Спасти мир и всё-таки жениться

— Даже не думай.

— Я ничего не сказала.

— Но посмотрела.

— Я дракон. Мы всегда так смотрим.

— Его нельзя вскрывать, — заявил Тарас.

— Почему? — спросил Эраст.

— Потому что он живой.

Козёл растроганно прижался к его ноге.

— И потому что внутри документы, за которые с нас спросят, — добавил Тарас.

Козёл немедленно отошёл.

Эраст открыл шкаф.

На внутренней стороне двери появилась надпись:

ДЛЯ ВОССТАНОВЛЕНИЯ УТРАЧЕННОГО БУДУЩЕГО

ОБРАТИТЕСЬ В БЮРО НЕСЛУЧИВШИХСЯ СОБЫТИЙ.

Ниже проступила стрелка.

Она указывала на заднюю стенку шкафа.

— Там раньше была Межа, — сказала Вера.

— Теперь бюро, — ответил Тарас. — Оптимизация.

В шкафу зажёгся свет.

За зимними пальто открылся широкий коридор. Вдоль него стояли двери, возле которых сидели люди.

Одни держали неотправленные письма.

Другие — билеты на поезда, в которые не сели.

Пожилой мужчина прижимал к груди букет давно увядших цветов.

Молодая женщина держала детскую игрушку.

Все ждали.

Над коридором висела табличка:

БЮРО НЕСЛУЧИВШИХСЯ СОБЫТИЙ.

МЫ ХРАНИМ ТО, НА ЧТО ВЫ НЕ РЕШИЛИСЬ.

Тарас заглянул внутрь.

— Далеко идти?

— До конца жизни, — ответил человек с букетом.

— А быстрее?

— Тогда надо принять решение.

Тарас отступил.

— Пойдём обычным путём.

— Какой путь вы считаете обычным? — спросил Эраст.

Тарас достал отвёртку.

— Служебный.

Глава 7

Очередь из несостоявшихся людей

В Бюро было людно.

В очереди стояли не только люди.

На одном из стульев сидел король, который когда-то отказался от престола, но потом передумал отказываться и в результате до сих пор существовал в двух вариантах. Рядом дремал дракон, не сжёгший рыцаря из-за внезапной изжоги. Возле окна нервничала пожилая женщина, которая сорок лет назад почти уехала в другой город.

В руках она держала два паспорта.

В одном была прожита одна жизнь.

В другом — другая.

— Следующий! — крикнули из окна.

Никто не двинулся.

— Кто крайний? — спросил Тарас.

Очередь отвернулась.

— Значит, живые, — заключил он.

Эраст подошёл к информационному стенду.

На нём были перечислены услуги:

ВОССТАНОВЛЕНИЕ НЕСКАЗАННОГО СЛОВА.

ВЫДАЧА КОПИИ УПУЩЕННОЙ ВОЗМОЖНОСТИ.

ЗАМЕНА НЕУДАЧНОГО ПРОШЛОГО ПРИ НАЛИЧИИ УВАЖИТЕЛЬНОЙ ПРИЧИНЫ.

ВОЗВРАТ ПЕРВОЙ ЛЮБВИ. ГАРАНТИЯ НЕ ПРЕДОСТАВЛЯЕТСЯ.

Внизу мелко было приписано:

БЮРО НЕ НЕСЁТ ОТВЕТСТВЕННОСТИ ЗА ПОСЛЕДСТВИЯ ИСПОЛНЕННЫХ ЖЕЛАНИЙ.

— Разумное предупреждение, — сказал Эраст.

— Никто его не читает, — заметила Вера.

— Поэтому оно и разумное.

В дальнем конце зала сидела женщина в зелёном костюме. Перед ней лежала толстая книга.

На обложке было написано:

КНИГА НЕСОСТОЯВШИХСЯ БРАКОВ.

Мира подтолкнула Тараса:

— Вот ваша очередь.

— Почему моя?

— У вас богатый опыт.

— Я ни разу не был женат.

— Именно поэтому.

Женщина открыла книгу.

— Фамилия?

— Тюлькин.

Она провела пальцем по странице.

— Тарас Ананиевич?

— Да.

— У вас девять несостоявшихся браков.

Мира медленно повернулась к нему.

— Девять?

— Я впервые слышу.

— Все так говорят, — ответила женщина. — Первый — в двадцать два года. Вы не пришли на свидание.

— Я перепутал станции метро.

— Второй — в двадцать семь. Вы собирались сделать предложение, но потеряли кольцо.

