Лирические стихотворения. Любовь, печаль, мистика, сказки
- -
- 100%
- +
* * *
Она пришла на жданное свидание С улыбкой милой на своих устах Увидела моё любовное желание
Быть вместе с нею в розовых мечтах
И молвила, напрасны помыслы твои Пощупать нежны прелести мои Самодостаточна, красивая собой Она была другому отдана судьбой
Её улыбка, вольный взор Продолжили наш разговор
С глубоким смыслом мне сказала
Тебе полезен психоанализ для начала
52
На что я сразу согласился Её нарядом восторжился
Платье белое с цветным горошком И кофточка с малиновым цветком На ножках туфли модерновые
Из – за границей привезённые Она в них лёгкою стопой Шагает под руку со мной
И плечи нежные, прикрытые Причёской из каштановых волос Они спадали модными волнами Над вожделенными грудями
Их ветер озорной разнёс
Нимфеи желтели Сирень отцвела О них мы забыли
На озеро осень пришла
* * * Как зарождаются стихи?
Увы, не так – то просто, Ведь это вздох души, Неброский отголосок
СТИХОТВОРЕНИЯ ДРУГИЕ СНЫ
* * *
КОГДА КОРОЧЕ СТАНУТ ДНИ
Когда короче станут дни И станут зябкими они
И думы потеснятся на уме, А осень подойдёт к зиме, Повеет пред окном моим Морозным хладом, а за ним Появятся безмолвные древа
Зашелестит пожухлая листва Когда пустынною порой,
Над усыпленною землёй Забродит ветер одичалый И под его протяжный свист
Слетит с корявой ветки лист, Кленовый, запоздалый
И вихрь вьюжный предо мной Незримою летучею волной Его опустит на дорогу
Когда в морозную погоду, Поникнет гроздь рябины красной, Я расскажу в задумчивых стихах О бренности земной, прекрасной И о волшебной силе сновидения,
Когда в пленительных и ясных снах, Нежданно оживляются виденья Минувших, торопливых дней,
Не угасшей памяти моей.
ИТАК, НЕЛЬЗЯ ЛЬ СОЙТИ С КАРТИНЫ?
1.
Итак, нельзя ль сойти с картины Со зрелища слепой пучины,
Что б с пьедестала не упасть В вулкана огненную пасть
В пурпурной тоге, босиком
Сбежать из городка, объятого пеплом Везувия к всевидящим богам
В Гефеста жаропрочный храм? 2.
«В Италии огнём играешь? Помпеи лавой заливаешь? Ступай к всевидящим богам,
К огня подземным очагам
И умертви их пылкий жар, Их тёмный грозный пар, Водою из моего кувшина»
Художнику шептала в уши Нина, Она его любовницей была Кувшин с собою принесла.
Художник кисточкой своей Уменьшил долю жара в ней
И оглянулся, был один
Средь недописанных картин.
3.
С одной из них смотрела Нина,
А на другой с разбитого кувшина
Лилась вода. На мраморном полу,
В заваленном картинами углу,
Она мочила огненного мужа,
Под ним воды разлилась лужа.
Из глубины седых веков,
Семь праздных черепков, Виднелись в жаркой тишине, На живописном полотне.
Гефест изрёк ему с картины
«Такого не бывает без причины, Ты удивляешь вновь меня
В ней много дыма, нет огня,
В кой раз рисуешь ты Помпеи
И что выходит из затеи?»
И на ошибку живописцу указал:
«Ты у кувшина дно не написал, Услугу Богу ненароком оказал.
Ты, промочил мне ноги,
Теперь по огненной дороге
Ступая в мокрых сандалиях
Оставив гору шумную в клубах Огня и пепла, всю впотьмах Пешком покинем мы Помпеи.
Ради твоей спасительной идеи Я приведу тебя в свой храм, Творить ты будешь там
Свою печальную картину В ней не забудь про Нину Она восторженно мила,
Хоть и в Помпеях не была».
4.
Пройдёт веков завистливая даль,
Но неутешная, безмолвная печаль Останется в глазах у девы молодой Идущей от ручья к себе домой.
