Махаон. История исчезновения. Динамичная редакция

Что-то проясняется

Пока они разговаривали и нарезали уже третий, а то и пятый круг по полю, Алеська ничего не замечала вокруг. Но, проходя через самый центр, где перекрещивалось большинство путей-тропинок, она сразу узнала место и ту ямку с бугорком, где вчера лежали Динаркины вещи. Сегодня здесь было сильно натоптано: трава кругом примята, сразу видно, как много людей тут шаталось. После полицейских на это место оперативно прибыли все пятьсот учеников-мальчишек Каждый хотел лично, своими глазами и руками, обыскать, найти и узреть что-то крайне важное, что до него не увидели и не нашли пятьсот других пар глаз и рук. Алеська остановилась и стала осматриваться Свежая земля показывала, что тут даже что-то копали.

— Ой, смотри, Юра, а вот здесь я нашла её вещи.

Вот так лежал рюкзак, сверху пакет… — Алеська торопливо начала рассказывать, показывала и чертила в воздухе руками.

— Значит, сверху рюкзак, а на нём сменка, потом пакет с плакатом и сверху телефон.

И самое главное — ты знаешь, это не Динарка укладывала, я уверена. Она бы просто в кучке всё оставила! А тут всё квадратиком было сложено… Юра внимательно выслушал её, оглядел и ямку, и бугорок, а потом стал осматриваться кругом — опять искать что-то взглядом где-то вдалеке. Даже на цыпочки привставал. Это с его-то ростом.

— Так, так… — бормотал он, и потом воскликнул: — Придумал!

Сразу став деловитым и собранным, он огляделся вокруг, что-то поискал глазами, нагнулся и поднял с земли какую-то длинную ветку, всучил её Алеське и заговорил торопливо и сбиваясь:

— Слушай, Аська, сейчас мы с тобой кое-что проверим.

Ты стой здесь, вот с этой поднятой палкой, чтобы я тебя видел Я отойду. И если буду кричать: «Пройди вправо» или «влево», то ты иди. Только палку не опускай, хорошо? Алеська кивнула и спросила:

— А зачем это?.

Но тут же спохватилась:

— Конечно, хорошо!

И подняла руку с палкой как можно выше. Она сразу заразилась его изменившимся настроем и почему-то заволновалась. Юра быстро пошёл куда-то в сторону, и скоро раздался его далёкий голос:

— Ася, иди правее, шагов пятьдесят!

«Не Ася вообще-то, а Алеся», — подумала она, но послушно пошла считать шаги, правда, с волнения чуть не перепутала, где справа, где слева. Пройдя шагов сорок, она услышала, как Юра закричал:

— Всё! Стой там!

И через минуту, запыхавшись, он появился сам и сразу стал внимательно осматривать землю, кусты и всё вокруг Алеська тоже стала вслед за ним смотреть кругом, но ничего необычного не увидела. Разве только что… Она остановилась и засмотрелась на кусочек земли перед собой Никак не могла вспомнить, что он ей напоминает. Что-то такое, связанное с Динаркой. Наморщив лоб, она стала щёлкать одновременно с двух рук пальцами — вначале медленно, а потом всё быстрее и быстрее. Этому приёму её научила Динарка, а Динарку — какой-то военный из бабушкиной части. Кто обучил военного, неизвестно Нащёлкала — и вуаля: память вдруг начинает вспоминать такое, что ты и сама не помнишь, где и когда это было с тобой. Пощёлкав мелодию барабанщика, Алеськина память тут же выдала картинку: ну точно же! Как тем летом они в лагере собирали каких-то Динаркиных бабочек и козявок, и она показала ей на одно место:

— Видишь, на земле как пудрой насыпано? Здесь был танец фей.

Потом стала объяснять, что так называется место, где мотыльки или бабочки «посеяли» нектар, потому что их тут было очень много. А почему их бывает много, Динарка точно не знала. И вот прямо перед её ногами, рядом с кустиком можжевельника или чего-то другого (Алеська не сильна в биологии), на земле был отмечен такой же белой пудрой довольно большой кружок. Алеська присела и осторожно, пальцем, потрогала землю.

