Вселенная NULL

Глава 4. Инициация.

Я проснулся оттого, что цепкая рука Луны трясла меня за плечо. Силы в этой женщине было немерено, несмотря на её средние габариты и худую комплекцию. Мы стояли в лесу, на небе очень ярко светил месяц.

– Очнулся? Хорошо тебя вырубило. Нам тут пройти вон до поля, метров пятьсот, – Луна показала направление открытой ладонью, прямо как какой-нибудь вояка. – Дальше пути сняты, поэтому пешочком.

С просони я перевалился через борт дрезины, еле удержавшись на ногах. Сушняк был дикий, я открыл бутылку с водой и сделал несколько хороших глотков. Мне стало значительно лучше. На улице было очень тепло, несмотря на ночь – август подходил к концу.

– Ты маму звал во сне, чуть весь лес не разбудил, – ухмыльнулась Луна.

– Да, странный сон приснился, мне никогда она не снилась раньше.

– Сонник тебе в помощь, – я посмотрел на неё, подняв одну бровь и скорчив великое удивление. – Я серьёзно. Я не раз находила ответы в своих снах, может, и тебе поможет, – она не шутила. Чем дальше, тем увлекательнее.

Мы накинули маскировочную сетку на дрезину и пошли вдоль леса. В конце опушки меж деревьев и кустов стоял очередной внедорожник, проржавевший тут и там. Луна скинула с него маскировку и села за руль. Джип завёлся с полтычка, мотор зашелестел. В тачках она явно знала толк. Я запрыгнул на пассажирское сзади, предвкушая возможные остановки по требованию. Луна одобрительно посмотрела на меня, поправляя зеркало заднего вида.

– Мы вообще где? – поинтересовался я.

– От города километров сто пятьдесят на север. Так что можешь ещё отдохнуть.

– Что у тебя за тату на шее?

– Это санскрит, – озадачила. Про санскрит я знал только то, что это древний язык предков индусов, на котором изложены ведические писания; его используют ведические брахманы для религиозной службы или типа того.

– И что она означает?

– Означает – не твоё это дело… – после некоторого молчания она продолжила, выруливая на проселочную дорогу вдоль леса и переключая передачу. – А если честно, это завет моего духовного учителя: «Баланс обеспечивает победу».

– Так ты ещё и философией увлекаешься. Интересно, как твоя философия согласуется с продажей людей?

– Ты видишь только внешнее и судишь по одёжке. Придёт время, и ты всё поймешь.

– Слова, слова… сколько в них мудрости. А знаешь, я этой мудростью сыт по горло. Завуалированная бредятина вместо нормальных ответов, – я скрестил руки на груди, задумчиво вглядываясь в далекие силуэты какой-то деревушки, стоявшей на высоком холме.

– Критика прожжённого материалиста! Я не сомневалась, что реакция будет именно такой, – ухмыльнулась она, поднимая чёрные брови.

Повисла тишина. Мы выехали на асфальт, и двигатель зарычал бархатистым V8, запуская в салон запах недогоревшего бензина. Я подумал: что дальше? Сейчас мы доедем до точки «Б». Там она сдаст меня очередному покупателю. Я ведь могу соскочить? Не вижу препятствий, но почему я этого не делаю? Бег с препятствиями… старею?

– Ладно, допустим, я хочу разобраться во всей этой философской фигне. Зачем мне это в итоге?

Луна хихикнула и посмотрела на меня. Её взгляд был пропитан интригой, она явно хотела поиграть.

– Я могу тебя удивить, но одновременно и напрячь. Я думаю, у тебя инициация.

– Чего!? – удивился я.

– Шаманская болезнь, когда всё идет по звезде, понимаешь? Когда шаман проходит стадию роста – он болеет, сильно болеет, может быть при смерти, может потерять что-то дорогое, важное. Может столкнуться с выбором между своей и чужой жизнью. Короче, это переходный период, когда открываются способности. Или сдохнешь, или станешь крутым, – она совершенно серьезно втюхивала мне эту пургу? Серьёзно?

– Чего ты несёшь-то!? – от ещё большего удивления у меня глаза начали выпадать из орбит.

– А ты не заметил ничего странного? Видения уже начались? Усилился твой ПТСР? Да-да, я знаю кое-что про тебя, немного больше, чем твой позывной и звание, – она довольно улыбнулась во весь рот. – Но ты не боись, товарищь майор, я никому не расскажу, – тихо сказала она в театральной манере.