Она тихохонько несла кувшин, Со свежею, прохладною водой, Бегущий с каменных вершин.
На живописном, ярком полотне Был слышен в грозной тишине
Не плач совы иль зверя дикий вой, А громкий гул под каменной горой. Им потрясённая она,
Кувшин с водою уронила О чудо! Светлая волна Ножки красавицы омыла Всё было так, доволен я Не иссякает вечная струя
Сливаясь из разбитого кувшина
Струя бежит и никуда не исчезает.
И время жизни в ней не убегает.
Закончена любовная картина.
Я мысль свою в ней живо обнажил, Когда её такой в холсте изобразил. На ней полунагая и босая, Прелестница моя немая
Украсит мой салон отныне, Сойдёт с неё в день именин, Когда останусь у камина я один, Не буду вспоминать о Нине
В Помпеях буду с девой до рассвета Наступит он, уйдёт Джульетта.
В окно заглянул месяц молодой И осветил торжественный покой Его лица. Художник крепко спал.
Он никогда в Италии далёкой не бывал В ту ночь над ним Везувий грохотал.
5.
Но вздрогнул он,
Мгновенно оживлён,
Исчез его роскошный сон Внезапный тихий звук
Его коснулся вдруг.
Он шею вытянул и боязливо Водил глазами молчаливо. Стояла у его порога Нина, Без домашнего кувшина.
Возле него присела
На полусонного глядела Его быть музой захотела.
«А почему без дыма и огня Не пишешь ты меня?
Ни денег, ни любви тебе не надо Джульетта – вот твоя отрада, Ах, Боже мой!
Как стыдно, я с тобой
Была близка и что ж ?
Ты стал на инока похож»
Художник с Ниной Грустно соглашался, А сам Джульеттой Милой увлекался.
Съел сицилийский апельсин, В своих мечтах он был один.
ПОЛДЕНЬ ОСЕННИЙ СЕЛЬСКИЕ ДНИ
1.
Полдень осенний, сельские дни Церковь знакомая, в ней мы одни. Алтарь величавый перед нами стоит, Священник, вздыхая, молитву творит Он с ней обращается к нашему Богу Хвала, имена и тишина понемногу.
2.
О тайне венчания
Думаю я.
В минуту забвения Смотрю на тебя.
Вздох рядом
И думы, о ком?
О чьей – то судьбе? О Боже, да Боже! Всё те же, да те же Они о себе.
Священник закончил Сердечную речь,
Он в ней обозначил,
Что в жизни беречь.
3.
Свечи мерцанием вялым горят Наши короны медью блестят,
Их тени немые ждут наших шагов
С нами плывут на времени зов.
4.
Голос детский слышится рядом
Я молча ищу его нежным взглядом, Какой он невинный,
Как он сладок и звонок
В пелёнки закутанный Плачет чей – то ребёнок
И причастные к тайне
Его младые уста,
О ней в колыбели Кричат неспроста.
5.
Две дороги после венца Уйдут от святого крыльца. Одна повернёт в чужие края Умчится по ней невеста твоя И не одна, летней порой
Она увезёт младенца с собой.
От грусти своей тебе не уйти Другою дорогой ты будешь идти.
6.
Вот он затих и в радостном покое
Со мною попрощался у крыльца.
Над ним взошло сиянье внеземное, А я не смог забыть его лица.
Рассвет своей жизни Ребёнок встречал, Звёздный Овен отныне Над ним замерцал.
7.
Вновь вздохи твои О вечной любви
И шепот о том, Что будет потом. О Боже, да Боже!
Всё те же, да те же, О чьей – то судьбе?
У, у, у… опять о себе. И кажется мне,
Я брежу во сне. 8.
Промчался мимолётом сон И позабылся, был ли он? Напрасно на тебя гляжу,
Напрасно чувствую волнение. Тебе уж верно не скажу,
Что скажет мне воображение.
В поре грядущей мнились мне не зря Две разные судьбы у алтаря.
