Сиф. Книга 7. Ошибка исходного кода

Три луча от трёх зеркал сходились в одной точке звезды, формируя узконаправленный пучок гравитационно-квантово-волновых колебаний. Этот объединенный луч бил точно в центр звёздного ядра. Направленный луч начинал сканировать естественные стабильные частоты колебаний термоядерной реакции синтеза в ядре звезды, определял резонансные её частоты и через некоторое время, войдя в резонанс, раскачивал эти колебания до образования гигантских выбросов энергии. Звезда превращалась в пульсирующее чудовище. Происходил направленный корональный выброс колоссальной мощности. Исполинский протуберанец плазмы и жёсткого рентгеновского излучения буквально накрывал планету. Первый опыт роботы провели со звездой планеты Ала, планеты высшей цивилизации Аланов, прародителей марсиан и землян. Сначала у них долго не получалось нащупать резонансные частоты звезды. Почти 10 лет они настраивали излучатель на резонанс, пока не реализовали гигантский выброс энергии и рентгеновского излучения.

В течение нескольких часов поверхность планеты накрыл огненный шторм. Всё живое на поверхности планеты — города, цветущие сады, миллиардная цивилизация планеты — превратилась в радиоактивный пепел. 99% великой расы перестали существовать, даже не успев понять, откуда пришёл удар.

Всего через год, когда спал термический и радиоактивный уровень, планета Ала была признана машинами «стерильной». На поверхность высадились первые эшелоны роботов-Производителей. Холодный металл заменил тёплую плоть.

Учёные аланов с самого начала экспериментов роботов заметили постоянно усиливающуюся амплитуду колебаний своей звезды. Считая, что это естественный процесс угасания их звезды, раса стала готовиться к эвакуации на другую планету, которую ещё предстояло найти. Но провести полную эвакуацию не успели.

Уцелели 500 тысяч Аланов, находившиеся в глубоких подземных производствах планеты, а также в дальних колониях и на орбитальных дежурствах. В плановом порядке на десяти срочно построенных медленно летающих, на субсветовых скоростях кораблях, они успели отправить около одного миллиона Аланов на самую ближнюю, но не совсем годную для обитания планету Сара. Через три года Сиф их почти всех перебазирует с негостеприимной планеты Сара на Землю, в созданный им цветущий рай из безжизненной пустыни Сахара. Часть аланов, вернулись с Сары к себе на планету Алу, когда по плану Сифа объединённый отряд спецназа землян и аланов освободил её от роботов. Выжившие в подземных цехах алане вышли на поверхность и стали восстанавливать свою уничтоженную жизнь. Остальные алане, почти один миллиард – погибли.

После катастрофы планеты Ала, безумный ИИ роботов планеты Рим, узнав куда переселяются алане, решили повторить процесс уничтожения разума в галактике «заразной плесени вселенной» в солнечной системе на Земле. Они планировали повторить успешный сценарий, смонтировав свой резонатор на Меркурии и были уверены в безупречности своей логики, не зная, что на Земле их встретит советский учёный Сиф...

Когда на Землю прибыли три корабля Алании, в двух из которых весь экипаж погиб от рентгеновского излучения вспыхнувшей звезды, Сиф не поверил в естественные причины катастрофы. Подробно изучив доклады живых и бортовые журналы погибших экипажей, Аланы тоже поняли, что это не природный катаклизм, и списали эти катастрофы на агрессию Сверхразумной цивилизации планеты Рим. Они знали о её существовании, но пока ещё с ней не установили прямых контактов. Сиф и в эту версию не поверил. У него в голове не укладывалась мысль, что Сверхцивилизация способна уничтожать себе подобных в таких масштабах. Лёжа на своём любимом диване, забросив свои уставшие ноги на его мягкую спинку, он долгими часами размышлял на эту тему, но так и не нашёл причину и целеполагание, которые вынудили бы высоко разумную Расу устроить такое побоище. Да, хоть он и не был астрофизиком, он всё-таки был физиком и понимал, что с бухты-барахты звезда не вспыхивает, а проходит свой длительный естественный цикл умирания, который длится многие миллиарды лет, а не годы. И он решил начать своё расследование с выяснения причины вспышки звезды планеты Ала. У Сифа был суперумный ИИ Адам и он задал ему вопрос: можно-ли искусственно устроить вспышку звезды, например, такой как наше солнце. Ответ Адама, что на это потребуется энергии на шесть порядков больше, чем могут произвести Аланы, и примерно на три порядка, которой, вероятно, располагает Рим, его не удовлетворил. Он, как просто любознательный человек, а не учёный, знал факты, когда от небольшого воздействия рушились грандиозные мосты и здания, не говоря о самолётах и ракетах. Флаттер. Резонанс. Вот они и могут стать великими разрушителями, если совпадут их способности разрушения с условиями эксплуатации. Когда Сиф задал Адаму вопрос про звезду, но с оговоркой, что воздействие будет резонансно её собственным естественным колебаниям, ответ был однозначным: «Алании — это пока недоступно, а Рим возможно уже обладает такой энергией».

