Китайский опыт управления научно-технологическим развитием в сфере обороны и безопасности

1 октября 1949 года в Пекине провозглашено образование Китайской народной республики. Была завершена длившаяся с перерывами с 1926 года гражданская война между партией Гоминьдан и китайскими коммунистами.

Руководство страны, во главе с Мао Цзэдуном, активно приступило к восстановлению государства и решению насущных задач экономического развития и военной модернизации. Обладание надежным военным потенциалом было особенно актуальным в условиях сложной международной обстановки, создававшей серьезные угрозы национальной безопасности.

Сложность решения этой задачи определялась, в первую очередь, тем, что за время гражданской войны и войны с Японией промышленность страны была, во многом, разрушена, а сохранившие работоспособность предприятия использовали, в основном, устаревшее оборудование и технологии. Оставшийся после войны промышленный потенциал был неспособен производить в достаточных количествах продукцию, необходимую для восстановления страны и обеспечить производство необходимого вооружения и военной техники.

Не лучше обстояли дела и с научно-технологическим потенциалом, необходимым для ускоренного развития высокотехнологичных отраслей промышленности, являющихся основой для создания современного вооружения.

Решение проблемы послевоенного восстановления научно-технологического и промышленного потенциала могло быть найдено только на основе продолжения использования ставших уже традиционными механизмов привлечения в страну иностранных технологий.

Поскольку традиционные поставщики передовых технологий – страны Западной Европы и США по политико-идеологическим соображениям не могли рассматриваться новым коммунистическим правительством в качестве надежной опоры для устойчивого экономического и научно-технологического развития, единственной возможностью привлечь значительную иностранную помощь было углубленное сотрудничество с СССР, обладавшим значительным научно-технологическим потенциалом и руководствовавшимся той же коммунистической идеологией.

2.1 Помощь СССР в разработке и реализации плана послевоенного восстановления экономики и создании современной оборонной промышленности

В докладе, подготовленном в начале 1950 года и являвшимся внутренним документом КПК, приведены данные об экономическом положении Китая за первую и частично вторую половину 1949 года.16

Как отмечено в докладе, удельный вес промышленности в экономике страны составлял 10%, а сельского хозяйства и кустарного производства – 90%. Преобладала легкая промышленность. В 1935 г. – в промышленности производство средств производства составляло 5,5%, а производство средств потребления – 94,5%.

В рассматриваемый период удельный вес государственной промышленности Китая достигал 60%. По угольной промышленности он равнялся 70%, по выработке железа – 60%, стали – 90% электроэнергии – 78%, электрооборудования – 36%, цемента – 60%. Все железные дороги находились в руках государства. Сельское хозяйство носило характер мелкого, частного производства. Земельная реформа была проведена только в Маньчжурии и в Северном Китае. В товарообороте господствовал частный капитал.

Иностранный капитал, в основном английский и американский, сохранял свои позиции в экономике Китая: в стране продолжали работу иностранные банки; в Шанхае иностранному капиталу принадлежали электростанция, телефонная станция, трамвай, 52% складских помещений в порту и все нефтехранилища; 55% капитала Кайланской угольной компании в Северном Китае, дающей 14% добычи угля в стране, принадлежало англичанам; почти во всех крупных городах Китая имелись фабрики Англо-американской табачной компании, причем эти фабрики давали в Шанхае 1/3, а в Тяньцзине – половину продукции табачной промышленности этих городов; 70% внешнеторгового оборота Шанхая и южных портов осуществлялось на иностранных судах. Кроме того, Китай имел обязательства по иностранным займам, в частности, по займам на строительство железных дорог.

Основные показатели промышленности Китая за 1949 г.: добыча железной руды около 500 000 тонн (20% от довоенного уровня); угля 28 000 000 тонн (1942 г. – 55 млн. тонн); произведено железа 150 000 тонн (в 1943 г. – 180 000 тонн); стали – 100 000 тонн (1943 г. – 900 000 тонн).