Теплятся, тают венчальные свечи, Шепчет священник свои тихие речи
Он тайного Бога над собою не зрит
По требнику взглядом усталым скользит В высь улетают хвала, имена
А вокруг тишина, тишина 9.
Молитву закончил, аминь произнёс Две тайны венчания с собою унёс. Каплями воск затвердел на полу Это венчальные свечи оплыли, Медью короны блестели в углу
Мы вскоре о них позабыли.
10.
Как утешение голос колокольный
Над нами благозвучно прозвучал,
Неспешно пришёл народ богомольный Ветер свежий огоньки свечей качал.
АХ, ПОЧЕМУ ПОЭТ НЕ НИЩИЙ? 1.
Ах! Почему поэт не нищий? Стоял бы у ворот кладбища,
С протянутой, костлявую рукой В одежде тёмной и с тоской
С усердием крестился бы другой, Забытые молитвы бормотал,
В терпенье грустном ожидал,
Когда рассеянной толпой
Люд разночинный, деловой
Пройдёт через печальные ворота
И одарит его не мелочной деньгой,
С которой им расстаться неохота.
И всё, что за день он собрал,
Бывало к ночи раздавал
Больным, калекам старикам
Таким же нищим, как он сам.
2.
Ах, нет! Однажды дом покинув, Рюкзак свой на спину закинув, Он в рай отправился пешком. Стародавний и желанный Цветущий, вожделенный
Шёл больше часа, ну а потом Остановился за кривым углом Невмочь по собственной нужде Другого места не найдя нигде Обрызгав угол, поднял он рюкзак И слышит над собой «чудак, чудак»
Сей угол виден был с небесной крыши Небесный Дух к нему спустился свыше И над поэтом закружился
И гласом ветряным шептал
Поэт ему ничуть не удивился
Он встречи с ним недаром ждал
Хоть Дух и был созданием бестелесным, Хоть и витал в небесной, тайной вышине, Он не был в состоянии безвестном,
Он всякий раз был рад земной весне,
Дивился сверху на природный день,
В нём расцвела белоснежная сирень
И наземь падала звенящая капель, Пришёл зеленый, пахнущий апрель.
«Пришёл ты к месту непростому Отсюда к своему вернёшься к дому Но прежде мы заглянем в рай Пройдёшь ворота, не скучай
И зри в радостном раю Невесту, бывшую свою, Хоть рай и очень далеко Мы долетим туда легко» Ему промолвил вслух
Над ним парящий Дух 3.
Перед дорогою наверх небесной Он съел паштет из печени гусиной, И стал бодрить себя кагором, Особый смысл был в котором.
Вино обрядом освещённое, Было и то сказать, церковное.
Добраться бы до райского буфета, Была мечта у захмелевшего поэта. Буфет стоял возле входных ворот,
А из него гостям в открытый рот,
Шёл сам собой печеночный паштет,
Аж непрерывно много тысяч лет,
А рядом из фонтана на разлив, Лилось вино, на вкус аперитив, Для возбуждения аппетитов
У незадачливых земных пиитов.
4.
Дух стал проводником поэта
Он мчался с ним быстрее света
Надев, лихие скороходы башмаки, Поэт вихрем взвился и напрямки, Глядя на горы, реки и моря мельком, Летел над ними спешным кувырком О пакостях земных доселе забывая, К древним, входным воротам рая.
Вот он меж звёзд стремглав летит Светил гремучих он не задевает Обоим башмакам натужено кричит
«Правей, левей», полетом управляет Стал оставлять он плавно вышину
Всяк раз полета изменяя кривизну,
О чём промолвишь только «ну и ну» Пропал его внезапный страх
Он очутился в тех местах, Где был безвестный край, Откуда шла дорога в рай. Прошёл через его врата И средь чарующего света, Остановился он невольно И благоговея богомольно
Усердно своё темя почесал Разом христосоваться стал
Из всех молитв одну воспоминал И «Отче наш» пробормотал
Всё более и более робея Искать стал душу Моисея Моше рабейну, так его зовут Душа вероучителя рядом, тут Рай стародавний обошёл Ветхозаветной не нашёл Вокруг себя рассеянно глянул По сторонам скучно зевнул
Своё присутствие в раю вкушая Пешком достиг он середины рая
Где без него всё шло своим порядком И подбочась, в раздумье сладком Стал вновь глазеть по сторонам Увидел души милых сердцу дам,
«Ах, душеньки! В сей час Есть у меня для вас Приятная забота,
Мне стало так охота
Средь богомольной тишины
И средь блаженной немоты, Предстать пред вами,
С душевными мечтами
Вас в рае немного позабавить, Блаженство сна представить». Он услышал в ответ
«Нам не мало лет
Оставь нас в раю
Мы песню поём свою
О нашей любви земной Тебя вспоминаем порой» 5.
