Интерференция желаний
- -
- 100%
- +
— Какого именно? — спросил Паша.
— Большого. Умного. И обязательно доброго.
— Насколько большого?
— Как волк. Только чтобы никого не кусал.
— Где он будет жить?
— У нас.
— В квартире?
— Да.
— А гулять кто будет?
— Я. Утром и вечером.
— Даже в дождь?
Миша на секунду задумался.
— В дождь можешь ты.
Лена улыбнулась.
— А шерсть кто будет убирать?
— Мам, ну зачем сразу про шерсть?
— Потому что в ролике её не показали, а в квартире она будет.
Миша нахмурился, но отступать не собирался.
— Всё равно хочу.
— Давно? — спросил Паша.
— Давно.
— Сколько?
— Минут десять.
Через четверть часа Миша снова прибежал на кухню. Теперь он показывал квадрокоптер и объяснял, как будет снимать двор с высоты.
— Собака закончилась? — спросила Лена.
— Нет. Я и собаку хочу. Просто квадрокоптер сейчас сильнее.
В тот же день Паша записал в блокноте вопрос: «Миша действительно хотел собаку?» Ответ оказался не таким простым, как хотелось. Миша не притворялся. В момент просмотра он действительно предпочитал жизнь, в которой рядом был пёс. Желание было настоящим, но коротким. Оно не обязано было длиться двадцать лет, чтобы существовать. Ночью Миша разбудил родителей. Он стоял в дверях, прижимая к себе подушку.
— Мне приснилось, что в комнате кто-то был.
— Кто? — спросила Лена.
— Большой, чёрный. Я не видел лица.
Паша пошёл вместе с ним, открыл шкаф, заглянул под кровать и проверил окно.
— Никого нет.
— Я знаю. Но всё равно страшно.
— Ты хотел, чтобы он пришёл?
— Конечно нет!
— Но ты его очень ярко представил.
— Он сам приснился. Я хотел, чтобы он исчез.
Паша поправил одеяло и остался рядом, пока сын не уснул. На обратном пути он понял, что яркий образ и сильная эмоция ещё не означают желания. Кошмар показывал то, чего Миша хотел избежать. Настоящее направление было обратным: безопасность, свет, родители рядом. Через несколько дней Миша принёс из школы тетрадь. В задании нужно было привести примеры энергии. Он написал электрическую, тепловую, солнечную и «энергию желания». Последняя строка была подчёркнута красным, рядом стоял вопросительный знак.
— Ты же сам так говоришь, — возмутился Миша.
Паша достал карманный фонарь, вынул батарейки и положил его на стол.
— Хочешь, чтобы он загорелся?
— Хочу.
— Сильно?
— Очень.
— Представь свет и нажми кнопку.
Фонарь не включился. Паша вернул батарейки. Миша снова нажал кнопку, и лампа загорелась.
— В батарейках запасена химическая энергия. Фонарь превращает её в электрическую, а затем — в свет. Твоё желание определило, зачем ты нажал кнопку.
— Значит, энергия желания ненастоящая?
— Настоящее желание есть. Но слово «энергия» мы используем как образ. Точнее сказать: ты вносишь направленный вклад в историю, где свет включён.
— Это намного сложнее.
— Зато не приходится притворяться, будто желание можно измерить в батарейках.
Миша ещё несколько недель возвращался к собаке. Не каждый день и не так громко, как к квадрокоптеру, но желание не исчезало. Когда во дворе появлялся лабрадор Ричи, принадлежавший Пашиному другу Косте, которого Миша называл дядей Костей, мальчик просил дать поводок. Сначала ему нравилось только бежать рядом. Потом Костя заставил ждать, пока Ричи обнюхает каждый куст, и показал, как мыть лапы после дождя.
— Каждый раз? — спросил Миша, глядя на грязь в прихожей.
— Каждый раз, когда на улице грязно.
— А если я спешу?
— Собаке всё равно, спешишь ты или нет.
Ричи стряхнул воду на стену. Миша поморщился, но на следующей неделе снова пришёл гулять. Лена долго не соглашалась даже обсуждать покупку.
— Я не хочу, чтобы через месяц собака стала нашей с Пашей, а Миша только играл с ней по настроению.
— Я буду всё делать, — обещал Миша.
— Ты пока не умеешь вставать утром без трёх напоминаний.
