ДЕЦЛ. Голос российского хип-хопа. История Кирилла Толмацкого глазами друзей и близких
- -
- 100%
- +
Я ехал в Москву на красивой спортивной BMW. В бардачке у меня лежали документы и ключи от недавно купленных автомобилей, а в багажнике – тот самый змей для Кирилла. А еще у меня в машине был большой мобильный телефон. Тогда это был страшный дефицит. Подъехав к границе во Франкфурте, я по этому самому телефону позвонил жене и сообщил ей:
– Возвращаюсь домой, везу игрушку Кириллу.
Обычно на границе никто ничего не спрашивал, я показывал паспорт и спокойно проезжал. Но в этот раз меня попросили выехать из автомобильной очереди и сказали подождать в помещении. Почему-то моя машина привлекла внимание таможенников, и ее начали обыскивать. Прямо как в кино. Я подумал: может, наркотики ищут? Очень странная история.
На границе было здание с длинным коридором, в одном конце – Польша, а в другом – уже Германия. Я пошел по этому коридору и вдруг, проходя мимо одной из комнат, увидел, как из факса вылезла бумажка с моей фамилией и номерами машин, что я купил у своего приятеля. Я сразу подумал: «Пойду-ка я в Польшу».
Выясняется, что задержание произошло из-за машин, которые я покупал у Славы. Он кидал продавцов. Расплачиваясь с ними пачками наличных при покупке автомобиля, он в середину вставлял денежную куклу[8]. Сразу они не определяли, брали деньги, убирали их в сейф и только потом понимали, что у них там бумага вместо купюр. У меня таких было несколько машин. Выходило, что я сообщник.
Так я исчез прямо на границе, и меня потеряли все.
Меня нет день, два, три… Ира в истерике нашла телефон Славы и позвонила ему:
– Саша пропал, он же от тебя выехал!
Тот ответил:
– Прилетай срочно, будем его искать.
Я ПОШЕЛ ПО ЭТОМУ КОРИДОРУ, А МНЕ СЗАДИ КРИЧАТ: «АЛЕКСАНДР ТОЛМАЦКИЙ?» ПОТОМ НАРУЧНИКИ, БАТАРЕЯ – МЕНЯ АРЕСТОВАЛИ.
Слава понял: что-то не то. Они с моей женой сели в одну из машин, которую он получил, кинув продавца, и приехали в полицейский участок. И случайно попали именно в тот, где следователь вел это дело. Он увидел, что на парковке – BMW с номерами из списка. В результате Иру отпустили, а Славу арестовали. Но если бы не арест, он бы умер.
У Славы оказался рак в тяжелой стадии. Его отвезли в Берлин и положили в онкологическую клинику, сделали дорогостоящую операцию. А меня в этот момент не отпускали. И все газеты писали, что поймали главаря русской автомобильной мафии.
Меня с границы повезли во Франкфурт, в тюрьму. Представляете себе замок из фильмов о Гарри Поттере? Примерно так она и выглядела. И вот открываются ворота, и я, держа в руках огромного сиреневого плюшевого змея, захожу в центральный дворик тюрьмы и не знаю, что с ним делать, куда его бросить. Так я оказался в заключении, пока Слава лечился.
По закону меня могли удерживать максимум шесть месяцев. Так и произошло. За это время я выучил немецкий язык.
Я сам себя защищал на суде, и меня выпустили.
В этот момент я дал себе слово, что больше никогда не буду влезать ни в какие истории, где возможны криминальные ситуации, и буду предельно аккуратен. Но думал ли я, что эта история мне еще аукнется?
Сиреневый змей так и не доехал до Кирилла…
Аукнулось мое задержание позже, в 1995 году. Мы семьей решили поехать в Париж, в Диснейленд. Кирилл почему-то был вписан в мой загранпаспорт, а не жены. И вот мы прилетаем в аэропорт Шарль-де-Голль в Париже. Ира проходит паспортный контроль, а нас с Кириллом останавливают. Я даже не знал, что после той истории с машинами меня внесли в компьютер и на некоторое время я стал в Европе персоной нон грата.