Центральное народное правительство планировало в течение ближайших 2—3 лет восстановить промышленность до ее прежнего высшего уровня и построить новые машиностроительные заводы.

В Китае до войны в 1934 г. было 26 000 км железных дорог. На конец первой половины 1949 г. восстановлено 16 606 км железнодорожной сети.

В июле 1949 г. в водах освобожденного Китая оставалось 217 судов водоизмещением в 138 732 тонны. Тоннаж судов при режиме Чан Кайши составлял 1 200 000 тонн. Большая часть судов угнана гоминдановцами в порты Тайваня (Формоза).

Сумма экспорта и импорта освобожденных районов Китая за первую половину 1949 г. составила около 80 000 000 американских долларов. Экспорт почти равнялся сумме импорта.

Расходы по бюджету 1949 г. составляли в серебряных долларах 2 000 000 000 долларов, а доходы – 1 500 000 000 долларов. Дефицит – 500 000 000 серебряных долларов. Более 50% расходов в 1949 г. использовались на военные нужды (в 1948 г. – 70—89%). Расходы на восстановление промышленности начинали расти, особенно в Маньчжурии и в Северном Китае. Большой дефицит в бюджете вызывал инфляцию в денежном обращении Китайской Народной Республики.

По другим данным советских исследователей уровень промышленного производства в Китае к 1949 г. снизился в 2 раза. В национальной металлургической промышленности производство чугуна сократилось до 13%, стали в слитках – до 17%, проката – до 18%.17

В этих условиях китайское руководство, как в свое время, после окончания Гражданкой войны, и руководство СССР, разработало планы по созданию современной, самодостаточной оборонной экономики.

Эта амбициозная китайская стратегия основывалась на двух составляющих: на советской помощи и на инновационном развитии собственных производственных возможностей. Менее чем за два десятилетия эти планы во-многом удалось реализовать и Китай смог производить не только современные вооружения, но и ядерные бомбы и стратегические ракеты.

Уже к 1952 году в экономике Китая произошли значительные изменения. Как отметил в августе 1952 года в своем докладе первый глава Госсовета КНР Чжоу Эньлай1819 положение в Китае характеризовалось следующим: установился новодемократический строй, укрепилось руководство рабочего класса и его авангарда – Коммунистической партии Китая, упрочилась диктатура Народной демократии, восстановлена экономика, которая была разрушена в результате длительной войны. В основном были ликвидированы остатки сил империализма, феодализма и бюрократического капитала, ослаблена национальная буржуазия в политическом и экономическом отношениях, подверглось реорганизации все экономическое устройство старого общества. Таким образом, в политическом отношении в Китае были созданы условия для осуществления в дальнейшем планового экономического строительства. Нынешнее состояние экономики Китая характеризовалось следующим: в полуколониальной и полуфеодальной экономике произошли коренные изменения. Тяжелая промышленность, транспорт и связь, внешняя торговля и финансы находились в руках государства. Социалистический сектор в экономике страны значительно увеличился, руководящая роль государственного сектора в экономике упрочилась. Работа по восстановлению народного хозяйства успешно завершена.

Был полностью экспроприирован и передан государству бюрократический капитал. 65% иностранного капитала империалистических государств в Китае, в результате осуществления коммунистами различных мероприятий, стало находиться в руках Народного правительства или под его контролем. Такие важные промышленные предприятия, как угольные копи в Кайлуане и Цзяоцо, управлялись Народным правительством. Две американские компании в Шанхае (электростанция и телефонная станция) перешли под контроль Народного правительства. Английская табачная компания также перешла под управление Народного правительства, два английских судостроительных завода со всем оборудованием, а также четыре английских и американских торговых нефтяных компании посредством военного контроля использовались Народным правительством. Одновременно в Шанхае предполагалось использовать таким же образом три компании – трамвайную, газовую и по водоснабжению, принадлежащие английскому капиталу.