— С собакой буду вставать.
— Это мы и проверим, — сказал Паша.
Они договорились месяц помогать Косте с Ричи. Миша выходил вечером, иногда утром по выходным. Несколько раз пытался отказаться, когда шёл дождь, но Паша напоминал, что проверить нужно не красивую картинку, а полную жизнь с животным. Через месяц желание не исчезло. Оно стало менее ярким и более серьёзным. Миша уже не хотел «пса как волк». Он говорил о собаке среднего размера, которая сможет жить в квартире и спокойно относиться к детям. Лена предложила съездить в приют.
— Только посмотреть, — предупредила она.
До субботы Миша изучал фотографии и постепенно собрал в голове почти готовую собаку. Щенок, мальчик, рыжий или трёхцветный, с длинными ушами, похожий на бигля. Весёлый, но не шумный. Умный, но уже обученный. Способный оставаться дома и не грызть мебель. Сотрудница приюта Нина выслушала его и спросила:
— Вам собака нужна или готовая картинка?
— Собака.
— Тогда придётся знакомиться не только с ушами.
Она показала им Финика. Щенок почти полностью совпал с образом. Длинные уши, трёхцветная шерсть, смешная морда. Он сразу прыгнул на Мишу, лизнул его в лицо, потом стащил со стола пачку салфеток и начал рвать.
— Вот такого я и хочу! — сказал Миша.
— Ему пять месяцев, — объяснила Нина. — Нужно заниматься каждый день. Пока он воет, когда остаётся один, и грызёт всё, до чего дотягивается.
— Научится.
— Научится, если кто-то будет учить.
Пока Лена расспрашивала об уходе, Финик испачкал ей пальто и попытался развязать Пашин шнурок. Внешне он был почти идеальным. Полная история вокруг него совсем не совпадала с Мишиной картинкой. Потом Нина привела их к другому вольеру. Там лежала взрослая чёрная собака с белым пятном на груди. Одно ухо стояло, другое свисало.
— Это Тоша. Ему около двух лет.
Тоша не прыгнул к ограде. Медленно подошёл, понюхал Мишину ладонь и сел рядом.
— Он не похож на бигля, — сказал Миша.
— Совсем не похож.
— И не рыжий.
— Тоже верно.
— А что он умеет?
— Ходить на поводке, ждать у двери, выполнять несколько команд. Дома спокойный, но поначалу боится оставаться один. Его уже забирали и вернули.
— Почему?
— Люди хотели готовую спокойную собаку. А первые недели он скулил и прятался. Они решили, что он им не подходит.
Миша присел. Тоша снова понюхал его руку, а потом осторожно ткнулся мордой в ладонь. На обратной дороге Миша долго молчал.
— Финик красивее, — сказал он наконец.
— И больше похож на твою мечту, — заметил Паша.
— Да. Но с Тошей как-то спокойно.
— Ты ведь хотел щенка.
— Хотел.
— Рыжего.
— Пап, я помню.
— Тогда почему Тоша?
Миша посмотрел в окно.
— Потому что я, наверное, хотел не уши.
Семья несколько раз приезжала гулять с Тошей. Потом взяла его на пробные выходные. В квартире он долго стоял в прихожей, испугался кофемашины и не заходил в Мишину комнату, пока тот не сел на пол. Ночью Тоша лёг у входной двери. Утром разбудил Пашу в шесть часов. После прогулки пришлось мыть лапы. На ковре осталась шерсть, а кусок сыра исчез со стола. Реальная собака снова не совпадала с удобной картинкой. Но вечером Тоша сам подошёл к Мише, положил голову ему на колени и уснул. Миша сидел неподвижно, боясь его потревожить.
— Кажется, главное совпало, — тихо сказала Лена.
Через две недели Тоша окончательно переехал к ним. В первое утро Паша разбудил Мишу в шесть.
— Твоя очередь гулять.
— Я вечером.
— Вечером тоже. А сейчас кто?