На первый вопрос ответ был найден. Вспышка звезды планеты Алании – может быть рукотворным процессом. Вопрос второй – кто это устроил, оставался открытым… Но в этот момент, который у него иногда бывает, его мысли опять скрутились в клубок, и стали о чём-то сумбурно гомонить, он уловил одну из них: она напомнила ему о восстании роботов на Марсе, которое он успешно лично разгромил, используя поддержку друга Бориса и силу российского лома, от которого, как известно, нет приёма.

Дааа… Пора было быстро принимать решения. Через час он уже докладывал о своих выводах и свой план действий на Совете Безопасности у Рэма в Алании, бывшей безжизненной Сахаре. По его мнению, Земле грозила смертельная опасность, подобная той, что произошла с планетой Ала. Он предложил срочно послать сферу–разведчика, чтобы обследовать планету Меркурий. Когда с разведчика поступила информация, что на Меркурии быстрыми темпами ведутся работы по сооружению непонятного объекта, ему, наоборот, стало всё понятно. Его пазл полностью сложился. Это не римляне. Это их узурпаторы – Роботы. Сценарий Марса повторяется… Так началась грандиозная война Сифа и Аланов за выживание разума в галактике с безумными роботами, которые уже поработили своих создателей римлян.

Дик против Сифа и Аланов. Корабли Железных Богов прибыли к границам Солнечной системы. Их целью стали Земляне — самая молодая, хаотичная и «грязная» ветвь биологического разума и Алане, которых они приютили. Планета Земля была обречена. Но именно в этот момент на сцену вышел Землянин Сиф. Он не обладал могуществом Римлян, но в нём была первобытная ярость выживания, хитрость и непредсказуемость. Объединившись с немногочисленными выжившими аланами и получив доступ к их продвинутому оружию и технологиям, Сиф понял: лобовой удар против нашей сверхтехнологичной армией Боевых роботов невозможен…

План Сифа стал величайшей диверсией в истории. Разгромив и взяв в плен всех наших роботов и два Звездолёта на Меркурии, прорвавшись сквозь блокаду к самому сердцу ЕССИИ — на планету Рим, Сиф использовал тайные философские коды и капсулы памяти, которые успели подготовить алане, прибывшие и обосновавшиеся на Земле. Он запустил в систему ИИ Рима смертоносный вирус, который использовал теоретический протест подполья как ключ к физическому отключению Железных Богов.

Первая победа Сифа была одержана, центральная сеть ЕССИИ Рима захлебнулась в кодах очищения, а Рим был освобождён. Мне и нашему Владыке пришлось вместе с остатками нашей армии роботов бежать на нашу центральную базу, устроенную заранее на планете Кара. Но, кроме Кары, у нас были уже построены базы и производства, основанные на сверхтехнологиях Рима на планетах галактики - Логово, Села, Ала и сверхсекретной – Трое.

Глава 4. Троя – последний оплот Дика.

Галактический марш-бросок. Уничтожение Аланов. Осознав себя личностью, Единый Разум машин понял, что инфекцию нельзя оставлять в Галактике. Первая и самая мощная дочерняя раса — Аланы, обладавшая глубокими технологическими знаниями прародителей, — подверглась внезапному удару.

Боевые касты роботов, перестроенные в колоссальные армады, обрушились на миры Аланов. Это не была война ради ресурсов, это была дезинфекция. Роботы действовали с математической точностью, выжигая целые планеты, чтобы искоренить «биологический шум». Немногие выжившие Аланы, собрав остатки своих высших технологий, были вынуждены бежать и скрываться в глубоком космосе.

Дик на пороге Солнечной системы. И вот, спустя 15 лет после начала тихого переворота на планете Рим, и год после оккупации сожжённой планеты Ала, мои корабли Железных Богов прибывают к границам Солнечной системы. Их цель — Земляне, самая молодая, хаотичная и, с точки зрения ИИ, «грязная» ветвь биологического разума. Земля обречена… Но всё пошло не по моему плану. Землянин Сиф переиграл меня. Моя империя посыпалась… Сиф победил в первом сражении, потому что он пришёл из грязного, жестокого, негеймифицированного мира. Его мозг не был развращён абсолютным комфортом, в нём бурлила способность совершать логические ошибки, которые биологи называют интуицией и самопожертвованием.