Соотношение промышленной продукции государственных и частных предприятий (не включая кустарную промышленность) изменилось от 43,8% и 52,6% в 1949 г. на 67,3% и 32,7% в 1952 г., причем в промышленности, производящей средства производства, соотношение продукции государственных и частных предприятий изменилось от 68,4% и 31,6% в 1949 г. на 82,8% и 17,2% в 1952 г.; в промышленности, производящей предметы потребления, соотношение изменилось следующим образом: от 32% и 68% в 1949 г. на 55,3% и 44,7% в 1952 г.

Касаясь подготовки пятилетнего плана экономического развития, в части, относящейся к развитию высокотехнологичных и военных отраслей промышленности, Чжоу Эньлай отметил, что авиационная промышленность в течение пятилетнего срока должна перейти от ремонта к производству.

Имеющиеся 6 крупных авиаремонтных заводов необходимо превратить в заводы по производству самолетов: а) завод в Дунта (Мукден) с годовой производительностью 3000 реактивных моторов; б) завод в Бейлине (Мукден) с годовой производительностью 1500 реактивных самолетов; в) завод в Чжучжоу (провинция Хунань) с годовой производительностью 1 200 авиамоторов и ремонтом 600 моторов для учебных самолетов в год; г) завод в Наньчане (провинция Цзянси) с годовой производительностью 600 и ремонтом 400 учебных самолетов в год; д) завод в Пинфане (Харбин) с производительностью ориентировочно 1500 авиамоторов типа АIII в год; е) второй завод в Пинфане (Харбин) с производительностью 450 бомбардировщиков в год. (Вышеуказанная продукция будет производиться при двухсменном рабочем дне, а в военное время – тремя сменами.)

Намечалось построить в течение пяти лет один или два авиационных завода по производству реактивных самолетов производительностью 3000 самолетов в год; построить один или два завода реактивного моторостроения, производительностью 6000 моторов в год.

Одновременно с реконструкцией шести крупных ремонтных заводов планировалось заново построить пять авиаремонтных заводов.

Для сочетания ремонта и производства намечалось построить и реконструировать 7 заводов, обслуживающих авиамоторостроение, из них пять заводов по производству деталей моторов, по производству пропеллеров, свечей для авиамоторов, шасси и электроприборов. Реконструировать два завода по производству авиаприборов и авиаоборудования.

В части военной промышленности планировалось повысить производственную мощность существующих 41 завода и добиться создания еще новых 12—15 военных заводов:

– одного или двух артиллерийских заводов в Северо-Западном Китае;

– одного или двух заводов по производству артиллерийских снарядов;

– одного завода по производству дистанционных трубок в Северо-Западном Китае;

– трех заводов по производству бездымного пороха (одного – в Северо-Западном Китае, одного – в Юго-Западном Китае, одного – в Северо-Восточном или Северном Китае);

– одного или двух патронных заводов в Северо-Западном Китае;

– завода оптических приборов;

– завода по производству пороха;

– завода по выпуску изделий из вольфрама.

Кроме того, намечалось построить заводы по производству авиабомб, противогазов, воздушного вооружения, торпедно-минный завод, завод военно-морских боеприпасов, прожекторный завод.

Определить масштабы этих заводов и осуществить их проектирование предполагалось с помощью советских специалистов.

Как далее отметил Чжоу Эньлай, судостроительная промышленность должна обеспечивать, главным образом, военно-морской флот и одновременно обслуживать гражданский флот. Главными объектами строительства в течение пяти лет должны были стать: военно-морской судостроительный завод в Циньхуандао, судостроительный завод «Цзянхань». Предполагалось расширить: Дальнинское Китайско-Советское судостроительное акционерное общество, Цзяннаньский судостроительный завод, Восточно-Шанхайский судостроительный завод, судостроительный завод, принадлежавший английской компании, судостроительный завод «Чжунхуа», находящиеся в Шанхае, а также Цзянханьская пароходная компания в Ухани, с таким расчетом, чтобы ежегодно строилось военных судов водоизмещением 60 000 тонн или торговых судов водоизмещением 300 000 тонн и ремонтировалось судов водоизмещением в 700 000 тонн. (Полный план развития судостроительной промышленности также должен был быть разработан советскими специалистами после командирования их Советским правительством в Китай).