Миша хотел собаку и хотел спать. Оба желания были настоящими. В ту минуту сон победил, и Паша вышел один. На следующий день Миша всё-таки встал. Он шёл по мокрому двору, недовольно зевал, но держал поводок сам. Жизнь с Тошей постепенно отделяла желание от картинки, эмоции, слов и обещаний. Миша мог любить собаку и раздражаться из-за раннего подъёма. Бояться, что она убежит, и при этом хотеть давать ей больше свободы. Громко требовать игрушку и забывать о ней, но спокойно возвращаться к заботе о живом существе. Через полгода менеджер Илья позвонил Паше и сообщил, что в салон пришла белая X5 почти в той комплектации, о которой он мечтал. Паша поехал посмотреть. Машина стояла под светом, полностью совпадая со старой картиной. Но вместо восторга он начал считать доплату, потерю стоимости, новую страховку и оформление. Синяя BMW уже хранила семейные поездки, Мишину кепку на заднем сиденье и привычные адреса в навигаторе.
— Но вы же хотели белую, — удивился Илья.
— Хотел.
— А теперь?
— Сейчас хочу сохранить свою.
Вечером Паша записал: желание нельзя свести к названию объекта. Миша хотел не уши и не цвет шерсти, а живого друга. Паша хотел белую X5, пока не стал владельцем синей и не изменил всю ситуацию вокруг выбора. Слова, образы, эмоции и условия образовывали сложную карту. Чтобы понять, как желания могут взаимодействовать, сначала нужно было разобраться, что именно внутри человека заслуживает этого названия.
Глава 5. Что считается настоящим желанием
История Тоши началась с детского «хочу», которое было настоящим, хотя ещё не стало устойчивой мечтой.
Его ответ помог Паше сформулировать главное: настоящее желание не обязано быть большим, разумным или долгим. Миша действительно предпочёл реальность, в которой у него есть собака. Позже внимание переключилось, но первый выбор от этого не стал выдуманным.
Настоящее желание — это внутреннее предпочтение одного возможного результата другому. Человек не просто видит картинку, а говорит ей внутреннее «да»: «Я хочу, чтобы было так». Это определение отделяет желание от случайной мысли и от страха.
Человек может представить увольнение, аварию или болезнь и не хотеть их. Может сказать «хочу уволиться», хотя в действительности хочет закончить тяжёлый день, изменить график или перестать терпеть унижение. Слова не всегда точно называют результат. Поэтому важен вопрос: если событие действительно произойдёт, одобрю ли я его?
Желание не обязано быть разумным. Можно хотеть мести, дорогой вещи на последние деньги или возвращения в разрушительные отношения. Нравственная и практическая оценка не определяют, существует ли предпочтение. Механизм должен учитывать как созидательные, так и разрушительные цели.
Желание также не обязано быть исполнимым. Человек может хотеть вернуть умершего близкого к жизни, изменить прошлое или никогда не стареть. Существование желания и возможность буквального результата — разные вопросы.
Наконец, человек может хотеть несколько вещей одновременно. Паша хотел X5, белый цвет, отсутствие тяжёлого кредита и быстрое получение. Другой человек может хотеть дом у моря и одновременно не хотеть менять работу, продавать нынешнее жильё и отдаляться от близких. Каждая часть бывает настоящей; реальный выбор показывает их порядок.
Здесь важно не смешивать ядро и цену. Человек может хотеть бизнес и одновременно хотеть стабильный доход. Это не доказывает, что бизнес — ложная мечта. Оно показывает два профиля, которые нужно согласовать. Условие не уничтожает желание; оно очерчивает границы принимаемой истории. Паша записал рабочий критерий:
Настоящее желание существует там, где субъект различает возможный результат и внутренне предпочитает его другим состояниям.
Итог главы. Настоящее желание определяется не громкими словами, а внутренним выбором результата. Оно может быть коротким, противоречивым, неразумным и даже невозможным, но человек должен действительно одобрять его реализацию.
Глава 6. Желание, мысль, эмоция и страх
Кошмар Миши показал главное различие: яркая картина и сильная эмоция ещё не означают желания её осуществления.
Мысль показывает содержание: «Так может быть». Желание выбирает результат: «Пусть будет так». Эмоция сообщает, насколько сильно человек переживает ситуацию. Страх выделяет нежелательную возможность и побуждает от неё защититься.
Водитель видит грузовик и на секунду представляет столкновение. Он не желает аварии: мысль помогает ему снизить скорость. Врач думает об осложнении и назначает обследование. Инженер моделирует разрушение моста и усиливает конструкцию. Отрицательная картина может служить хорошему желанию, если человек хочет её предотвратить.