НАС С КИРИЛЛОМ ОТПРАВЛЯЮТ В МЕСТНУЮ ТЮРЬМУ, ГДЕ МЫ СУТКИ ИЛИ ДВОЕ ЖДАЛИ ДЕПОРТАЦИИ НА РОДИНУ. ТАКОЙ ВОТ ДИСНЕЙЛЕНД ПОЛУЧИЛСЯ…
ШВЕЙЦАРИЯШел 1996 год, мы решили отправить Кирилла учиться за границу. Швейцария дала ему коммуникабельность, самостоятельность, знание языка, но полностью уничтожила историю с образованием.
В швейцарском интернате Кириллу достался сосед – чернокожий парень с громкой родословной: сын самого короля Зимбабве. Парень был без ума от хип-хопа.
Но интерес к этому стилю у Кирилла проснулся задолго до пансиона. Началось все банально – с нелюбви к зубрежке. Учить стихи по школьной программе ему всегда казалось пыткой. Домашка вызывала откровенное уныние. Но однажды он нашел способ: начал накладывать классическую поэзию на современную музыку.
Представьте себе, из-за двери раздается пульсирующий клубный бит, и на него неожиданно ложится: «Скажи-ка, дядя, ведь недаром…»
Ира посмеивалась над ним:
– Главное, чтобы ты на уроке не начал так отвечать.
Вот такой у него был подход: даже школьную обязаловку превращал в творчество.
Однажды, спустя два года, когда Кирилл приехал на каникулы, мы начали беседовать и обсуждать Новый год. И вдруг понимаем: он считает, что Новый год – это 1 сентября. Тогда я решил, что надо его забирать оттуда, что-то не то в этой Швейцарии. Какое-то странное образование.
К тому же сыну очень не нравилось там учиться, он скучал по семье и хотел вернуться домой, где помимо нас, родителей, его ждала еще и любимая собака – английский бульдог Яша. Он был таким добродушным, что его интересовали только тапки.
До Яши жил мастино неаполитано Вася, который весил более 100 килограммов. Вася охранял семью, четко отслеживал, кто к нам подходит. Кирилл маленьким катался на нем верхом. Но потом пес его прикусил и даже оставил шрам на шее. Мы тогда насторожились, но подумали, что это случайность. И вот спустя еще года три пса окончательно переклинило. Он не пустил Кирилла домой и прокусил ему руку. Кирилл обиделся и вырезал Васю на всех совместных фотографиях. Мы очень переживали и плакали, но Васю пришлось отдать. Он стал представлять опасность для ребенка. Тогда у Сергея Лисовского был ресторан в «Олимпийском», и мы отдали его в охрану. Потом я узнал, что у кобелей такое бывает, и решил никогда больше не держать дома крупных собак.
Но у нас всегда жили собаки. Так случилось, что всех питомцев в нашей семье звали человеческими именами. Моя мама даже нервничала из-за Яши, думая, что мы назвали его в честь деда. А мне просто нравилось это имя. Я даже сына хотел так назвать.
РЫЦАРЬ «BAD B. АЛЬЯНСА»Когда Кирилл оказался дома, нам пришлось отдать его в British School, потому что в обычной он уже не мог учиться. Я начал думать о том, чем бы его занять. В молодости, помимо всего прочего, я увлекался брейк-дансом и был одним из первых молодых людей, кто начал его танцевать в начале 1980-х. Я подумал, почему бы Кирилла тоже не отправить в школу брейк-данса?
В этом возрасте отношения с родителями часто становятся сложными: ты вроде бы рядом, но уже не авторитет в глазах своего подросшего ребенка.