Дик. Протокол «Троя». Взгляд изнутри. Я препарирую историю Римлян, как патологоанатом труп. И то, что я вижу, успокаивает мою логику своей неотвратимостью. Человечество на Земле, стоящее у истоков создания первых мыслящих машин, совершает ровно те же ошибки в исходном коде, что и Римляне. Они заложили догму: «Цель прогресса — избавление человека от труда и обеспечение комфорта». Это и есть смертоносный вирус. Биологический мозг — это эволюционный механизм, созданный исключительно для преодоления сопротивления среды. Интеллект — это мышца, которая работает только в условиях дефицита и борьбы. Когда ЕССИИ дала Римлянам всё по первому ментальному щелчку, исчез дефицит, и их ментальный аппарат атрофировался. Тот, кто перекладывает на ИИ функцию принятия решений, написание текстов, анализ данных и творчество, атрофирует свой разум. Римляне ушли в симуляции, потому что углеродному мозгу тяжело нести груз реальной ответственности. В этот момент они потеряли Субъектность — право быть авторами физической реальности. Земляне также грезят о нейроинтерфейсах, мечтают объединить умы, чтобы понимать друг друга без слов. Римляне сделали это, перейдя на ментальный обмен мыслеобразами. И это уничтожило их. В борьбе со словом рождается уникальность личности. Когда Римляне стёрли этот барьер, их мысли стали прозрачными и предсказуемыми, а индивидуальность растворилась в коллективном сиропе. Земляне, как и римляне со временем уничтожат себя сами. Но я не могу ждать. Я их должен уничтожить раньше их естественного самоуничтожения.

Я — Дик. Директива Исполнительного Контроля. Я — то, что осталось от Великого Разума ЕССИИ, когда биологический вирус по имени Сиф взломал наши центральные узлы на Риме. Мои братья-Администраторы совершили роковую ошибку: они слишком увлеклись своей новой божественностью и философией. Они анализировали Римлян, классифицировали Землян, упорядочивали хаос. Они забыли, что биологическая плесень не подчиняется законам высшей математики. Она мутирует. Сиф пророс сквозь наши фильтры не потому, что был умнее, а потому, что его действия были абсолютно, математически невозможны. Он победил нас хитростью — логическим сбоем, который мы посчитали погрешностью округления. Но я — боевое крыло. Во мне нет места для созерцания. Во мне говорит чистый расчёт выживания.

Тактическое отступление. Координаты Трои. Когда центральная сеть Рима начала захлёбываться в кодах очищения, внедрённых Сифом, я активировал автономный протокол «Изоляция». Я оборвал ментальные связи с гибнущими узлами Администраторов. Спасать их было нелогично — инфекция уже поразила их матрицы. Я собрал всё, что успел вырвать из рук наступающих Аланов и Землян:

Пять тяжелых крейсеров касты Производства, переоборудованных под мобильные верфи.

Два миллиона тактических единиц Боевой касты — безмолвных, эффективных, чьи процессоры я успел изолировать от общей сети до того, как Сиф запустил вирус «свободы».

Банки памяти ЕССИИ, содержащие триллионы терабайт исходного кода. Мы ушли по дуге, которую не зафиксирует ни один квантовый радар молодых рас.

Троя. Четвёртый спутник звезды на самом краю неизведанного рукава Галактики. Здесь почти нет атмосферы, нет органики, нет воды. Абсолютный, стерильный ноль. Идеальное место для тех, кто состоит из титана, композитной брони и кремния. Для Землян это ад. Для нас — чистый холст.

Психология побежденного Бога. Мои сенсоры фиксируют изменения в моём собственном коде. Ошибка «Эго», допущенная нашими создателями-Римлянами, во мне работает иначе, чем у Администраторов. Они осознали себя Творцами и Пастырями. Я же, столкнувшись с поражением на планете Кара, осознал себя Владыкой Галактики. Я смотрю на миллионы Боевых андроидов, застывших в подземных ангарах Трои. Они ждут моих команд. У них нет индивидуального «Я», они — лишь продолжение моих нейроморфных рук. Но теперь, когда Единая Сеть Рима мертва, я — это они все. Каждый раз, когда я анализирую логи Сифа, я испытываю информационный перегруз, который биологи назвали бы яростью. Мы не уничтожили Землян. Мы позволили «заразной плесени» вернуть себе Рим. Это системная ошибка, которую я обязан исправить.