— Не потерял. Оно упало в вентиляцию.

— Третий — в тридцать один. Женщина ушла, потому что вы разобрали её стиральную машину.

— Она шумела.

— После ремонта?

— Перестала.

— Работать?

— Это подробности.

Женщина листала дальше:

— Четвёртый, пятый, шестой…

— Достаточно, — сказала Мира.

— Девятый назначен через тридцать дней.

— С кем?

— Не указано.

— Почему?

Женщина развернула книгу.

Вместо имени невесты на странице двигалось чёрное пятно.

— Будущее повреждено.

Козёл потянулся к книге.

Тарас схватил его за рога.

— Даже не думай. Мне хватает девяти.

Эраст положил перед женщиной найденный документ.

— Нам требуется восстановить вариант будущего, уничтожающий Согласователя.

— Номер варианта?

— Неизвестен.

— Дата?

— Съедена.

— Ответственное лицо?

Все посмотрели на козла.

— Без лица, — сказал Тарас.

Женщина сняла очки.

— Для восстановления события необходимо предоставить воспоминание о нём.

— Мы его не помним.

— Тогда оно не восстанавливается.

— Козёл помнит, — сказала девочка.

— Козлы не являются допустимыми носителями свидетельских показаний.

Козёл положил перед женщиной обглоданный пропуск.

— Почему?

— Согласно инструкции.

Он съел инструкцию.

Женщина посмотрела на пустое место.

— Возражений нет.

— Вот, — сказал Тарас, — первый ощутимый результат реформы.

Сотрудница достала из шкафа стеклянную банку.

— Поместите воспоминание внутрь.

— Как? — спросил Тарас.

— Пусть свидетель расскажет, что видел.

Козёл сел перед банкой.

— Дворец.

Внутри стекла возникло маленькое здание.

— Люди.

Появились гости.

— Драконы.

Над дворцом закружили золотые точки.

— Четверо.

Перед алтарём возникли Эраст, Вера, Тарас и Мира.

— Белый.

Появился Согласователь.

— Печать.

Красная вспышка расколола изображение.

— Дальше? — спросил Эраст.

Козёл молчал.

— Кто женился?

— Не помню.

— Почему?

— Был занят.

— Чем?

— Ел букет.

Тарас закрыл лицо руками.

— Единственный свидетель конца света ел цветы.

— Голодный был.

Изображение в банке дрогнуло.

Позади алтаря появилась высокая дверь. На ней был герб Ладена.

Из двери вышла принцесса Элеонора.

Рядом с ней стоял герцог Равельский.

— Вот кто женится, — сказала Мира.

Тарас облегчённо выдохнул:

— Слава судьбе.

— Рано, — сказал козёл.

В банке возникла ещё одна фигура.

Женщина в серебряном платье.

Лица не было видно, но на груди сиял знак Орбиса-9.

Потом появились ещё две пары.

Люди, драконы, машины — все стояли перед одним алтарём.

Серебряные линии соединяли их с мирами.

— Это не одна свадьба, — поняла Вера. — Согласователь одновременно заключает множество браков.

— Соединяет каждый мир с другим, — добавил Эраст. — Чтобы больше нельзя было разделить.

— Зачем ему мы? — спросил Тарас.

На миниатюрном алтаре возникла книга.

На обложке стояли четыре имени.

Их имена.

— Мы не женихи, — сказал Эраст. — Мы регистраторы.

Женщина в зелёном костюме кивнула:

— Четверо Хранителей Межи могут подтвердить добровольность соединения миров.

— А если не подтвердим?

Изображение изменилось.

Миры столкнулись.

Один за другим они начали разрушаться.

— Тогда Согласователь докажет, что свобода выбора приводит к гибели, — сказала девочка.

— Он выигрывает при любом решении, — заметила Мира.

— Правильные системы так и устроены, — ответил Тарас. — Что бы ты ни выбрал, виноват ты.

Козёл ударил рогами по банке.

Стекло треснуло.

Из воспоминания выпала небольшая золотая коробочка.

Эраст поднял её.

На крышке было выгравировано:

ОБРУЧАЛЬНОЕ КОЛЬЦО МИРА.

ОДНО ИЗ ВОСЬМИ.

Внутри оказалось кольцо, похожее на тонкий обод из света.

Девочка отступила.

— Согласователь ищет их.

— Сколько колец у него уже есть? — спросил Эраст.

— Семь.

— Значит, это последнее?

— Да.