Объятый сном волшебных чар, Он не проснулся. Он был стар.
Земную жизнь, сутулясь довлачил, На святки в ночь поэт почил.
Лежал в украшенной плющом постели На чердаке высоком до конца недели. Над ним на крыше птицы пели,
Они встречали близкую весну
И ввечеру друг дружке щебетали
«Опять поэт проспал луну?»
Младой двурогий лик луны
Сиял над крышей с правой стороны
Свет заглянул в чердачное окошко
И стало грустно без луны немножко
Она взошла три дня назад,
А он был ей ужель не рад
А ночью из прозрачной темноты, Ему мурлыкали чердачные коты, О том, что кошки их не замечают, С чужими спать предпочитают.
Коты те были прыткие, худые, Из луж лакали звезды голубые Проглянет день и уж темно
«Мяу милуй», прыг в окно
На чердаке они гуляли и дремали Бывало, что зимою согревали
Они своим теплом поэта
Оставив своих кошек где − то.
Дружил он с птицами, котами,
Они стремились к нему сами
6.
Душа его покинула родной чердак, Неслось ей вслед, «чудак, чудак» Бездушным эхом,
Грустным смехом
Бессмертный Дух простился с ним С приятелем задумчивым своим Оставив край земной
Дорогою своей прямой Вернулся в древний рай, Читатель примечай
Для нас прямой, кривой И никакой другой
Туда дороги нет
Есть праведный ответ Живем, скулим, ярмо несём В земле покой себе найдём
Прошло три дня. За ним пришли И гроб за город в полдень увезли.
КАК БУДТО ОДИНОКАЯ 1.
Как− будто одинокая
С веселою душой
Как будто не далекая
И жаль, что не со мной 2.
И так, послушай, чувство есть такое
И не досадное и вовсе не простое
В один из ясных, летних дней
Предстал пред нами Гименей
И молвил «я решу заботу вашу
Однако же, сварите себе кашу
Среди мечтательного дня
От моего горячего огня
Вот зерна вам, на свадьбу их дарю,
Я за кастрюлькой вашей присмотрю». 3.
Четыре зёрнышки лежали пред нами Благословенны седыми веками.
Первое для веселья жизни хладной, Второе для мига любви отрадной, Третье на верность наших сердец Четвёртое горестям близкий конец Мы взяли подарок и тихо робея, Смотрели счастливые на Гименея.
«Вы кашу мою едите, едите,
В ней страсти таятся, идите,» Промолвил Бог и факелом своим
Путь пеший к храму осветил
И покрывало брачное двоим В земном поклоне подарил. 4.
И так и что же ? Не всё так тоже.
Сварила Оля кашу, но какую? Немудрено, ужель крутую?
Горох журавлиный сварила Густого вина анжуйского влила Рецепт от бабушек узнала
В объятия милого упала
Про сей рецепт судачили всякое, Хвалебное, ревнивое, дурное
И даже сексуально напускное 5.
И так, Бог ввечеру присел На пир воображения
И с умилением глядел
На Оленьи творение
И так и что же ?
Не всё так тоже. Четыре зёрнышки Остались лежать Они как скрижали Их надо бы знать
Из прошлого яркие тени уплыли Мы вскоре о них ввечеру позабыли 6.