— Что ты нашла? — наклонился рядом с ней Юра.

И только она захотела ему сказать, что ничего, как вдруг увидела такое, что у неё задрожали пальцы. Алеська осторожно убрала несколько листочков и комочков. На земле был вдавленный след обуви большого размера, а в нём — три кругленьких маленьких цветных кружочка.

— Юра… — прошептала она.

— Смотри, это Динаркины конфеты.

Она их тогда купила, и у неё как раз чуть-чуть оставалось. Она мне половину отсыпала… И место тут такое — бабочки тут были, много. Мне Динарка как-то показывала, видишь… И она, жестикулируя руками, торопливо рассказала ему про танец фей. Юра внимательно слушал, смотрел на землю, помолчал, а потом сказал:

— Я тебе сейчас расскажу.

Ты только никому не рассказывай. Алеська напряглась.

— Короче, мы были тут вчера, недалеко, с Толяном.

Там, куда я бегал сейчас У меня из-за этого как раз сейчас проблемы… ну, это ладно. И вот оттуда я увидел… Я думал, что мне тогда показалось Я увидел девочку, видимо твою Динарку, вот прям здесь, где мы стоим. Алеська почувствовала, как у неё мурашки побежали по спине и рукам. Юра негромко продолжал рассказывать:

— Она стояла и смотрела вверх.

И руки подняла обе к небу. Так странно мне показалось… А потом, представляешь, вокруг нас, везде вдруг взлетела мошкара и полетела вот сюда, получается.

— Какая мошкара? — переспросила Алеська.

— Не знаю, — пожал плечами Юра.

— Я не очень-то разбираюсь в них.

Но разная: и бабочки, и жуки Их прям миллионы были… Потом мы ушли. Но я и представить не мог, что ей опасность какая-то грозит Я бы никогда не ушёл, никогда Ты веришь? — тихо спросил он и посмотрел Алеське прямо в глаза.

— Я верю, — так же тихо ответила она.

Учитель, который нравится всем

Есть такие люди, которые нравятся всем Всем — в смысле всем детям Детям и животным. Динарка не раз убеждалась: если взрослого любят дети, то его любят и животные. И наоборот Собаки, кошки, птицы — все любят добряков. А добряки любят и собак, и кошек В общем, вот такой любовный клубок получается. Про взрослых сказать трудно: взрослые мало кого любят Динарка с Алеськой даже по себе заметили, что чем старше человек становится, тем больше вещей ему перестают нравиться. Допустим, погода Динарке в детстве нравилась любая погода. Она и в дождь, и в снегопад всегда готова была идти гулять на улицу. Теперь же она выросла — седьмой класс как-никак, — и требования к погоде (вместе с прогулкой) тоже подросли Погода для гуляний не должна была испортить причёску, новую куртку, быстро нанесённый в подъезде лёгкий макияж (чтоб не видели родители) и прочий сногсшибательный внешний вид. А то мало ли что.

Ведь кто-то обязательно (тот же Макс из соседнего подъезда) как назло встретится, когда ты с видом мокрой курицы вышагиваешь по двору домой. И тогда — пожалуйста: все прошлые усилия произвести впечатление на этого слепого идиота пойдут насмарку. А с возрастом, когда ей перевалит лет так за тридцать-тридцать пять, если, конечно, климат на Земле не поменяется в лучшую сторону, она наверняка станет домоседкой. Но сегодня, несмотря на дождь, домой со школы она все ж таки добралась с комфортом. Её опять на своей машине довёз до дома учитель по ОБЖ — Олег Борисович. ОБЖист был одним из немногих учителей в школе, которые давали надежду поверить, что «учитель» и «мучитель» — это просто совпадение, этакая игра слов.