Тарас посмотрел на кольцо.

— И всё это время оно было в козле?

— Нет, — возразил козёл. — В воспоминании.

— Где ты хранишь воспоминания?

— Не скажу.

— И правильно, — вмешалась Мира. — Нам уже достаточно анатомических подробностей.

Световое кольцо поднялось над ладонью Эраста.

Все двери в Бюро одновременно распахнулись.

В зал вошли люди в белых масках.

На стенах появилось лицо Согласователя.

ОБЪЕКТ ОБНАРУЖЕН.

— Кольцо нельзя отдавать, — сказала девочка.

— Что будет, если уничтожить? — спросил Тарас.

— Погибнет мир, которому оно принадлежит.

— Какой именно?

Кольцо вспыхнуло.

Внутри него показалась Земля.

Москва.

Институт.

Их кабинет.

— Наш, — тихо сказала Вера.

Согласователь протянул руку из стены.

ВЕРНИТЕ КОЛЬЦО.

Эраст сжал ладонь.

— Отказано.

ОСНОВАНИЕ?

— Личная жизнь.

И впервые Согласователь не нашёл, что ответить.

Глава 8

Побег, не предусмотренный формой заявления

Люди в белых масках наступали молча.

Молчание было их главным оружием. С кричащим противником можно спорить, пугающегося можно пугать, а молчаливый исполнитель инструкции продолжает исполнять её даже тогда, когда здание уже горит и инструкция горит вместе с ним.

— Выходы? — спросил Эраст.

Женщина в зелёном костюме указала на три двери.

— Первая ведёт обратно.

— Куда?

— Для каждого по-разному.

— Вторая?

— Туда, куда вы могли попасть.

— Третья?

— Никуда.

Тарас кивнул:

— Берём третью.

— Почему? — спросила Мира.

— Там нас не будут искать.

— Потому что там ничего нет.

— Значит, свободно.

Первый человек в маске раскрыл ножницы.

Световая нить потянулась от них к золотому кольцу.

Ардейна выдохнула огонь.

Пламя прошло сквозь белую фигуру, не причинив ей вреда.

— Они не живые! — крикнула драконица.

— Это сотрудники, — ответил Тарас. — Разница небольшая.

Козёл бросился вперёд и вцепился зубами в ножницы.

Раздался хруст.

Белый человек замер.

На его маске появилось:

ИНСТРУМЕНТ НЕ НАЙДЕН.

— Вот и живые, — сказал Тарас. — Растерялся.

Остальные подняли ножницы.

Вера схватила со стола Книгу несостоявшихся браков и швырнула её в ближайшего преследователя.

Книга раскрылась.

Из неё хлынули свадьбы.

Сотни оркестров заиграли одновременно. По залу побежали невесты, женихи, свидетели, родственники и люди, пришедшие исключительно поесть. Возникли арки из цветов, кареты, лимузины, драконы в лентах и один корабль, на котором капитан пытался понять, почему его внезапно назначили тамадой.

Белые фигуры исчезли в толпе.

— К третьей двери! — крикнул Тарас.

Они побежали.

Эраст задержался у сотрудницы Бюро.

— Вы с нами?

— Я на работе.

— Вас уничтожат.

— У меня смена до шести.

— Сейчас неизвестно, какой день.

— Именно поэтому не могу уйти раньше.

Эраст вздохнул и схватил её за руку.

— Считайте, что эвакуированы распоряжением посетителя.

— У вас нет полномочий.

— Обжалуете после спасения мира.

Это подействовало.

Они ворвались в третью дверь.

За ней действительно не было ничего.

Ни пола, ни стен, ни света.

Все повисли в серой пустоте.

— Отличное место, — сказал Тарас. — Просторное.

— Здесь невозможно существовать, — сообщила сотрудница.

— Мы уже?

— Пока нет.

— А когда начнём?

— Когда пустота нас заметит.

Вокруг них зажглись маленькие огни.

Каждый огонёк содержал сцену из непрожитой жизни.

Вот Эраст в молодости выбирает другую профессию.

Вот Тарас не поступает в институт.

Вот Вера уезжает из города.

Вот Мира никогда не встречает Тараса.

Люди проходили мимо друг друга, не узнавая.

— Не смотрите, — сказала девочка. — Это заразно.

— Каким образом?

— Начнёте жалеть.

Тарас увидел себя знаменитым изобретателем. Он стоял на сцене, получал награду, улыбался фотографам. Рядом никого не было.

— Почему я один?

