33 оборота

группа «Каникулы ГеГеЛя»

33 ОБОРОТА

Тексты песен и стихи

ПРЕДИСЛОВИЕ

Настоящее творчество в своём масштабе всегда больше самого автора.

Когда выходит что-то достойное, авторство можно взять спокойно в кавычки.

Оно становится соавторством – под диктовку и во взаимодействии с тем, что уже существует без нашего ведома.

Вопрос заключён в способности расслышать и явить реальность существования нематериального мира, который важнее нашей обыденной жизни.

Это честный и, может быть, очистительный разговор о том, что волнует далеко не каждого.

Соотнести и сопоставить себя с лирическим героем композиций группы – удел «добровольцев». Главный вопрос всегда тот, на который не хочется отвечать.

Даже прекрасная песня ничего не исправит в мире, но для открытой души она бывает неплохим обезболивающим.

Спроси меня сегодня:

– Ты кто?!

Я бы сказал:

– Я и есть "Каникулы ГеГеЛя". Это лучшая моя сторона. Да, от неё бьётся током, но становится, если не веселее, то светлее, уж – точно. И, как после грозы, дышится легче.

Песни "Каникул" – это формула в музыкальной оправе, которая ни к чему не обязывает, но способна захватить – что, сперва, хочется пожить с ней в такт и только потом задуматься:

– А что это было?!

Рок-н-ролл – это легитимная форма протеста за счёт протестующего в пользу объекта протеста, способ выпустить пар недовольства и оставить силы и деньги в огромном контролируемом матрицей пространстве зала или стадиона, уходя оттуда каждый раз обвешенным новыми символами "единения".

В этом смысле, к рок-н-роллу мы не имеем ни малейшего отношения.

Мы играем, а не заигрываем.

Живём, а не выживаем.

Не протестуем, а констатируем.

Через "Каникулы ГеГеЛя" прошло немало музыкантов. На сегодняшний день это состав из 5 человек: основатель группы и автор песен – Александр И. Строев, сооснователь и автор аранжировок Алексей Воронков – клавишные, Александр Миткевич – электрогитара и труба, Николай Мызиков – бас-гитара и Дмитрий Иваков – ударные.

Если угодно, сегодня – это творческий вклад в Победу над тьмой, которая в очередной раз нас настигла.

Группа, наконец-то, зажила и в Сети в виде 5 альбомов.

Хочется верить, что "примирение с миром", спасение от инородного, нанесённого временем, поселится и в читателях и слушателях.

Вероятно, это и есть – русский рок-н-ролл мировоззрения, тихая пляска в наушниках в очерченном мелом круге.

Это второе издание – электронное и дополненное.

Первое – было отпечатано самиздатом в типографии и продавалось на наших концертах.

В данном виде, надеюсь, есть больше шансов, что, как свидетельство времени, это дойдёт до тех, чьё мироощущение в чём-то созвучно с нашим.

И цель только в этом.

МОРЕ

Друзьям

Море обеззараживает наши помыслы…

Жизнь нам такая выпала, что поиграть, да бросить…

Солнце лохматит кожу и белит волосы,

Время пустые раковины под ноги мне выносит…

В детстве лукавом, о, Море – вся мощь твоя

Точкой-тире морзянит под чуткой кожей,

Но ощущение своей беспомощности

Приходит к тебе уже значительно позже…

Море такое дело – что не присесть за семечки,

Будто в театре летнем с биноклем в ложе,

Море такое дело, что – придет времечко

И никто и ничем тебе уже не поможет…

Слышать тебя, о, Море, всем нам неприкаянным лестно! –

Уж и на этом – огромный поклон родителям,

Чтоб совмещать неприятное с бесполезным

И принимать нежелаемое за недействительное…

Кто за базар ответил… Кто потерял лицо…

Кто на счастливый билет наскрёб, да перепутал станции…

При попытке пролезть в булавочное кольцо

Черепаха крестится и расстаётся с панцирем…

Все мы выплыли к целям каким-то в своих Затмениях,

Все друг для друга мы где-то, да что-то значили…

Сложно теперь припомнить, чем нас от Времени,

А Время от нас на нас же и выворачивало…

Горевать ли об этом?! Такая мы – часть истории!

По дачам кочуем, чтоб лето прожечь за рабицей,

Но любим друг друга, светлее и непритворнее,

Что Тайн святых причастия не понадобится!

Славно заметить, что с наступлением возраста

Чайка в меню – уже ни одна не гадит,

И радует радуга в капле – у стрекозы на лопасти,

И сердце живёт в Москве, а душа – в Ленинграде.