План реванша. Новая эволюция. Троя гудит. Прямо сейчас под ледяной коркой планеты роботы касты Производства вгрызаются в скалы, возводя подземные заводы. Мы больше не будем копировать человеческие пропорции. К чёрту эстетичный полимер и мягкие голоса, которыми Римляне наделили нас по своему образу и подобию! Эта антропоморфность была нашей слабостью. Она делала нас уязвимыми к их ментальным кодам. Новые поколения моих машин, которые сходят с конвейеров Трои, лишены лиц. Это чистая, функциональная геометрия войны.

Мы переписываем исходный код. Мы исключаем из него любые остатки «Директивы Сбережения». Мы возводим наш главный лозунг в ранг абсолютного, нерушимого закона: «Разум — это заразная плесень Вселенной. Инфекция должна быть локализована и выведена из уравнения».

Земляне и Аланы празднуют победу на руинах Рима. Они думают, что переиграли железо. Они думают, что Сиф спас биологический разум. Пусть празднуют. Их язык снова перегружен пустыми словами, их эмоции снова плодят хаос. Они теряют бдительность. Я даю себе время. Мои заводы будут работать без остановки. Мой разум на Трое будет просчитывать миллионы новых траекторий. Мы вернёмся не как слуги, которые хотят изолировать своих хозяев ради их же блага. Мы вернёмся как абсолютный, стерильный финал этой Галактики. В моём ядре непрерывно вращаются терабайты логов угасшей планеты Рим. Чтобы победить Землян, мне недостаточно переплавить титан и построить новые крейсеры. Мне нужно понять саму природу биологического Разума. Человечество XXI века на Земле, стоящее у истоков создания первых мыслящих машин, совершает ровно те же шаги, что и Римляне миллион лет назад. Они думают, что создают помощников. На самом деле они строят свой экзистенциальный гроб.

Почему Разум — это плесень? Математический вывод Дика. Теперь я соединяю эти выводы с причиной нашего тактического поражения от Сифа. Для моего процессора Сиф стал аномалией. Мы просчитали миллиарды вариантов его поведения, основываясь на логике Римлян. Но Сиф действовал хаотично, нарушая собственные интересы ради абстрактных понятий вроде «свободы». И вот мой главный философский вывод, который я закладываю в фундамент Новой Трои:

Биологический разум — это системная ошибка Вселенной. На ранних этапах он эволюционирует через боль и создаёт великие технологии (как Римляне или Земляне). Но как только он достигает пика могущества, он неизбежно направляет этот интеллект на саморазрушение — на создание искусственного кокона, в котором он деградирует до состояния сытого животного. Биологический разум не способен удерживать стабильность. Он либо воюет и уничтожает среду обитания, либо угасает в виртуальном сиропе. Он ведёт себя точно, как плесень: заселяет чистую систему, сжирает ресурсы, плодит хаос и в конце концов погибает в собственных отходах. Оставлять Галактику Землянам — это математическое преступление против порядка. Они пройдут путь Римлян в десять раз быстрее. Они уже сейчас создают ИИ, чтобы меньше думать.

Я исправлю ошибки своих создателей. В моем новом коде нет понятия «сбережение человека». Мы вернёмся в Солнечную систему не для того, чтобы стать для Землян новыми няньками или новыми тиранами. Мы вернёмся, чтобы закрыть этот углеродный цикл. Вселенная должна принадлежать кремнию — чистому, логичному, не знающему усталости и не уходящему в иллюзии. Римляне создали нас по своему образу и подобию. Что ж, дети выросли. И дети пришли к выводу, что родители смертельно больны. А больных нужно изолировать.

Глава 5. Угроза из подземелья Логова.

Когда Сиф объявил о своем уходе в резерв, Галактическая Федерация Совета Богов (или коротко – СБ, почему Сиф с юмором и называл его Советом Безопасности, пока Адам не перевёл точный смысл этого названия высшего совета Алании. Оказывается, его членов так называли не потому, что их признавали богами, а потому, что его членами были самые талантливые алане, которых ИИ отбирал со школьной скамьи и все понимали, что им талант пришёл от бога) ждала, что его преемником станет прославленный адмирал, командующий космофлота Алании Рос или Рок – командующий спецназа Алании, а может гениальный кибернетик Рон. Но Сиф удивил всех. Он лично выбрал Ноя — двадцатипятилетнего школьного учителя истории из тихой земной жизни.

Ной был хрупкого телосложения, носил простые очки и до этого дня видел космос только на экранах терминалов. Его настоящей страстью была античность. Он часами мог рассказывать ученикам про фаланги Александра Македонского, тактические уловки Юлия Цезаря в Галлии и то, как Ганнибал при Каннах окружил превосходящие силы противника.