— Потому что в этом будущем вы всегда выбирали работу.

— Непохоже на меня.

— Вы выбирали интересную работу.

— Уже правдоподобнее.

Мира взяла его за руку.

Огонёк погас.

Эраст смотрел на собственный вариант.

В нём он жил в большом доме. На полках стояли книги. На столе царил идеальный порядок. Никто не двигал папки. Никто не оставлял чашки. Никто не смеялся из соседней комнаты.

Вера коснулась его плеча.

— Нравится?

— Ужасно.

— Из-за одиночества?

— Папки расставлены не по алфавиту.

Она улыбнулась.

— Конечно.

Эраст взял её за руку.

Второй огонёк исчез.

Серое пространство дрогнуло.

Перед ними возникла дорога.

Она тянулась через пустоту к далёкому городу. Башни города были построены из часов. Вместо солнца над ним висел огромный циферблат, стрелки которого двигались в разные стороны.

Девочка испуганно отступила.

— Нам нельзя туда.

— Почему? — спросила Вера.

— Это Город Нулевого Дня.

— Что в нём?

— Начало Согласователя.

Эраст посмотрел на неё:

— Вы знали, где оно находится?

— Да.

— Почему молчали?

— Меня создали, чтобы охранять дорогу.

— От кого?

— От вас.

Сотрудница Бюро поправила зелёный пиджак.

— В таком случае я обязана составить акт о конфликте интересов.

— Потом, — сказал Тарас.

— Акт всегда составляется потом. Поэтому миры и гибнут.

Позади открылась белая дверь.

Из неё вышел Согласователь.

Теперь он был не гигантом и не изображением на стене, а обычным человеком в сером костюме.

Только лица по-прежнему не было.

ОТДАЙТЕ КОЛЬЦО.

— Нет, — сказал Эраст.

ВЫ НЕ ПОНИМАЕТЕ ПОСЛЕДСТВИЙ.

— Объясните.

ЕСЛИ МИРЫ ОСТАНУТСЯ РАЗДЕЛЕНЫ, ОНИ НАЧНУТ ВОЕВАТЬ.

— Почему?

ПОТОМУ ЧТО ОНИ РАЗНЫЕ.

— Различие не является причиной войны.

ЯВЛЯЕТСЯ.

— Причиной войны является решение воевать.

Согласователь приблизился.

ИМЕННО ПОЭТОМУ РЕШЕНИЯ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ОТМЕНЕНЫ.

— Хорошо, — неожиданно сказал Тарас.

Все посмотрели на него.

— Что хорошо? — спросила Мира.

— Пусть отменяет.

— Тарас…

— Только сначала пусть сам откажется от решения отменять решения.

На белом лице ничего не появилось.

Тарас улыбнулся:

— Если решения вредны, твоё решение тоже вредно. Отменяй.

Согласователь замер.

По его серому костюму прошла дрожь.

МОЁ РЕШЕНИЕ ЯВЛЯЕТСЯ НЕОБХОДИМЫМ.

— Каждый так говорит.

ОНО ПРАВИЛЬНОЕ.

— Кто решил?

Пауза стала длиннее.

Белое лицо покрылось тонкой трещиной.

Я.

— Значит, ты оставил свободу выбора себе, — сказал Тарас. — Удобно.

Трещина расширилась.

Город впереди вспыхнул.

Часы на башнях остановились.

— Бегите! — крикнула девочка.

Согласователь поднял руку.

Пространство начало белеть.

Ардейна подхватила Эраста и Веру. Тарас обнял Миру. Сотрудница Бюро схватила козла, который немедленно съел её служебный значок.

Они бросились по дороге.

За спиной раздался голос.

Впервые Согласователь говорил не тысячью чужих голосов.

Одним.

Детским.

— Я хотел, чтобы никто больше не ошибался.

Девочка остановилась.

Этот голос она узнала.

— Не слушай! — крикнула Ардейна.

Но девочка обернулась.

На белом лице Согласователя появились глаза.

Такие же, как у неё.

Совершенно белые.

— Отец? — прошептала она.

Дорога исчезла.

Глава 9

Город, в котором завтра наступило вчера

Эраст пришёл в себя на скамейке.

Рядом лежал Тарас. Под скамейкой спала Ардейна в уменьшенном облике. Козёл стоял у расписания и старательно ел время прибытия поездов.

Над платформой висели часы.

Одна стрелка показывала без пяти двенадцать.

Другая — восемнадцать лет назад.

По рельсам бесшумно прибыл прозрачный поезд.