Мне хотелось не просто наблюдать со стороны за взрослением Кирилла, а наладить с сыном настоящую связь, не через запреты и наставления, а через интересы, когда пытаешься заглянуть в его мир, не теряя себя. Я понимал, что наши взгляды, музыкальные и жизненные предпочтения не всегда совпадут. Он жил собственным ритмом, своими друзьями и идеалами.
Но я хотел, чтобы он чувствовал мою поддержку и знал: я хочу для него лучшего. При этом я стремился не навязывать свои правила, а искать общие точки соприкосновения. Иногда это были простые разговоры про музыку, тексты, эмоции, которые брейк помогает выразить.
Я не был для него идеалом, но старался быть тем взрослым, к которому можно прийти, даже если у тебя свои дороги и своя правда.
В этот момент мне на глаза попался клип Da Boogie Crew и Лигалайза[9] «Вы хотели Party?!». Я подумал: «Вот – это то, что нужно!» Параллельно с этим я услышал группу Bad Balance и увидел один из их клипов. И подумал, что мне нужен кто-то, через кого я мог бы транслировать свои мысли сыну. Я нашел Влада Валова, пригласил его в офис и сказал:
– Влад, тебе же интересно заниматься музыкой? Давай мы сделаем из тебя известного продюсера, а ты мне поможешь в развитии моего сына. Мне нужно отправить его в школу брейк-данса.
В это время Влад делал журнал Hip-Hop Info, его ребята занимались граффити, брейк-дансом, и он был центром притяжения хип-хоп-культуры. А его жена работала в кинотеатре «Kodak Киномир», где и происходили в тот момент все модные хип-хоп-тусовки.
Влад ответил:
– Хорошо, мне нравится эта идея, давай будем делать какой-нибудь проект.
Первым нашим проектом стала группа «Легальный бизне$$», в которой приняли участие Лигалайз[10] и N’Pans. Как раз в этот момент Влад отправил Кирилла в школу брейк-данса, где он и познакомился с Тимати.
Мы начали раскручивать «Легальный бизне$$», появился трек «Мелодия души» с прекрасным клипом. Моим соседом по даче был Александр Морозов, на тот момент он владел правами на песни группы «Кино». Я попросил его дать возможность сделать кавер на «Пачку сигарет», и «Легальный бизне$$» написал трек, на который мы сняли клип. Мы снимали как раз рядом с «Kodak Киномир», где с нами тусовался Кирилл. Нам нужен был парень, который воровал бы эту пачку сигарет из машины. Ему надели шапку на глаза, чтобы не было видно лица, и он сыграл воришку. Это был его дебют в шоу-бизнесе.
Кирилл познакомился со всеми ребятами. Они с Тимати находились в тусовке всех известных рэперов. Это и привело к тому, что у меня возникла идея сделать ему особый подарок на день рождения.
02. Децл. Рождение звезды
Что ты сделал для хип-хопа в свои годы? Кто ты? Кто ты? Кто ты?
«Пятница», 1999 год
В то время я был генеральным продюсером фирмы «Медиастар», которая занималась рекламой и шоу-бизнесом, производила большое количество телевизионных программ на различных эфирных каналах, как музыкальных, так и общественно-политических.
Накануне 16-летия сына я подумал, что хочу сделать Кириллу оригинальный подарок. Я решил, что это будет его собственный трек, и попросил Влада Валова написать простенький текст:
– Пусть Кирилл его запишет, – сказал я.
Тот позвонил Лигалайзу[11] и объяснил идею. Андрей очень быстро накидал текст:
Ровно девять, пятница, столица веселится.В ритме хип-хопа пульсирует улица…У меня тогда не было далеко идущих планов насчет того, чтобы Кирилл оказался так глубоко в шоу-бизнесе, я просто хотел сделать сыну подарок.
Кирилл приехал на студию, и ребята начали с ним заниматься. У меня работала одна из лучших музыкальных команд под руководством Влада Валова. Они показали Кириллу, как надо читать рэп, и он записал трек. Но мне показалось, что звучало это как-то по-детски. Если внимательно прислушаться, в голосе слышны детские интонации. Но в тот момент никакого серьезного внимания я этому не уделил, потому что это был просто подарок без далеко идущих планов.