– Слушай, я правда не пойму, чего ты добиваешься? Шаманы, видения… ну да, был какой-то сон, но от таких наркотиков можно и не такие мультики словить. Чего вы там подсыпали?

– Думаешь, это была операция Молота? Это не «Красные Лисы» были – это я. Это безвредное снадобье было, так что никакой наркоты. А произошло всё так, потому что, я так думаю, ты игнорируешь знаки, игнорируешь то, что тебе оставили по роду – способности. У тебя в роду были шаманы, колдуны?

– Мать, ты совсем, походу, ненормальная. Давай вернемся в ту реальность, где ты продаешь меня нехорошим людям, – я стал терять надежду на конструктив.

Она свернула на бензоколонку и остановила машину, затем повернулась ко мне с серьезным лицом.

– Слушай, я не придумываю. Ты можешь и дальше корчить из себя крутого, написавшего «все обо всём». Я сама это прошла. Я тебя продавать не собираюсь, я не меркантильная сука, я хочу сделать то, что должна, вот и всё, и никто своей свободой не будет за это платить. А теперь следи внимательно.

– За чем следить-то?

– Помолчи, – Луна поставила руку напротив моей головы и что-то еле слышно стала произносить. Снова этот запах – озон, гроза. В груди потеплело, я посмотрел и снова увидел сиреневый огонь. Он растекался по груди, легко согревая всё тело: руки, ноги. Его всполохи вырывались из кончиков моих пальцев, из ладоней. – Там у “Красных лисиц” ты захотел, чтобы не было собак, а знаешь, что произошло? Они убежали, просто молча, и никого не послушали. Вспомни эпизоды, когда ты мысленно кинул гневную мысль в кого-либо – что с ними потом было? Одного точно уносили в «Добермане».

Я сидел, наблюдая остатки своего видения наяву. Я нихрена не понял.

– Я нихрена не понял. Можешь объяснить, что происходит? – очень спокойно произнес я.

– Это магия. Как-то тебе передались способности, теперь Вселенная тебя инициировала, пошел расколбас, и ты попал во все эти ситуации. Ты что, реально ничего не знаешь? Даже фэнтези не смотрел?

– Ну смотрел, но это же вымысел, с какого перепугу мне верить, что это реальность? Может, мне единорога прикупить или ковер-самолет?

– Знаешь, попробуй, зайди на заправку и на кассе дай сотку, а представь, что это тысяча, и посмотри на реакцию кассира. Только ты поверь, что это 1к. Давай, я не прикалываюсь. Если не сработает – просто дашь сколько надо.

– Давай деньги тогда, у меня все забрали твои друзья – я протянул руку. Она достала несколько сложенных пополам купюр и дала мне, сверкнув зелеными глазами.

Я вышел из машины и зашагал к магазину.

– Черт, магия, что за бред вообще! Так, захожу, верю, что это 1к, отдаю, всё! – бормотал я себе под нос.

Я постоял перед входом, переминаясь с ноги на ногу и сосредотачиваясь на своей вере в то, что эта бумажка – тысяча. Я снова почуял запах озона. Внутри что-то потеплело, потеплела и рука, в которой я держал купюру. Я подумал: ну и ладно, была не была.

– Здравствуйте, – я подошел на кассу и поставил две бутылки пива на прилавок.

– С вас 268, – ответила продавщица, пробив товар и протирая нос тыльной стороной указательного пальца.

Я достал из кармана сложенную пополам потрепанную сотку с мыслью, что я достаю тысячу, и протянул продавщице. Она взяла купюру и принялась отсчитывать сдачу, затем протянула мне. Я посмотрел – это была сдача с тысячи.

– Спасибо, – сказал я, засовывая деньги в карман и забирая пиво. Что это было, твою дивизию!?

Мотор заурчал, и машина покатила по дороге, глотая ямы и кочки мягкой подвеской. Я сидел молча, потягивая пиво глоток за глотком и вглядываясь в темные силуэты за слепящим светом фонарей в окне. Мне хотелось обсудить происходящее, но какая-то часть меня хотела найти этому рациональное объяснение. Но не находила. И эта часть меня очень не хотела, чтобы я принял тот факт, что есть какая-то магия, мистика… и что, эльфы, ангелы, демоны? Ухх, этого моя нежная детская психика могла не выдержать. Луна с довольным выражением лица молча ехала, посматривая на меня в зеркало.

– Ты пойми, это реальность, и теперь тебе с этим жить, – наконец строго сказала она.