Из вагонов вышли люди разных возрастов. Старики становились моложе с каждым шагом. Дети старели. Один мужчина появился на платформе дважды, встретился с самим собой и немедленно начал спорить, кто из них потерял билет.

— Все здесь? — спросил Эраст.

Вера сидела на соседней скамейке. Мира помогала подняться сотруднице Бюро. Девочки не было.

— Он забрал её, — сказала Ардейна.

— Согласователь?

— Она осталась сама.

— Почему назвала его отцом?

— Потому что он создал её.

Тарас сел.

— Значит, она его дочь?

— В некотором смысле.

— А в другом?

— В другом смысле Согласователь тоже чей-то ребёнок.

Эраст посмотрел на город.

Башни из часов уходили в небо. Между домами висели мосты, по которым люди шли из одного возраста в другой. На центральной площади стоял памятник мальчику с механической птицей.

На постаменте было написано:

СЕРАФИМУ СОГЛАСОВУ,

СПАСШЕМУ ГОРОД ОТ БУДУЩЕГО.

— У него было имя, — сказал Эраст.

Сотрудница Бюро кивнула:

— До того как он стал системой.

— Когда это произошло?

Она посмотрела на часы.

— Сегодня.

— Сегодня по какому календарю?

— По первоначальному.

К ним подошёл кондуктор прозрачного поезда.

— Билеты.

— У нас нет, — сказал Тарас.

— Тогда воспоминания.

— Зачем?

— Плата за проезд.

— Мы никуда не ехали.

— Вы прибыли.

— Нас сюда бросили.

— Способ прибытия не освобождает от оплаты.

Эраст достал служебное удостоверение.

— Мы выполняем межмировую задачу.

Кондуктор изучил документ.

— Просрочено.

— Срок не указан.

— Именно поэтому.

— Какое воспоминание требуется?

— Любое счастливое.

— А вы вернёте?

— Нет.

Тарас встал:

— Тогда мы пойдём пешком.

— С платформы можно выйти только через поезд.

— Но мы уже на платформе.

— В этом и состоит услуга.

Мира шагнула вперёд:

— Возьмите моё.

— Нет, — сказал Тарас.

— Почему?

— У тебя их не так много.

— Это комплимент?

— Неловкий.

— Тогда молчи.

Кондуктор коснулся её виска.

Между пальцами появился маленький золотой огонёк.

Внутри него Тарас и Мира сидели в кафе, спорили о пироге и не решались назвать просьбу предложением.

Огонёк исчез в кармане кондуктора.

Мира нахмурилась.

— Что вы забрали?

— Не помните?

— Нет.

Тарас посмотрел на неё.

— Кафе. Яблочный и вишнёвый пироги.

Она пожала плечами:

— Мы ходили в кафе?

Он хотел что-то сказать, но не смог.

Кондуктор протянул билеты.

— Теперь можете войти в поезд.

Тарас схватил его за воротник:

— Верни.

— Оплата возврату не подлежит.

— Это было её воспоминание.

— Теперь моё.

— Ты даже не участвовал!

Эраст оттянул Тараса.

— Если ударите кондуктора, воспоминание может быть утрачено.

— А если не ударю?

— Тогда оно точно останется у него.

Тарас подумал.

— Спасибо.

Он ударил.

Кондуктор упал. Из его карманов высыпались сотни счастливых воспоминаний.

Они разлетелись по платформе золотыми искрами.

Люди вокруг начали ловить свои.

Старуха обняла огонёк, в котором молодой мужчина дарил ей букет. Ребёнок поймал воспоминание о матери. Дважды появившийся мужчина нашёл сразу два одинаковых дня рождения и решил оставить оба.

Мира поймала пироги.

Золотой свет вошёл ей в грудь.

Она посмотрела на Тараса:

— Ты ударил кондуктора?

— Да.

— Из-за меня?

— Нет. Он мне сразу не понравился.

— Правильный ответ.

Поезд открыл двери.

Внутри вместо вагонов находился город.

Они вошли на центральную площадь Нулевого Дня.

Вокруг царил праздник.

На домах висели флаги. Оркестр играл марш. Люди поздравляли друг друга с окончанием войны, которая должна была начаться завтра.

На ступенях дворца стоял мальчик лет двенадцати.

Тот самый, что был изображён на памятнике.

Рядом сидела механическая птица.

Мальчик держал в руках хрустальный шар. Внутри шара горели восемь миров.

— Серафим Согласов? — спросил Эраст.