Когда был записан трек, встал вопрос, что с ним делать дальше. В то время нельзя было просто куда-то выложить песню, это так не работало. Треки становились знаменитыми только тогда, когда на них были сняты клипы и их показывали по телевидению.
Я предложил:
– А давайте сделаем простенький клип.
И тогда мы поехали куда-то в район метро «Белорусская» и сняли там видео на песню «Пятница».
Нужно было срочно придумать псевдоним новому артисту. Мы начали крутить разные варианты. «Маленький…», «Чуть-чуть…». Мне пришло на ум жаргонное выражение «с децл» – «немного». Так Кирилл превратился в ДеЦла.
В тот момент «Медиастар» помогал в управлении каналом «Муз-ТВ», и мне было как-то неудобно ставить клип в ротацию, поэтому я позвонил Борису Зосимову, который руководил MTV, с просьбой.
– Борь, слушай, у Кирилла день рождения, покажи пару раз клип, пожалуйста.
– Да не вопрос. Присылай, я посмотрю.
Я прислал, Борис ответил:
– Да вроде клип ничего, давай поставим.
Через некоторое время он мне перезванивает и говорит:
– Саша, приезжай. Забери, у меня тут два мешка писем для Кирилла стоит. Твой сын уже звезда.
Так случилось, что клип «Пятница» стал очень рейтинговым, и пришло такое количество писем, какого не получали никакие другие артисты. Это и означало, что Кирилл проснулся звездой. После этого мы с чистой совестью поставили его и на «Муз-ТВ».
Потом я долго анализировал, что это было. На мой взгляд, в тот момент у молодежи не было своего кумира, и свободное место занял ДеЦл. Его юный возраст, манера читки и внешний вид стали примером практически для всей молодежи.
3 сентября 1999 года в Москве на площади Революции проходил ежегодный музыкальный фестиваль Adidas Streetball Challenge, где выступал «Bad B. Альянс». Там же и случился первый выход на сцену ДеЦла с треком «Пятница». Самое первое выступление Кирилла перед широкой аудиторией было довольно удачным, он очень органично смотрелся в своих широких штанах.
Когда я увидел его там, на сцене, меня охватило огромное чувство гордости и одновременно легкого волнения. Он выглядел так, будто микрофон и ритм были его средой обитания. Вся энергия, что исходила от него, была настоящей, искренней.
В тот момент я понимал: сын не просто пытается найти себя – он уже начинает говорить своим голосом. Я наблюдал за зрителями, как они смотрят и ловят каждое его движение, каждое слово. Было волнующе, но вместе с тем ясно: это начало большого пути, и я верил, что впереди у Кирилла еще много важных побед.
Уже в ноябре 1999-го журнал «Птюч»[12] поставил ДеЦла на обложку и напечатал первое большое интервью с ним. У нас в «Медиастаре» работала большая команда пиарщиков, но Кирилл всегда говорил, что думал и считал нужным, без чьих-либо подсказок. Сам общался с журналистами, несмотря на юный возраст.
В то время на обложке «Птюча» были все самые трендовые персоны. Журналисты охотились за знаменитостями, потому что журнал продавала обложка, и на нее попадали люди, привлекательные для читателей и повышающие рейтинг издания. Редакция журнала сама вышла на ДеЦла, это не была запланированная рекламная акция.
«Кто? ты», 1999 год
СЛУШАТЬ АЛЬБОМ «КТО? ТЫ»
https://music.yandex.ru/album/1952332
КАК ВСЕ НАЧИНАЛОСЬАндрей БабуринSHOOROOP, РЭПЕР, МУЗЫКАЛЬНЫЙ ПРОДЮСЕР, ЗВУКОРЕЖИССЕР
У меня была собственная рэп-группа с удивительным названием «Децо». Но дела у нас не ладились – не получалось выйти на какой-то заметный уровень, и в один момент я решил рискнуть: поехать в Москву.