– А я что-то не пойму, в какой момент мы вдруг перешли на философско-поучительский уровень? Что мы вообще делаем, объясни? В смысле, куда мы едем и почему ты втираешь мне эту историю про инициацию и всё остальное?

– Черт, да что ты докопался?! У тебя получился фокус с купюрой, а ты продолжаешь отказываться верить, почему?! – она тяжело вздохнула. – Ладно, перейдем к скучной части нашего знакомства… Мне нужен ресурс корпораций, чтобы решить своё личное дело, оно касается только меня. Так что ты кое с кем встретишься, вы порешаете вашу проблему, и всё будет хорошо, ты закроешь свои хвосты, а я получу услугу, которая мне нужна. Вот и всё, всё просто. Теперь, почему я несу эту пургу – потому что я сама прошла через это, ясно?! И у меня не было никого, кто бы мне помог. Когда твоя жизнь, которая и без того выглядит как дерьмо, катится по кривой дорожке прямо в сточную канаву и ты нихрена с этим сделать не можешь! – она сильно двинула ладонью по рулю. – Знаешь, такие вещи не с каждым происходят, а ещё реже появляется кто-то, кто хотя бы что-то объясняет. Не хочешь – не пользуйся, будь просто мясом, я никого не заставляю.

Сложив два и два, я понимал, что скоро я увижусь с Игорем, и нам придется о многом поговорить. В словах Луны было что-то, что зацепило меня. Быть выброшенным на обочину – это мне знакомо. Быть куском мяса… что ж, все мы куски мяса в конечном итоге. В одном она была права: пора было закрыть вопросы с Игорем. Все вопросы.

Игорь… Игорь Степанович Кукловодов по кличке «Кукловод». Забавная фамилия, забавный человек. Помню, как впервые мы столкнулись, когда я был на задании: я разрабатывал группу хакеров, которые то и дело тырили данные по исследованиям и потом сливали их.

В корпорации этот скользкий человек играет роль организатора грязных делишек, так сказать, решает проблемы. У него есть агентурная сеть, она берет туда разных отставных экспертов, кто способен делать грязную работу и не задавать вопросов. Думаю, на каждого у него есть рычаг, компромат. Я всё гадаю, что же у него есть на меня.

Когда мы брали Игоря, он изворачивался по полной. Дипломатическая неприкосновенность, кучи каких-то должностей, звание генерала. Я пытался пришить ему всё что угодно, я понимал, что завербовать его было бы успехом всей карьеры. Но не выходило, у меня не было ни одной зацепки. Всё получалось так, как будто подставной «челик» был просто курьером и доставлял ему какую-то покупку. В итоге сверху сильно надавили, и Игоря пришлось отпустить, как золотую рыбку в окиян.

Тогда я сильно недооценивал этого человека. Через два дня меня пригласили СБ-шники присесть к ним в просторный, наглухо тонированный и также наглухо бронированный минивэн. Игорь держал бокал виски в одной руке, сигарету в другой, а посередине красовалась его желтозубая улыбка. Он предложил мне работу – работу, где я был сам себе начальник, сам планировал операции, подбирал команду, решал, кого валить, а кого нет и как именно. Я должен был только добывать информацию. Никаких убийств не требовалось, никаких взрывов, диверсий, похищений, допросов и отчетов. У Игоря явно была набита рука на вербовку агентов из спецслужб, он стопудово пробил меня. Так что я, конечно, сразу купился на эту красоту, кроме того, ценник за задание, на которое у меня ушло два часа, был очень хорош. Я просто потряс пару информаторов, и они слили мне местонахождение группы лиц, так сказать, а я передал потом это Игорю.

Конечно, я согласился не сразу, но, разузнав, кто он, я понял, что ему нет смысла мстить мне и подставлять, я для него просто пешка. Всё шло гладко, я сдавал инфу – получал деньги наликом, чистые, не новые купюры, всё по фэншую.

Дальше пошли проблемы. Когда я попробовал отказаться от одного задания, по которому проходили ребята, с которыми мы служили в спецназе, – дома меня ждала имитация ограбления, а мои друзья получили сфабрикованные материалы на меня. В переулке на меня целенаправленно напали, явно хотели проучить, напомнили, что работу в моем положении не выбирают.

На следующий раз, когда я не захотел копать под своего очередного знакомого, меня приняли с наркотой, конечно, не моей; я мариновался в каталажке неделю на сухом пайке. Короче, Игорь держал меня на коротком поводке, постоянно дрессируя.