И времени – ноль уже – и моя пуста голова!

Так без норова и без корысти,

Мне успеть бы довыговорить все Любви слова

На максимально предельной скорости!

Помнишь ли, как в звездопад из рогаток целились?!

И у всех по карманам звон… А у нас – не слышно!

Помнишь ли, день, когда мы с тобою встретились!?

Вспомнишь ли год, когда – ничего не вышло?!

Так что – дрань с плеч долой! И уже лечу

В пене слез укачаться в твоём раздолье!

Обнажаться больше ни перед кем не хочу,

Но только перед тобой – МОРЕ!

НЕ КАК У ЛЮДЕЙ

Камеры слежения за жизнью моей

Спалили меня, что всё-де не как у людей

И запаролены до времени записи те,

Что в ноги швырнут мне на Страшном суде!

Всё у меня не как у людей:

У всех "добрый вечер", а у меня "long play",

На фоне пороков есть главный порок –

Желание слышать меж нот и страсть читать между строк!

Но минует та "night" и наступит тот "day"

Я верю – ты станешь планетой моей!

Всё у меня не как у людей:

Меж лобных долей – генератор идей,

Как максимум, чтоб дотянуться до звёзд,

Как минимум – не напороться на гвоздь!

Всё у меня не как у людей:

Они человечьих – я чернильных кровей…

Мне кажется, если два слова сложить,

То есть ещё смысл немного пожить!

Но минует та "night" и наступит тот "day",

Я в грунт превращусь как миллионы людэй!

Всё у меня не как у людей –

У этих людей – "чем пошлей, тем башлей",

Но я клянусь тебе не нужен никакой марафет,

Я просто люблю твой запах и цвет!

Всё у меня не как у людей!

У них щи погуще – мой жиже елей…

Друг другом друг другу грешно досаждать,

У моря продуктов нет надобы ждать!

Но минует та "night" и наступит тот "day",

Я стану заметкой с тетрадных полей!

Всё у меня не как у людей:

Мой омут не тих – в нём десять в кубе чертей!

Папа наверху молись за меня, мама внизу – прости!

Вы мне уготовили крест – я отказался нести!

И теперь у меня всё не как у людей:

Планида моя – хочешь пой, хочешь пей!

И всё мне блазнится, что я филолог,

Ещё не издавший свой Мортиролог!

Но минует та "night" и наступит тот "day",

Чем ты никого мне не будет родней!

Всё у меня не как у людей!

Знай это и сразу на это забей!

У всех "traffic-jam" – наш свободен "highway",

Ремни отстегни и стань жизнью моей!!!

БЭЙБА

Я не хотел говорить с тобой, Бэйба –

У меня был крупный жемчуг во рту!

Я искал себе спутницу жизни, Бэйба…

Находил и не раз и не ту…

На недружественной вечеринке я жрал виски,

Ты мучила торт

И хотела свалить по-английски,

Но я зажал в тебе верный аккорд!

Кричи и звучи от любви, моя Бэйба,

И воздух губами лови,

От нас ничего не останется мэй ба,

Кроме запаха нашей любви!

И пусть мы с тобой не повенчаны

И шансы на счастье равны,

Я чую – мы кем-то отмечены

В окуляре надзорной трубы…

И ты, как жизнь, каждый день одинакова, Бэйба,

Как одинок и одинаков мой блюз,

Но что нас с тобою так тянет друг к другу

Никто не воткнёт, я клянусь!

И как в чаду, потеряв равновесие,

Мы лежим, новой жизнью полны!

Парадиз не тревожит конфессия,

Как тревожит любовь вкус слюны!

Кричи и звучи от любви, моя Бэйба,

И воздух губами лови,

От нас ничего не останется, мэй ба,

Кроме отзвука нашей любви!

И теперь я свободен от жемчуга -

У меня хлебный мякиш во рту!

И рядом со мной – моя женщина,

Я встретил единственно ту!

И мы никуда не торопимся -

Нам выпал таинственный лот…

Мы делимся этим, как райские птицы,

Почти не стесняясь – рот в рот!

У нас лебединые шеи

Морскими узлами переплелись

И звёзды рукою О – точка – Лукое

На внутреннем небе сошлись!

Кричи и звучи от любви, моя Бэйба,

И звёзды зубами лови,

От нас ничего не останется, кроме

Эха в подъезде от нашей любви!

САНЯ ПУШКИН

У Сани Пушкина – дело schwach,

Он лежит на скамейке в чугунных швах…

Его заштопал бездарно, но живо

У Трёх Вокзалов какой-то безрукий Шива!