Позвонил Влад Валов, предложил познакомить с Александром Толмацким, сказал: «Ты ведь шаришь в технике, умеешь со звуком работать, поехали – может, пригодишься». Ну, думаю, шанс. Надо ехать.
17 февраля 1999 года я приехал в Москву. В тот же день оказался в кабинете у Толмацкого. Он спросил:
– Что умеешь?
Я сказал:
– Все!
И, как водится, наврал – на деле не умел ничего. Просто чувствовал: это возможность влезть в интересное дело. И через пару часов у меня уже были ключи от, наверное, самой большой студии в России.
На студии тогда работал звукорежиссер «Морального кодекса». Я к нему подошел и говорю: «Давай я у тебя за спиной постою, посмотрю, что ты делаешь. Молча, не мешая».
Он согласился. И неделю я просто стоял у него за спиной, не проронив ни слова. Изредка, может, один вопрос за полтора часа задавал. Так и учился.
Студия была огромная, настоящая фабрика звука. После смены все уходили, а я оставался. Спал на кожаном диване, утром – душ, кофе и снова за пульт.
Сейчас музыку можно делать на ноутбуке, а тогда все было по-настоящему: огромный пульт на 48 каналов, компрессоры, микрофоны, проводка. Музыку буквально руками трогаешь – крутишь ручки, чувствуешь звук. Это время я запомнил как магию.
КРАСНЫЙ РОЯЛЬСтудия Толмацкого тогда занимала два огромных павильона в «Останкино», по роялю в каждом – один красный, другой черный.
Однажды я захожу и вижу: на красном рояле стоит подросток, прямо ногами, и танцует брейк-данс. Ну, танцует – громко сказано, что-то изображает из себя. Я ему крикнул:
– Ты чего, парень, с рояля слазь!
А мне в ответ:
– Потише, это сын Толмацкого.
Вот так мы и познакомились.
Толмацкий тогда хотел сделать сыну подарок на день рождения – записать один трек. Так появилась песня «Пятница». Мы познакомились, начали работать, и с тех пор я почти не покидал студию.
Через неделю – первая песня ДеЦла: «Пятница, столица веселится…» Пришлось буквально на ходу всему учиться. И, к удивлению, получилось неплохо – особенно для человека, который, по сути, ничего не умел.
Мы работали с Глебом над музыкой, он же DJ LA. Он был музыкально одаренным, писал много, но в технике не разбирался. Я его учил, как создавать музыку на компьютере. Поначалу Глеб сидел рядом и говорил, что хочет, а я уже это делал в программе. Если на старых треках написано «Музыка DJ LA» – значит, это наш творческий тандем. Но вскоре он всему научился и творил уже сам.
Я полностью занимался звуком на первом альбоме Кирилла, на втором – частично писал музыку, целиком сводил.
Кирилл был тогда совсем пацаном: угловатый, неуверенный. Очень хотел поскорее стать «как взрослые» – как мы, ребята, которые уже давно в хип-хопе. Я-то с 1984 года брейк-дансом занимался, рэпом жил, весь сленг, стиль – все это было родным. А он старался во всем подтянуться – и в одежде, и в манере, и в подаче.
КИРИЛЛ БЫЛ НАСТОЙЧИВЫМ, УЧИЛСЯ БЫСТРО. НА СТУДИИ ТАНЦЕВАЛ, ЧИТАЛ, СПРАШИВАЛ, ПРОСИЛ ПОКАЗАТЬ, ЧТО СЛУШАТЬ, ЧТО СМОТРЕТЬ. МЫ ДАВАЛИ ЕМУ ДИСКИ, КЛИПЫ – ОН ВСЕ ВПИТЫВАЛ.
Но его отец очень торопил события. Музыка уже звучала на мировом уровне, а Кирилл еще не успевал за ней – исполнение было очень сырым. Первый альбом, честно говоря, дался тяжело.