Эмоция тоже не задаёт направление сама. Зависть может привести к желанию купить такую же машину, стать успешнее Паши или лишить его автомобиля. Гнев способен породить стремление к справедливому разговору или к мести. Любовь матери может сопровождать желание поддержать сына, а может — удержать его рядом против его выбора. Чтобы понять вклад, нужно спрашивать не «что человек чувствует?», а «какого результата он хочет?».
Сильная эмоция не равна устойчивому желанию. Миша мог громко требовать игрушку и забыть о ней через час. Паша спокойно хотел BMW много лет. Эмоции могут косвенно усиливать желание: они снова возвращают внимание к теме, и человек создаёт новые акты внутреннего выбора. Но сами по себе они не являются направлением.
Особенно важно не превращать страх в скрытое пожелание беды. Мать, тревожащаяся за ребёнка, не притягивает несчастье одним беспокойством. Её желаемый результат — безопасность. Страх может повлиять на поведение: заставить чрезмерно контролировать, плохо спать, ошибаться или отказаться от действия. Тогда он входит в обычную причинную цепочку, но не становится желанием плохого.
Иногда за страхом стоит второе настоящее желание. Человек хочет выступить, но ещё сильнее хочет избежать унижения. Хочет сменить работу, но предпочитает не рисковать доходом. В таком случае точнее говорить не «страх победил», а «защитный профиль получил приоритет».
К этой схеме полезно добавить ожидание. Человек может хотеть солнца и ожидать дождь, желать победы и считать поражение вероятным. Прогноз не равен выбору. Но если человеку важно доказать, что он был прав, появляется отдельное желание подтверждения прогноза.
Итог главы. Мысль даёт возможный сюжет, эмоция выделяет его значимость, страх показывает нежелательный исход, а желание выбирает направление. Нежелательная картина не становится вкладом, пока человек не скажет ей внутреннее «да».
Глава 7. Осознанная формулировка и внутренний образ
Когда Миша говорил, что хочет собаку, короткая формулировка скрывала подробную картину: большой добрый пёс, который играет по желанию хозяина, спокойно остаётся дома и почти не создаёт хлопот. В приюте выяснилось, что слово и внутренний образ — не одно и то же.
Осознанная формулировка даёт желанию название и очерчивает его границы. Внутренний образ наполняет слова свойствами, ожиданиями и смыслом. Два человека могут одинаково сказать «хочу собаку», но один представит активного щенка для долгих прогулок, другой — спокойного взрослого пса, третий — красивого питомца, который почти не требует ухода.
Образ не обязательно выглядит как яркая фотография. Иногда человек представляет отдельную сцену, ощущение, распорядок дня или набор условий. Миша видел собаку возле своей кровати и рядом с собой после школы, но почти не видел ранних подъёмов, грязных лап, лечения и тревоги животного. Знакомство с Тошей расширило картину и помогло понять, какую жизнь мальчик действительно готов принять.
Полезно различать желаемый кадр и полную историю. Красивый щенок в приюте — кадр, годы заботы о живом существе — история. Свадьба не равна браку, ключи от квартиры — жизни с ипотекой, вывеска ресторана — ежедневному управлению людьми и расходами. Человек не обязан любить каждое последствие, но должен понимать, готов ли принять основную цену результата.
В желании обычно есть объект и функция. Миша хотел именно собаку, но главным для него оказалось не происхождение и не форма ушей, а живой друг, который станет частью семьи. Паша хотел именно X5 и одновременно комфорт, семейные поездки и чувство осуществлённой мечты. Объект и функция могут быть настоящими одновременно; не нужно объявлять одно маской другого.
Чтобы не запутаться, достаточно различать ядро, обязательные условия, предпочтения и путь. Для Миши ядром были живая собака и дружеская связь; безопасность семьи — обязательным условием; возраст и цвет шерсти — предпочтениями. Для Паши ядром были X5 и владение; безопасный бюджет — условием; белый цвет — предпочтением; конкретный салон и день покупки — деталями пути.
Формулировка не является заклинанием. Реальность не «теряет» частицу «не» и не требует магически идеального текста. Слова нужны прежде всего самому человеку и тем, с кем он собирается действовать: они помогают проверить, совпадает ли произносимая цель с жизнью, которую он действительно выбирает.