Касаясь роли СССР в реализации рассматриваемого пятилетнего плана, Чжоу Эньлай сослался на мнение Мао Цзедуна, который указывал, что, хотя Компартия Китая не имеет опыта в деле осуществления экономического строительства в больших масштабах, однако опыт Советского Союза служит ей лучшим примером. «Мы уверены, что, используя опыт Советского Союза и конкретную помощь, оказываемую нам Советским Союзом, Компартия Китая под руководством товарища Мао Цзедуна сможет в короткий срок научиться руководить экономическим строительством» – закончил свой доклад Чжоу Эньлай2021

Таким образом, в рассматриваемый период советская помощь стала ключевым фактором экономического и военно-технологического развития Китая.

Рисунок 2.1 – Плакат 1953 года. Подпись под плакатом «Изучите передовой опыт Советского Союза, чтобы построить наше государство»22

После обращения Китая Советское правительство согласилось оказать необходимую помощь в объеме примерно 3,6—4,2 миллиардов рублей и обеспечить выполнение проектных работ, поставку оборудования и оказание технической помощи в строительстве (авторский надзор), в монтаже оборудования и вводе предприятий в эксплуатацию.

Объем помощи включал23, в том числе:

По предприятиям тяжелой промышленности, строительство:

– двух металлургических комбинатов мощностью первой очереди 1,2—1,5 млн тонн стали в год для каждого комбината;

– девяти предприятий цветной металлургии по производству 30 тыс. тонн олова, 75 тыс. тонн алюминия, 10 тыс. тонн концентрата молибдена, 130 тыс. тонн концентрата ванадия и 30 тыс. тонн концентрата вольфрама в год;

– восьми угольных шахт и одного угольного разреза общей мощностью 19,9 млн тонн угля и трех углеобогатительных фабрик производительностью 5,5 млн тонн угля в год;

– трех химических заводов с ежегодным выпуском 65 тыс. тонн синтетического каучука и 90 тыс. тонн аммиачной селитры;

– одного нефтеперерабатывающего завода мощностью по переработке 1 млн тонн сырой нефти в год;

– трех заводов по производству 75 тыс. тонн в год металлургического, горного и нефтяного оборудования;

– одного турбинного завода по производству паровых турбин средней мощности с годовым выпуском 360 тыс. квт с возможностью расширения до 600 тыс. квт;

– двух станкостроительных заводов по производству тяжелых и средних станков общей мощностью до 26 тыс. тонн в год;

– одного автомобильного завода с ежегодным выпуском 60 тыс. грузовых машин ГАЗ-51;

– одного тракторного завода с ежегодным выпуском 15 тыс. тракторов в год;

– одного шарикоподшипникового завода мощностью 10 млн подшипников в год;

– шести электромашиностроительных заводов, в том числе одного завода по производству турбогенераторов общей годовой мощностью 360 тыс. квт – с возможностью расширения до 600 тыс. квт;

– девяти электростанций общей мощностью 313 тыс. квт.

По предприятиям военной промышленности

– двух заводов по производству самолетов;

– двух заводов по производству авиадвигателей;

– четырех заводов по производству агрегатов и авиаприборов;

– четырех заводов по ремонту самолетов и авиадвигателей;

– двух заводов по производству танков и дизелей;

– одного завода по производству мин и глубинных бомб;

– двух артиллерийских заводов;

– одного завода по производству оптических приборов;

– семи заводов по производству боеприпасов;

– трех заводов по производству порохов и взрывчатых веществ;

– одного завода по производству противогазовых средств;

– одного завода по производству прожекторов;

– трех заводов по производству радиолокаторов;

– двух заводов по производству радиоаппаратуры.