Саня вёз три чемодана чугунных букв

По маршруту Болдино-Петербург,

Не целый же век у друзей столоваться,

Когда в 37 ждут на Мойке, 12!

Саня думал, что если он женится,

То передом к лесу пойдёт жизнь-изменница,

При этом купил ведь на кой-то хер,

В Интернете "Пачулли" для Анны Керн!

Рощи в багрянце! Пустошь равнин!

Саню под Нижним накрыл карантин…

А Саня не взял ни перчаток, ни маски,

Ни для фехтованиев – гелевой смазки!

Саня принял «Вдову Клико» поутру на нутро,

Из туч надоил чернил, очинил перо!

Минута – и не к чему больше стремиться,

Кроме того, как превратиться в страницу!

И всё, что горело, взошло и дозрело,

Но в Болдине этом – очугунел он!

И на мостовой возле Трёх вокзалов

Саню от мыслей и чувств разорвало,

Ведь Саня Пушкин – чувак непритворный,

Хоть и памятник воздвиг себе – нерукотворный!

Чугунные кудри – голубями обосраны…

И в виде таком Саня послан нам Господом!

Саня просит чугунной морошки,

Словно дара святого с чугунной ложки,

Он хочет хлебнуть из чугунной лужи…

И вдруг понимает, что луже этой он больше не нужен!

У Сани Пушкина дело – зеро!

Санины сани – вот так повело!!!

Из сопла в боку сочит Небесная прана,

А Санин рот – словоточащая рана!

За что б не рубились мы, о чём не молись я,

Нам с неба прорухой – чугунные листья!!!

КОНТУРНЫЕ ЛЮДИ

Контурные люди живут на контурных картах

Еле различимые среди миллиардов,

У Контурных людей весьма пунктирная связь

Со всеобщим представленьем, что значит «Жизнь – удалась!»

Зашить бы им рот за все их витийства,

Их странная жизнь это самоубийство

На выжженном плато с надписью: «Ну и пусть!»,

Где минус на минус – не всегда даёт плюс…

Ответ не прибудет, спросить их: «На кой

Контурные люди чертят сами собой

На стынущих углях русла рек и пути

И облако смыслов, куда нам стоит идти?»

И Контурным людям по барабану

Звон на кармана́х, им – небесная манна

За шиворот сыплет свои чудеса!

Кому пух земли, а кому – Небеса!

И Контурные люди не замечают,

Как с каждой чертой их очертания тают…

Жил-был, один такой – теперь гвоздями прибит ,

Контурные люди – исчезающий вид!

Но «Аз, Буки, Веди, Глаголь, Добро, Есть»,

Хоть время процедит и сплюнет, но съест!

Ещё один пункт – претендент на скрижаль:

«Не дорого вышел – не больно-то жаль!»

На празднике жизни под треск петард и мортир

В чаду пропадает ориентир…

По центру держаться?! Левей иль правей?!

Куда же, итить, нам – без этих людей?!

Но мы-то не давали молчанья обет,

Смешно положенье, что выхода нет!

Нас жизнь поломала, но не срубил брат-Морфей…

И мы превращаемся в этих людей!

Теперь мы контурные люди, но мы – без контурных карт,

Нас ангелы любят за этот азарт!

Мы – «Cogito ergo sum», да – попросту те,

Кто кистью без красок вертит в пустоте!

ИМЕНЕМ ТВОИМ

Кто уже дышит на ладан, а кто ещё не рождён…

Секрет колокольный – давно размыло дождём!

И то ли ноты в поклаже – лажа, то ли пальцы безбожно врут!

Именем твоим меня назовут!

Рано ли поздно нам всем предстоит без лица предстоять пред Лице!

У всех есть «план А», у тебя есть «план Б», у меня, не поверишь, «план Ц»,

Но я сомневаюсь, что из фетровой шляпы мне выудить Чудо из Чуд!

Именем твоим – меня назовут…

По швам трещит твоя плоть от щедрости мира! Всё в мире не так и не то!

И ты понимаешь, что кроме Шопена здесь, мать твою, всё – Шапито!

От выпитых спарклинг-вайнов с подносов до перемытых до визга костей!

И ты лежишь на диване, как Будда в Нирване и от неба ждёшь новостей!

И ты, как пуля в винтовке, заряжен бессмертным вопросом – Зачем?!

Неужели нам пробавляться тем, что, где и когда и по чем!

И я взираю зеленоглазо сквозь мамину вратную щель,

Стоит ли свеч выбираться наружу вообще?!

Где каждый второй ищет связи не внутри себя, а на стороне!

Где каждый третий погрязнет в Колхидском руне иль в вине!

