Большие тени Адель

— Эй, Адель, слушай сюда! В прошлый раз, когда мы пытались поймать момент в бутылку, всё сгорело к чертям — прямо как мой любимый котел с рагу! Я тогда кричал: «Проклятая ты машина-обжора!» А она мне в ответ — бабах! Ищи потом осколки кристаллов по всему цеху… Но знаешь что? В этот раз всё будет иначе!

Маркус провёл пальцем по краю чертежа, хмуро разглядывая линии:

— В прошлый раз мы потеряли три недели и полбюджета мастерской. Сейчас вы предлагаете снова пойти по тому же пути, но с ещё более безумной концепцией… — он замолчал, потёр переносицу, будто борясь с головной болью. — Борг, ты уверен, что это не просто азарт? Адель, если у вас нет плана по минимизации рисков, я голосую за то, чтобы отложить проект.

Тишина повисла на несколько секунд — лишь далёкий гул паровых механизмов напоминал, что мастерские живут своей жизнью.

Вдруг раздался спокойный, но твёрдый голос Кая:

— У нас есть схема предварительного контура безопасности. — Он шагнул к столу, достал из внутреннего кармана сложенный вчетверо лист и развернул его. — Изоляция накопителя двойным экранированием. Аварийный сброс энергии через резервный канал. Дополнительный датчик перегрева с автоматическим отключением.

Маркус резко поднял взгляд:

— Это… откуда?

— Из третьего цеха, — пояснил Кай, слегка приподняв бровь. — Они тестировали похожую систему для паровых регуляторов. Передали нам вчера — не успели оформить через канцелярию. Я ещё не успел передать наверх, но подумал: почему бы не применить здесь?

— Третий цех? — Маркус нахмурился, перелистывая страницы. — Их протоколы всегда жёстче наших. Если они одобрили…

— Именно, — кивнул Кай. — Здесь не только схемы соединений, но и протокол тестирования, результаты симуляций. Всё уже проверено на макетах. Нам остаётся адаптировать под «Ностальжи».

Адель смотрела на чертежи с удивлением. Она не делилась с Каем своими наработками, нигде их не записывала — он не мог знать деталей «Ностальжи», но предложенная схема удивительно точно совпадала с её замыслом. Как будто кто-то прочёл невидимые контуры её идеи и облёк их в металл и провода.

Маркус медленно изучал листы, иногда хмурясь. Пробежался глазами по формулам, ткнул пальцем в узел соединения:

— Здесь слишком много точек напряжения. Если одна даст сбой…

— Второй контур дублирует критические участки, — спокойно пояснил Кай. — Смотри: резервные реле, система самодиагностики. Даже если основной канал выйдет из строя, аварийный механизм остановит процесс без взрыва.

Борг, не удержавшись, хлопнул Кая по плечу:

— О, Кай! Ты как всегда — тихо, незаметно, а потом бац! — и спасаешь положение! Теперь у нас есть и голова, и огонь, и… — он хитро прищурился, — …и план, чтобы не сжечь мастерскую к чертям! Клянусь наковальней, какой молодец!

Слова сорвались с языка гнома, и он тут же осёкся. Взгляд скользнул по строгому лицу Кая и едва заметной складке между бровей. Борг мгновенно понял, кому только что по-дружески и слишком по-свойски отвесил тот хлопок.

Рука сама отдернулась, словно коснулась раскалённого металла. Борг отступил на шаг, неловко пригладил косички с медными колечками, всплеснул руками и заговорил с характерной певучей интонацией:

— Ой, извини, извини, господин Шин-ва! Прости мою прямоту, не подумал, что так… э-э-э… вольно вышло! Ты же начальник, а я тут… — смущённо потёр затылок — …как с братом родным, да? Но я не со зла, ты понимаешь? Просто радость переполнила, как в День Первого Пламени, когда ужин удался на славу!

Борг сделал шаг назад и сложил руки в умоляющем жесте:

— Клянусь, больше ни-ни! Буду как мышка, как тихий гоблин у горна — только смотреть и слушать! Облысей моя борода, если совру!

