратнее, а то погрязнешь в блуде и разврате, а нам потом тебя доставай из болота пороков! – улыбнулась она.

– Окей, – покорно кивнул я. – Чтобы тебя не расстраивать, придется погрязнуть в смирении и добродетели.

Я проводил ребят, убрал со стола и начал не спеша одеваться на встречу с Латуниной. Времени еще хватало, так что можно было особенно не торопиться.

К «Ливерпулю» я приехал вовремя, даже на двадцать минут раньше. Несмотря на неподходящее для ночных развлечений время, на парковке возле клуба стояло около десятка машин. Я набрал Вику, и она обещала скоро быть на месте.

Примерно через десять минут к клубу подкатил наглухо тонированный ярко-красный БМВ третьей серии – не в самом свежем кузове, но и не совсем древний. Нужно ли говорить, что из него выпорхнула Латунина? Вот никогда не понимал, что за страсть у девочек к «красненьким» машинам? И почему это обязательно должен быть БМВ? Я вышел из машины и подошел к ней. Одета она была примерно как и вчера, вот только голову покрывал глубокий капюшон, а глаза были скрыты за темными очками.

– Ну что, готов, Максим Соболев? – спросила она.

– Можешь называть меня просто Максом.

– Окей, – кивнула Вика. – Если твой ответ – да, то пошли внутрь, Макс, а то при дневном свете у меня быстро настроение портится.

На входе в клуб охранников не было, поэтому мы спокойно вошли внутрь. «Ливерпуль» встретил нас практически полной темнотой, и лишь в некоторых местах тускло горели темно-красные, практически бордовые лампы. Внутри было тихо, музыка не играла, слышался только звук работающей вентиляционной системы. Зал, понятное дело, был практически пустой. Правда, за двумя столами вдали от входа сидели какие-то люди, но самоцветов среди них не было.

Латунина сняла очки и подмигнула мне.

– Вот это совсем другое дело, здесь и дышится легче, – ну да, в полумраке она чувствовала себя намного лучше, это понятно.

Вика уверенно пошла к бару, за стойкой которого сидел полусонный бармен, и я, разумеется, пошел за ней. Когда мы подошли к стойке, он немного оживился и попытался изобразить подобие улыбки.

– Что вам предложить?

– Нам нужен Кузнечик.

– Третья ВИП-комната, – сказал бармен и махнул рукой в сторону длинного коридора, уходящего из правой стены зала куда-то вглубь заведения.

– Спасибо, – ответила вампирша.

На самом деле коридор оказался не очень уж и длинным, просто освещение и система зеркал в нем были устроены таким образом, что создавалось ощущение более глубокого пространства. Всего в нем было четыре двери, по две с каждой стороны. Нужная нам была второй слева.

– Ты с оружием? – спросила Вика.

– Да.

– Тогда сделай так, чтобы при необходимости его можно было быстро достать, – сказала она и расстегнула свою кожаную куртку. – Только без особой нужны постарайся не шуметь.

– Окей, – пообещал я, затем сунул пистолет за пояс и прикрыл его сверху толстовкой.

Без особых церемоний Латунина открыла дверь, и мы вошли в комнату. Внутри находились два человека, и оба были «изумрудами». Один из них развалился на диване, а второй сидел за столом на стуле. Тот, который занял диван, наверное, и был Кузнечиком. Во всяком случае, он очень походил на это насекомое телосложением – худой как палка, с удивительно длинными руками и ногами. Трудно не согласиться – весьма удачное прозвище. Ну а второй, судя по всему, был здесь в качестве охраны: как только мы вошли, он поднялся со своего места и начал нас настороженно осматривать.

– Мне нужен Кузнечик, – сказала Вика, после того как я закрыл за собой дверь.

Какое-то время «изумруды» молча пялились на нас, а затем тот, который занял диван, лениво произнес:

– Ну надо же, как интересно! Обычно ко мне приходят только вампиры, а тут и «змей» заявился! Неужели я становлюсь особо модным торговцем?

