- -
- 100%
- +
Отец несколько секунд молчал, словно подбирал слова.
— Когда ты был ребёнком, я часто думал о том, каким ты станешь.
Александр удивлённо поднял взгляд.
Он не ожидал такого начала.
— И каким?
Отец посмотрел на бумаги перед собой.
— Не знаю.
Небольшая пауза.
— Наверное, я боялся, что ты будешь жить только тем, что тебе дали.
Александр нахмурился.
— А разве это плохо?
— Если человек получает только имя и положение — да.
Отец взял один из документов.
— Потому что имя без понимания ничего не стоит.
Он положил бумагу перед сыном.
— Посмотри.
Александр взглянул.
Это был отчёт по одному из семейных владений.
Не самый сложный.
Но и не простой.
— Что ты видишь?
Александр посмотрел на цифры.
— Расходы.
Доходы.
Обязательства.
Отец кивнул.
— А я вижу людей.
Александр поднял взгляд.
— Людей?
— За каждой строчкой стоит кто-то.
Он указал на документ.
— Здесь управляющий, который отвечает за работу.
Здесь семьи, которые зависят от урожая.
Здесь люди, которые ждут, что мы примем правильное решение.
Александр снова посмотрел на бумаги.
И впервые они перестали казаться просто цифрами.
— Я хочу, чтобы ты начал участвовать в делах семьи.
Слова отца прозвучали спокойно.
Но Александр понял их значение.
— Сейчас?
— Постепенно.
Граф Михайлович откинулся в кресле.
— Я не собираюсь бросать тебя в этот мир сразу.
Лёгкая улыбка.
— Иначе ты возненавидишь его раньше, чем успеешь понять.
Александр тоже улыбнулся.
— Вы говорите так, будто сами когда-то его ненавидели.
Отец на мгновение замолчал.
И в его взгляде появилось что-то далёкое.
— Возможно.
Это удивило Александра.
Он редко видел отца таким.
Не графом.
Не главой рода.
Просто человеком.
— А потом?
— Потом я понял, что дело не в самом долге.
Отец посмотрел в окно.
— А в том, ради кого ты его выполняешь.
Эти слова Александр запомнил.
Через некоторое время граф Михайлович взял со стола несколько бумаг.
— Сегодня после обеда мы поедем на встречу.
Александр посмотрел на него.
— По делам?
— Да.
— С кем?
— С несколькими представителями семей, с которыми у нас есть общие вопросы.
Отец сделал паузу.
— В том числе с графом Воронцовым.
На одно мгновение Александр замер.
Настолько коротко, что другой человек мог бы этого не заметить.
Но отец заметил.
Конечно, заметил.
Он ничего не сказал.
Только спокойно продолжил:
— Это будет хорошая возможность для тебя увидеть, как решаются подобные вопросы.
Александр кивнул.
— Хорошо.
Граф Михайлович посмотрел на сына.
— Ты уверен?
— Да.
Пауза.
— Я должен учиться.
Отец слегка улыбнулся.
— Вот теперь ты начинаешь понимать.
В это же утро, в другой части Петербурга, день начинался совсем иначе.
Дом Воронцовых просыпался медленно.
В нём не было той деловой суеты, которая царила в доме Севериных.
Здесь всё словно подчинялось другому ритму.
Тишине.
Порядку.
Привычкам людей, которые прожили рядом не один год.
Станислава Андреевна сидела у окна музыкальной комнаты.
Перед ней стоял рояль.
Тот самый инструмент, за которым она проводила много часов.
Не перед гостями.
Не для общества.
Не ради похвалы.
Просто потому, что иногда музыка говорила то, чего не могли сказать слова.
Её пальцы легко коснулись клавиш.
Мелодия начала звучать тихо.
Она не играла что-то сложное.
Не пыталась удивить.
Не стремилась показать мастерство.
Это была музыка для себя.
Для воспоминаний.
Для тех моментов, которые человек хранит глубоко внутри и редко кому показывает.
За окном Петербург постепенно оживал.
Снег лежал на крышах домов.
Кареты оставляли следы на белых улицах.
Люди спешили по своим делам.
А здесь, в этой комнате, время словно остановилось.
Граф Воронцов услышал музыку, когда уже собирался выходить.
Он остановился у двери.
Несколько секунд просто слушал.
Он знал эту мелодию.
Не потому, что часто слышал её.
А потому, что знал её значение для Станиславы.
За годы брака он научился различать её настроение не хуже, чем слова.
Одна музыка могла сказать ему больше, чем длинный разговор.
Когда мелодия закончилась, он вошёл.
— Ты снова играешь её.
Станислава не обернулась сразу.
Она улыбнулась.
— Ты узнал?
— Я узнаю её каждый раз.
Она посмотрела на него.
— Даже спустя столько лет?
Воронцов подошёл ближе.
— Особенно спустя столько лет.
В её взгляде появилось тепло.
Это не была страсть первых лет.
Не было той юношеской порывистости, которая заставляет людей забывать обо всём.
Это было другое чувство.
Тихое.
Глубокое.
То, которое остаётся после того, как люди узнают друг друга настоящими.
— Ты уже уходишь?
— Да.
Он посмотрел на часы.
— Сегодня встреча.
Станислава кивнула.
Она знала.
Дела рода.
Обязательства.
Люди, которые ждали решений.
Всё то, что сопровождало жизнь человека с фамилией Воронцов.
— Иногда мне кажется, что эти бумаги никогда не закончатся.
Граф улыбнулся.
— Иногда мне кажется, что ты никогда не перестанешь говорить мне это.
Она тихо рассмеялась.
И этот звук на мгновение сделал комнату теплее.
Он задержался у двери.
— Станислава.
Она посмотрела на него.
— Да?
— Ты вчера хорошо играла.
Она удивилась.
— Ты же был занят разговорами.
— Возможно.
Он слегка улыбнулся.
— Но я слышал.
Эти слова почему-то были для неё важнее любого комплимента.
Потому что она знала:
он действительно слушал.
После того как граф Воронцов ушёл, Станислава ещё некоторое время сидела у рояля.
Её мысли были далеко.
Она вспомнила вчерашний вечер.
Молодого графа Северин.
Его вопросы.
Его искреннее удивление.
То, как внимательно он слушал.
Она встречала много людей.
Многие смотрели на неё.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.