Игорь часто боролся с конкурентами, сливая их технологии в общий доступ, параллельно еще и продавая их. Последнее мое задание от Игоря – данные по мотоклубам, байкерам. Контрабанда, похищения, разбой, убийства, рэкет и так далее, список бесконечный. Этим ребятам можно было основать ЧВК, которая легко могла бы взять под контроль целую страну. Но суть была в другом. Байкеры были только инструментом, причем у Игоря была куча подрядов к ним. Но самое главное, что меня тормозило во всей этой истории – это Нож. Дима попадал под замес, если я солью эти данные, ему пиздец, он труп.

Дима давно съехал с катушек, еще в спецназе у него кукуха поехала. А потом он каким-то чудом ушел в госбезопасность, и там он потерялся. Мы редко и сложно общались. Он был способен только выслеживать и убивать. Вечно на таблетках или что им там выдавали, чтобы держать форму. Вечно как упоротый, вечно в паранойе. Но этот человек не раз спасал мне жизнь, и рука моя дрожала при мысли о том, что с ним будет.

Полил дождь, светало. Машина катила по дороге, и впереди уже виднелись городские высотки, эстакады. Частые капли дождя разбивались о лобовое стекло, и дворники усердно разгоняли их. Я допил бутылку пива. В груди разрывалось что-то, до боли оголяя мое черное сердце. Я должен был придумать, как обойти эту ситуацию. Скрываться я больше не мог, только не здесь, не в этом городе.

Мы проехали по широкому шоссе, минуя мосты, реку, проехали над линиями метро и других железнодорожных путей. Город еще не проснулся, поэтому всё выглядело запустелым, заброшенным. Ветер поднимал листья и газетные листы в воздух и нес их куда-то, а дождь старался прибить их к грязной обочине. Редкие машины такси одиноко сновали тут и там, нервно мигая поворотниками и стоп-сигналами. Вот мы уже ехали по центральным улицам недавно заново отстроенных районов. Неоновые вывески зазывали тут и там в злачные места. Столько воспоминаний связано с этими улицами.

Луна повернула к небоскребу «Монарх» и подъехала ко въезду на подземную парковку. На въезде она приложила телефон к считывателю, и шлагбаум открылся. Машина медленно съехала на -2 этаж и зарулила на одно из многочисленных свободных парковочных мест. Было совсем пусто.

Мы вышли из машины. В куртке валялась пачка сигарет и зажигалка. Я закурил. Горький вкус табака вызвал выделение слюны, а никотин немного дал по шарам. Мы молча шли по длинной парковке к лифтам. Почему она припарковалась так далеко? На полпути Луна остановилась и повернулась ко мне.

– Слушай, я не знаю, что ты будешь делать, но не игнорируй свои способности, ты уже знаешь, как это работает.

Я молча кивнул и затушил бычок носком ботинка.

Лифт быстро приехал, и я на автомате нажал «66» на панели. Время на часах было 5:17. Кабина лифта стремительно понеслась вверх, даря ощущение затяжного прыжка. Очень быстро лифт выехал на уличную часть пути. Дождь оставлял капли на стекле, и солнечные лучи, просочившиеся через облака, мерцали в них, переливаясь.

Лифт остановился на 66-м, и двери открылись. Нас встретила охрана Игоря – четыре человека с автоматическими укороченными стволами. Черные костюмы, лакированные туфли, галстуки – всё как полагается. Они шли сзади, а я прикидывал свои шансы выйти отсюда живым, если всё пойдет не по плану. План, нужен план – всё утро он совершенно никак не лез мне в голову.

Охрана у дверей кабинета Игоря доложила: «Сто восьмая здесь». Я взял на заметку этот номер.

– Пусть войдет, – послышалось в ответ.

Нас прошманали. Беретту забрали, зажигалку тоже. Двери открылись, и мы вошли.

Просторное помещение с панорамными высокими окнами было плотно заставлено замысловатой мебелью, много дерева и кожи в темных тонах. Глубокие диваны и кресла, резные фасады, лепнина. Несколько торшеров тут и там давали тусклый свет на фоне почти до конца закрытых жалюзи. Всё это было до жути мрачно. Я бывал здесь много раз, но привыкнуть к этому невозможно.

Запах сигарет Игоря разносился по кабинету. Он сидел за столом и что-то писал от руки, обложенный кучей папок. Он любил бумагу, не доверял компьютерам. Старая школа. Его лысина поблескивала, а редкие седые волосы смешно торчали. Он поднял голову и снял очки.