Сей зыбкий сон приснился мне
Исчез с рассветом будничного дня
И больше он не посещал меня
Ну а горох? Теперь на кухонном огне Рецептом Оля варит кашу мне
В анжуйском Anjou Rouge вине
А Гименей? Вернулся в свой предел, Довольный свадьбой и собой
Кашу журавную от Оли Зерновой Не отрываясь от кастрюльки съел И с удовольствием потом кряхтел, Объелся и такой "пердёж" издал, Что на Олимпе Зевса напугал Читатель, прости за бранное слово Оно на Олимпе похоже как ново.
Стал он земные свадьбы посещать, Гулять, горох землянам раздавать, Горох младым запас весёлый Гименей И может быть на много, много дней.
Р.S.
Этот горох едят белые журавли перед Перелётом в дальние страны, копят силы, Не все долетают
ПАВЛИК
1.
Под вечер сумрачного дня Мне снится, сын есть у меня, Мальчишка шустрый, озорной И радостный, когда со мной. Он вернётся сегодня ко мне
В моём ясном, тревожном сне. 2.
Знаю я, меня опять обманет, Этот сон при первом блеске дня
Но пока разлученный день настанет, Он улыбнётся, обними ж меня.
3.
Его черты по – детски скромные, Причёска, не остриженные виски
Но смотрят в глаза мне бездомные Какие – то странные, его зрачки.
4.
Как будто знают они то далёкое, Что станет обманчивым сном.
Оно же в душе неспокойное, Оно же мечтает, грустит о нём. 5.
Я позову его к себе украдкой,
Не потревожив сон свой сладкий И буду с ним до утра играть, Осторожно его ласкать
И вновь станет душе моей
И просторней и веселей.
6.
А когда наигравшись сполна, Он захочет детского сна.
Я в кроватку его уложу, Поцелую, перекрещу.
В эту ночь ты остался со мной Я как ангел, хранитель твой,
В твоих снах всегда над тобой.
7.
А к утру, как всегда,
Он уйдёт от неё на года, И в видениях ясного сна
С ним опять разлучиться она, Чтобы потом иногда Повидаться с ним вновь.
Это будет всегда Та же сонная новь. 8.
От неё он ушёл
Ему было семь лет.
Навсегда в ней оставил
Свой мальчишеский след
* * *
1.
Осень, всех былых осенней Предназначена мне в этот год, Мальчик из ясных сновидений Постучался у моих ворот
2.
То сентябрь пришёл опять
И придвинулся ко мне вплотную,
И принес наяву весть такую
Без раздумья его забрать.
3.
И такою дальнею разлукой Вдруг повеяло из чистых уст,
Оставайся, я шепчу ему дорогой, Лишь с тобой мой дом не будет пуст. 4.
А он плачет и смеётся
И заглядывает мне в глаза, Словно чует, навсегда расстается И в ресницах блестит слеза.
5.
Остался я, теперь лишь смею Смотреть в день расставания, суеты, Ушла душа, родня с моею
И некому смерить мои мечты.
6.
Ты теперь в стране чужой и дальней, Ты там вспомнишь обо мне?
О любви родной и скромной Закручинишься ль во сне? 7.
Только очень верить хочется,
Что на склоне своих лет
Твоя ушедшая душа воротиться В мой осенний ясный свет.
* * *
1.
На косогоре лес стоит заворожённый Весенним ароматом напоённый
Он не приветлив, холоден и сыр, А уж его вершины молодеют Листвою нежной зеленеют
С надеждой смотрят в Божий мир. Шумит знакомая лесная тишина
В вершинах ветра песнь слышна
Она покой тревожит осени былой Несётся над пожухлою листвой
В которой ненадолго сохранились Тлен жёлтый, хладная сырость.
Поёт комар, теплом и гнилью веет А на краю прозрачно лес светлеет Мне грустно. Не осталось ничего Зато я слышу песнь весеннею его, Она сметает след былого Надежда расцветет снова
И чувства распылять готова
А вот и радость мне открылась
Она за нагими древками скрылась
С опушки пристально гляжу
Под косогором нахожу
Уютный сельский дом
С приветливым окном
От ветров ограждён горой
С кирпичною стеной
В нём свет горит Зовёт меня домой Возле окна стоит Ужели мальчик мой? Я вижу трубный дым,
Как он столбом ночным
Клубиться над коньком
Покатой черепичной крыши
И укрывает серым облаком
Полёт ночной летучей мыши,
А рядом сруб с добротной крышей Построен с брёвен дедом Мишей.