Я буквально собирал фразы по слогам, по буквам. Сводил так, чтобы все звучало цельно. Семь песен на альбоме – сплошной монтаж. Но в нем уже чувствовалось главное – искра.
Он был артистом. Ему было комфортно на сцене, на публике, под светом софитов. Было ясно, что со временем он вырастет. Просто тогда он был как пластилин – нужно было лепить.
А дальше все завертелось. Клипы, эфиры, слава…
ДеЦл стал звездой.
КОГДА КИРИЛЛ БЫЛ ЕЩЕ ПРОСТО КИРИЛЛОМРубен Оганесов,ПАРТНЕР А. ТОЛМАЦКОГО, ДИРЕКТОР «МУЗ-ТВ» В НАЧАЛЕ 2000-ХЯ знал Кирилла не с самого младенчества, но достаточно рано – еще до того, как он стал ДеЦлом. Мы с Сашей Толмацким познакомились в 1994–1995 году, Кириллу тогда было лет 11–12. Уже подросток.
Мы много времени проводили вместе, жили рядом, дружили семьями. Кирилл все время был в моем поле зрения. Мы часто путешествовали, Саша – человек неугомонный. Таиланд, Сингапур, Мехико – поездки были длинные, насыщенные, и Кирилл рос в этой постоянной динамике.
Если сейчас вспоминать его того времени, то первое слово, которое приходит в голову, – светлый. Он был позитивный, живой, улыбчивый. Да, были подростковые глупости – куда без этого. Однажды, помню, он угнал у мамы машину, где-то завалился на обочине. Но все закончилось безобидно.
У Кирилла была одна черта, которая меня по-настоящему поразила. В 1994 году у меня родился сын Артур. И Кирилл очень много времени проводил с ним. Когда Артуру было три-четыре года, Кирилл спокойно мог с ним сидеть. Мы реально оставляли ребенка на него как на бебиситтера. Сейчас понимаю, что это была беспечность молодых родителей, но факт остается фактом. Он спокойно менял подгузники – без брезгливости. Для подростка это вообще нехарактерно. Они могли часами возиться, играть, и между ними сложились какие-то по-настоящему братские отношения. Не у всех родных братьев такие бывают. Кирилл удивительно органично принимал все сложности, связанные с маленьким ребенком: непредсказуемость, капризы, бесконечные «хочу туда», «хочу сюда». Его это не раздражало.
МЫ МОГЛИ УЙТИ НА ПАРУ ЧАСОВ, А КОГДА ВОЗВРАЩАЛИСЬ, ВСЕ ВСЕГДА БЫЛО В ПОРЯДКЕ. КИРИЛЛ БЫЛ СПОКОЙНЫЙ, НАДЕЖНЫЙ, ОЧЕНЬ ВНИМАТЕЛЬНЫЙ. ЭТО КАЧЕСТВО В НЕМ ПРИСУТСТВОВАЛО С САМОГО НАЧАЛА.
Потом была учеба в Швейцарии. Думаю, она на него повлияла скорее положительно. Во-первых, это была сепарация от родителей. Саша и Ира – родители хорошие, вовлеченные, но строгие. Жизнь в другой стране дала Кириллу ощущение самостоятельности, понимание, что он может справляться сам.
Плюс язык, культурная среда – все это ему потом пригодилось. Почему он не доучился, я сейчас уже точно не вспомню. Помню разговор, где я говорил, что образование стоит продолжать. Почему Кирилл вернулся – мы это подробно никогда не обсуждали. Но сам этот период, безусловно, стал для него важным этапом.
НЕИСПОРЧЕННЫЙ СЛАВОЙОднажды Саша пришел и сказал: «Я хочу сделать Кириллу подарок. Давай запишем песню». Идея проекта возникла абсолютно импульсивно. Никакого расчета, стратегии не было.
Для Кирилла это тоже было игрой. Ему 16 лет. Он сам еще толком не понимал, чего хочет. Студия, запись, съемки, новые люди, телик – конечно, это увлекало. Это было приключение.