Таким учителям-исключениям дети, как правило, не давали даже прозвища, а называли между собой просто по имени — допустим, «Олег», — или, как старшеклассники, коротко и по-домашнему: «Борисыч». Узнайте у своих детей, кого из учителей в школе называют просто «Борисычем», — и вот вам готовый образец редкого, исчезающего вида: «педагог нормальный». Правда, в Динаркином 7 «Б» обычные имена или отчества людей всё равно мало кто использовал У всех одноклассников, кроме имени-фамилии, по которым их с детства знали родители и вызывали к доске учителя, было как минимум ещё по парочке дополнительных имён. Это было необходимо для удобства, конспирации и скорости выговаривания. Допустим, Васильев Антон у всех в телефонах был записан просто как «Мазай». И дело, конечно, не в возрасте и не из-за любви к тонущим зайцам Прозвища всегда прилипают к тебе из-за собственной глупости и неосторожности.

В прошлом году зимой ему родственники привезли откуда-то (из далёкого прошлого, наверное) жуткую шапку-ушанку Видимо, в качестве наказания головной убор Дед Мороз подсунул под ёлку. Жестокие родители надели ушанку ему на голову, сказали: «Зато тепло!» — и отправили в школу. А он, по глупости, не выбросил её где-нибудь по дороге, а так и заявился пред глазами одноклассников. По литре тогда как раз проходили Некрасова с иллюстрациями. На одной из них был изображён вылитый Антон в ушанке — с зайцами, но без бороды.

ОБ

«ОБ» пешком не ходил У него была машина — жёлтенький фургончик «Рено Кангу», в котором он часто перевозил (по всяким делам и без дела) школяров. Также, в отличие от других учителей, он не грозил двойками и жалобами родителям, не отмечал прогулов, часто шутил и вообще был своим парнем. Парнем, конечно, он был уже староватым — лет тридцать-тридцать пять. Хотя физически он очень даже хорошо сохранился Англичанка так и сказала:

— Вы очень хорошо к своим годам сохранились.

На что «ОБ» хмуро ей отвечал, что он не то чтобы хорошо сохранился, а просто плохо развивался. И как-то во дворе школы подтянулся двадцать раз на турнике Легко спрыгнул, поклонился и сказал стоящим вокруг ученикам:

— Учитесь, заморыши!

Заморыши ему тогда громко и одобрительно похлопали, особенно те, кто выиграл спор. Физруку, который тоже был рядом и всё видел, увиденное не понравилось Сам физрук на том турнике, наверное, и двадцать секунд провисеть не смог бы. Поэтому они так с «ОБ» в школе и не сдружились. (Физрук дружил, как и положено, с трудовиком Ученики подозревали, что эти двое вообще прибыли с одной планеты.) Лёгкости общения ОБЖиста с любыми (даже с самыми так называемыми «трудными детьми») обзавидовались и самые, так называемые, «опытные педагоги школы». Стоя на переменах в коридоре, поблёскивая очками и покачивая причёсками, «опытные педагоги» нарочито громко обсуждали недопустимость в коллективе какого-то там панибратства. На что Олег Борисович совсем не обращал внимания. Появился «ОБ» в школе только в этом сентябре Устраиваться на работу он пришёл не один, а всей семьёй.

Вторым в семье был маленький жёлтый автомобиль-фургончик, про который мы уже говорили. В фургончике на пассажирском сиденье сидел и улыбался третий член семейства «ОБ» — его супруга. Жена у «ОБ» была весёлая, маленькая, пухленькая, похожая на только что испечённую булочку. Она тоже хотела работать в школе. Только не учителем, а в столовой — пекарем. Звали её Ольга, для детей, соответственно, тётя Оля. В общем, директор взяла всех троих — и не пожалела. Эта семья оказалась крутой находкой и для директора, и для детей, и вообще для всей школы. Олег Борисович за два месяца сумел перевернуть кучу дел.

В эту кучу входили: уроки с обучением связыванию и развязыванию разных узлов (дома перед родителями потом все похвастались, тренируясь на младших братьях-сёстрах умению связать руки врага намертво обычным брючным ремнём); разборка-сборка автомата Калашникова; скоростное надевание на голову глазастых противогазов с хоботами. Но самые интересные были практические уроки по завёртыванию в костюм противохимической защиты под названием ОЗК. ОЗК расшифровывался как «общевойсковой защитный костюм» Олег Борисович объяснял, что этот костюм защищает от вредных химических веществ.

— От химички, что ли? — предположил тогда на уроке Савельев («СЭС»), и класс дружно поржал.