– Нет, не становишься, – поспешила его разочаровать Латунина. – Нам от тебя кое-что нужно.

– Ты знаешь, если ты хочешь удивить меня, то не получится, – Кузнечик широко улыбнулся. – Дело в том, что всем, кто приходит сюда, обычно что-то от меня нужно. Так что давай ближе к делу: что именно нужно и сколько?

– Мы не по наркоте, – сказала Вика. – Нам нужна от тебя кое-какая информация.

– Ну, это тоже можно устроить. Правда, это зависит от того, какая именно информация вам нужна, и от суммы, которую вы готовы за нее заплатить.

В этот момент я уловил еле заметное движение с той стороны, где стоял второй «изумруд» и почувствовал, как мое тело наливается приятной энергией, – в дело вступили боевые рефлексы. Несмотря на ужасное освещение в комнате, я все видел прекрасно, моя способность ночного зрения никогда не подводила, поэтому от меня не укрылось, что рука «изумруда» спряталась за спину. Вероятно, у парня за поясом был нож или ствол. В принципе, мне это все равно – расстояние было вполне достаточным, чтобы я успел нанести ему удар, ну а там уже посмотрим, у кого реакция получше.

– Нам нужна информация по поводу одной из твоих клиенток – Яны Поляковой, – без лишних предисловий сказала Латунина. – Понятное дело, что за информацию мы заплатим.

– Полякова? – лоб «изумруда» прорезала глубокая морщина, и он сделал вид, что пытается вспомнить, о ком идет речь. – Даже не знаю… Тут столько народа ходит, что сразу всех не упомнишь.

– Все нам и не нужны, – улыбнулась вампирша. – Только Полякова.

– Ну, если постараться, то можно попробовать, кое-что припомнить, – сказал Кузнечик. – Вот только пока непонятно: какого рода информация вам нужна?

– Нам нужно ее найти, поэтому подойдет любая информация. Например, как часто она здесь бывает, в какое время, звонит ли перед этим или приходит без предупреждения? Что угодно сгодится, если это поможет ее разыскать.

– Странно, – усмехнулся Кузнечик. – Вот не думал, что она потерялась…

– Я заплачу тебе за это двадцать тысяч, – продолжила Вика, не обращая внимания на его иронию.

– Двадцать тысяч? – лицо «изумруда» скривилось, будто Латунина только что нанесла ему кровную обиду. – За эти деньги я даже не смогу вспомнить, что ел сегодня на завтрак… Поэтому я вряд ли смогу помочь тебе. Что-то память совсем подводит меня в последнее время, так что, я думаю, вам лучше уйти.

Улучшенная способность профайлера громко кричала мне, что этот самоуверенный тип врет и Вика права – он знает то, что нам нужно.

– Знаешь, чувак, а мне кажется, что сумма вполне достаточная за то, чтобы ты немного поднапрягся и пришел нам на помощь, – сказал я.

Кузнечик явно не привык к подобному обращению, потому что его черты исказил приступ гнева, который он все-таки смог сдержать, и через мгновение на его лице вновь заиграло выражение самодовольного пофигизма.

– Забавно… Какой-то «змееныш» решил мне указывать, что делать…

Он сделал еле заметное движение правой рукой, рука второго «изумруда» вылетела из-за спины, но я уже ждал этого момента и успел собраться для активации своего сокрушительного удара. Мой кулак с хрустом врезался ему в челюсть, а удар был такой силы, что у меня загудела рука. «Изумруд» клацнул зубами и свалился на пол, выронив из руки нож. Добавки не требовалось – он лежал на полу, не подавая никаких признаков жизни. Понятное дело, что убить я его не убил, но вырубил надолго, это сто процентов. Пистолет применять не пришлось, это хорошо, вот только рука болит… Как бы в ней чего важного не треснуло.