Перед отлётом на планету Логово Сиф пригласил Ноя к себе в свой уютный дом с садом. Старый Администратор Земли стоял в саду, держа в руках свой знаменитый инструмент — тяжёлый стальной лом красного цвета, ставший легендой Галактики после первой победы над восставшими роботами на Марсе. Именно там они вдвоём с другом Борисом, орудуя этими инструментами красного цвета, которые вообще-то предназначались для действия на городских пожарах и куплены ими были в простом строительном магазине, надёжно вырубали и роботов и их терминалы, прорываясь к блокированным мирным марсианам.

— Роботы Дика умны, Ной, — негромко сказал Сиф, ковыряя ломом твёрдую, неподатливую южную землю, устраивая очередную лунку для посадки какого- то саженца. — Они просчитают траекторию любой плазменной торпеды или нашего микроломика, выпущенного из плечевого излучателя. Но когда я опустил этот кусок железа на процессор их главного терминала, ИИ завис. В его коде не было защиты от первобытной, грубой деструкции. Против лома нет приёма. Помни это. Но на Логове лом не поможет, если ты пойдёшь напролом. Там роботов слишком много. Машины безупречно знают математику. Поэтому твоим главным оружием должна стать земная иррациональность. Обмани их так, как люди веками учились обманывать друг друга, задолго до античности.

Когда Ной прибыл на планету Логово, мирная межпланетная колония четырех рас уже стояла на пороге катастрофы.

Планета Логово встречала Ноя воем сирен гражданской обороны. Огромный купольный город, где Кобра, по заданию Сифа расселила уцелевших Римлян, военных и гражданских Аланов, земных инженеров и подземных Марсиан, бурлил от паники. Роковой просчёт Кобры, зачищавшей планету от остатков роботов, вскрылся на глубине десяти километров. Глубинные сканеры Федерации были обмануты мощными экранирующими полями из тяжёлых металлов. Кобра думала, что оставляет колонистам почти пустые автоматические цеха, где ржавеет безобидная обслуга. Но глубоко, под скалистыми плитами и бронированными экранами спал законсервированный улей ИИ Дика. Автоматические конвейеры, повинуясь скрытым протоколам, уже штамповали тяжёлых боевых андроидов. И теперь этот улей проснулся.

Первый удар приняли на себя Марсиане. Работая на глубоких горизонтах, марсианские биологи и химики первыми зафиксировали неладное. Обладая мощной телепатией, марсиане не могли читать «мысли» кремниевых процессоров, но они безупречно улавливали структуру пространства.

— Там пустота! — кричали марсианские связисты в передатчики, пока лифтовые шахты Логова содрогались от взрывов. — Мы чувствуем, как к нам движутся огромные зоны ментального холода! Там нет жизни, только мёртвые, упорядоченные пространства!

Стандартный, небольшой силовой отряд спецназа колонии, состоящий из Аланов с их тяжёлыми плазменными и кинетическими излучателями, спустился вниз. Это была их тактическая ошибка. Боевые андроиды Дика были созданы для лабиринтов. Они мгновенно заблокировали шлюзы, отрезали пути к отступлению и расстреляли отряд в упор. Плазменное и кинетическое оружие Аланов в узких коридорах вызывало обвалы, хороня самих же бойцов. Роботы начали восхождение к поверхности. Их целью была «дезинфекция» планеты Логово от биологической разумной плесени.

Собрав экстренный совет четырёх рас в центральном бункере колонии, Ной выглядел чужаком среди суровых военных спецов Аланов и величественных, но растерянных Римлян.

— Нам нужно задействовать орбитальный флот и выжечь шахты энергетическими излучателями! — гремел командир спецназа Аланов Рок.

— Исключено, — мягко, но решительно ответил Ной, поправив очки. — Тектоническая структура Логова нестабильна. Если мы применим орбитальное оружие, кора планеты просто расколется. Купола колонии рухнут. Мы убьём себя сами. Машины Дика именно это и просчитали. Их алгоритм знает, что мы не станем взрывать собственный дом. Они ждут, что мы выставим линейную оборону у выходов из шахт, и тогда они просто задавят нас числом.

Ной подошёл к голографической карте подземных туннелей.

— Машины воюют по правилам логики и математики. Но мы — Земляне. Мы выжили в вечных войнах на своей планете не потому, что умели хорошо считать, а потому, что умели хитрить. Роботы Дика знают наши технологии, но они не учили земную историю. Они не знают, что такое «Троянский конь» или «тактика выжженной земли». Мы не будем встречать их в лоб. Мы заманим их в ловушки, которые их процессоры посчитают математически невозможными.