По правилам ушедшей старины
В нём щели мхом проложены Внутри его тепло суровою зимой Прохладно летом, в жаркий зной. Бывает мнится во хлеву порой
В час непривычной сельской тишины Забытый запах леса смоляной
И шум древесный сладостной весны. Он держит в нём корову, кабана
По вкусу им даёт отменные корма Покоя нет от них ни вечером, ни днём Хозяйство держится увы, на нём.
2.
А в тёмном, длинном вечеру Почти в полночную пору,
Ещё один день трудно прожив, Дела в хозяйстве подытожив, Дед сам с собой наедине, Оставив думы в стороне
Пред тем, как отойти ко сну, Шептал молитву лишь одну
И на перине лёжа пуховой
Молитвенник, закрывший свой
В просторной комнате один
Он отдыхал как вольный господин
И звал жену. Она привычно
Несла ему, как и обычно
Пришла вечерняя пора,
Всё то же, что вчера
Графин с малиновой водой, Стакан отвара зверобой, Бронзовый светильник,
Очки, будильник,
Три свечки про запас, Чтобы поздний свет не гас
И огонь светильника ночного Также светил для домового И сладостный роман, Который ему дан
Был доброю соседкой Накрашенной брюнеткой Трёхтомный, длинный, Любовный и старинный. Он уносил его мечтой
К началу жизни молодой
И с ним желал старик Помолодеть хотя б на миг.
Имея по хозяйству много дел,
В иные книги он уж не глядел. Глазами сонными читая,
Его страницы понемногу, Над первым томом засыпая, Промолвил «слава Богу»
И в деревенской тишине Храпел в приятном сне.
Он в нём заросшею тропой Спешил к соседке молодой, Пышной и нарядной
В прошлом овдовелой.
Она в задумчивости томной
В лесной беседке полутёмной Его ждала в тиши одна Вечернею луной освещена.
«Я здесь», он прошептал Достал роман, ей прочитал
«Я молод, жизнь моя крепка
Чего же ждать? Тоска, тоска,
Я от тебя желанья ожидаю
Тронься ты судьбой моей Я ясно, ясно представляю
Покорный взгляд твоих очей» Вдруг звук от них неподалеку Раздался звонкий, «кукареку»
Он к ней губами прикоснулся
И чмокнул в щёчку и проснулся.
3.
Лёжа в постели пуховой
Кряхтя под тёплым одеялом Мечтатель уж не молодой
Был в настроении не вялом
И тёр сонливою рукой
Усердно заспанные очи
С них, отрясая грёзы ночи,
А в мыслях был уже в хлеву,
Где не во сне, а наяву, Кормилица семьи стояла
И мычала и терпеливо ждала, Когда положат перед ней Корм сытный поскорей,
Сноп кукурузы спелой
Немного пожелтелой,
Душистых сенных трав копну,
Нередко за холодную зиму
Она три тонны их съедала
Хотя того сама не замечала
Давала по весне приплод.
Бычка иль тёлку каждый год. Казалось на её шершавом языке Таился вкус живой о молоке,
Он мнится запахом ветров
Летящих над росой лугов,
Меж трав лесных или цветов,
Они порой тревожат нас
И ради них в вечерний час, Парного литра два за раз,
Я скромно на ночь попивал, И глубоко те запахи внимал.
4.
И только ночью во хлеву
Царит покой и дрёма
Душисто пахнет на полу
Ячменная кругом солома,
Да свежий крупеником навоз
Щекочет в стойле нос до слёз. Но слышится порой из крова Глубокий вздох, не спит корова Томится жирным молоком
Оно польётся ручейком
В ведро послушно по утру
И будет к деревенскому столу Сметана, творог и кефир
Хотя и редко – вкусный сыр.