Китайское правительство должно было возместить стоимость оборудования, подлежащего поставке для предприятий, перечисленных выше, а также проектных работ и других видов технической помощи путем поставки товаров Советскому Союзу в период 1953—1960 гг. на сумму 3,6—4,2 млрд рублей примерно в следующих количествах:

– вольфрамовый концентрат – 160 тыс. тонн;

– олово – 110 —» —

– молибденовый концентрат – 38 —» —

– медь – 25 —» —

– сурьма – 30 —» —

– каучук натуральный – 90 —» —

– шерсть – 56 —» —

– рис – 1,2 млн тонн.

Советская помощь должна была стать основой для начала создания собственной мощной промышленной базы, ориентированной на потребности обороны. Анализируя результаты сотрудничества Китая с СССР в военно-технологической сфере, современный российский исследователь отмечает, что основу оборонной промышленности КНР составили предприятия, построенные при многообразной советской помощи. «Наряду с осуществлением общей программы экономического сотрудничества с Китаем, Советский Союз в 50-х годах участвовал в строительстве более 160 предприятий военной промышленности. С 1950 по 1963 гг. были дополнительно построены и пущены в эксплуатацию более 70 крупных военных предприятий. Китаю была предоставлена богатейшая техническая документация и направлены для оказания содействия тысячи советских военных специалистов. Это позволило Китаю заложить основы военно-промышленного комплекса и наладить производство новейшей по тем временам военной техники».24

В начале строительства китайской оборонной промышленности в 1950—51 годах первостепенное внимание уделялось созданию основы для производства обычных вооружений, ориентированной на удовлетворение потребностей наземных войск. Это было обусловлено участием в Корейской войне китайских военных подразделений, которые необходимо было срочно обеспечить необходимой артиллерией, танками, боеприпасами и стрелковым оружием.

После окончания Корейской войны большее внимание стали уделять производству самолетов, военных кораблей и электроники. Поскольку китайская оборонная промышленность не обладала каким-либо предыдущим опытом или технологическими возможностями в этих областях, она зависела от существенной советской технической и материальной помощи.

В течение 1950-х и 1960-х годов Китай участвовал в целом ряде военных конфликтов и столкновений с США, и их азиатскими союзниками по периферии страны. Это началось с Корейской войны в 1950—53 годах и продолжалось военными кризисами в Тайваньском проливе в 1954—55 годах и в 1958 году, в Индокитае в 1960-е годы, когда Пекин оказывал военную поддержку Северному Вьетнаму.25

Параллельно процессам создания традиционной оборонной промышленности в начале 1950-х годов происходил процесс создания ядерного и ракетного оружия. Непосредственным катализатором этого решения стала угроза применения США против КНР ядерного оружия после инцидента в Тайваньском проливе, хотя фактически ядерная угроза существовала еще со времени Корейской войны.

Именно угроза начала полномасштабной войны с применением ядерного оружия послужила непосредственной причиной грандиозного проекта по перенесению значительной части оборонной промышленности и научно-технологического потенциала вглубь территории Китая. Проект получил название «Базы третьей линии» и привел к значительному изменению районирования оборонной промышленности.

2.2 Реформы 60-80-х годов. Базы «Третьей линии»

Если в 50-е годы создание и развитие китайской оборонной промышленности опиралось во многом на советскую экономическую и техническую помощь, то на следующем историческом этапе военно-политическое руководство КНР взяло курс на оснащение вооруженных сил страны вооружением и военной техникой собственного производства.

Хотя ориентация на обеспечение экономической и военно-политической самодостаточности в КНР существовала всегда, использование опыта и технологий других стран считалось, при этом, целесообразным и, даже, необходимым.