Но очень быстро стало понятно, что это уже не шутка. Буквально через пару недель. Любой продюсер знает: либо песня заходит, либо нет. Здесь она не просто зашла – она взорвалась. То, что раньше было маргинальной субкультурой, вдруг оказалось в мейнстриме. Это было как с выпуском айфона: были телефоны – и вдруг появился iPhone. Совсем другой уровень реальности.
КАЖДАЯ СЛЕДУЮЩАЯ ПЕСНЯ СТАНОВИЛАСЬ ПОПУЛЯРНЕЕ ПРЕДЫДУЩЕЙ. И ЭТО УЖЕ БЫЛ ФЕНОМЕН. НЕ ОДИН ХИТ, А ЦЕЛОЕ ЯВЛЕНИЕ. ДЕЦЛ СВОИМ ТВОРЧЕСТВОМ ВЫВЕЛ РЭП В МЕЙНСТРИМ И ОТКРЫЛ ДОРОГУ ЦЕЛОМУ ПОКОЛЕНИЮ АРТИСТОВ. ДО НЕГО ТАКОГО НЕ БЫЛО.
И при этом – что меня до сих пор удивляет – у Кирилла не случилось звездной болезни. В 16 лет гастроли, награды, реклама, его лицо на билбордах… у кого угодно могла поехать крыша. У него – нет. Светлый мальчик, которым он был до славы, в нем сохранился. Он всегда оставался нормальным живым человеком.
Где-то к 2003 году у Кирилла начались расхождения с отцом. Примерно в это же время мы с Сашей перестали быть партнерами. Кирилл стал двигаться самостоятельно. И мне было важно видеть, что он не сломался, не бросил все, а продолжил идти своим путем – даже если этот путь был сложным и не всегда понятным окружающим.
ФЕНОМЕН ДЕЦЛА КАК ЯВЛЕНИЯ В МУЗЫКАЛЬНОЙ ИНДУСТРИИ В ТОМ, ЧТО ОН ВЫВЕЛ РЭП ИЗ АНДЕГРАУНДА В МЕЙНСТРИМ, ДОСТИГ НЕВЕРОЯТНОГО МАССОВОГО УСПЕХА, А САМ УШЕЛ В АНДЕГРАУНД.
СВЕТ, КОТОРЫЙ НЕ ПОГАССпустя несколько лет после окончательного разрыва с отцом Кирилл пришел ко мне уже с новым материалом. У меня тогда был второй заход на «Муз-ТВ», и он, видимо, захотел по старой памяти со мной посоветоваться. Но я, к сожалению, ему ничем не мог помочь – то, что он принес, было совсем неформатом. Вокруг него сформировалось небольшое комьюнити поклонников, которые слушали его треки, но как это возможно было поставить на ТВ или радио, я не представлял. Да и сам Кирилл все понимал, ни о чем не просил, мне тогда показалось, что ему просто нужно было с кем-то поговорить. Я не уверен, что смог ему чем-то помочь, но он этот период пережил и продолжал творить еще много лет. Он занимался тем, что любит. Это вызывает уважение.
Для меня Кирилл навсегда остался хорошим человеком. Добрым, светлым. Слава его не испортила. Даже в конфликте с отцом, даже в сложных обстоятельствах он оставался верен себе. Он прошел свой путь так, как считал правильным. Если посмотреть на фотографии Кирилла, он почти всегда улыбается при всей своей непростой жизни. И, мне кажется, это многое о нем говорит.
РАБОТА НАД ПЕРВЫМ АЛЬБОМОМАЛЕКСАНДР ТОЛМАЦКИЙ, ОТЕЦКогда трек «Пятница» получил такую бешеную популярность, я подумал, что, если продолжать что-то делать с Кириллом, ему нужно транслировать актуальные для своего поколения мысли, то есть должна быть некая идентификация его в молодежной среде.