Тоша почти не совпал с первоначальной картинкой Миши, но попал в ядро желания. Финик совпал внешне, зато требовал именно той жизни, которую семья пока не была готова принять. Этот выбор показал: ясность возникает не от количества деталей, а от понимания того, какие из них действительно обязательны.
Итог главы. Формулировка называет желаемый результат, а внутренний образ показывает его жизнь изнутри. Чем честнее человек различает красивый кадр, полную историю, ядро и второстепенные детали, тем точнее понимает собственное желание.
Глава 8. От энергии к интенциональному вкладу
Опыт с фонарём заставил отказаться от буквального понимания «энергии желания» и искать более осторожный термин.
Слово «энергия» удобно как метафора силы и направленности. Но физическая энергия измеряется, передаётся и превращается из одной формы в другую. Мы не знаем, выходит ли из сознания излучение, где оно хранится и как его обнаружить. Поэтому в строгой модели нужен более осторожный термин — интенциональный, или направленный, вклад.
Интенциональный вклад — предполагаемое участие отдельного акта настоящего желания в формировании общей истории. Он не является веществом и не обязан лететь от человека к объекту. Он описывает, какую историю субъект предпочитает.
Паша хочет владеть X5. Илья хочет продать синюю X5. Лена хочет сохранить семейный бюджет. Эти вклады относятся к разным компонентам возможных историй. Сценарий покупки синей машины учитывает их лучше многих альтернатив. Для этого не нужно представлять невидимые лучи, сталкивающиеся в салоне.
Долгая мечта состоит из множества актов. Паша не создал один заряд в день первого знакомства с X5, который затем годами ждал исполнения. Он снова выбирал эту модель, когда видел её на дороге, изучал цены, откладывал деньги и приехал в салон. Повторение создаёт новые сходные вклады, а не обязательно накачивает один резервуар.
Фраза «вклад израсходовался» тоже требует перевода. Точнее сказать: каждый акт полностью входит в общую историю и не оставляет отдельного остатка. Если человек потом передумал, прошлый выбор не стирается — он уже мог повлиять на навыки, знакомства и решения. Новое желание добавляет новое направление.
Это понятие помогает уйти от простого деления на положительную и отрицательную энергию. Желание Ильи продать синюю машину поддерживает Пашино ядро «получить X5», но противоречит предпочтению белого цвета. Один и тот же вклад может быть сонаправленным по одному компоненту и противонаправленным по другому.
Далее выражение «энергия желания» будет встречаться только при обсуждении бытового языка, народных представлений и ранних формулировок Паши. В самой модели используется термин «интенциональный вклад».
Это не просто замена одного красивого слова другим. Термин фиксирует позицию книги: желание реально существует как направленное предпочтение субъекта; его более широкое участие в общей истории предполагается, но природа этого участия неизвестна. Книга не утверждает, что из сознания выходит излучение, заряд или волна, которую можно измерить физическим прибором.
Итог главы. «Энергия желания» — образное выражение, от которого строгая версия модели отказывается. Интенциональный вклад — предполагаемое участие настоящего желания в формировании общей истории. Это участие мыслится как реальное, но пока не имеет установленного физического носителя и измерительной процедуры.
Глава 9. Профиль желания
Отказ Паши обменять синюю X5 на белую показал, что желание меняется вместе с ситуацией и не сводится к названию объекта.
Желание нельзя свести к названию объекта. Оно является картой предпочитаемой истории — профилем. В профиль входят субъект результата, объект, желаемое изменение, свойства, срок, способ получения, продолжительность, последствия и неприемлемые варианты.
Первоначальный профиль Паши выглядел так: он становится владельцем X5, покупает её законно и безопасно для бюджета, долго пользуется, желательно получает белый цвет и тёмный салон. Синяя машина реализовала ядро и обязательные условия, но изменила предпочтение. Через полгода ситуация была другой: Паша уже владел X5, поэтому белый цвет больше не оправдывал крупную потерю денег.
Профиль помогает определить степень исполнения. Точное исполнение сохраняет ядро и обязательные условия. Существенно частичное — сохраняет ядро, но меняет важную деталь. Функциональный эквивалент даёт главную функцию другим способом, если сам объект не был ядром. Сновидение, в котором человек разговаривает с умершим близким, может дать ощущение встречи, но не вернуть человека к жизни; фотография, сделанная в молодости, сохраняет образ, но не останавливает старение тела.