В конце 40-х – начале 50-х годов таким источником опыта и технологий по политико-идеологическим причинам мог быть только Советский Союз, делившийся с Китаем своим опытом построения передовой социалистической экономики. Хотя использование западного, в первую очередь американского опыта китайцами также не отвергалось, но в силу идеологических противоречий прагматичные попытки коммунистического Китая наладить сотрудничество с капиталистическим Западом не встречали там понимания.

После смерти Сталина в1953 году между СССР и Китаем стали постепенно нарастать идеологически разногласия. СССР начал отходить от проводимой Сталиным политики, в то время как Мао Цзедун не считал такой отход правильным с идеологической точки зрения и указывал на негативные последствия такого отхода для мирового коммунистического движения.

После доклада Н. С. Хрущева на ХХ съезде КПСС эти разногласия усилились, что вылилось в постепенное сворачивание советской экономической и военно-технической помощи. Китай был вынужден в значительной степени опираться в своем экономическом и технологическом развитии на собственные силы. Впрочем, к тому времени с советской помощью уже был создан прочный научно-технический задел, а многие программы сотрудничества продолжались и в дальнейшем.

Результаты ХХ съезда КПСС и принятые на нем документы, подрывавшие основы авторитарного стиля руководства, в Китае не афишировались, поскольку Мао-Цзедун считал, что это может подорвать веру китайского народа в коммунистические идеалы. При этом, социальный запрос на критику компартии и её высшего руководства все равно существовал как в среде рядовых партийцев, недовольных ходом революционных преобразований, так и среди беспартийной интеллигенции, недовольной своей ролью в происходящих процессах.

С целью ввести это скрытое недовольство в конструктивное русло и привлечь интеллигенцию к активному строительству социализма, в начале 1956 года в Пекине была проведена Конференция «Совещание по вопросам интеллектуалов» (о Конференции подробнее см. гл. «Научно-технологическое развитие…»), на которой Чжоу Эньлай, поощряя критику, предложил интеллектуалам открыто высказать свое мнение по широкому спектру важнейших вопросов развития страны.

Летом 1956 года Мао Цзедун предложил Чжоу Эньлаю активизировать кампанию критики и расширить её до масштабов всей страны. Было создано Движение Байхуа Юньдун,26 действовавшее под лозунгом, взятым из классического стихотворения: «Пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ», символизировавшим поощрение плюрализма мнений.

Кампания критики, постепенно набрав силу, охватила все недовольные слои населения, приняла угрожающие размеры, и ситуация начала выходить из-под партийного контроля. Начались протесты против коммунистической партии и лично против Мао Цзедуна.

Летом 1957 года кампания критики была остановлена Мао Цзедуном, который обвинил интеллигенцию в контрреволюционной деятельности. Наиболее активные критики были отправлены в деревню для трудового перевоспитания.

В этих условиях наиболее активное революционное крыло компартии предложило, опираясь на вызванный кампанией критики энтузиазм масс и учитывая опыт СССР по коллективизации и индустриализации, форсировать развитие экономики, совершив «Большой скачок».

Большой скачок опирался на создание сельскохозяйственных коммун, в которых предполагалось развивать и промышленное производство. Крестьяне, помимо сельскохозяйственных работ, должны были сами, кустарным способом, плавить металл, изготовлять сельскохозяйственный инвентарь и транспортные средства, заниматься политпросвещением и бороться с «четырьмя вредителями» – крысами, мухами, комарами и воробьями.

Главной задачей подъёма экономики и индустриализации считалось производство стали. Повсюду стали строиться мастерские по производству стали из руды, при этом отсутствовала надлежащая инфраструктура и фундаментальные знания о стали и мартеновских печах. В соответствии с директивами Партии, стали строиться малые печи из глины, которые топили дровами. Рабочих набирали из близлежащих деревень. К осени 1958 года по всему Китаю действовало более 700 тыс. кустарных доменных печей, на работу по производству металла было мобилизовано до 100 млн человек.27