– Виктор! – высоким тенором с наигранной радостью воскликнул он. – А я тебе звонил! – Я сделал удивленный вид. Игорь встал из-за стола и скорыми шагами поспешил к нам. – Прекрасная леди, я знал, что на Вас можно положиться! Большое Вам спасибо! Я помню наш уговор, я сейчас же отдам распоряжение. – он театральничал, как обычно, используя психологический прием вербовки, что бы расположить к себе.

Луна кивнула и присела в кресло, а я на диван. Игорь поднес рацию к губам:

– Лёша, зайди. Ну чего Вы стоите? Присаживайтесь.

Думаю, ему иногда было некомфортно с его ростом метр пятьдесят. Мы сели.

– Так, ну давайте сначала с Вами, – повернулся он к Луне, – Ваша просьба займет пару недель, я буду держать Вас в курсе. Возможны осложнения, я уверен, Вы понимаете. Если у Вас есть ещё пожелания – я готов их выслушать, – его мелкие узко посаженные карие глаза пронзительно смотрели на Луну. Глубокий резаный шрам на левой стороне лица, проходящий от подбородка через угол рта по щеке и заканчивающийся над ухом, делал его похожим на странного, потрепанного крысеныша. Острый, весь в горбинках нос постоянно немного шевелился, как будто вынюхивая, где тут сыр. На самом деле он проверял, гдн попахивает дерьмецом. – Ну и отлично, тогда Вы свободны. – Он повернулся к подошедшему подручному. – Алексей, даю добро на операцию «Сектор-16», пускай начинают, пускай доложат по первому этапу. Леша, и скажи, пускай чаю нальют, – он посмотрел на меня. – Ты же покрепче любишь и без сахара, верно? – я кивнул. – Леша, покрепче.

– Всего хорошего, – Луна встала и направилась к выходу.

– Я с Вами свяжусь, – вставая, сказал Игорь ей вслед, немного улыбнувшись правой стороной лица.

Она уже у него на крючке, – подумал я.

Игорь закурил и протянул мне сигареты. Я достал свои, помял сигарету и прикурил, взяв с журнального столика зажигалку. Кукловод задумчиво молчал, затягиваясь и пронзая меня взглядом,обдумывал план, как скрутить меня в бараний рог. Слышно было, как по коридору кто-то прошел, как шуршал климат, как гудел ветер на улице. Дым струился, уносясь вверх, наполнял легкие. Стеклянные глаза Игоря застыли, а лицо выражало глубокую озабоченность перед принятием тяжелого решения.

– Витя, – наконец начал он, – как твои дела? У тебя всё хорошо? – я молча кивнул. – А чего же ты потерялся, не перезваниваешь? Пришлось целую операцию проводить, чтобы тебя вытащить. Ты вообще знаешь, кто тебя ищет? Хах! – мотнул он головой, показывая уровень забавности ситуации. – Я даже не знаю, как ты будешь выходить из этого, не могу подобрать другого слова, замеса. Ты знаешь, что твоего этого «шноркеля», «шныря» или как его там…

– Шнек, он так себя называет.

– Точно, его уже закопали, скорее всего, точнее то, что от него осталось. А ты следующий на очереди. Витя, я ж с тобой по-честному, я тебе всю сумму сразу отдал. Ты же всё получил? Ну вот, – он затянулся, – и работу ты сделал, я знаю, данные у тебя есть. Так а чего ты потерялся-то? Я ведь жду тебя, мне эта информация нужна была ещё две недели назад! Но я подумал: у Вити, наверное, обстоятельства, я же человек, я подожду, я всё понимаю! – он подошел к бару и налил два стакана виски безо льда. – Вот я разве тебя где-то обманул? Нет.

– Там мой близкий под замес попадает… – попробовал я вставить.

– Да плевать мне!!! – резко вскрикнул он во все горло и смешно махнул стаканами с виски так, что вискарь разлетелся перед ним. – Ты взял заказ, ты взял деньги, ты продинамил меня на две недели! Я вообще…

Игорь продолжал орать, а внутри меня что-то уверенно разгоралось. Меня уже конкретно бесил этот персонаж, и я по привычке начал представлять, как сворачиваю ему шею, но вдруг я вспомнил, о чем говорила Луна, и сосредоточился на этом процессе. Вместо расправы я представил, что Игорь относится с пониманием и благодарностью к моей ситуации и принимает мои условия. Я представил это так ярко, почувствовал запах озона, а в груди загорелось сиреневое пламя. Дождавшись паузы, я начал:

– Игорь, давай договоримся: я отдаю тебе информацию, но ты не трогаешь Диму «Ножа» и ты обеспечиваешь мне щит от байкеров. Та база, которая у меня есть… я не знаю, что ты конкретно хочешь, но там вообще все повязаны, что хочешь, то и делай, можно любого прижать. Даже в корпах много кто светится, – выпалил я.