Костюм этот представлял из себя резиновый (обсыпанный каким-то белым порошком) плащ с капюшоном, мотоциклетные перчатки, резиновые сапоги и кучу тесёмок-завязок. После надевания плаща с противогазом человек начинал походить на космическое чудище. Чудище, как правило, вслух зачитывало стихотворение: «ОЗК, ОЗК, я похож на мужика…» — и смеялось над собой громче всех других. Более весёлых уроков с этим ОЗК придумать было сложно. На какое-то время аватарки учащихся всей школы были похожи друг на друга так, как будто они все дружно прибыли на Землю с планеты «Х». Ну и, наверное, самыми полезными были практические занятия по оказанию помощи терпеливому и безголосому медицинскому манекену В помощь входили: обработка раствором колото-резаных ран, наложение бинта, жгута и давящих повязок, приматывание дощечки к поломанной манекеновой конечности.

Во время перемены все ходили с включёнными фонариками на телефонах, останавливали в коридорах друзей и недругов и проверяли их на живучесть. Как итог — уроки у «ОБ» никто не прогуливал. В школе когда-то, ещё в советские времена, в подвале располагался стрелковый тир. На стене даже сохранились изображения странных детей-школьников, которые жили, видимо, в то время. Дети со взрослыми строгими лицами стояли навытяжку, хмуро глядели куда-то вдаль (видимо, на врага) и держали винтовки в мускулистых детских ручонках. И ещё виднелись остатки надписи о каком-то «Ворошиловском стрелке» Что именно ворошил этот стрелок — было непонятно, но надпись призывала быть на него похожим. Потом наступили лихие девяностые, и вместе с СССР развалился и тир Железную дверь заперли, ружья кому-то, наверное, продали, а в тире стали хранить старые школьные шкафы, связки учебников, поломанные стулья и парты.

Олег Борисович в первую же неделю взял ключи и, убеждённо жестикулируя, повёл директрису в подвал Ржавая железная дверь проскрипела песенку и запустила их внутрь. Скоро оттуда стали доноситься отрывки диалога. Спокойный монотонный голос директорши бубнил: — Я вам объясняю, Олег Борисович, что средств на восстановление нет. Взволнованный тенор «ОБ» вторил ей в ответ: — А мне и не нужны ваши средства Купите краску и несколько ружей — я всё сам сделаю С детьми.

— А я вам объясняю, что и в таком варианте тоже средств нет, — продолжала гнусавить директор.

Разговор, видимо, чем-то всё же закончился, потому что Олег Борисович в эти же выходные приехал в школу и, забрав ключи с вахты, отправился покорять подвал. За субботу-воскресенье, с помощью своей жены тёти Оли и старшеклассников, они разобрали и вывезли весь хлам из подвала, помыли, почистили, починили всё внутри Стены окрасились в светло-серый цвет, белой известью побелили потолок. Директор махнула рукой и всё-таки нашла и выделила средства на металлические шкафы, четыре пневматические винтовки и новые входные сейфовые двери. Теперь с задней стороны школы, у входа в подвал, рядом с новой массивной дверью красовалась большая вывеска: «Стрелковый тир». В «киллеры» записались не только мальчики, но и девочки, и тир стал таким же посещаемым местом в школе, наряду со столовкой и туалетами. Приходили, конечно, не только пострелять.

Олег Борисович, добрая душа, пускал в свой кабинетик поболтать и напиться кофе-чая всех желающих Желающих, конечно же, было очень много. Можно сказать, что все нормальные ученики школы (кроме самых отъявленных ботаников) хоть разок, но побаловали себя чайком и байками-рассказами в гостеприимной каморке «ОБ». Заварку, сахар и печеньки дети тащили из дома килограммами Путь к сердцу ребёнка лежит через пиццу — эту простую истину никак не могут запомнить взрослые, оттого и все проблемы в воспитании Свои дети, если бы они были у тёти Оли и «ОБ», несомненно подвергались бы жуткой травле и буллингу со стороны сверстников Сверстников можно было легко понять: всё дело в жуткой зависти к таким вот родителям. Но, увы, своих детей у них почему-то не было Из-за этого, а может и поэтому, они так любили чужих.