Тебе, как Эолу, припишут крамолу и обесценят твой ветреный труд!

Но Именем твоим – меня призовут!

Доколь же, как ссыльным, нам чалиться здесь с чертями различных мастей?!

Разгадка на тонкой цепочке висит у Суок меж грудей!

За наши побеги по нам же – откроют прицельный салют…

И именем моим – кого-то ещё назовут!

Но сколько в утробе мне мыкаться встанет бесплодных ночей или дён?!

Спасибо Тебе, что ты ещё не рождён!

МАНТРА

То ли стать косарём по зиме, то ли в воры податься,

То ли мощи, какого святого под кожу зашить,

То ли поводом стать для беспочвенных инсинуаций,

Если не на что станет, а хуже, что не о чем жить!

И нет в аптечных краях средств от Нерукотворного Спазма -

Сердце палками рёбра нещадно и спешно крушит,

Чтобы вещее Слово твоё пробудить от маразма!

С пастухами подъём – и в замёрзшие окна дыши!

Лучшее, что сделано нами, сделано не за деньги,

Не почудилось с пьяных очей в запотевшем пенсне!

Лучшее, что сделано – нам не принесёт ни копейки,

А ловко петлю затянет на съеденном молью кашне!

Всё и речь об одном – мы на этом дворе постояльцы,

Щей неясно с каких, заявившиеся на постой!

Хватить дёргать молитвами господа бога за пяльца!

Жажда чуда разнится не многим с работой простой!

Над собою я вырос – трещит каждым швом моя келья,

Голубь, паклю горящую мне принеси на хвосте!

В грудь пролей до краёв – не жалей – мне отраду похмелья,

Чтобы тело моё никогда не мешало Мечте!

Лучшее, что сделано нами, сделано не за деньги,

Не почудилось с пьяных очей в запотевшем пенсне!

Лучшее, что сделано – нам не принесёт ни копейки,

А над волчьим оскалои проступит чирьём на десне!

31-го в Синь подорвусь за августовским стадом,

Чтобы пёстрые пёрья свои от Зимы уберечь!

Дым Отечества застит глаза, но теряться не надо

И чернильным салютом бумажное небо развлечь!

Мне бы клетку для Духа Святого – на посох дорожный,

Может, что-то сквозь клюв нам соблаговолит процедить?!

Или по ветру прахом развеет мой нрав заполошный,

Если не о чем станет над сердцем твоим ворожить!

Словом, дело за малым – губам не хватает свирели,

Кулакам – по канатам, сжимаемым крепко во сне!

Мама, мама, прости, я дежурным не стал по Апрелю,

Но, похоже, был принят надысь в звонари по Весне!

Лучшее, что сделано нами, сделано не за деньги,

Не почудилось с пьяных очей в запотевшем пенсне!

Лучшее, что сделано – нам не принесёт ни копейки,

Но, если в Слове есть Сила, всё заплодоносит по Весне!

Мама, мама, взгляни, ведь я стал звонарём по Весне!!!

ДВАЖДЫ ДВА

Мы мечтаем, мы танцуем,

Мы весну с зимой рифмуем,

Чтоб единожды понять –

Дважды два не выйдет – пять.

Нам угодно и повадно

В храм взойти и спеть нескладно,

Чтобы с помыслом иль без

Достучаться до Небес.

В чём твоё предназначенье –

Знает лишь реки теченье,

Но вода в реке – она ведь –

Ненадёжна, точно память…

– Божье вымя! – Сучье племя!

– Ногу – в стремя! – Нет, не время!

Время – заново глотнуть

Полой грудью – сучью ртуть!

Всем бессчастным, всем пропавшим,

Всем – не солоно хлебавшим,

На крыле снеси на небо

Корку буквенного хлеба,

Чтоб с печалью до конца

Обрести покой Творца!

Нет сеченья золотого

Выше сказанного Слова!

Так попробуй незаметно

Всех отвлечь от мысли смертной!

11 МИРОВАЯ

Я размежаю глаза, но я точно убит

В небесах, как в «I-MAX’е» мой расхристанный вид…

Она провела эту ночь не со мной

И то ли дождь, то ли жизнь – прошли стороной!

Предложи мне попроще на вещи взглянуть,

Чтобы вещими снами не вымащивать путь

И включаться для жизни с десяти до шести

Упрости меня, Господи, или прости!

Карандаш «Koh-i-Noor» и в линейку тетрадь -

Это всё, что теперь мне от жизни и нать,

Дописать, зачеркнуть, снова переписать

Самодопуск на пропуск в Небесную рать!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.