Профиль также показывает, как желания взаимодействуют. Паша и Илья совпадали по факту сделки и модели, расходились по цвету и цене. Лена почти не определяла цвет, но сильно влияла на кредит. Поэтому вклады нельзя сложить как простые числа с плюсами и минусами.
Профиль меняется вместе с человеком. Старую мечту нельзя переписывать задним числом, но новый выбор может быть другим. Паша действительно хотел белую X5 тогда и действительно не хотел обменивать синюю сейчас.
Итог главы. Желание — не точка, а профиль. Интерференция происходит между его отдельными компонентами, поэтому один итог способен одновременно исполнить одну часть мечты и изменить другую.
Часть III. Механика индивидуального желания
Литературное вступление. Тридцать дней
В начале следующего марта Паша, Лена и Миша зашли в магазин электроники за обычным кабелем для телевизора. Возле входа стояла игровая приставка, на большом экране шла гонка по ночному городу, а рядом лежали два контроллера. Миша остановился так резко, что Лена едва не столкнулась с ним.
— Я хочу такую, — сказал он.
Паша посмотрел на ценник и предложил сначала купить кабель. Миша не двинулся. Он уже знал, какие игры установит, кого позовёт и куда переставит книги, чтобы освободить место под телевизором. Через пять минут он объявил, что отдаст все накопления, продаст старый планшет и до лета больше ничего не попросит.
— Я никогда ничего так сильно не хотел, — сказал он.
— Тогда желание выдержит тридцать дней, — ответил Паша. — Отметь дату. Если через месяц ты всё ещё будешь хотеть приставку, обсудим её снова.
Миша назвал условие несправедливым, потому что через месяц цена могла измениться, приставки могли закончиться, а родители всё равно не обещали покупку. Но дату в календаре отметил. Первую неделю он каждый день смотрел обзоры. Во вторую вспоминал о приставке трижды. На третьей Костя попросил помочь с Ричи, а занятия с Тошей снова заняли почти всё внимание Миши. В день, обведённый красным кругом, он прошёл мимо календаря и ничего не заметил. Паша сам напомнил о сроке.
— Всё ещё хочешь?
— Хочу, — ответил Миша после паузы. — Но уже не так. Сейчас я больше хочу, чтобы Тоша перестал бояться грузовиков.
Желание приставки было очень сильным в магазине, но коротким. Желание жить с собакой оказалось тише, зато возвращалось месяцами и выдерживало знакомство с неудобствами. Паша понял, что привычное слово «сила» скрывает разные свойства. Можно хотеть ярко, но недолго. Можно хотеть спокойно и годами. Можно сто раз повторить фразу за вечер, а можно возвращаться к одной цели в разных обстоятельствах и каждый раз принимать новые решения. Жизнь с Тошей быстро превратила эти рассуждения в практику. Собака просыпалась раньше семьи. В дни, когда гулять должен был Миша, он вечером уверенно говорил, что встанет, а утром прятался под одеяло. Он по-настоящему хотел быть хозяином Тоши и по-настоящему хотел спать. Паша не считал одно желание ложным. Он просто видел, какое из них получает действие в конкретный момент.
В первые недели расписание прогулок существовало только на бумаге. Миша охотно выходил после школы, когда во дворе были друзья, и заметно хуже относился к утренним дежурствам. Однажды он три раза перевёл будильник, а потом заявил, что Тоша наверняка тоже хочет поспать. Паша не стал спорить о мотивах собаки. Он просто показал на дверь, у которой Тоша уже сидел с поводком в зубах. Семья изменила порядок. Одежду готовили вечером, поводок повесили рядом с курткой, дни распределили заранее. Если Миша хотел поменяться, он должен был договориться до сна, а не в шесть утра. Через несколько недель подъём не стал приятным, но перестал каждый раз превращаться в отдельную битву. Причинный канал оказался важнее обещания быть идеальным хозяином. Миша решил научить Тошу команде «сидеть». Сначала он повторял слово громче и быстрее, будто количество звуков должно победить непонимание. Тоша тревожился и отходил. Нина из приюта, к которой семья обратилась за советом, объяснила, что нужно показать собаке, какое действие ожидается, и поощрять правильный момент. Пять минут спокойной тренировки давали больше, чем двадцать раздражённых повторений.