Уголки губ Кая слегка дернулись в сдерживаемом смехе. Лира прикрыла рот ладонью, Маркус покачал головой, не скрывая иронии.

Борг, чувствуя, как горят уши, поспешно уткнулся в чертежи, бормоча:

— Так… где тут у нас резервные реле? Сейчас найдём, проверим, всё ли… черт побери, предусмотрено. Надо же, какой я сегодня весельчак — сначала говорю, потом думаю!

Маркус окинул взглядом схемы и медленно сложил листы:

— Ладно. Допустим, это снижает вероятность взрыва до… скажем, сорока процентов. Всё равно много, но уже не девяносто, как в прошлый раз.

— Прогресс — когда работает, а не «может сработать», — повторил Кай с лёгкой улыбкой. — Начнём тесты на макете. Под твоим контролем, Маркус. Если что — сразу останавливаем.

Маркус кивнул, появились искры интереса:

— Только не говорите потом, что я вас не предупреждал.

Борг радостно потер руки, задорно подмигнул:

— О, теперь всё по-настоящему, Аделаида! Какое счастье — наконец-то дело пойдёт! Бери карандаш! Будем дорисовывать «Ностальжи», да? Как говорят в наших краях: «Кто мечтает — видит звёзды, кто работает — держит их в руках!» Покажем звёздам их место!

Он подвинул стопку пергаментов к Адели и смахнул пару шестерёнок на пол, не заметив этого:

— Рисуй смело! Если что — помогу, подскажу… или сам всё переделаю! Главное — огонь в глазах, а остальное приложится. Вот это радость — творить!

Борг на миг замер у чистых листов и шлёпнул ладонью по столу:

— Ну? Чего ждём? Время — как горячий хлеб: остынет — уже другой вкус! Давай, Аделаида, начинай — я рядом, как брат родной! Клянусь кузнечным огнём, если не помогу!

Адель молча взяла карандаш. В голове крутилась мысль: как Кай нашёл именно то, что нужно? Но времени на раздумья не было — чертёж ждал, а в воздухе пахло горячим металлом, эфирами и… возможно, победой.

Лира аккуратно взяла пергамент с чертежом, её пальцы слегка дрожали от предвкушения:

— Начнём с кристаллов. Я знаю смесь, которая меняет цвет при контакте с теплом. Может, она станет ключом? Нужно проверить, правда?

Адель наблюдала, как мастера оживляются, спорят, набрасывают свои идеи в полях чертежа. Она не держала паяльник и не чертила схемы, но именно её идея зажгла в них огонь.

— Мы сделаем это, — тихо сказала она, чувствуя, как растёт уверенность. — Мы создадим «Ностальжи».

***

Время в мастерских текло незаметно. Когда сумерки начали пробиваться сквозь высокие окна, Кай взглянул на Адель и мягко сказал:

— Пора возвращаться. Уже темнеет.

Адель кивнула, с лёгкой грустью оглядываясь на пространство, где только что родилась её мечта. Здесь, среди этих людей и механизмов, «Ностальжи» начнёт свой путь.

Они вышли на улицу. Воздух остыл, небо стало густо-синим, словно кто-то опрокинул на него чернильницу. Адель подняла голову — и в тот же миг на ресницы опустилась первая снежинка.

— Снег… — прошептала она.

Снежинки падали всё чаще, кружась в медленном танце, ложились на плечи, волосы, мостовую — превращая мир в тихую сказку, в которую так легко поверить.

Кай улыбнулся:

— Зима напоминает: всё меняется. Даже то, что кажется незыблемым.

Адель вдохнула морозный воздух, полный свежести и обещания. Впереди был долгий путь: споры, неудачи, пробные сборки и новые идеи. Но теперь у неё была команда. И была мечта.

Экипаж тронулся, оставляя позади «Ось времени», где за окнами уже мерцали огни, а в глубине мастерских Борг снова ругался на «не то», Лира тихо напевала, смешивая эфиры, а Маркус скептически хмыкал, глядя на них.

Снег шёл всё сильнее, постепенно засыпая город и скрывая белизной все несовершенства, оставляя место только для одного — для «Ностальжи».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.