Игорьподнял брови и выдохнул дым сигареты, задумчиво почесал лысину, затем сказал:

– Вот это мне нравится, уж что-то, а ты человек дела, – неожиданно, с глубоким удовольствием произнес он, особо уделив внимание мимике, а я в свою очередь выдохнул. – У меня будет одно условие, ничего особенного. Просто очередная работа – мне нужно глубоко капнуть корпорацию «Велес». Оочень глубоко, работа скорее всего затяжная, особой спешки нет, пара месяцев всех устроит.

«Велес», круто берет. Кто у меня там есть? Фактор, Зеленая… Я уже был согласен, если меня не будут пытаться сварить заживо по частям толпы шизанутых байкеров и испепелить корпораты.

– По рукам.

– Витя, – исподлобья, прищурившись, глянул на меня Игорь с сигаретой в зубах, наливая новую порцию виски, – на этот раз давай серьезно, не надо пытаться меня наебать. Ты специалист, конечно, крутой, но нет незаменимых людей, помни об этом. – Закончив наливать, он сел на диван напротив меня, толкнул по стеклянному столу стакан в мою сторону и продолжил: – Ты же всё знаешь: «Иннотех» держит за яйца сам знаешь кого и знаешь чем. Мы будем стоять тут ещё ооочень долго. Тогда по рукам, – он протянул стакан в мою сторону. Я чокнулся с ним и выпил до дна. – Витя, я жду базу до конца дня, – он взял рацию. – Леша, зайди.

Снова зашел Леша. Игорь жестом подозвал его поближе и на ухо что-то тихо сказал. По губам я понял, что это про меня. После этого Леша ушел, а Игорь с улыбкой на лице сообщил:

– Всё в ажуре, Витенька. Ты пойми, я эти все варианты просчитал уже давно, – говоря «я», он имел в виду «Пророк» – систему моделирования будущего на облаках «Иннотеха». Он встал: – Я рад, что мы договорились, – и протянул мне руку. Я пожал её, а внутри прокатилось отвращение.

– Тогда я пойду, до конца дня данные будут у тебя.

Уфф! Вот это жесть, никогда бы Игорь не схавал такой подачи, а здесь он даже был рад. Поразительно. Я чувствовал страшную усталость, тело ломило. Дима… Дима… Я думал над тем, чтобы вырезать его из этих данных, но он там так засветился, что мама не горюй. Дима потерялся совсем, потому что он курировал сделки, операции, даже был гарантом в сделках. Причем я даже не уверен, что знаю все его псевдонимы, так что пытаться корректировать базу было бессмысленно. И самое главное – всё это за спиной «Иннотеха». Так как Дима совершенно безбашенный – его бы убрали. А теперь… теперь надо надеяться, что не сильно покалечат, но закроют всё что только можно и еще поставят постоянный контроль.

Я выходил из здания, на часах было уже 6:25. На главном входе на парковке стояла Луна. Я сделал знак рукой, что заметил ее, и подошел.

– Я же говорила, что получится, – улыбнулась Луна.

– Меня до сих пор колбасит, – поежился я.

– Ты сегодня два раза использовал свои способности, и второй раз был очень мощным – много энергии потратил для первого раза, тебе надо отдохнуть.

– Да уж, я бы хорошенько поспал. Подбросишь?

– Запрыгивай, – мы сели в машину, и Луна дала резко газу; джип заревел и помчал вперед по набережной. – Тебя куда?

Я задумался, сегодня мне лучше не появляться в засвеченных местах. Я посмотрел на Луну. Казалось, она вообще не устает. Наверное, я уже плохо соображаю. Да и глаза зверски слипаются, меня рубило по полной.

– Я знаю одно хорошее место, тебе должно понравиться, – уверенно сказала она, поддавая газу.

Я снова вырубился.

Глава 5. Условно живой.

Эпизод 1. Размышления

– Люди – очень интересные существа. Им необходимо принимать пищу внутрь своих тел. Там специальные устройства – органы – расщепляют эту пищу на мелкие составляющие – молекулы, чтобы из полученных ресурсов строить свое тело. Забавно, но универсально, это удобно. Вопрос только в том – зачем им эти тела? Интересно, как это – быть в теле человека?