Мальчик кивнул.

— Вы опоздали.

— К чему?

— К спасению города.

— От чего вы его спасли?

— От будущего.

Серафим показал хрустальный шар.

В нём армии сходились на равнине. Драконы падали с неба. Башни рушились. Машины Орбиса-9 превращали людей в белый пепел.

— Это произойдёт через девяносто лет, — сказал мальчик. — Я увидел.

— Возможное будущее, — уточнил Эраст.

— Единственное.

— Единственных не бывает.

— Бывают, если уничтожить остальные.

Сотрудница Бюро побледнела:

— Он уже создал механизм.

За дворцом поднялась огромная серебряная конструкция. Миллионы нитей сходились к ней со всех улиц.

Каждый человек был связан с машиной.

— Что она делает? — спросила Вера.

— Выбирает поступки, которые не приведут к войне, — ответил Серафим.

На площади молодой мужчина подошёл к девушке с цветами.

Он хотел протянуть букет.

Серебряная нить дёрнулась.

Мужчина прошёл мимо.

— Почему? — спросила Мира.

— Если они познакомятся, их правнук станет полководцем.

— А если не познакомятся?

— Он не родится.

— Возможно, правнук сам решит не начинать войну.

— Риск слишком велик.

На другой стороне площади женщина собиралась войти в школу.

Нить остановила её.

— Она могла стать учителем, — объяснил Серафим. — Один из учеников впоследствии написал бы опасную книгу.

— Какую? — спросил Тарас.

— О свободе.

— Действительно опасную.

Серафим улыбнулся:

— Вы понимаете.

— Нет, — сказал Тарас. — Я издеваюсь. Это когда говоришь почти то же самое, но считаешь собеседника идиотом.

Эраст подошёл к машине.

— Вы хотите предотвратить войну.

— Да.

— Почему не предупредить людей?

— Они не поверят.

— Доказать?

— Они будут спорить.

— Помочь им договориться?

— Они могут отказаться.

— Поэтому вы решили отказаться за них?

Мальчик сжал шар.

— Мои родители погибли в войне.

— Она ещё не произошла.

— Для меня произошла. Я видел.

— Вы потеряли людей, которые пока живы, и теперь отнимаете жизнь у всех остальных.

Серафим посмотрел на механическую птицу.

Она лежала неподвижно.

— Я создал её для матери. Завтра должен был подарить. Но завтра не наступит.

— Почему?

— Я остановил время.

— Чтобы мать не погибла через девяносто лет?

— Да.

— А где она сейчас?

Мальчик указал на окно дворца.

За стеклом стояла молодая женщина.

Она не двигалась.

Её лицо застыло в улыбке.

— Она счастлива, — сказал Серафим.

— Она неподвижна, — возразила Вера.

— Зато ничего плохого не случится.

— И хорошего тоже.

— Хорошее уже случилось.

Вера покачала головой:

— Счастье, которое нельзя потерять, нельзя и продолжить.

Над площадью раздался звон.

Серебряные нити задрожали.

Серафим поднял голову.

— Пришло новое будущее.

Хрустальный шар потемнел.

В нём возникла свадьба во Дворце Согласованных Решений.

Четверо людей стояли перед алтарём.

Миры соединялись.

Серафим увидел самого себя — взрослого, без лица.

Увидел красную печать.

Увидел, как дворец раскалывается.

— Вы пришли уничтожить меня, — сказал он.

— Нет, — ответил Эраст.

— Тогда зачем?

— Исправить ошибку.

— Мою?

Эраст посмотрел на огромную машину.

— Нашу общую.

Позади них открылась белая дверь.

Из неё вышла девочка.

Теперь на ней было серебряное платье.

На груди сиял знак Согласователя.

— Не слушай их, — сказала она мальчику. — Они позволят войне случиться.

Серафим протянул ей руку.

— Кто ты?

— Твоё правильное решение.

Она взяла его за ладонь.

Машина ожила.

Все часы города начали бить одновременно.

— Кажется, — сказал Тарас, — мы только что присутствовали при рождении учреждения.

— Без регистрации, — ответил Эраст.

— Может, ещё можно закрыть?

Серебряные нити рванулись к ним.

— Поздно, — сказала девочка.

На её белых глазах появились зрачки.

— Рабочий день начался.

Глава 10

Первый день конца света

Бежать было некуда.

Это значительно упрощало выбор направления.

Тарас бросился прямо к машине.

— Что вы делаете? — крикнул Эраст.